The alcohol in her blood

Музыка из колонок бьёт по голове, пока куча полуголых тел кружатся в центре помещения. Веселящее вещество давно заполонило голову, Рюджин даже думать толком не может. Обещала себе сотню раз: «сегодня не пить, я потом не смогу от похмелья неделю избавиться, да и кто-то будет этому явно не рад», но друзья у Шин не простые, смогли же, скоты, напоить. Девушка сама не замечает, как отдаётся ритму заевшей музыки, играющей на повторе уже час, наверно, может два, залетая в круг к остальным, не менее пьяным, посетителям клуба. Рюджин везёт, что одежда на ней не «привлекающая», иначе бы парни, стоящие по углам, съели взглядом. Но их всё равно не останавливает то, что тело Шин полностью закрыто. Друзья, быстро заметившие компанию взрослых мужиков, что никак не могут успокоить стручок в штанах, все четверо, наблюдающих за Рюджин, максимально показали жестами, что лучше глазеть не на Рю. Шин забывает обо всём. Забывает о лекциях, которые надо было учить, и о паре анатомии, к которой надо было готовится весь вечер. И зачем она согласилась сходить с друзьями в этот несчастный клуб? *** — Да блять, — Рюджин ругается на парней, идущих слева от неё, — ну и зачем вы мне тот стакан всунули? Ну щас приду, Йеджи опять ругаться будет. Шин поправляет свои волосы, немного ероша их. — Да не ссы, прошлые разы же пережить смогла. — Хонджун, у тебя нереально классная поддержка, — саркастично отвечает та. Шин сворачивает в сторону нужного дома, махнув друзьям рукой. Тётка, работающая в администрации, даже глаза не поднимает, привыкнув к тому, что к ней каждый день заваливаются алкаши — то домом ошиблись, то мелочи на ещё одну бутылку попросить. Но Рюджин проходит мимо, заставляя обратить на себя внимание. — Девушка, вы из какой хоть квартиры? — работник дома поднимает глаза, поправляя оправу очков. — Из сто сорок седьмой, — на удивление, Шин говорит чётко и внятно, но голова вовсе не соображает. Силуэт Рюджин скрывается в лифте. — Ну ладно, — не одобрительно отвечает та, вновь глядя в журнал, — а я думала, что у Хван и друзья такие же, как она сама, порядочные. А не алкоголики какие нибудь. Рюджин частый гость в квартире Йеджи. Странно, что эта старуха, которая скоро на месте развалится, всё ещё не запомнила её. Оно и к лучшему, скорее всего. Шин собиралась ехать к себе, но получив гневное сообщение, что если она не придёт к Хван после своих походов, то Йеджи приедет сама, а вот там уже будет плохо вдвойне... Рюджин находит ключ-карту, которую Йеджи сделала специально для неё, чтобы Шин могла приходить к ней когда захочет, девушка открывает входную дверь, попадая внутрь квартиры. Хван быстро идёт на звук, оперевшись о дверной косяк, скрещивая руки на груди. — И где ты была? — голос Йеджи строгий. Она явно не в духе от поведения младшей. — И с кем? — В ночняке, с Хонджуном и его ухожором, — Рюджин договаривает, как столько избавляется от обуви, — я не хотела пить, честно. Хван вряд-ли поверит. — Да я вижу. Попытаться стоило. — Ну Йеджи, — девушка тянет, подходя к своей разгневанной возлюбленной. Рюджин цепляется руками за шею Хван, приобнимая. Та никак не реагирует, только отворачивая голову, — Ну Хван-и, ну прости... Шин тычется в чужое плечо, привлекая к себе нужное внимание. Йеджи молча отпихивает Рюджин, не сильно, но достаточно, чтобы та чуть не упала. Теперь Рю понимает, что Хван более, чем зла на неё. Мало того, что не сказала, ещё и напилась в доску. Йеджи никогда не устраивали пьющие люди, даже учитывая то, что они в Корее. Йеджи терпеть не могла пьяных, а что ещё хуже, пьяную Шин. — Пошли, пьянь, — Хван хватает трясущуюся руку Рюджин, утаскивая за собой в спальню, где также находился рабочий стол Йеджи. Шин краем глаза замечает, что старшая вновь увлечена какимм-то документами по работе, и с большей вероятностью, этим вечером Рюджин останется без внимания. Йеджи начинает раздевать Шин, чтобы закинуть в стирку всю одежду, пропахшую алкоголем. Рюджин не пытается сопротивляться, позволяя Хван избавиться от тряпок, обвивающих тело. Рю послушно лежит на месте, иногда приподнимаясь, помогая любимой. Единственное, что начинает напрягать Рюджин — то, что Йеджи посчитала нужным снять нижнее бельё Шин тоже. Но младшая не имеет сейчас права спорить. Хван возвращается с одной из своих футболок (одежды, принадлежащей Рюджин, к сожалению, в квартире у Йеджи нет), натягивая на обнажённое тело. Шин утопает в том, что ей предлагает надеть возлюбленная. Джи разворачивается, молча отходя от кровати, чтобы сесть в геймерское кресло. Хван немного отодвигается от стола, на котором стоит компьютер с открытым рабочим документом. Девушка хлопает по своему колену, подзывая Шин, как собаку. Рюджин не противится, без лишних вопросов поднимаясь с мягкой постели. Рю едва стоит от алкоголя, разгулявшегося в крови. — Лицом ко мне, — Йеджи говорит кратко, хватая рукой компьютерную