утешение

      Ты очень хотела принять душ. В последний раз когда ты мылась, за тобой присматривал Худи. Оказалось, что они решили меняться ролью смотрителя каждые три дня. Ты провела три дня с Худи, начиная с того момента, когда ты только оказалась в этом месте.

***

      После того, как Маски издевался над тобой, он позволял тебе поплакать в его объятиях в течение некоторого времени. Это унижало твоё достоинство, но ты сама тянулась к нему в такие моменты, чувствуя себя побежденной. Ты плакала и плакала, пока не уставала, и в эти моменты ты издавала только сдавленные рыдания и приглушенные всхлипы. В этот момент Худи забрал тебя. Он вошёл в комнату незамеченным, пока Маски держал тебя. Он просто наблюдал, пока Маски, наконец, не разорвал объятия, заметив как ты устала.       Они кивнули друг другу, Маски встал с колен, а ты сгорбилась, обхватывая себя руками, пока не подошел Худи и не взял тебя на руки. Худи вынес тебя из комнаты. Он прошел по простому коридору с кремовыми стенами и такими же паркетными полами, прежде чем оказался у двери, ведущей в ванную. Это была очень красивая ванна. Мраморный пол, мраморные шкафчики, полированные белые раковины и большая ванна в тон. Худи усадил тебя на край ванны и снял с твоих лодыжек наполовину развязанную верёвку. — Эм, — начал он, явно не решаясь что-то сказать. — Мне нужно, чтобы ты разделась, если хочешь, чтобы я осмотрел твои раны и вымыл тебя. Т-ты можешь не снимать нижнее белье. — Это был первый раз, когда ты услышала, как он заикается. Он был очень спокоен и собран до этого момента. Возможно, он просто чувствовал себя неловко. Это означало, что он должен заботиться, верно? Кажется, он не хотел тебя обидеть.       Это была не самая желательная ситуация, но и не худшее что происходило с тобой. Ты сняла свитер, отложила его в сторону, а потом стянула и штаны. Подогнув ноги, ты прижала их к груди, неловко ожидая следующего действия Худи. Он открыл кран для ванны, проверяя температуру рукой, прежде чем оставить ее там наполняться. — Могу я взглянуть? — спросил он, указывая на твое тело. Ты распрямила ноги от груди, упираясь пальцами ног в холодный мраморный пол, и тревожно играла пальцами. Он провел пальцами по твоим бокам, изучая множественные синяки, которые оставил его партнер. Ты немного вздрогнула от его прикосновения, и он быстро убрал руку. — Серьезных травм нет, — пробормотал он. — В основном просто синяки. — Глядя в сторону ванны, он пожал плечами. — Вода готова. — заметил он.       Ты осторожно опустила пальцы ног в ванну. Пробуя тепло, ты с облегчением обнаружила, что вода на самом деле была приятной, и медленно скользнула туда всем телом, чувствуя, как теплая вода обволакивает твои воспаленные, избитые конечности. Худи протянул тебе кусок мыла, которым ты быстро намылилась. Было странно купаться в нижнем белье, но это было лучше, чем обнажаться перед совершенно незнакомым человеком. Худи в основном сидел на краю неподвижно, если не считать того, что сидел и заламывал себе пальцы. Он изредка смотрел на тебя, но ты не была уверена, было ли это похотью или он просто следил за тем, чтобы ты не пыталась убежать или напасть на него.       Ты не купалась слишком долго, чтобы не испытывать терпение человека в капюшоне, ты была очень благодарна за гостеприимство, которое он уже оказал тебе. Это было значительное улучшение по сравнению с тем, что ты получала от Маски. Он вручил тебе полотенце, когда ты закончила.       Когда он проводил тебя обратно в твою комнату, он закрыл и запер дверь изнутри. Ты могла бы открыть её, если бы был ключ, но его у тебя не было. Ты была фактически заперта здесь с ним. Он взял длинную цепь с наручниками, прикрепленными к кровати и комоду, и кивнул в твою сторону. Ты сразу поняла, что он хотел сделать. Ты переоделась в одежду, которую он тебе дал, вероятно, в свою собственную: большую черную футболку и носки. Ты хотела, чтобы он дал тебе пару штанов, но наверно размеры слишком сильно не сходились, а твои были грязными. Носки спадали с твоих лодыжек, так что тебе не нужно было ощущать неприятную прохладу стальной манжеты, когда он защелкнул ее вокруг твоей лодыжки, пристегнув другой конец к стойке кровати.       Прежде чем лечь в постель, он снова потянулся к прикроватному столику и достал книгу. Приподнявшись на кровати, он начал читать, а ты покорно забралась на кровать рядом с ним. Это была двуспальная кровать, достаточно большая для вас двоих. — Ты не будешь бить меня ради информации? — спросила ты. Он отрицательно покачал головой. — Это не мой стиль. И мы уже пробовали сегодня. Я спрошу тебя снова утром. — объяснил он, и от его слов ты почувствовала облегчение, что сегодня тебя бить точно не будут.       Следующие два дня прошли без происшествий, что было для тебя облегчением. Худи спросит тебя, что ты знаешь о символе и знаешь ли ты о лесном тюлене. На все его вопросы ты отвечала отрицательно, но терпения у него было больше, чем у Маски, а ты получала только разочарованные вздохи, без причинения вреда.

