Боль хочет, чтобы её почувствовали.

Нил открыл глаза, но как только он это сделал, ему сразу же захотелось их закрыть. Желательно до того момента, пока он не проснётся. Потому-что это просто не могло быть реальностью. Он лежал на бетонном полу, тогда как на стенах весели различные тесаки, ножи и даже бензопила. Он был в подвале Балтимора. Резко подскочив на ноги, Нил начал крутить головой в разные стороны, пытаясь найти доказательства, что это лишь сон. Хотя бы одна зацепочка. Нижние конечности будто были набиты ватой, его шатало в разные стороны и устоять на месте- это уже достижение. Голова начинала кружиться, а руки предательски задрожали. Нил упал на колени, впиваясь ногтями в кожу головы. «Нет, нет, нет, нет, нет..» –Одно слово, но значит слишком много. Оно повторялось, словно заевшая пластинка. Джостен начал сильнее давить пальцами, чувствуя отдалённо приземляющую боль в голове. Он закрыл глаза и начал считать. –Un, deux, trois, quatre.. –На «четыре» Нил был уже не здесь. Flashback Ему снова восемь и он вновь сидит в подвале отца, свернувшись калачиком в углу помещения. Его спина и торс кровоточат, хотя Мэри зашивала его пару часов тому назад. Натаниэль приложил указательный палец к самому большому порезу, и тот сразу окрасился в темно-алый. Мальчик на секунду замер, но затем резким движением вытер кровь о грязную футболку. Его руки тряслись, а ноги подкашивались– то ли от боли, то ли от страха. Хотя это было не важно. Вот что правда его волнует, так это его мать. Когда Мэри обработала раны Ната, то направилась обратно наверх, только спустя пару минут мальчик услышал громкие удары, которые, казалось, не прекращались. В громких звуках можно было расслышать плохо подавленные крики, которые вырывались из горла матери как само собой разумеющееся. Ему было мало маленького Ната? Он готов был выдержать ещё пару порезов вдоль торса и столько же на спине, лишь бы Мясник не трогал Мэри. Но его никто не спрашивал. Сейчас 8-летний Нат лежал на полу, подавляя всхлипы. Он очень волновался за маму. Если бы он мог, то тоже зашил бы ей все раны. Тишина наступила слишком быстро, поэтому догадки разрушали его клетки мозга, как медленно тянущийся яд. Он хотел верить в лучшее, но с самого детства получал только худшее. Конец flashback Нил распахнул глаза с маленькой долей надежды, что сейчас окажется в своей комнате, на нижнем ярусе, и услышит тихое посапывание Эндрю. Его ресницы дрогнули, а руки сжались в кулаки. Нил моментально пожалел, потому-что они вспыхнули новой волной боли, но он решил проигнорировать это. Он всë ещё был в подвале Мясника, с дико бьющимся сердцем и нехваткой кислорода. Руки вспотели, а в глазах оставалась еле заметная дымка. Нил начал внимательнее осматривать помещение, стараясь сфокусироваться на каком-то предмете. В его поле зрения попали миски и.. лоток? Нет, Джостену не показалось, он подполз ближе и в полутьме смог разглядеть самые настоящие кошачьи миски и лоток. В одной из них была, судя по всему, вода, а в другой пару кусочков мяса. Запах исходил отвратительный, это была смесь чего-то протухшего и кислого. От этого аромата Нила начало подташнивать, он положил одну руку на живот, а второй закрыл нос. Мерзость. Его ещё покачивало из стороны в сторону, но так, наверное, сказывалась боль. Точно. Джостен потянул руку к футболке, пропитанной потом и кровью, но почти сразу отдернул. Его пальцы неистово пульсировали от недавних иголок. Из под ногтей выглядывала запекшаяся кровь, а язык сильно жёг. Создавалось ощущение, что на этот орган вылили кислоту. Нил аккуратно, пытаясь не дотрагиваться ногтями и не создавать слишком сильный нажим, оттянул футболку вверх. На его торсе в разнобой были раскиданы порезы, некоторые даже пересекались со старыми шрамами. «Нужно обработать»–Промелькнуло у него в голове. Он бросил взгляд на миску с водой, а затем снова на раны. Что ж. Выбора у него нет. Надеясь всеми частичками души, что там ничего не подмешано, он, для начала, опустил пальцы в прохладную жидкость. Боль усилилась неприятным жжением и Нил закусил нижнюю губу. Джостен подержал их там ещё пару секунд, а затем вытащил и стряхнул оставшиеся капельки резкими движениями вверх-вниз. Он взял миску в одну руку и сдержал болезненный стон, поднимая второй низ футболки и закусывая её. Медленными движениями он справился и с торсом. На дне ещё осталось немного воды, но он отложил её в сторону. Нил ни за что в жизни не станет так унижаться. Он не какая-нибудь кошка, и уж тем более, не собака. На что рассчитывали эти недоумки, когда поставили ему это дерьмо? Рыжая копна волос