Рожденный для страданий

Зал был заполнен множеством разных голосов. Все обсуждали документ, который лежал в середине небольшого стола. Гости сидели на диванах, продолжая делиться своими доводами друг с другом. Огромные двери открылись, впуская двух главных лиц, которые и созвали немецкие государства. Австрийская империя сел на отдельное кресло. Не хватало лишь короны на голове, чтоб подчеркнуть его высокий статус среди них. Австрия ловил восхищенные взгляды, теша этим свою высокую самооценку. Пруссия закатил глаза от этой напыщенности, но решил сдержать свой острый язык от греха подальше. Пруссак также сел на отдельное кресло и запрокинул ногу на ногу. — Желаете ли вина? — предложил хозяин территорий. — Думаю не откажусь от этого, — Пруссия посмотрел на австрийца. Остальные тоже согласились и в зал зашли слуги. Вино разлилось в бокалы, ударяясь о стеклянные стенки, как морские волны о корабли. Когда последний человек ушел, пруссак отпил напиток, поражаясь дивному вкусу. Французское. От мыслей хотелось хмуриться, но не тут. На лице не шевельнулся ни один мускул. — Французское? — Да, хоть вино у этого лягушатника получается лучше всех, -- Австрия сделал глоток. Пруссия лишь хмыкнул и встал со своего места. — Господа, все мы знаем для чего мы собрались здесь, — голос был уверенным, спокойным. Все внимательно слушали. — Все мы чувствовали безопасность во времена Священной Римской империи, — пруссак осмотрел всех пристальным взглядом. Кто-то задумался, вспоминая те времена, а другие отводили свои взгляды, не желая встретиться с холодным взглядом напротив. — Мы создадим союз. Он станет марионеткой в наших руках. Наши границы вновь будут в безопасности! Государства молчали, явно обдумывая все за и против. Австрия с холодом смотрел в спину Пруссии. Если бы не давление с стороны его и Франции, то территории Австрийской империи расширились бы без всяких усилий. После раздробленности Священной Римской Империи, маленькие государства готовы были сами войти в его состав. Однако пришлось отказаться от этого и пойти на поводу пруссака, согласиться на создание союза. Не желая больше ждать, Австрия встает и подходит к столу. Через пару секунд на бумаге остается красивая подпись. Пруссия тут же подписывает за ним, сдерживая победную улыбку. Увидев, как смело подписали этот документ, государства тут же подходили по одному и ставили свою подпись. Последним был Саксония, который сомневался, что из этого выйдет что-то хорошее. Чувство тревоги не покидало его даже по пути домой. Они всего лишь пешки в игре двух королей. *** Во дворце раздался плач. Австрия держал сверток в руках. Глаза его заполнены недовольством. И это их союз? Их окружили другие государства, которые хотели увидеть это создание. — Ну и урод, — прокомментрировал Пруссия, не скрывая своего отвращения. Волну недовольства подхватили, с разных сторон начались оскорбления. "Безмозглый скот," — подумал Саксония, осмотрев присудствующих злобным взглядом и ни разу не взглянув на ребенка. — Хватит, — фыркнул Австрия и передал дитя служанке -- уложи его спать. Девушка поклонилась и поспешно покинула зал. — И кто же займется воспитанием этого отродья? — Саксония посмотрел на них — Думаю, если Германский союз будет под надзором Австрийской империи, то он вырастет таким же начитанным как и его хозяин Лесть. Пруссия скривился от этого. --- Я могу забрать его к себе, не думаю, что Австрия будет заниматься этим, — два холодных взгляда встретились. — Думаю Пруссия прав, но у меня условие. Вена будет такой же важной точкой, как и Берлин, где в будущем и вырастет союз. Все одобрили такое решение. После обсуждения нескольких вопросов многие уехали к себе. Пруссия же остался, чтобы с утра покинуть дворец вместе с ребенком. Неужели пруссак обрел отцовский инстинкт? Хотя о таком даже смешно думать. Австрия лишь улыбнулся уголками губ, хоть воспитывать не придется, не хватало еще тратить время на это ничтожество. Главное, чтоб тот не забывал, чья он псина в будущем. **** Германский союз рос не так быстро, как хотелось Пруссии. Это сильно раздражало, но страна был терпеливым. Как и все союзы, он был высоким, всегда сутулился, когда сидел за столом, да и когда прогуливался. Жалкая поза раба. Асимметричная челюсть, поэтому мальчик плохо разговаривал. На это часто жаловались репетиторы, на что пруссак разрешал бить мальчика, если тот будет плохо стараться. Серо-голубые глаза смотрели с наивностью на своего родителя. Пруссия желал задавить это в союзе. Ждать не приходилось долго. Любое неверное действие наказывалось сразу же. Страна мог душить, не слушая всхлипы и мольбы союза. Мог запирать его в кладовке на несколько дней, запрещая служанкам приносить еду ребенку. Наконец тот мог