Глава 14 : Возвращение к началу
18 августа 2023 г., 19:02
Сколько можно наслаждаться теплом чужих рук? Гарри бы уверенно ответил, что этим можно наслаждаться бесконечно. Каждое касание, даже через толстые слои ткани, отзывались волнами искр. Места соприкосновений обжигали, словно раскалённые угли приложили к обнажённой коже. Это чувство сводило с ума.
Каждое касание, словно наркотик, вызывало зависимость. Дозировки с каждым разом требовалось всё больше и больше. Как же хотелось растянуть это животрепещущее чувство, которое так сильно сводило с ума.
— Поттер, минута истекла, — услужливо напомнил гриффиндорцу Драко, но не стал делать первых шагов, чтобы разорвать между ними эту тонкую, как струна, связь. Поттер в последний раз вдохнул терпкий аромат дорогого одеколона и скрепя сердцем, выпустил из кольца рук слизеринца. Гарри чуть отстранился от Драко, но не отошёл. Одна рука неуверенно сжимала плечо Малфоя, боясь, что человек перед ним исчезнет, словно мираж озера перед потерявшимся спутником в знойной пустыне. Они неловко уставились друг на друга, каждый внимательно изучал собеседника напротив. Изящные аристократические брови свелись к переносице, стоило Малфою закончить внимательный осмотр. — Какого Мерлина ты тут гуляешь, Поттер? Не припомню, чтобы в курс лечения входили прогулки по школе без сопровождающего.
От такого резкого тона Гарри опешил. Вряд ли больному первым делом задают такой вопрос, вместо того, чтобы поинтересоваться о его самочувствии. Хотя, это же Драко. Чего можно было ожидать от него? Он уж точно не птица наседка, что будет бегать вокруг своего птенца, беспокоясь из-за каждого его шага.
— Не гуляю, Драко, а возвращаюсь обратно в башню с разрешения мадам Помфри, — спокойно ответил Гарри, на что Драко только сильнее нахмурился.
— Отпустила? Тебя? Неужто ты настолько безнадежный случай, раз она отпустила тебя в таком состоянии.
— Я не смертельно больной, чтобы меня держали под контролем день и ночь, — недовольно цокнул Гарри и ладонью спустился по левой руке Драко чуть ниже локтя. Малфой поморщился, но гриффиндорец не придал этому значения. — Мы с ней договорились о ммм... домашнем лечении. Да.
Драко встрепенулся от такого интимного жеста и опустил взгляд на место соприкосновения. Не было сил ругаться на глупого гриффиндорца, что вёл себя так неосмотрительно, когда они стояли в центре коридора, на виду у всех, как на ладони. Но если честно признаться самому себе, то и особого желания не было отрываться от Поттера. Он чувствовал себя драконом, что обитал в высокой тёмной башне и охранял горы золота, что добыл за сотни лет своей жизни и на предсмертном одре даже тогда не хотел расставаться с драгоценностями. Каждому путешественнику, что решался пойти против, казалось бы, старого дряхлого дракона, стоило быть готовым сражаться за горсть золота, поставив на кон свою жизнь.
Прочистив горло, Драко хмуро продолжил:
— Что ты подразумеваешь под домашним лечением, Поттер? Зная тебя, это лечение закончится, даже не начавшись.
— Под моим лечением подразумевается присутствие такого змея, как ты, — Гарри кинул ласковый взгляд на затихшего слизеринца, что в растерянности уставился на него. Он не успел продолжить из-за приближающихся голосов, что с каждой секундой были всё ближе и ближе. В этом потоке непрекращающихся слов он смог различить голоса своих самых близких друзей и знакомые голоса других собеседников.
Малфой младший замер, стоило ему понять, кто движется в их сторону. Он от досады закрыл ладонями лицо, словно прячась как черепаха в своём панцире, от грозивших ему опасностей. До того, как неожиданные посетители могли увидеть их рядом стоящими, Драко отошёл от Героя на пару шагов. Гарри перевёл взгляд и глупо уставился на свою кисть, которая всё ещё висела в воздухе. Пусто. Он сжал кисть в кулак так сильно, что вена на его руке вздулась.
— Драко?... — сипло от обиды прошипел Поттер, но уже подоспевшие друзья прервали между ними эту умиротворяющую связь. Да, хрупкую, да, мимолетную. Но всё-таки связь, в которой они так нуждались эти последние дни.
