Онейронавт

Поздний вечер. Близится полночь. Чуя в одиночестве идёт по пустынной улице. Находиться в четырёх стенах просто невыносимо, как одному, так и в компании с кем-то. Уже стемнело, только уличные фонари освещают дорогу. Улицы вьются, как огромная чёрная и пугающая паутина. В домах бурлит своя жизнь, из каждого открытого окна доносятся свои истории. Мимо изредка проезжают машины, так спокойно. В дорогих районах есть особенный шарм, нет гуляющих шумных и пьяных компаний, не чувствуешь страха, гуляя поздно ночью. Так приятно. Весенняя прохлада доводит тело до мурашек, небо затянуло тучами, вот-вот пойдёт дождь. Заболеть уже не кажется плохой идеей, думал Чуя, ощущая кончиками пальцев мелкие капли с неба. С детства у него был хороший иммунитет, и болел он редко, поэтому он не был убеждён в этом исходе. Да и что он будет делать дома в одиночестве? Сопливый и, полностью лишённый сил? Сейчас всё равно точно такое же состояние, только он не болен. Дождь усиливается, но Чую это совершенно не волнует, он не знает куда идёт, не знает сколько уже прошёл, на домах названия неизвестных улиц, ноги далеко унесли от дома. Он не думал, как будет возвращаться, будет ли вообще? Конечно будет, будто у него есть выбор. Чуя чувствует в промокших до нитки штанах вибрацию телефона, недовольно вздохнув, он ели как достал его из кармана, понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, кто отправитель сообщения.

Новое сообщение от: Неизвестный.

      Неизвестный: Возвращайся домой.       Чуя: Нет       Неизвестный: Капризный маленький ребёнок Сомнений не было, что это Дазай, Чуя даже не будет спрашивать, где тот взял номер. Вариантов много, но итог-то один. Как только они приехали с винокурни, днём, не обошлось без очередной стычки, у него ведь итак было отвратительное настроение, дак и Дазаю надо подлить масло в огонь. Чую уже тошнит от присутствия этого наглеца в его жизни. Мало желания было с ним общаться, сейчас, и потом, и всегда. Была бы его воля, он бы никогда с ним не пересекался. Уж лучше всю жизнь ломать голову насчёт загадочных сновидений, чем познакомиться лично с таким человеком, и впоследствии разочароваться в нём. Но несмотря на все разногласия, Дазай всё же волнуется за Чую, переживает, где он там ходит, один, в такую неспокойную погоду.       Чуя: Не пиши мне       Сосаму: Пока ты не скажешь мне, где ты, я не отстану       Чуя: Не обязан       Сосаму: Хватит уже вести себя, как мелкий засранец Чуя читает это сообщение на мокром экране. А внутри него уже разгорается холодная война. Прямо сейчас гордость борется со здравым смыслом. Хочется просто кричать на весь район от безысходности и даже не волноваться, что ты будешь услышан, этот громкий крик всё равно растворится в ночи, в шуме ливня. Становится очень холодно, а он в неизвестном месте, стоит и считает себя полным придурком, ведь понимает, что Дазай прав, он просто мелкий капризный засранец, который поддаётся эмоциям. Но именно сейчас надо поступить благоразумно. Чувства должны отступить на второй план. В итоге, здравый смысл всё же побеждает в этой сложной битве с гордостью. Подрагивающими пальцами он скидывает Дазаю геолокацию. Ответ не заставляет себя долго ждать.       Сосаму: Жди Чуя покорно стоит и ждёт, убрав телефон назад в карман. У него всё не выходит из головы, почему Дазай так настойчиво помогает ему, может стоит пересмотреть свои взгляды насчёт него? Не прошло и пятнадцати минут, как яркие фары, знакомой машины, выглянули из-за поворота. Чуя сощурил глаза и облегчённо выдохнул, уже представляя тёплое домашнее одеяло. Увидев низкую фигуру на тротуаре, Дазай подъехал ближе и остановился. Из-за мокрых рыжих волос создавалось ощущение, будто Чуя стал ещё ниже. Вряд ли ему бы понравилось, если бы Дазай озвучил свои мысли, он-то уже уяснил, что все заметки насчёт роста нужно сохранять в голове. Чтобы получить благосклонность Чуи, нужно лишь особое отношение, знать несколько тонкостей. Тогда проблем с ним не будет. А вот со стороны Дазая уже начался процесс задабривания дикого зверя. Он наблюдает за тем, как Чуя медленно плетётся к машине, взгляд того был прикован к мокрому асфальту. Дверь открылась, и в салон ввалилось дрожащее тело, а вместе с ним невероятный запах свежести, аромат во время и после дождя просто прекрасен.       — Вот чем ты думал, скажи мне?       — ... — Чуя шмыгает носом и, как провинившееся дитя, смотрит в ноги. Ему нет дела до нравоучений, хочется просто домой. Дазай качнул головой и схватил свой махровый плед, который закинул на заднее сиденье, перед тем, как поехать. У Чуи раскрылись глаза, когда его продрогшего до костей тела коснулось мягкое одеяло. Дазай заботливо укутал его и отстранился. Из подстаканника он поднял горячий кофе и протянул Накахаре.       — Спасибо.. — шепчет Чуя, отхлёбывая напиток. Горячий кофе так приятно согревает изнутри. Машина резво тронулась с места.       — Прости.. За всё, — сказал Чуя, глядя на быстро сменяющиеся пейзажи за окном. По его лицу стекали струйки воды, он уже не знал, с мокрых волос это.. Или из глаз. На душе так скорбно, именно сейчас, получая заботу от почти что чужого человека. Когда-то родной человек, никогда не был так внимателен к нему. Это так нечестно.       — Ничего, — спокойно ответил Осаму. — Всё в порядке. Дазай понимает, как Чуе сложно и ему искренне жаль. Рвать и метать бессмысленно, спокойствие с его стороны вселилось также и в Чую. Умиротворение заразительно. Только в этот миг, впервые за сегодняшний день, он наконец выплеснул накопившиеся с утра эмоции, не испугался, что Дазай его осудит. Ему так обидно, что до глубины души разрывает. «Мальчики не плачут» говорят только скудомыслящие дураки, оно копится, копится, но в итоге всё равно выльется в десятиядерном объёме. Дазай слышит тихие всхлипы и шмыганья, но не смотрит, не хочет доставлять ещё больший дискомфорт.       — Скажи, а чайки тоже плачут, когда их море предаёт? — неожиданно хрипло спросил Чуя. Дазай помедлил, прежде чем ответить.       — Чайки разбиваются о скалы, когда их море предаёт.