мышь. Шин, как послушная девочка, садится на разведённые колени Хван, обхватывая плечи и шею последней. Старшая вновь пододвигается к столу, чтобы видеть экран без прищура, и ограничить Рюджин попытки встать. Шин тихо хнычет, когда между ног ощущается пульсация, а она даже коснутся себя не может, ведь сидит на коленях Йеджи. Рюджин чувствует холод комнаты обнажённой промежностью. Шин горит (во всех смыслах) желанием прикоснуться к бедру Хван, на которое можно легко соскульзнуть, но она знает, что Йеджи вряд-ли такое одобрит. Джи просовывает руки, обхватывая талию Рюджин с обеих сторон, но не зацикливается на этом, продолжая путь до клавиатуры. Подбородок Хван удобно расположился на плече второй, пока глаза бегают по тексту. Шин утыкается в холодную шею Йеджи, тяжело дыша. — Йеджи, — ноет Рюджин, ощущая неприятную влажность меж ног. Теперь Шин начинает задумываться, не накачали ли её, что она так легко возбудилась от движений Йеджи. — Это твоё наказание. Сиди так и терпи. — Хван говорит без эмоционально, устало нажимая по клавишам, наблюдая за появляющимися буквами. Шин остаётся тихо хныкать, утыкаясь в чужое плечо, умирая от своего перевозбуждения. Рюджин пару раз старается оказаться на манящем бедре Йеджи. Но руки старшей всегда успевают, удерживая на месте. Шин старается двинуться, чтобы Хван наконец прикоснулась к ней, но всё безуспешно. Йеджи сейчас слишком жестока — так думает Рюджин, томно дыша в чужую шею. Хван не реагирует не на что, лишь вовремя останавливает Шин, чтобы её наказание не закончилось раньше времени. Йеджи неожиданно откидывается на спинку кресла, хватая чужие ягодицы. Хван зло впивается пальцами в молочную кожу, вызывая лёгкий скулящий стон у своей жертвы. Шин успешно понимает, что её наказание подошло к концу. Или это она слишком хорошо воздействует на Хван. Йеджи позволяет коснутся её бедра, даже сама направляет. Рюджин дрожит от долгожданного чувства тела Хван под собой, молча наслаждаясь тем, что Йеджи сжалилась над ней. — Малыш, — Хван поднимает одну из рук, подцепляя подбородок девушки, — чего ты хочешь? — Йеджи сжимает челюсть Рюджин, не позволяя той даже рот раскрыть. Хван и сама знает, чего хочет Шин. Но Йеджи ничего не сделает, пока не услышит или не увидит ответ. Рюджин нервно сглатывает, цепляясь ноготками за плечи Хван. Рю неуверенно двигает бёдрами, как будто в первый раз, наслаждаясь получаемым трением. Йеджи усмехается от безысходности младшей, молча держа руки на пояснице Шин, наблюдая за тем, как Рюджин отчаянно старается получить удовольствие. Хван помогает ей, направляя движения руками, теперь покоющимися на заднице Рюджин, иногда ускоряя темп, который Шин не сможет повторить в одиночку, но очень скоро останавливается. Рюджин тычется тёплым носом в ключицу Хван. — Знаешь, — Йеджи не сводит глаз с движений бёдер Шин, не позволяя ей остановиться, — это выглядит немного смешно. Запинаясь, Шин тихо отвечает: — Ты о чём? — Весело наблюдать за тем, что ты, как собака, пытаешься найти свой оргазм, довольно трахая мою ногу, — Рюджин смущается. Они никогда не любила подобные разговоры, в особенности во время секса, сразу заливаясь краской от услышенных слов. Йеджи понимает это, по особенному воздействуя на Шин. Хван останавливает движения Рюджин, когда видит её дрожащие ноги, возвращая в исходное положение. Шин забывает о своём наказании, стараясь просунуть руку между их телами, чтобы коснуться себя. Йеджи быстро перехватывает, ведя за запястье, помещает руку Рюджин себе на плечо. Шин всхлипывает. Хван вновь утыкается в экран компьютера, не позволяя Рюджин даже не миллиметр сдвинуться с этой позы. Шин, конечно, послушно сидит, глядя на изгибы шеи старшей. — Хван-и, — ноет Рюджин, аккуратно целуя линию челюсти, — пожалуйста, помоги мне... — А ты была хорошей девочкой, чтобы заслужить это? — Йеджи отрывается от писанины, кладя руки на талию Рюджин через футболку, — кто-то обещал бросить пить, а прямо сейчас, этот кто-то дышит перегаром мне в ключицы. — Прости пожалуйста, — сразу начинает извинятся Шин, — я правда не хотела. Йеджи всё равно ей не верит. Но видеть свою малышку, которая чуть ли не плачет от желания, Хван не хочет. Джи обводит правой рукой талию Рюджин, останавливаясь на плоском животе, ведя чуть ниже. Основная часть ладони остаётся на лобковой кости, а умелые пальчики дразнят Шин, нежно прикасаясь к клитору. Рюджин издаёт скулёж, когда движения Йеджи становятся быстрее, давя на чувствительный комок. Рю слегка движется, усиливая трение, которым наделяет её Хван. Шин слишком возбуждена, чтобы сдерживать лаву внизу живота. Рюджин что-то невнятное шепчет в шею своей любимой, начиная сильно дрожать, когда испытывает яркий оргазм. Йеджи вытирает запачканые пальцы об оголённое бедро Шин, слегка похлопав незадействованной рукой ту по спине. Теперь Рюджин уверена, что будет напиваться только ради такого. Или не только напиваться.