Два голоса одновременно радостно воскликнули, стоило им увидеть знакомые торчащие в разные стороны волосы, что напоминали неудачно свитое гнездо:
— Дружище!
— Гарри!
Гермиона и Рон ускорились и, добежав до друга, заключили того в крепкие объятия, совсем не обращая внимания на рядом стоящего слизеринца.
— Ну и ну, — присвистнул Блейз, завидев друга, и лениво закинул свою руку тому на плечо. — Прилетел на крыльях любви к Поттеру что ли?
Драко смерил Забини холодным взглядом и, резко дернув плечом, скинул руку собеседника.
— Смотри, как бы тебе не пришлось лететь в больницу Святого Мунго.
— Я вас на улицу отлевиэйчу, если продолжите это представление, — беззлобно сказала Панси, встав рядом к своим сокурсникам. На фоне этих двух высоких парней она казалась хрупкой девочкой с младших курсов, что нечаянно попала в компанию старшекурсников.
Гермиона с материнской заботой ощупывала лицо Гарри. Осторожно положив ладони по бокам головы Поттера, она крутила её в разные стороны, внимательно осматривая всё его лицо.
— Что ты?.. — удивлённо спросил Герой, ошарашенный такому вниманию к себе. Не сказать, что его подруга никогда не волновалась о нём так сильно, но обычно ей хватало простого заклинания для проверки общего состояние, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.
Гриффиндорка хмуро насупила брови и, закончив осмотр, выпустила его из своей хватки и отошла от него на пару шагов.
— Мне нужно было в кое-чём убедиться, Гарри, не обращай внимание, — как ни в чем не бывало ответила Гермиона и улыбнулась. Но в её улыбке не было привычной лёгкости и радости. Встретившись с ней глазами, Поттер замер. Не зря говорят, что глаза это зеркало души. Не озвученные слова читались в них, и от этого стало не по себе. Что же её могло так расстроить после осмотра? Может, она так расстроилась из-за его недосыпа?
Рон неловко покашлял, прежде чем присоединиться к разговору. Он заметил эту перемену настроения Гермионы, как и слизеринцы, что так же внимательно наблюдали за всем происходящим, и решил вмешаться.
— Дружище, мы получили твой патронус и отправились к тебе сразу. Но видя в каком ты состоянии, я не уверен, что тебе стоит покидать больничное крыло, — Гарри кинул недовольный взгляд на друга, отчего тот запнулся и потерял нить мысли. Рон поспешно затряс головой, принимая своё поражение в так и не разгоревшемся споре. — Ладно-ладно. Не смотри так на меня, будто я желаю тебе чего-то плохо, просто пойми меня, что я волнуюсь о тебе. Раз ммм... мадам Помфри решила, что тебя можно отпустить, то ладно. Но спрошу ещё раз — ты уверен, что с тобой всё будет в порядке вне больничного крыла?
— Да как я могу быть уверен хоть в чем-либо? — вспылив, ответил Гарри. Раздражение разгоралось с каждой секундой всё сильнее. Он был словно пороховая бочка, чей горящий фитиль скоро дойдёт до неё самой. — Вот поэтому я и возвращаюсь в башню, чтобы убедиться, что вне больничного крыла я смогу справиться. Я же не могу всё время тут торчать.
— Ой, да что вы так над ним мельтешите, — вклинился в разговор Блейз и, подняв руки вверх, он лениво потянулся, от его усердия послышался тихий хруст костей. — Он не маленький и сам может разобраться, что будет лучше для него, — его безмятежный тон сменился на строгий и стальной. От такого Забини у двух гриффиндорцев мурашки пробежали по всему телу. У Рона спёрло дыхание от осознания, что изо рта этого волшебника выходят не только пошлые и глупые шутки, и он мог поддержать серьёзный разговор. — А теперь, раз мы все здесь собрались, то давайте поговорим о насущных делах, а не о нашем многострадальном Герое.
Гарри повернулся к Блейзу и кивнул в знак благодарности, на что тот лениво приподнял уголки губ и затих. Панси поправила выбившуюся прядку волос обратно за ухо и пару раз щёлкнула пальцами, чтобы обратить на себя внимание каждого.
