Ревность для одного

Годжо думал о том, что то «Ага» могло значить? Мегуми не придал какого-то значения. Просто взял свой тост и пошёл в школу, оставив мага наедине с недопитым чаем и двумя пустыми тарелками, если не считать печальных крошек. Однако Сатору таких деталей не упускал, поэтому позвал Оккоцу на тренировку чуть пораньше, разобравшись со всеми делами в первой половине дня. — Учитель Годжо, вас что-то беспокоит? Юта не стал отказываться от такой возможности. Позаниматься в додзё не при лунном свете это та ещё роскошь. Парень заметно окреп и теперь хотя бы мог блокировать катаной удары Годжо. Не все, но большинство. — Не - е - е - т. Маг потянул с ухмылкой это коротенькое слово, вкладывая руки в карманы, хоть прежде и приподнял ногу для очередного удара. — Уже устал, Юта? — Нет - нет! Просто вы не шутите совсем. Молчите всё, а я уже привык, что... А, нет! Не обращайте внимания! Я много говорю! Давайте продолжим, пожалуйста! И парень вновь принял стойку, слегка поджав пересохшие губы. — А это правда, что вы опекун? — Внезапно выпалил Оккоцу, чуть поведя плечом. Ну, такой вопрос Сатору не удивил. Он ведь действительно весьма молод для подобной роли. Мужчина кивает, сразу находя в телефоне самую милую и очаровательную фотографию Мегуми, где тот ест торт на своём Дне Рождении. — Такой взрослый! Мой ровесник! Я думал, что он младше! — Все так удивляются! Но, скажи, что он очарователен? — Очарователен, да. — Лепечет Оккоцу, опуская катану на пол, с позволения Годжо пролистывая в его телефоне другие фотографии Фушигуро. Да у него ж целая папка с ним! — Ему с вами очень повезло, определённо. Наверное, много времени проводите вместе? Отвечать Годжо не стал, неопределённо пожав плечами. Тренировка продолжилась. На самом деле это было не так. Он и Мегуми совершенно разные, а сам маг не лез в его дела. Годжо был для Фушигуро скорее другом и братом, ежели родителем. Разве что приходил в школу, если вызывали. Тут уже без вариантов. В основном Мегуми справлялся со всем самостоятельно. Не просил советов, с лёгкостью осваивал школьную программу сам и только иногда обращался за помощью, что заключалась в «отвези меня, надо купить, достань с верхней полки, приготовь и т.д.», и Сатору уже к подобному привык. Юта пропустил очередной удар, обессиленно опустившись на пол. Парень тяжело дышал, зачёсывая назад мокрую чёлку. — Достаточно с тебя на сегодня. Отлично постарался, Юта! Сатору стянул с себя повязку, чуть встряхнув головой. Тоже ведь немного взмок. Внезапно его голубые глаза остановились на покрасневшем Юте. Оккоцу смотрел как-то заворожённо и не скрывал этого, с большим усилием отворачивая голову в сторону. — Всё же вы очень красивый.