спадала на глаза, щекоча лицо. Нил вспомнил, как Эндрю нравится его «рыжий беспредел». Миньярд часто говорил, как ненавидит эти вечно мешающиеся волосы, а потом запускал в них свои пальцы и нежно массировал кожу головы. Это воспоминание подействовало на Нила как затяжка долгожданной сигареты. Он позволил себе на пару секунд расслабиться, утопая в приятных флешбеках, будто это одно из немногих, что держало его в разумности. Мгновение- и дверь с громким грохотом открывается, отскакивая от стены. Нил вздрагивает от неожиданности и встаёт на ноги, готовый к очередной борьбе. На подсознательном уровне он готов увидеть зашедшего отца, как в его воспоминаниях, но входит лишь Ричард. Он не закрывает дверь, и на секунду у Джостена промелькнула идея побега, но он отбросил её, услышав характерные шорохи в коридоре. Против нескольких человек ему не справиться, когда они не равны в силе. –Ты не поел? Ричард бросает взгляд сначала на миски, а потом на Нила. Злость начинает постепенно заполнять лёгкие нападающего. –Сам жри это. Джостен ударил ногой по одной из пластмассовых мисок так, что та перевернулась и содержимое разлетелось по полу. –Как грубо, Нати. Мужчина подошёл ближе, встав в метре от нападающего. –Ты должен быть послушным мальчиком. Ричард взял Нила за подбородок и поднял чуть вверх, чтобы их взгляды встретились. В голубых глазах плескалась ненависть и ярость, которые словно море, вот-вот затопят. Джостен резко дёрнул головой, освобождаясь из хватки, и почти прошипел: –Натаниэль умер в Балтиморе. Я Нил Джостен. Ричард усмехнулся, а затем прижал парня к ближайшей стене, впиваясь пальцами в его горло. –Ты всегда был и остаёшься Натаниэлем Веснински. Не думай, что сменив имя и фамилию ты сменил родословную. Голос мужчины был груб и резок, но это было ничто, по сравнению со злобой, вскипающей в Ниле. Джостен сжал руки в кулаки, игнорируя боль, и ударил прямо по лицу мужчины. Тот лишь слегка пошатнулся и отпустил парня, но почти сразу встал в свою привычную позу, только прижимая руку к своему лицу. Нил чувствовал, как пульсируют его пальцы, но это того стоило.

***

Взгляд Ричарда впивался сильнее рук, что сейчас удерживали его запястья. Джейн и ещё двое мужчин стояли позади Нила, блокируя ему движения. –Твари. Выплюнул слова Джостен, пытаясь вырваться. Ричард подошёл к стене, рассматривая различные ножи и прочие инструменты. Его, видимо, зацепил один, потому-что он взял тесак и подошёл к Нилу. –Нравится? Сладко спросил мужчина, водя тупым концом по лицу Нила. Джостен замер, пытаясь набрать воздух сквозь плотно сжатые зубы, а после, почти шёпотом, проговорил: –Я тебе его в жопу засуну, мразь. Голубые глаза прикрылись, а уголок губ дрогнул в удовлетворении. Мужчина проигнорировал слова парня, кладя оружие на пол и доставая чёрную повязку. Джостен сначала не понял, но когда на его глаза надели маску для сна, то, кажется, дошло. Он должен видеть всë, он обязан хотя-бы чуточку контролировать ситуацию, а сейчас его лишают этой возможности. Нил начал сильнее дёргаться, ощущая призрачные прикосновения рук Лолы, но наткнулся на лезвие. Джостен почувствовал острую боль там, где был его шрам от тесака Мясника. Flashback Отец замахнулся на маленького Нати, после чего холодное лезвие разрезало кожу в районе груди. Мальчик не плакал, он прерывисто дышал и чувствовал жгучую боль там, где его плоть разошлась. –Завтра будем изучать анатомию, –Усмехнулась справа сидящая Лола, болтая ногами со стола. Она была одета в джинсы и лёгкую ветровку зелёного цвета, что постоянно мозолил глаза. Маленький Натаниэль прекрасно знал, что это значит. А означает это то, что завтра ему придётся потрошить человека и называть каждый орган, который он достанет. Если ослушается- на месте этого несчастного будет он сам. Конец flashback Нил начал громко говорить, пытаясь приземлить себя. –Суки! Он слышал стук собственного сердца, но не мог понять где он находится. Джостен разрывался между реальностями прошлого и настоящего, стараясь зацепиться за что-то, что могло бы оставить его в настоящем мире. Поэтому он начал кричать, в попытках достучаться до собственного разума. –Я Нил Джостен, сосите, я лучший нападающий команды Лисов и..! Он не успел договорить, потому-что в его рот вставили что-то похожее на кляп. Вот черт. Ричард проводил холодным оружием по шрамам, создавая в голове Нила фильм из триггеров. Его разум метался туда и обратно, не давая времени отдышаться. Он не понимал, где заканчивается грань между одним кошмаром, плавно переходя в другой. В помещении стояла тишина, которую нарушал лишь лязг лезвий, а