Боль хочет, чтобы её почувствовали.

Нил проснулся на полу, но не спешил вставать. Все его тело ныло, жгло и пульсировало, будто всю боль решили запихать в его хрупкое тельце. Хотя можно ли назвать его хрупким? Сейчас- определённо. Он не знал, но был уверен, что каждое движение будет сопровождаться огненными напоминаниями о том, что было вчера. Или позавчера? Или пару часов назад? А может несколько дней спустя? Не было даже единого намёка на то, какой сегодня день недели и час. Но ему нужно вставать. Он обязан выжить любым способом. Ради Лисов, ради Эндрю, ради экси, ради.. Руки Джостена отдали грубой пульсацией, когда он приподнялся, облакачиваясь на них, чтобы не потерять равновесие. Нил бросил быстрый взгляд на свои конечности и как же он удивился. Его руки были обработаны и перевязаны марлевой повязкой. То же самое было с торсом и спиной, их обволакивал широкий белый бинт. Нил поддел пальцем повязку на животе и приподнял, осматривая раны. Увидев эту картину, Джостен на пару секунд перестал дышать, но не из-за самих порезов, а их расположения. Все травмы были нанесены точь в точь на старые шрамы, закрывая их новыми. На отпечатке от давней пули на плече он увидел небольшую ямку, которую, судя по всему, вырезали ножом. Сердце Нила пропустило удар, он правда перестал дышать. Джостен забыл, как правильно получать дозу кислорода. Из имитации дыхания выходило лишь прерывистое кряхтение, а руки сжались вокруг бетона, еле удерживая тело Нила на полу. Он умрёт. Прямо сейчас он погибнет самой глупой смертью. Его мысли устроили водоворот, который с каждой минутой засасывал в плен тревоги. Нил даже не сразу понял, что его руки трясутся, всë его внимание было, а точнее пыталось сосредоточиться, только на дыхании. «Как люди обычно это делают?» –Яростно пронеслось у него в голове. «Их грудь поднимается и опускается, я так и делаю, но почему я не могу взять чуточку воздуха?» –Вспышки фраз пролетали, но оставались лишь судорожным напоминанием. Глаза Нила заволокла туманная дымка, а взгляд был направлен прямо в пустоту. Он был здесь, но в ста километрах от сюда. Там, где Мясник умирает от пули, там, где Лола погибает следом, там, где он бежит с мамой от людей отца, там, где он сжигает труп матери в машине, там, где он пытается выдержать новые удары Рико, там, где он выходит на корт только с помощью Жана, там, где он становится свидетелем убийства младшего Мориямы. Всë это так далеко, но предательски близко. Паника только усиливается и он пытается вновь сделать один чертов вздох. Ему хватит этого глотка кислорода, но когда он открывает рот, чтобы сделать заветный вздох, его губы начинают неистово жечь. Черт. Эта боль послужила той самой пощедчиной, которая заземлила его. Он резко зажал рот ладонью, нервно набирая воздух в лёгкие. Сейчас он отчётливо чувствовал своё быстрое сердцебиение, которое с каждой минутой сбрасывало обороты. Просидев ещё несколько минут в тишине, которую нарушало лишь прерывистое дыхание, Нил начал оглядываться. Та же картина, что и вчера. Единственное отличие- в мисках была новая еда и вода. Приблизившись на четвереньках, дабы снизить боль, Нил начал смотреть содержимое. Одна миска была наполнена чем-то похожим на самую отвратительную кашу. Джостен понюхал еду и пришёл к одному выводу- это манка. К горлу подступила тошнота, но он отогнал её, глубоко вдыхая. Рядом стояла вода, возможно с сюрпризом в виде отравы, но Нил не собирался пробовать ни то, ни другое. Его голова хоть и кружилась от нехватки пищи, но он ведь пока не умирает, значит можно и потерпеть. Джостен не собирался так унижаться и есть из миски, как пёс. Он выше этого. Лучше подохнуть от голодовки, чем признать то, что он слаб. Нил никогда в жизни не будет играть по их правилам. Джостен отодвинулся от мисок, садясь в самый угол помещения. Он вспомнил, как