— Отлично, раз мы закончили говорить о Поттере, то перейдём к другому тупоголовому гриффиндорцу, — бодро заявила Панси. — К вашему Томасу, — с отвращением произнесла она, скривив лицо в уродской гримасе, будто на кончик языка ей попала самая кислая в мире капля лимонного сока. — Если этот кретин не перестанет преследовать каждого студента из слизеринца со своей шайкой таких же идиотов, то пусть готовится пересчитывать зубы, что останутся у него во рту после моего деликатного объяснения, что пора бы ему отвалить.
— Что Дин успел сделать? — недоуменно поинтересовался Гарри, обращаясь к Паркинсон. Панси, открыв рот, уже собралась со всеми красками описать события прошедших дней, но её остановил Драко, положивший руку на её плечо. Девушка, сбитая с толку, оглянулась на него, но тот покачал головой.
— Нет, только не ты будешь всё рассказывать.
— Это ещё почему? — недовольно насупилась Панси и свободной рукой впилась острыми ногтями в фарфоровую кожу держащей её руки. Малфой будто не замечал жгучую боль и с беспристрастным выражением лица смотрел на подругу.
— Ты слишком эмоционально это рассказываешь, и в твоём потоке слов нормальный человек вряд ли разберёт хоть что-то, — он перевёл взгляд и, сглотнув, обратился к Гермионе. — Гр... Грейнджер, будь добра, введи Поттера в курс дела.
Гермиона вздрогнула, услышав, что Малфой обращается к ней, и кинула удивлённый взгляд на слизеринца.
— Что, прости? — неловко спросила она, посмотрев на того. Малфой удивлённо поднял бровь, когда понял, что Гермиона давно потерялась где-то в своих мыслях и не обращала всё это время никакого внимания на разговор.
— Заучка, перестань летать в облаках и, наконец, соберись.
— Давайте лучше я, — сказал Рон и кинул полный ненависти взгляд на Драко. Как бы не был его друг одержим этим хорьком, но до добрых чувств по отношению к Малфою Рон вряд ли когда-нибудь снизойдет, если тот продолжит так плеваться ядом. Как бы кто не говорил, но тот совсем не поменялся с младших курсов. Всё такой же наглый и невыносимый.
— Рон, — низкий голос Блейза вернул гриффиндорца из пут воспоминаний о всех стычках с их когда-то главной головной проблемой в младших курсах.
Уизли встряхнул головой, и его длинная чёлка закрыла глаза, отчего он неловко принялся её убирать назад.
— Да-да, сейчас, — буркнул Рон, не осмелившись взглянуть на мулата. Он повернулся к другу и, сглотнув, спокойным тоном начал свой рассказ. — Пока ты находился в Больничном крыле, Дин и его... друзья по интересам, — Гермиона за такой подбор слов ущипнула своего парня за бок, на что Рон ойкнул и шикнул на неё. — Ну, извините, я не умею красиво рассказывать, так что терпите. Можно сказать, что они продуктивно изводили слизеринцев, пока ты отсутствовал. Такое объяснения пойдёт? — недовольно спросил Рон, повернувшись к Гермионе, и скрестил руки на груди.
— Продуктивно? — удивлённо переспросил Гарри. Уизли повернулся к другу и кивнул, но, поняв, что этого недостаточно для объяснения общей картины, опустил взгляд. В попытках подобрать нужные слова, Рон нелепо открывал и закрывал рот, напоминая задыхающуюся рыбу на суше, что недавно вытащили из моря и оставили на песке.
Драко недовольно цокнул, когда осознал, что из всех собравшихся только он мог донести мысль, при этом не задумываясь ни о чем другом, и внятно всё прояснить. Мысленно ударив себя по лбу, Драко перевёл взгляд с покрасневшего Узили на свой фамильный перстень, что был его проводником в то место, которое он когда-то считал домом. Но то место после всех событий, что залегли несдвигаемым грузом на сердце и домом сложно назвать. Ожесточенная и кровавая война, что разрушила жизни сотням, а может и тысячами волшебникам. И в ней он был не простым зрителем, а действующим лицом. Перед глазами до сих пор стоят удушающие воспоминания каждого злодеяния, что ему пришлось увидеть. Этот змеиный голос до сих пор всплывал в памяти. Эти фантомные звуки сводили с ума. Руины и слёзы. Слезы отчаяния. И вспомнив последние дни вкупе с остальными проблемами, он совсем пал духом.
