Признайся портрету как ты хочешь Поттера

      Каждый вечер после дополнительных занятий у Слизнорта Гарри всегда возвращался довольно поздно. К этому времени ученики давно расходились по своим общежитиям и редко можно было увидеть кого-то в коридоре. Только хихикающие парочки иногда нарушали блаженную тишину или такие же до поздна учащиеся ученики, что и сам Гарри. Однако, в этот раз, проходя мимо прохода в слизеринскую гостиную, он услышал странный шум, от которого Гарри задался вопросом, кто так поздно бродил по коридорам. Остановившись у поворота и дожидаясь, когда незваный поздний гость скроется за портретом и освободит ему путь, Гарри невольно прислушался.       Он не хотел подслушивать пароль, но выбора у него не было. Да и вряд ли он по собственной воле когда-нибудь захочет войти в змеиное логово, которое с самого первого дня учёбы не мог переносить. Да и по сей день об этом месте у него оставалась лишь одна жгучая неприязнь, которая въелась в его сознание.       — У Га... Блять, я серьёзно должен произносить это вслух? — знакомый сухой голос Драко и шелест бумажки донеслись до Поттера. Гриффиндорцец закатил глаза от своей «удачи». На кого же ещё он мог наткнуться, кроме как не на Хорька? — Я их прибью, я их прибью, я их убью, — Малфой повторял проклятья как мантру, тихо бормоча себе под нос.       Гарри аккуратно выглянул из прохода и уставился на слизеринца, отмечая про себя, как забавно тот выглядел, стоя перед дверью в гостиную слизерина. Его обычная гримаса отвращения и презрения была направлена на мятую бумажку, что покоилась у него в ладони. Малфой мечтал прожечь в ней огромную дыру своим взглядом.       — Ладно, — сказал Драко и провел руками по волосам, сильнее приглаживая их к голове. Собравшись с духом, он вновь поднёс бумажку к лицу и уверенно заявил. — Я сделаю это. Чего стоят мои секунды позора? — уверенная речь Драко прервалась, стоило ему подумать, что кто-нибудь увидит его в этот момент и посчитает больным психом. Чтож, это было недалеко от истины. Однозначно ему бы посоветовали съездить на лечение в Святой Мунго. Хотя с каждым днем Драко убеждался, что это вполне неплохая идея. — Так, я на полном серьёзе у себя спрашиваю, чего стоит моя репутация... Да не меньше чести всех моих предков! – Малфой возмущенно потряс ни в чем не повинную бумажку, будто надеясь, что текст в ней мог измениться.       Смотря на его страдания, Гарри с каждой секундой становилось всё сложнее сдерживаться от смеха, что так и рвался наружу. Всё, что происходило сейчас перед ним казалось нереальным. Скажи кто-нибудь Поттеру, что Малфой может вести себя подобным образом, то он бы посоветовал этому человеку поменьше фантазировать. Но прямо сейчас перед его глазами разворачивалась эта странная картина. Гарри с любопытством уставился на то, что держал Малфой в руках и задавался кучей вопросов о том, что могло быть написано в записке.       — У Гарри Поттера... — Драко устало провёл ладонями по лицу и замычал. Гарри насторожился, стоило ему услышать свое имя. —У Гарри Поттера самый сексуальный парселтанг, что я когда-либо слышал, и меня возбуждает то, как он его произносит.       Портрет сразу же отворился и впустил внутрь Малфоя, чьё лицо горело от смущения. От слов, что донеслись из уст школьного соперника, из груди Поттера вырвался рваный смех, который постепенно становился нервным. Его дыхание постепенно сбивалось всё сильнее, пока не заболели лёгкие от нехватки кислорода. В данный момент его не волновало то, что его могут услышать в покоях слизеринцев или на другом конце. Его больше тревожило, что, пикси дери, он только что услышал.

