Литературная хтонь или невероятные приключения филологов в деревне

25 июля в деревне Сафроновка задержали 38-летнего Антона Б., известного как Книгопродавец. По данным Следственного комитета России доказана причастность подозреваемого к 21 случаю похищения людей, также проверяется причастность к еще семи убийствам. Б. считался самым разыскиваемым преступником России, за его голову была назначена рекордная сумма – три миллиона рублей. Он воровал молодых студентов гуманитарных специальностей и пытал их, вынуждая писать романы, чтобы потом публиковать их. Еще три жителя деревни, подозреваемые в сговоре с Б., находятся под стражей. Преступника раскрыли благодаря тайной записке плененных девушек. Сейчас они уже на свободе. Антон Б. держал их в плену около месяца, но студентки смогли зашифровать послание в рукописях, которые маньяк относил к редактору для последующей публикации. Редактор издательства «Лабиринт Пресс» проявил внимательность, проверяя рукопись, и обнаружил, что в некоторых словах допущены явные ошибки, которые не могли быть сделаны случайно. Таким образом, сложив слова с ошибками, редактор увидел записку с просьбой о помощи и точным адресом. Полиция незамедлительно прибыла и освободила девушек. В настоящее время Антон Б. находится под следствием, а похищенные девушки пытаются вернуться к нормальной жизни. Она закрыла вкладку с записью новостного репортажа. Прошло уже полгода с этого инцидента, но книги Донцовой на витринах книжных магазинов все еще вызывали в ней дрожь и тошноту. Она не оставила учебу и литературу: в ней было достаточно силы, чтобы продолжать видеть красоту там, где для многих могло остаться только напоминание о кошмаре. Но паузу в изучении массовой, а особенно тоталитарной литературы, все-таки пришлось взять. Несмотря на то, что внешне ежедневная рутина возобновилась, Ася чувствовала, будто она что-то потеряла. Она и сама не понимала, что именно она могла потерять, но ноющую тоску внутри невозможно было заглушить ничем. Ничем кроме просмотра этого выпуска новостей снова и снова. Она пересматривала выпуск множество раз, уже выучила его текст наизусть, но не могла остановиться. Словно только когда она видела фотографию маньяка, этот зуд в груди утихал, и она оказывалась дома. Ася никогда не признавалась в этом даже самой себе, делая вид, что это просто попытка запомнить урок, который преподнесла ей жизнь. Но кажется этого становилось недостаточно. Дыра в душе только увеличивалась, просмотр новостей уже не помогал. Ни книги, ни встречи с друзьями, ни семья, ни музыка, ни развлечения не могли остановить разрастающуюся пустоту. Раньше в Асиных глазах, даже если она молчала, была видна беспокойная мысль в вечном движении, но теперь там нельзя было ничего прочитать — только равнодушие. Не равнодушие к окружающему миру, а к идее мира вообще, её не могло ничего увлечь, вызвать удивление или хоть какое-то отношение к жизни. Она перестала извиняться. Сложно точно сказать, вкладывала ли она сожаление в извинения хоть когда-нибудь, но сейчас она не испытывала потребности оправдываться перед людьми ни в чем. Казалось, будто частичка ушедшей жизненной силы возвращается к ней, только при упоминании Антона. Но она никогда не думала о нем, как о живом человеке, её не волновала его судьба после суда. Лишь тот далекий образ, размытый временем, не мог угаснуть в ней до конца. Закрыв вкладку репортажа, она открыла новую и начала медленно набирать по одной букве. Ф И К Б У К. Ф А Н Ф И К И П О К Н И Г О П Р О Д А В Ц У