Даже сейчас идёт война, но не такая же масштабная и шумная, как прошлая. А скрытая и подлая. Затейщики которой ведут травлю, но никто её не пытается остановить и своей же молчаливой отрешенностью толпа даёт согласие на её продолжение.
— Уизел, дальше я сам, раз ты не в состоянии связать и пары слов, — неожиданно спокойно, без тени привычной ненависти к Узили, сказал Малфой. После секундной заминки он повернулся к Гарри, посмотрел тому в глаза и продолжил. — Томас начал травлю слизеринцев более масштабно и активно, когда понял, что рядом в ближайшие дни не будет Героя магической Британии, — на этих словах Гарри закусил губу. Драко заметил этот жест и, вздохнув, тихо закончил. — Который смог бы его остановить.
— А тебя он?... — глупо спросил Поттер, но вовремя остановился, увидев, как поменялось лицо Драко, когда тот понял, что именно гриффиндорец собирался спросить.
Но все и без конца фразы поняли к чему клонил Гарри. Но какой был толк задавать этот вопрос, если правду Драко не скажет и перед смертью, что дышала бы ему прямо в лицо своим ледяным дыханием, чтобы забрать его душу с собой в то место, которое он заслужил за свои поступки. Малфой до скрежетов зубов ненавидел признавать свои слабости, что уж говорить, чтобы открыто сказать, что он не мог защитить себя и ему нужна помощь. Да ещё и от кого! От его когда-то ненавистного соперника, с которым теперь они оказались по одну сторону баррикады, но в разных положениях.
– Да, — это признание было подобно грому, что взревел в небесах и поразил своей яркой вспышкой. Голос Драко был тих, когда он произнёс одно слово, но эффект от этого был поразителен.
Все удивленные взгляды были направлены на Драко, отчего он тут же смутился и пожалел о сказанном, но было уже поздно забирать свои слова обратно. Всё, что он мог сделать в этой ситуации, так это придать своему лицу скучающий вид, будто ничего такого сверхъестественного не произошло, и он не был в этом замешан.
Тишина в этот момент была самой оглушающей за всё последнее время, что Драко испытывал. Никто не осмеливался прокомментировать это или хотя бы издать звук. Малфой неловко посмотрел на Гарри, чьи брови затерялись за его непослушной шевелюрой, рот был приоткрыт от удивления, будто он хотел что-то сказать, но ничего не мог произнести. Его очки, по мнению Драко, самая уродская вещь в образе Героя, покосились в сторону, завершая неряшливый образ Поттера.
— Но это тебя не касается, как я уже говорил ранее, — ледяным тоном отрезал Драко, смотря прямо в омуты малахитовых глаз. Но даже голос, с которым он произнёс эти слова, подобно буре, из-за которой сделать даже небольшой глоток воздуха было настоящей пыткой, не смог отрезвить умы собравшихся. — Может, вы, наконец, что-нибудь скажете или вы так и продолжите молчать?
— Ты... — сиплым голосом сказал Гарри. Когда в этих серебряных омутах Драко Гарри увидел море эмоций, что сменяли друг друга, он мгновенно смутился. Было видно, как гнев и стыд пожирали слизеринца изнутри после его необдуманного ответа. Гриффиндорец неловко покашлял и посмотрел на остальных, чтобы больше не тревожить и так сгорающего от смущения и стыда Драко. — Так что вы, собственно, хотите, чтобы сделал я?
Панси после секундной заминки кинула последний обеспокоенный взгляд на Драко и сделала шаг вперёд, закрывая того своим своим маленьким и хрупким телом. Хотя она чуть-чуть и не доставала своей макушкой до подбородка Малфоя, но её ярому стремлению защищать его можно позавидовать. Ради своих друзей Панси могла любого волшебника заставить пожалеть о том, что он сказал пару неласковых в сторону её друзей. Но этим не пользовались ни Драко, ни Блейз. Один раз спрятался за чью-то спину — и можешь забыть о своей репутации.
Репутация в слизерине высоко ценилась, поэтому дать ей пошатнуться было подобно наступить на скользкий камень рядом с обрывом. Наступил на него — и вот ты уже летишь вниз без малейшего шанса, чтобы спастись от падения в ледяную воду. И тут уже два исхода : либо ты выживешь, либо от удара об воду ты разобьешься и пойдёшь ко дну.