маленький Натаниэль сидел здесь. Как же ему хочется сказать маленькому себе, что все наладится, чтобы тот не изнурял себя мыслями и не мучился от ночных кошмаров, в которых отец убивает его. Но этот угол лишь жалкая пародия на тот самый угол в подвале Балтимора. Джостен понимал это, но почему-то все равно смотря на помещение из раза в раз перемещался разумом в настоящий подвал к отцу. Нил попытался вспомнить Лисов, чтобы стало хоть чуточку легче, но в его мыслях сразу возникала картинка, как они беспокоятся и ищут его, подвергая себя опасности, поэтому он отбросил эту затею. Нападающий понял, что его живот уже несколько минут урчит и болит, потому-что ел он последний раз.. Когда его похитили. Да, так сказать будет правильнее, потому-что он не знает, сколько прошло времени с того момента. Джостен принял решение не смотреть на помещение вокруг себя, потому-то всë здесь напоминало о его главном кошмаре. Но сделать хоть что-то он был обязан попытаться. С третьей попытки встать он наконец-то уцепился рукой за стену и короткими движениями подошёл к двери. За ней не было не единого звука, и даже когда он прислонился к ней головой, все равно ничего не услышал. Нил обхватил ручку железной преграды все ещё трясущимися руками и медленно, почти бесшумно, опустил вниз, а затем потянул на себя. Что и следовало ожидать, дверь не поддалась. Но он был рад, что хотя бы убедился в том, что она закрыта. Это значит, что нужно придумывать новый путь отступления. У него была одна идея, только вот состояние вряд-ли позволит ему воплотить это в жизнь. Нил прошёл обратно к углу комнаты и сел на пол, смотря в пол, чтобы лишний раз не ловить взглядом закрытый шкафчик, в котором лежали ножи. Джостену стало смешно от мысли, что прямо в его шаговой доступности есть оружие, но он не может им воспользоваться из-за гребанного замка. В бегах он научился умело обращаться с различными дверями, сейфами и тому подобным закрытым дерьмом, но голыми руками у него ничего не выйдет, а здесь даже намёка на что-то дельное не было. Нил поднёс к своему лицу пальцы и начал рассматривать каждую новую травму. На пальцах виднелись ожоги, которые плавно шли дальше, затрагивая всю руку. Белая марлевая ткань начиналась у запястья и доходила до плеч, закрывая бóльшую часть. Бинты были пропитаны кровью, но явно давней, судя по цвету. Значит прошло достаточно времени. Может, ночь? Хотя судить только по цвету этой засохшей жидкости было явно плохой идеей. Нил начал думать, что если напасть со спины, спрятавшись за дверь? Нет, его поймает Джейн и второй мужчина. А если Ричард придёт один? Маловероятно, он не станет подвергать себя опасности. Джостен решил отбросить эту идею, сочтя за неоправданный риск. Где он допустил ошибку, что его так наказывает судьба? А существует ли она вообще? Что, если человек сам выбирает её себе? Но Нил ведь не хотел, чтобы все вышло так. Но вдруг после этого кошмара наступит мечта? Тогда данный ужас можно оправдать, если после него всë будет так, как в самых сладких снах. Интересно, а Эндрю после такого все-таки заставит его пойти к Би? Ну как «заставит».. Скорее приведёт столько аргументов, что Нил просто не сможет отвертеться. Но если это будут совместные с ним сеансы, то Джостен, наверное, даже за. Все-таки он скучает по Лисам. Как же он ненавидит это чувство. Оно всегда подкреплялось ужасными ситуациями, например- смерть Мэри. Как же он скучал тогда по ней. Просыпался от того, что не чувствовал дополнительного веса на кровати и не прикасался к ней спиной. Позже он спал отвернувшись лицом от стены, заменяя ею мать. Она, безусловно, никогда не была к нему нежна, но каждый её поступок он может оправдать. Она любила Нила, но по-своему. Так и сейчас: он скучает и это вновь вина отвратительных обстоятельств. Джостен резко понял, что хочет по нужде. Черт, как вовремя.