***

      Это был четвертый день после того, как тебя взяли в заложники, ты проснулась и увидела Маски, сидящего на краю кровати. Ты тут же проснулась, цепь болезненно начала тянуть твою лодыжку, когда ты свернулась калачиком. — Доброе утро, принцесса.— его тон сразу же был саркастическим. Какой бы комфорт ты ни испытывала с Худи, он обязательно скоро заканчивался. — Похоже, ты хорошо выспалась. Худи действительно хорошо о тебе позаботился, не так ли?       Это наверняка был риторический вопрос, поэтому ты не ответила. Вместо этого ты просто продолжала смотреть на него, молясь, чтобы он сегодня проснулся в хорошем настроении. —А ещё похоже, что он ничего от тебя не получил, так что, думаю, моя очередь попробовать. — сказал он, и на его лице расплылась чеширская ухмылка. Он расправил плечи, щелкнув несколькими суставами, и все это время смотрел на тебя хищным взглядом. — Должен сказать, я рад, что Худи такой слабак. Если бы ему удалось заставить тебя говорить, то я бы не смог сейчас повеселиться. Вставай.       Цепь была довольно длинной, занимая примерно половину комнаты. С ним можно было вставать, спать, передвигаться. Якобы это было слишком большой вольностью в глазах Маски, так как он решил еще раз связать тебе руки за спиной верёвкой. На этот раз бечевка врезалась в нежную кожу твоих запястий, и ты изо всех сил старалась не шевелить ими слишком сильно. Ты только что села на стул в соответствии с его инструкциями, когда он заговорил. — Итак, готова рассказать мне, что ты знаешь, или мне еще немного тебя потрепать, принцесса? — Маски усмехнулся. Ты уже знала, что бесполезно пытаться убедить его, что ты действительно не знаешь. Даже если бы он поверил тебе, ему, вероятно, было бы все равно. Ты пришла к такому выводу, основываясь на том, как он смеялся, когда бил тебя по лицу.       Каждый раз, когда он ударял тебя, ты кричала от боли. И каждый раз, когда ты плакала, он маниакально смеялся. Этот цикл шел как мучительная карусель. Ты чувствовала, как щеки распухли, кровь выступила на поверхности твоей потрепанной кожи. Когда ему, казалось, это надоело, он схватил тебя за горло, подняв в воздух, а затем впечатав в стену позади.       Ты попыталась разорвать его хватку, но твои руки все еще были связаны за спиной. Ты ничего не могла сделать, кроме как цепляться и бороться, когда он душил тебя, лишая кислорода. Когда ты была уверена, что больше не выдержишь и скоро потеряешь сознание, он отпустил тебя, и ты упала на колени, как вялый мешок картошки. Боль в коленях от падения была ничто по сравнению с тем, как горело горло. Ты задыхалась и плевалась от нехватки кислорода, которого ты была лишена, горячие и гневные слёзы текли по твоему лицу. Сгорбившись на полу, ты пыталась успокоить дыхание и крики, прибегая к тихим, приглушенным рыданиям. — Что не так, милая? Стесняешься плакать передо мной сейчас? — его насмешливое отношение заставило тебя закипеть молчаливой яростью. Это было несправедливо. Ты ничем не заслужила такое обращение, ты даже ничего не знала о сраном лесном тюлене, о котором они все время болтали. Со всей смелостью, на которую была способна, ты уставилась на него, не желая слишком провоцировать его, но не в силах удержаться от выражения своего гнева. — Должен сказать, тебя трудно сломать. Сколько ты выплакала? И этот взгляд... — он присел на корточки к твоему ссутулившемуся телу и поднес руку к твоей щеке. Держа тебя за челюсть, он поднял твой подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом. — Это заставляет меня хотеть причинить тебе еще больше боли.