— Всего лишь поговори с Томасом и уладь с ним это тихо и полюбовно, — негромко отозвалась Панси. Её голос был полон нескрываемым гневом, что копился все эти дни, как снежный ком. — Мне уже надоело видеть, как один за другим забегают в наши подземелья зарёванные слизеринцы, которым не повезло столкнуться с "борцами за справедливость" в коридоре.
— Паркинсон, ты думаешь я с ним не разговаривал? — сквозь зубы прошипел Гарри. — Чуть ли не каждая наша встреча была об этом. И как ты думаешь какой ответ я получал каждый раз? О, можешь даже не гадать. Дин высмеивал мои просьбы прекратить это.
— Вот именно, Поттер, — цокнула Панси и, подойдя к Герою, ткнула пальцем ему в грудь. — Ты пытался убедить его словесно, в то время как эти идиоты понимают только силовой способ убеждения.
Гермиона схватила руку Панси, что давила своим длинным ногтем в грудь Гарри, и покачала головой. Её волосы от этого распушились ещё сильнее, и пару прядей скрыли её обеспокоенный взгляд.
— Панси, мы не можем так поступить с нашими друзьями! — её голос дрожал от волнения. Хоть Грейнджер и сама понимала, что если поскорее со всем этим не разобраться, то это может закончиться печальным исходом. Но часть её души тлела мысль, что со всем этим можно разобраться более мирными способами, чтобы было как можно меньше последствий для каждой из сторон.
— Ты разве не понимаешь, Гермиона? Если это так и продолжится, то пострадают абсолютно все. И ваша троица тоже...
— Правда? — вклинился в разговор Рон. Он заинтересовано поднял бровь. — Чем же это может обернуться плачевным для нас?
— Ну, например, тем, что ваш дорогой Поттер будет скулить, как псина каждый раз, когда будет видеть, чем все эти разборки будут заканчиваться для Драко, — как ни в чем не бывало бросил Блейз и многозначительно посмотрел в глаза Уизли. Тот от такого наглого заявления покрылся красными пятнами от гнева.
— Так, а кто виноват, что этот хорёк отказывается от любой помощи, что предлагает ему Гарри! Сам подумай, если бы ему нужна была помощь он бы давно её попросил, но нет же. Он продолжает из своего уже давно потерянного достоинства выжимать последние оставшиеся соки и доказывать, что он чего-то ещё стоит! Если хочешь от нас помощи, то сначала помоги этому придурку справиться с его тараканами в голове. Может, тогда...
— Блять! — выругался Блейз с такой яростью, что многие собравшиеся вздрогнули от такого разгневанного слизеринца. Только Драко опустил голову ещё сильнее. Он сжал тонкие пальцы в кулак и долго стоял, пока кисти рук не заныли от такого сводящего мускулы напряжения. Каждая мышца горела так, словно под кожей кто-то разлил ведро лавы, и оно сжигало всё на своём пути. Но даже такая боль, что напоминала лезвие, режущее живую плоть, не остановила его.
Голова Малфоя младшего разрывалась от ежедневных размышлений о выходе из столь затруднительного положения. Он понимал, что вина за то, как сейчас обращаются со студентами его факультета, лежала на его плечах, но то, что он был связан по рукам и ногам, не давало ему предпринять что-либо. Драко вздрогнул, стоило кому-то схватить его за руку и потянуть верх.
— Хотите сказать, вам этого недостаточно, чтобы начали что-нибудь предпринимать, — выкрикнул Блейз и одним движением руки убрал рукав мантии, открывая для всех вид руки, покрытой синяками. Тёмно-фиолетовые пятна были будто продолжением чёрной метки.
Сердце Поттера пропустило удар и провалились в желудок от такого ужасающего душу зрелища. Он подошёл и неверяще принялся осторожно докасаться до каждого синяка. Блейз отошёл в сторону и отвернулся от всех.
— Кто? — бесцветным голосом спросил Гарри, поднимая пустой взгляд с руки. Он хотел посмотреть в глаза Драко, но тот повернул голову в сторону и сжал губы в тонкую полосу.
— Ты же говорил, что они тебя не трогали, — шёпотом произнесла Панси. Её голос дрожал на каждом слове.