также мычание Нила, который все ещё пытался понять своё местонахождение. Он чувствовал боль, которая перемещала его в темное прошлое. Весь торс и грудь отдавали нестерпимой пульсацией, а жидкость, судя по всему кровь, медленно стекала по его коже, оставляя за собой лёгкий холодок. Внезапно он перестал чувствовать металл на своей коже, и как бы смешно это не звучало, он напрягся. –Джей, принеси кое-что, –Обратился Ричард к женщине, которая скрылась в коридоре, если ориентироваться по звукам шагов. Его всë ещё держали, но он попытался вырваться. Провал. Нила ударили по щеке с такой силой, что если бы его не удерживали тяжёлые руки, он бы точно упал. Джостен что-то промычал, явно не с дружелюбной ноткой, но и отчаяния здесь тоже не было. Это был не крик о помощи, а скорее полный ярости возглас. Он мог только слышать и чувствовать, а от отсутствия зрительного наблюдения все остальные органы стали сильнее. Нил уловил приближающиеся шаги, втыкание чего-то в розетку и стук, когда предмет поставили на пол. Его кожа покрылась мурашками. Он ненавидел незнание. Джостен почувствовал внезапную боль, когда утюг, который он никогда не спутает, прислонился к его плечу. Он по инерции отпрянул и понял, что чужие руки уже не держат его. Нил с грохотом повалился на пол, все ещё чувствуя пронизывающее жжение. Flashback Натаниэль упал, когда отец грубо выхватил у матери утюг, которым она гладила вещи, и прислонил его к плечу мальчика, который был готов визжать от этого ощущения. Мэри наблюдала за этим с сердитым взглядом, который был направлен прямо на Нати. –Я сказал тебе сидеть тихо, когда ко мне пришли люди! Громко говорил Мясник, не убирая обжигающий металл от кожи мальчика, что закусывал до крови свои губы, лишь бы не издать звука. Да, он правда немного шумел, но это было не специально. Натаниэль просто хотел сходить в туалет, но кто знал, что дверь такая скрипучая. Когда давление огненного предмета сошло на нет, Нати посмотрел на своё плечо. Оно было ядерно-красным, и было непонятно что где: какие-то пузыри, что-то похожее на кровь и сползающая кожа. Конец flashback Нил зарычал, когда утюг убрали с его кожи. Ему не нужно было смотреть, чтобы понять, во что превратилось его плечо. Но где он сейчас находится? Дыхание уже на протяжении нескольких минут сошло на нет, то нервно забирая кислород, то не давая ему попасть в лёгкие. Его руки сильно дрожали, но были все ещё связаны толстой шершавой верёвкой. Нил лежал на полу и пытался сосредоточиться не на ощущениях, которые выбрасывали его, словно ненужный мусор, в тягучее прошлое, а на звуках. Это были те самые маленькие зацепки, которые не давали ему уйти в пучину своих воспоминаний навсегда. Кто-то шаркал подошвой, этот звук отчётливо слышался где-то слева. Справа кто-то оттряхивал одежду, судя по звуку. А прямо перед ним послышалась усмешка. Нила схватили за руки и грубым движением усадили на что-то мягкое. По ощущениям это было похоже на автомобильное кресло. Он попытался дёрнуться, но его запястья заковали сзади спинки во что-то металлическое. Наручники. Пока у него было время, он пытался выровнять дыхание, повторяя про себя технику «4-2», которой научил его Эндрю. Глубоко захватывая кислород и также медленно выдыхая его, он смог более менее успокоить сердцебиение. Сзади послышались шаги, но остановились около Нила. Он почувствовал лёгкое тепло, но оно было обманчивым. К рукам Джостена прислонили нагретый автомобильный прикуриватель, прожигая его кожу. Дыхание вновь сбилось, выходили только нервные вздохи. Этот аппарат задерживался на коже рук достаточно, чтобы прожечь в них круглую маленькую дырку. Своим шипением Нил пытался удержать свой разум в этом мире, но токсичный женский смех Джейн Лолы стали последней каплей. Flashback Натаниэль чувствовал запах горелой плоти, пока Лола на заднем сидении прижигала его руки автомобильным прикуривателем. Ему не обязательно было смотреть, чтобы увидеть её мерзкую садисткую ухмылку. –Младший, папочка соскучился по тебе, –Проворковал её высокий голос, когда они проехали поворот. –Пошла нахуй. –Зарычал Натаниэль, стискивая губы в тонкую линию. Боль от многочисленных ожогов была столь омерзительна и сильна, что Нати начал закрывать глаза. Конец flashback Нил чувствовал каждый дюйм своей кожи, и кажется, что все они отдавали болью. Раскалённый металл жёг нежную кожу рук, и Джостен не понял, в какой момент начала кружится голова, а из-за темноты не сразу осознал, что теряет сознание. Его конечности постепенно расслабляются, а мозг очищается от ненужных мыслей. Он больше ни в одном из этих двух миров.