***

Надев боксеры, Нил с ехидной ухмылкой сел обратно, в свой комфортный, насколько это вообще возможно при таких обстоятельствах, уголок. Спустя некоторое время дверь открылась и вошли всë те же люди. Ричард медленно осмотрел комнату, а затем направил гневный взгляд на Нила. –Ты сходил по нужде на пол? –Мужчина присмотрелся к луже под ногами и поморщился. –Мы для кого, блять, лоток поставили? –Начал Ричард, подходя ближе к Джостену, который сидел и ухмылялся. –Сам ходи в свой лоток, животное здесь только ты, –Улыбаясь сказал Нил, –А, ну ещё они, –Он указал пальцем на двух людей позади мужчины. Ричард грубо схватил Джостена за волосы, оттягивая их. –Сученыш, ты как со мной разговариваешь? Мужчина был зол, если судить по силе, с которой он тащил Нила за волосы. Джостен зашипел от пронизывающей боли, скользя по полу, как по льду. Его бросили в другой угол комнаты, одарив несколькими ударами по рёбрам, от чего те неприятно заныли. Рифленая подошва Ричарда прошлась по лицу Нила, оставив там точно несколько синяков. –Я очень постараюсь, но умещу 7 лет страданий в твои последние дни, –Сказал мужчина, свысока смотря на Джостена. –Невозможно прожить 7 лет мучений за несколько дней, –Прохрипел Нил, скалясь. –Я докажу тебе обратное, –Ричард вновь ударил тело Джостена. Парень сжался в клубок, понимая, что сейчас находится в крайне безысходном положении. Удары лишь усиливали боль и добавляли новую, от чего Джостену становилось все труднее двигаться. Мужчина придавил Нила к полу, развернув его так, что тот оказался на спине, и надавил на грудь, вызывая приглушённый стон боли. –Уберите это, –Скомандовал он людям сзади и принялся одаривать тело Джостена новыми синяками. –Мы тебе обработали все, перевязали, а ты, тварь, смеешь так поступать, –Нил попал под новую волну ярости, чувствуя, что движения мужчины стали более резкими и агрессивными. Сдержав очередной вздох, который мог сойти за кряхтение, Джостен направил свой затуманенный гневом взгляд на Ричарда. –Благодаря вам они и появились, не делай мне одолжений, –Почти прохрипел Нил, сплёвывая накопившуюся во рту кровь, –Тем более, ты лишь хотел, чтобы я подольше протянул. –Какой смышлёный, –Мужчина усмехнулся и прекратил удары, отойдя в сторону. Джостен продолжал лежать, прижимая руки к рёбрам, которые периодически ныли, но сломаны не были- Нил с лёгкостью мог определить это, благодаря нескольким годам в бегах. Он почти отключился, но его резко подняли с пола и посадили на стул. Джостен развёл ноги в разные стороны, а руки опустил в свободное падение, так его поза выглядела увереннее. По крайней мере в его голове. Мир для Нила был как старая плёнка: чёрные круги перед глазами, всë кружится, а происходящее он улавливал лишь короткими вспышками. Его подбородок сжали и Нил приложил не малые усилия, чтобы сфокусироваться на объекте. Неизвестный мужчина держал в одной руке ложку, а второй пытался открыть рот нападающего, сжимая тому челюсть. –Да открой ты свой сраный рот уже! –Прикрикнул тот. Нил понял, что сейчас соображает явно плохо, но принял решение проигнорировать. Его шлепнули по лицу, отчего он чуть не навернулся со стула. Джостен был близок к падению, но его удержали на месте. –Нет, мы не будем насильно заставлять тебя, –Промурлыкал Ричард, легко кладя руки на плечи Нила, –В отличие от Эндрю тебе повезло больше. Вот теперь мир Нила накренился сильнее. –Что ты сказал, ублюдок? –У Джостена не было сил на споры, но промолчать он просто не мог. Его раненый язык «развязался», готовый к новому моральному бою. –Я имею ввиду.. –Мужчина сделал наигранную паузу, –Ты бы знал, как малютка Доу кричал, когда его вдавливали в матрас, –Ричард усмехнулся, прося Джейн принести телефон. Нил сжал руки, уже готовый встать и набить ему лицо, но эти грязные ладони удерживали его. –Заткнись! –Прорычал Нил, вспоминая все оскорбления на немецком. –Ох, спасибо, –Мужчина принял телефон и положил его в карман, –А ты знал, что он иногда специально притворялся больным, чтобы к нему не приходили? –Ричард прошептал эти слова на ухо Нилу, наклоняясь ближе, –Доу не насиловали, когда он болел, –Усмешка расплылась на его лице, но хоть Джостен этого не видел, он прекрасно слышал. –Мразь! Чтоб тебя в аду сжигали дольше всех! –Начал кричать что-то плохо разборчивое Нил. –А когда над ним в первый раз надругались, он думал, что этого больше не повторится, представляешь? –Ричард сжал плечи Джостена сильнее, видимо замечая, как тот напрягся и оскалился, –Он подвергался насилию 6 лет, если не ошибаюсь, –Мужчина рассмеялся. Нил будто чувствовал, как по его венам течёт ярость. Это была агрессия, смешанная с адреналином, которая ударяла в мозг словно самый высоко градусный алкоголь. Он сделал глубокий вдох, демонстративно поднимая и опуская плечи, пока Ричард продолжал: –Он был в двенадцати семьях, но ни одна из них не была нормальной, –Мужчина слегка расслабил хватку на плечах Джостена, –Доу был таким послушным мальчиком, я уверен в этом. Не хотел бы попробовать? Нил почувствовал, что руки на его плечах теперь просто лежали. Не ощущая, видимо, сопротивления, Ричард решил не напрягать их. Зря.