Малфой не мог посмотреть ни на кого из присутствующих. Он не смог бы вынести эти сочувствующие взгляды. Слова застряли где-то глубоко в горле, а рот был словно наполнен песком. Он не хотел слушать, как его жалеют. Он ненавидит быть беспомощным. Но в свою защиту он так и не придумал, что ответить.
— Пусть этот придурок готовится остаться без глаз, — с красными глазами от подступающих слёз заявила Панси и, повернувшись, направилась на выход. Гермиона посмотрела на парней и, увидев, что никто не собирается останавливать слизеринку, сама побежала за ней.
— Панси, стой! Не делай того, о чем пожалеешь после! Да остановись ты! — эхом от стен отражался в сплетениях коридоров взволнованный голос гриффиндорки.
Когда девушек больше не было слышно, никто из оставшихся не решался заговорить.
Гарри осторожно схватил кончиками пальцев подбородок Драко и повернул голову. Малфой не хотел видеть в глазах Поттера всё то отчаяние, что испытывал сам последние дни, и потому зажмурил глаза.
По правде говоря, он не появлялся в Больничном Крыле и не навещал Гарри только из-за полудурков, что не давали ему прохода. Каждая его вылазка заканчивалась стычками с Дином и его компанией. Всё было относительно неплохо в первые дни, пока Гарри находился в лазарете. Они лишь обменивались любезностями, но до рукоприкладства они никогда не доходили. До вчерашнего вечера.
— Я ещё раз спрашиваю, — негромко, но требовательно спросил Гарри. Нотки стали в его голосе пронзили Драко, словно острые наточенные мечи вонзились в него. Он резко распахнул глаза.
— Твою мать, Поттер, — прошипел Драко и попытался отодвинуться от Героя. — Я же сказал, чтобы ты не лез. Я тебе ничего не скажу. Просто не лезь и всё. Мои разногласия с Дином тебя не касаются. Твоя задача помочь остальным слизеринцам, а не лезть мне под кожу со своей помощью, — Малфой вырвался из хватки Поттера, но ненадолго. Тот, не соображая, схватил слизеринца за левую руку и потянул на себя. Малфой тихо застонал от боли и Гарри тут же отпустил его.
— Я не хотел, Драко! Мерлин, прости меня, я...
— Поттеррр, — выдавил Драко, пытаясь отдышаться после мучительной вспышки боли. Она была такой яркой, что голова закружилась и в глазах почудились искры.
Малфой поправил рукав, скрывая за слоями ткани чёрную метку. Затихнув на минуту, что Гарри показалось вечностью, Драко, не смотря на того, спокойным голосом обратился к Герою :
— Надо было раньше сказать, но я почему-то решил, что можно обойтись и без этого. Совсем забыл несколько ты невыносимый гриффиндорцец, — он закусил губу и продолжил. – Если это тебя, наконец, угомонит, то я обращусь к тебе за... — Драко тяжело сглотнул. — ...помощью, когда мне это потребуется, а пока лучше не лезь в мои дела с Дином. Ты меня понял, Поттер?
Гарри запустил руку в свои волосы и сжал их в кулаке. Он очень хотел помочь Драко, не ожидая разрешения от того, но других вариантов у него не было. Может, стоит и вправду дать тому самому разобраться с этим? Но из-за того, что он увидел сегодня, Поттер совсем не хотел отпускать Малфоя от себя ни на шаг. Кто знает, чем это закончится в следующую их встречу.
— Ладно. Хорошо, — выдохнул Гарри и посмотрел на Рона, который весь их разговор с Драко смотрел на спину Блейза. — Но прошу тебя не терпеть все издевательства. Кто знает, до чего они могут дойти, — он ненадолго замок, прежде чем продолжить. — Директор Макгонагалл знает об этом? — Гарри кивнул на руку Драко.
— Нет. До этого момента никто не знал. Кроме Блейза, — Драко от волнения принялся крутить перстень на пальце. — И желательно, чтобы она не узнала. Да и ты сам знаешь, что она ничем не поможет.
— Отлично, вы поговорили по человечески. Могу посчитать это за плюсик в свою карму, — поворачиваясь к парням, сказал Блейз. — Думаю, Грейнджер уже остановила Панси и успокаивает где-нибудь в одном из кабинетов. Уверен, что она смогла бы придумать решение нашей ситуации, чтобы обе стороны не пострадали, но на это точно уйдёт много времени. А нам со всем этим надо разобраться как можно скорее. Поэтому жду ваши предложения.