***

      Никогда Гарри так сильно не радовался совместному уроку зельеварения со слизеринцами, как сегодня. Он не обращал внимания на подозрительные и ничего непонимающие взгляды, направленные на него, пока он впопыхах пытался найти, куда делся его счастливый красный носок с изображённым на нём снитчем. Все соседи по комнате были в ужасе.       Рон был настороже ещё со вчерашнего вечера, стоило Гарри влететь поздно ночью в гостиную, каждую секунду хватаясь за живот. В попытках объяснить, в чём дело, он начинал свой рассказ со слов «Я проходил вчера мимо...» и на этих словах вечно прерывался на нервный смех, от которого у Рона задергался глаз. Когда Гарри успокоился и пытался продолжить, то был не в силах внятно связать и двух слов, потому как не знал с чего начать свой рассказ, после шокирующего зрелища. В конечном счёте, Рону оставалось гадать, мимо чего он там проходил и отправил друга спать, после этого потерев разболевшуюся голову. Уизли сидел на своей кровати со скрещенными ногами и пытался убедить себя, что его совсем не волновало необычное поведение друга. Но любопытство одержало над ним вверх и, прочистив горло, он обратился к другу :       — Гарри, дружище, может сегодня объяснишь, мимо чего ты там проходил и от чего ты пытался весь вечер заменить ковёр в гостиной.       — Ох, Рон. Сегодня ты сам станешь свидетелем этого и узнаешь, что интересное я услышал, когда возвращался мимо логова змей, — Гарри все ещё метался по комнате в поисках носка. Не найдя его в своих ящиках, он принял самое отчаянное решение — поискать свой носок в вещах Симуса. Рыться в его сундуке означало бороться за жизнь, чтобы не задохнуться от запаха, что источали вещи Финнигана.       — Ты был у слизеринцев? — удивлённо спросил Рон.       — Да. То есть нет. Ну, не совсем. Я проходил мимо входа в их гостиную и услышал одну интересную вещь.       — И что же это? — Рон с сочувствием уставился на друга, что открыл сундук Симуса и начал активно в нем рыться в поисках потерянного. Хотя, по его скромному мнению, что терялось в вещах Симуса, то следовало там оставить и проститься навсегда.       — Сегодня на зельеварении сам узнаешь, — всё глубже рука Гарри зарывалась в сундуке Симуса. Второй рукой он прикрыл нос и дышал через рот, хотя и это почти не спасло его от вони.       Пару мучительных мгновений спустя находку удалось отыскать и достать из кучи вещей. Гарри победно вскинул руку с носком над головой и крикнул :       — Нашёл! — и злорадно сверкнув глазами, он кивнул Рону, что готов выдвигаться на завтрак. Сегодняшний день обещал быть для Малфоя незабываемым.

***

      Гарри весь завтрак буквально трясся от предвкушения. Глаза так и бегали в поисках знакомой светлой макушки за слизеринским столом, который и не подозревал о чужих мыслях на его счёт. Если Малфой и замечал странные взгляды шрамоголового в свою сторону, то просто старался не обращать внимание. Что, в общем, не помешало ему насторожиться внезапному вниманию со стороны Национального Героя, что всё это время старательно игнорировал его существование. Чем, собственно, занимался и сам он.