вернуться в свою комнату. Германский союз крепко обнял подушку, всхлипы застревали в горле, создавая ком. Подушка давно намокла, но мальчик не обращал на это внимание. Темнота комнаты пугала. Сердце стучало быстрее, как же он ненавидел ночь. Шмыгнув, мальчик обнял себя. Зрение давно привыкло, поэтому некоторые силуэты были видны. Но из-за этого детский разум додумывал монстров. Не выдержав, Герман спрятался под одеяло. Из-за слез веки стали тяжелыми, и союз наконец-то уснул. Утро всегда начиналось рано. Служанка приходила будить его. ГС жмурился от солнечных лучей, когда женщина, лет сорока пяти, открывала окна, впуская свежий воздух в помещение. Потом она нежно поглаживала малыша по голове и ласково будила. Союз улыбался, из-за таких моментов он любил утро. После водных процедур, союз спустил по расписанию в столовую. Пруссия недовольно взглянул на него. ГС виновато опустил голову и не заметил вторую персону за столом. — Садись уже, — фыркнул пруссак и взглянул на гостя. Австрия же провел союза взглядом и улыбнулся ему. --- Ну здравствуй, Германский союз. Союз тут же взглянул на него и попросил прощения, что не заметил его. --- Здраствуйте. — Так что Вам понадобилось? , — спросил Пруссия, не скрывая свое недовольство. — Я просто пришел наведать свой союз, — Авсрия был спокоен, отпил вино. Пруссия ничего не ответил, все еще недовольно сверлил собеседника взглядом. Тот же словно не замечал этого. ГС с восхищением следил за Австрийской империей, который интересовался его успехами. Союз с радостью рассказывал о всем, иногда жестикулируя, не замечая, как взгляд двух стран холодеет. — У тебя занятия, — перебил его Пруссия. Германский вздрогнул, тут же слез со стула, поблагодарил их за завтрак и покинул столовую. — Чтож, вижу ты избаловал его, — Австрия с усмешкой посмотрел на него. — Избаловал? — сжал кулаки пруссак, не понимая ничего. — Да, уж больно эмоционален. Жалость, — вытер губы салфеткой и встал.-- приструни его, иначе вырастет слабаком. Пруссия свел брови к переносице, желая ударить этого нахального павлина. С Германским союзом он поговорит, еще так, что тот не забудет этого. Попрощавшись с Австрией, Пруссия направился к Германскому союзу. --- Альфред, оставьте нас Математик поправил свои круглые очки, поклонился и вышел из помещения. ГС напрягся, он сжал голову в плечи, становясь меньше. — Ты опозорил меня перед ним, — резко схватил юнца за волосы и повернул к себе. Серо-голубые глаза испуганно бегали по лицу родителя. — Простите, — прошептал союз, но тут же вскрикнул, когда голова ударилась о рабочий стол. — Сколько раз мне нужно повторять тебе, что нужно держать эмоции в себе? — Пруссак пару раз повторил свои действия, пока бумага с цифрами не испачкалась кровью. Гс хрипел, шептал извинения. Пруссак лишь фыркнул, пнул его ногой, пока Германский не потерял сознание. *** Пруссия гневно сметает все со своего рабочего стола. Глаза с ненавистью перечитывают строки письма. — Чтоб тебя! — кричит он чуть ли не на весь дом. " После нашей последней встречи я был крайне разочарован результатом. И раз ты не справляешься, то этим займусь я. Точнее Рейн Меллендорф. Так скажем маленький подарок для союза. Если же ты выгонишь его, то я разорву документ и все твои старания пойдут насмарку " Дворецкий стоял спокойно. Словно не видел истерики страны. Пруссак хмуро посмотрел на него. --- Пошел вон отсюда! Мужчина лишь поклонился и вышел из кабинета. Германский союз нашелся в саду, рисующим местные красоты.Дворецкий решил подойти и представиться. — Вы Германский союз? — мужчина осмотрел подростка. Да уж, он явно не обладал красотой. — Да, это я, — он взглянул на мужчину равнодушным взглядом. — Я Ваш личный дворецкий, — Рейн поклонился. Гс удивленно посмотрел, но не подал виду. — Вас направил Пруссия? Он бы предупредил меня заранее. — Увы, он сам был поражен моим появлением. Меня прислал Австрийская империя, — мужчина заметил как глаза заблестели, но тут же снова стали равнодушными. — Хорошо, я уточню у Пруссии об этой ситуации, — кисть оставляла следы краски за собой. Дворецкий наблюдал за этим, пока рука союза не дернулась и кисть не упала на траву. Прикусив губы, ГС наклонился пытаясь взять кисть, но пальцы не слушались хозяина. — Позвольте мне, — мужчина наклонился и поднял кисть. — Да, благодарю, — Союз не взглянул на него. Пальцы все еще не слушались. Рейн не стал уточнять, что случилось с руками Союза. — У Вас талант, Вы знали? — Не считаю это талантом, Пруссия хочет, чтоб я умел рисовать, — ГС смотрел на незавершеную картину, где изображенны кусты роз и могучий дуб. — Уберите это в мою комнату, — Союз развернулся и направился в дом. Нужно поговорить с отцом — Талант то все равно есть, — покачал головой мужчина.