— Блейз, какие тут могут быть предложения, если на них не действуют уговоры? — с ноткой скептицизма спросил Рон. — И сразу скажу — я против насилия над своими друзьями, поэтому думайте над другим решением.
— Шантаж? — неуверенно ответил Гарри.
Блейз щёлкнул пальцами и довольно оскалился.
— Ну и ну. Оказывается, у нашего Поттера котелок иногда варит и выдаёт очень недурные идеи. Но, — Забини развёл руки. — Нам нечем их шантажировать. Так что если у тебя есть мысли, то я тебя внимательно слушаю.
Рон почесал свой веснушчатый нос, прежде чем ответить за друга :
— А что если запечатлить на колдокамеру то, как они измываются над Драко и остальными слизеринцами и после предоставить это как материал в Ежедневный Пророк. Уверен, что такая новость будет на первой полосе, и это заставит общественность открыть глаза на эту проблему.
— Уизли, не забывай, что даже если это будут мусолить на каждом углу, не факт, что это не вызовет обратный эффект, — критически заметил Драко. — Например, поддержка действий Дина и его компании. Мало людей осмелится выступить против несправедливого отношения к ничем неповинным слизеринцам. А обо мне, я думаю, можно ничего и не говорить.
— Ты забываешь об одном козыре, хорёк, — ответил Рон, на что Драко закатил глаза.
— М? И какой же?
— Великий и бесстрашный Спаситель Магической Британии — Гарри Джеймс Поттер, — бодро заявил Рон и указал на Гарри, что покрылся пятнами от смущения.
— Рон, я тебя убью, — замычал Гарри в ладони.
— И ты уверен, что если Поттер вступится за слизеринцев, то это хоть как-то подействует на толпу? На суде Гарри защищал Малфоев, но, как видишь, это не помогло, — сказал Блейз и подошёл к Рону. Они уставились друг на друга.
— Не попробуем — не узнаем, — уверенно заявил Рон. — Да и других вариантов у нас нет. Так что начнём с этого.
— А не подставим мы этим Поттера и его репутацию? — спросил Блейз.
— Думаю, вас сейчас должна меньше всего волновать моя репутация, — не отрывая рук от лица, ответил Гарри. — Да и мне не привыкать к резкому падению моей популярности. Буду даже благодарен, если это вечное вознесение меня и напоминание о моей влиятельности, как можно быстрее закончится.
Драко покашлял пару раз, привлекая внимание к себе.
— Судя по вашему гениальному плану, в нём я буду что-то типа приманки?
— Да, — ответил Блейз и посмотрел через плечо на Драко и Гарри. — Поттер, не смотри на Драко. Он не из сахарной ваты сделан, чтобы из-за пары капель раствориться. Ну получит по лицу пару раз. Вспомни как вы сами не раз напоминали в коридорах клубок ниток, что катался по полу и влепляли друг другу увесистые удары в лицо. Так что постарайся не сорвать план из-за своих геройских замашек. Другого шанса разобраться с этим так легко может и не представиться.
— Не уверен, что я смогу... — ответил сквозь зубы Гарри и сжал руки в кулаки. Поттера буквально трясло, как лист, что трепетал от неугомонного порыва ветра
Он сходил с ума от нахлынывающих на него чувств несправедливости мира.
— Успокойся, Поттер, — голос Драко был до ужаса спокойным. Гарри вскинул голову и с недоверием уставился на Драко. Он выглядел слишком... расслабленным. Но только его глаза выдавали все его мысли. Он сам был не в восторге от плана, но деваться было некуда. — Твоё появление в плане будет ещё не скоро, так что сиди и просто жди. Не раскрывай его, даже если сильно хочется. У нас одна попытка и она не должна пойти крахом из-за тебя.
— Я...
— Блейз Забини! — выкрикнул басистый незнакомый голос из другого конца коридора. Владелец голоса стремительно двигался в их сторону, а позади него бежала женщина с платком. Она каждые пару шагов подносила его к глазам и вытирала одинокие бусины слёз, что не заканчивались. — На пару слов.
Блейз всё это время стоял с натянутой улыбкой, смотря на то, как незнакомец шёл к нему. Неожиданное появление этих двоих заставило его внутри сжаться от страха. Что же случилось?