***

      Гарри был в восторге от удачных обстоятельств, что, будто нарочно, так хорошо складывались. На уроке у Слизнорта Малфой за одной партой с Блейзом сидели прямо у него перед носом. Рядом с самим Гарри сидел Рон и кидал настороженные взгляды на друга. Парты удобно располагались в конце класса, а соседи на задних партах отсутствовали, потому Гарри мог не волноваться о посторонних наблюдателях.       Поттер за пол урока зельеварения успел во всех подробностях объяснить Рону то, что вчера произошло и рассказать о своём плане. Уизли согласился принять участие, хоть и казался план довольно... странным. Нет. Этого слова не хватало, чтобы описать всю ситуацию.       Посмотреть на унижение и страдания слизеринца Рон хотел не меньше Гарри. Но его что-то настораживало, но рассказать, что именно, он не мог.       — Начинай, — предвкушающи скомандовал Поттер. Уизли неуверенно кивнул, хоть и не был в восторге от такого вида мести. Он бы никогда и в страшном сне не мог представить, чтобы мстить таким способом!       — Гарри, ты ещё не разучился парселтангу? — прошептал Рон. Это было достаточно громко, чтобы впереди сидящие точно могли услышать их разговор. Плечи Малфоя напряглись, и гриффиндорец счёл это отличным знаком.       — Не волнуйся, на месте. Змейки всё ещё могут наслаждаться общением со мной, — чуть громче сказал Поттер. Драко судорожно начал болтать ногой под партой, но продолжал записывать лекцию, что зачитывал Слизнорт под диктовку.       — Можешь мне на нём что-нибудь рассказать?       — Конечно. Дай пару секунд подумать, что мне рассказать на парселтанге, — Гарри выждал пару секунд, внимательно изучая изящную спину Малфоя и повернул голову обратно к другу, с хитрой ухмылкой. — Придумал.       Как только Гарри начал шипеть на змеином языке, член Малфоя предательски дёрнулся. В трусах с каждой секундой становилось все теснее. Рядом сидящий Блейз, зная проблемы друга со змееустами, лишь посмеивался, смотря как лицо друга окрашивалось в цвет львиного факультета.       Через пару минут член уже полностью встал, и усидеть на месте, не дёргаясь каждую секунду, становилось невыполнимой задачей. Драко решил, что если он запустит левую руку под мантию, то никто не обратит на это внимание. Что, собственно, он и сделал. Расположив руку как можно ближе к выпирающему бугорку брюк, начал потирать большим пальцем член через ткань.       Гарри и не собирался останавливаться, продолжая шипеть, иногда сбиваясь, чтобы перевести дыхание. Он внимательно наблюдал за каждым движением Малфоя и подчеркнул про себя, что это и вправду работает! Кто бы мог подумать? От него не скрылось движение руки Драко под мантией, и он сразу понял, что тот пытался облегчить себе напряжение.       Теперь его шипения ускорились, и он не обращал внимание на друга, что пытался его вразумить. Главная цель ещё не доведена до конца, поэтому он не мог бросить всё на полпути. Когда ещё обстоятельства так удачно сложатся, как сегодня?       Рука Малфоя поднялась ещё выше и уже полностью легла на купол, выпирающий из штанов. Теперь он мог сжимать ладонь, чтобы ускорить всё никак не приходивший оргазм. Плечи мелко тряслись, дыхание уже давно сбилось, а рука, что держала перо, опасно его сжимала. Каждый выдох Драко давался тяжело. Он боялся издать хоть что-то, отдалённо напоминающее стон.       Ещё пару минут уже сбившегося шипения хватило, чтобы Драко кончил. Перо треснуло, и лоб стремительно встретился с холодной партой. Теперь можно прыгать с Астрономической башни. Сегодня же надо составить завещание и потом прыгать.       Лицо Гарри было таким же красным, что и лицо Малфоя. Правда, он так покраснел от недостатка воздуха в голове. Больше он таким заниматься не будет, поклялся себе гриффиндорец. Поттер был готов поспорить, что если бы ещё пару минут так шипел, то упал бы в обморок от недостатка кислорода в мозге. "А вы уверены, что он у вас есть?"— как наяву услышал он знакомый язвительный баритон. Он покачал головой и принялся складывать свои вещи обратно в сумку.

***

      Этим же вечером Гарри, полностью выжатый после практики со Слизнортом шёл по знакомым коридорам, которые не вызывали тех чувств, что он испытывал долгое время. Давящая неприязнь, ослабила свой хват, отчего на душе стало чуть легче. Довольный сегодняшним днём, лёгкой походкой возвращался тем же путем, что и вчера, закинув руки за голову и напевая весёлую песню. под нос.       Уже подходя к знакомому коридору, Поттер услышал тихую ругань Малфоя, который бормотал что-то о завещании и об Астрономической башне. Знакомый шелест бумажки невольно заставил Гарри ухмыльнуться.       Новая игра с Малфоем обязательно продолжится завтра.