***

      Это был второй день, когда ты была с Маски. Приближается третий — тебе придется пережить этот вечер и следующий, прежде чем тебе, может быть, дадут передышку. Все это время ты не могла набраться смелости, чтобы попросить у него разрешения помыться. Ты знала, что он не будет возражать против предлога, чтобы снова напасть, поэтому испытывала страх. Ты была практически его игрушкой, игрушкой, которой он мог злоупотреблять по своему усмотрению.       Судя только по часам, прошло не много времени. Однако, тем часом, с Маски оно текло медленнее. Мало того, твой пот определенно впитался в твою одежду, слезы и сопли размазались по твоему лицу, а кровь капала по щеке из-за того, что ты ударилась лбом об угол прикроватной тумбочки от особенно сильного удара. Ты чувствовала себя мерзко. По крайней мере, ты не могла видеть себя, но ты могла чувствовать, что твоё тело было нечистым, и, вероятно, волосы начали жирнеть. Ты очень хотела принять душ.       Учитывая, как сильно ты уже была избита, хуже уже не будет. Но опять же, ты не была уверена, сколько еще сможешь выдержать. Ты уже теряла рассудок. Тебе было нечего делать, и единственное, что спасало тебя от чистой скуки, — мучения, которые просеивали твои кости.       Ты тяжело сглотнула. Тебе нужно было попросить принять душ. — Пожалуйста, — начала ты. Маски с любопытством склонил голову на тебя - это был первый раз, когда ты заговорила за несколько часов. — Пожалуйста, можно я приму душ? Это не должно быть долго, я просто… я действительно отвратительно чувствую себя прямо сейчас. Пожалуйста.— ты практически умоляла его, и если бы тебя развязали, ты бы встала на колени. — Раз уж ты так любезно попросила, принцесса. — Маски вставал и шел к тебе.       Ты, честно говоря, не ожидала, что он согласится, но была благодарна, что он согласился, даже несмотря на то, что он схватил тебя за воротник и потащил вверх и спотыкаясь, ты следовала за ним.       Он привел тебя в тот же туалет, в котором ты была в прошлый раз. Однако на этот раз Худи не было рядом, чтобы осмотреть твои раны, и некому было налить тебе ванну. Ты торопливо подошла к душе в углу комнаты, сняла футболку и носки, включила воду.       Сначала вода была ледяной, и ты пискнула от удивления, прежде чем она нагрелась до комфортной температуры. Ты позволила теплой воде омыть кожу. Самое приятное ощущение, которое ты испытала за последние два дня. Ты хотела попросить мыло и шампунь, но не хотела испытывать терпение человека, который стоял напротив маленькой комнаты, скрестив руки на груди и глядя прямо на тебя. Смыв кровь с лица, ты почувствовала боль в месте пореза на лбу. Игнорируя это, как и остальные свои раны, ты быстро смыла всё, и закрыла кран. Он не протягивал тебе полотенце, как Худи, и ты не знала, что делать, сканируя комнату в поисках махровой ткани, прежде чем он раздраженно фыркнул. — Не помешает попросить чертово полотенце, принцесса.       Ты вытерлась, чтобы вскоре вернуться в комнату, в которой тебя держали в заточении. Ты пыталась мысленно подготовиться к вечеру и завтрашнему дню. Ты затаила дыхание, когда за тобой закрылась дверь.       Ты очень надеялась, что скоро увидишь Худи.