Джостен резко подскочил со стула, заламывая тому руку и со всей силы, что у него сейчас была, ударил прямо по лицу мужчины. Не долго думая, Нил повторил действие, только теперь ногой, которая случайным образом попала прямо в пах Ричарда. Тот по инерции согнулся и Джостен уже хотел повторить удары, но его руки сковали в наручники. Теперь, когда адреналин начал потихоньку выветриваться, Нил ощутил сильную боль в руках и на торсе. Проскользнула мысль, что рана на животе, наверное, открылась. Но сейчас было не до этого. Нил проследил взглядом за Ричардом, который достаточно быстро пришёл в свой обычный темп, пока самого Джостена сажали обратно на этот чертов стул. Он продолжал дёргать конечностями в попытках освободиться, но безуспешно. Мужчина подошёл к Нилу, который был уже закреплён на стуле, и встал напротив него. –Хочешь побыть на месте малютки Доу?–На лице Ричарда возникла маниакальная ухмылка, а его глаза сузились. –Пошёл нахуй! –Крикнул нападающий, собираясь плюнуть в лицо мужчины, но тот отошёл на два шага назад. Ярость, страх и агрессия смешались в один большой гадкий коктейль. Нилу хотелось отрезать Ричарду язык за то, что посмел даже подумать о Эндрю, особенно в таком ключе. –Хочешь кое-что послушать? –Ричард не стал дожидаться ответа и включил на телефоне какую-то запись. Нил пытался вслушаться, чтобы понять что происходит, но по ту сторону были слышны лишь шорохи. Вскоре послышался скрипучий звук, а затем.. Нил начал кричать, чтобы перекрыть своим голосом мольбы маленького Эндрю остановиться. Это не помогло, потому-что Джостен все ещё слышал «Пожалуйста, хватит!», «Нет, нет!», «Прекрати!», «Мне больно!» и мерзкие, скользкие шлепки. Нил начал извиваться, продолжая кричать что-то нечленораздельное вперемешку с матами. Джостену хотелось уснуть, заткнуть уши, да что угодно, лишь бы не слышать это. Слишком много и больно. Эндрю не заслуживал этого. Никто не заслуживает этого. Это слишком даже для чертовски ужасного мира, в котором жил Нил. Джостен начал раскачиваться на стуле, лишь бы упасть и потерять сознание. Лишь бы не слышать всхлипы и мольбы маленького Эндрю. Не помогло, Нила держали несколько пар омерзительных рук. –Чтоб вы все сдохли, твари! –Орал Джостен, чувствуя, как в горле встал неприятный ком. –Думаю, на сегодня хватит, –С улыбкой произнёс Ричард, выключая запись и отходя Нилу за спину, –Дай ему еды, –Мужчина обратился к незнакомцу. Нил сидел, не двигаясь и, кажется, не дыша. Слезы хотели вырваться из плена, но Джостен не позволял им этого сделать. Его глаза смотрели в одну точку даже не моргая. Он был не здесь, а в нескольких километрах отсюда. Там, где они с Эндрю курили на крыше и играли в «правду». Там, где всë хорошо в какой-то степени. Он вспоминал образ Миньярда: его накаченные руки, карие глаза, улыбку под таблетками.. Это всë такое родное, но очень далёкое. Нил зашипел, когда его подбородок сжали и приказали открыть рот. Перед ним стоял незнакомый мужчина, все с той же ложкой. –Не создавай себе проблем, –Сказал он, зажимая нос Джостена. «Этим я занимаюсь на протяжении всей своей жизни, это уже традиция» –Усмехнулся про себя Нил. Он вновь дождался, когда перед глазами начнёт плыть и открыл рот, моментально плюнув в сторону незнакомца. Жаль, что не попал. Тот сматерился, но быстро сориентировался, запихивая в рот нападающего ложку манки. Нил хотел уже выплюнуть, но ему прикрыли рот. Черт. Таким образом ему всунули ещё 12 ложек манки, а затем убрали эту мерзкую смесь. Джостен чувствовал подступающую тошноту, но пытался сдержаться– он совершенно не горел желанием вновь есть эту дрянь. Нила отвязали, напоследок одарив несколькими ударами по рёбрам, спине, торсу и ногам. Они ушли, а Джостен остался лежать на полу, словно котёнок, которого избили на улице прохожие. Нил чувствовал неопределённое ощущение тревоги, заполняющее его до краёв. Он больше не может. Всë происходящее давно перешло границы и у него больше нет сил. Мысли устроили взбучку, на повторе играя звуки из записи, от которых так и хотелось выплюнуть желудок. Нил не справляется, значит Натаниэлю придётся вернуться.