* * *

Чуя очнулся в неизвестном помещении. Кромешную тьму этого жуткого места, прерывала пара мерцающих ламп, поочерёдно моргая, они не давали заполонить всё пространство мглой. Он огляделся вокруг, несколько стеллажей, заполненные продуктами, коробками и прочим барахлом, простирались вдоль комнаты. Помещение, очень напоминающее супермаркет, вероятнее всего это он и есть. В воздухе чувствуется неприятный металлический запах.. напоминающий кровь. Запах крови.. Неутешающее умозаключение конечно. Всё вокруг настолько реальное, что начинаешь путаться, сон ли это вообще? Если бы он не помнил, как засыпал в своей тёплой кровати, он бы был полностью убеждён, что не спит. Только сейчас Чуя начал ощущать на себе пронзительный взгляд. Он напрягся, начал вертеть головой, в поисках какого-либо существа. Около одного из стеллажей сидит непонятная фигура, в потёмках мало что можно разглядеть. Ясно одно — это человек. До боли знакомый силуэт.       — Не-ет, неужто опять.. — прошептал Чуя. Он наконец поднялся и направился к неизвестному. Преодолев расстояние, он сложил руки на груди, возвышаясь над хмурым Дазаем.       — И что это? — возмущённо спросил Накахара.       — Меня спрашиваешь? — по какой-то причине Дазай не менее раздражён. Нутро ему подсказывает, что здесь она.       — Кого же ещё, мы здесь одни.       — Ну в этом-то я не уверен.. — усмехнулся парень.       — А ну выкладывай.       — Не уверен...Думаю скоро мы это узнаем. Не хочу верить в это.       — Прекрати говорить загадками, скажи всё, что знаешь, — не успокаивался Чуя.       — Моя мать, — сказал Дазай, поднимаясь. Чуя изумлённо раскрыл рот. — Подожди, как это? Стой, она же..       — А твой отец нет?       — Вообще он был в тюрьме, я не знаю, что с ним сейчас, мы оборвали все связи.       — Значит он тоже мёртв, — отрезал Дазай. — В этом мире мы единственный живые, Чуя.       — Не обязательно было уточнять, я итак понял, — пробурчал он.

-/ДИН-ДОН/-

-/ДИН-ДОН/-

-/ДИН-ДОН/-

      — Что э— Дазай закрыл рот Чуи, не позволяя тому договорить фразу. Сев на корточки, он приложил указательный палец к своим губам, показывая, что нужно сохранять молчание. За всё то время, что Дазай здесь находился, он успел изучить помещение, удалось узнать, что выход здесь один, вторая дверь вероятно ведёт на склад. Стеллажи очень удобно расположены, на нижнем ярусе стоит несколько крупных коробок, в голове сразу отложилось, что здесь точно можно спрятаться. На другом конце супермаркета открылась входная дверь, отдалённо послышался щелчок. Дверь заперта.

Игра началась.

Дазай услышал знакомый звук шагов. Если когда-то он внушал спокойствие, сейчас единственное, что хотелось сделать – это сбежать от него. Беги или умри. Жестом Дазай приказал Чуе, чтобы тот залез в коробку, в этом плане ему повезло больше. Он намного меньше Дазая и ему проще затаиться среди вещей. Они бесшумно залезли в картонные коробки, на разных стеллажах, предусмотрительно, чтобы выглянув, можно было увидеть друг друга напротив. «Нужно добраться до склада, там должно быть безопасно.» Эти мысли посещали каждого из них, нужно было срочно думать, что делать дальше. У всего есть своё объяснение. Должно быть и здесь. Чтобы покинуть это место надо сделать нечто важное. Что именно? Это им предстоит узнать дальше. Всё, что надо было – это понимать друг друга без слов. Сложно, для них уж точно. Она рядом, идёт медленно, смотрит только вперёд и очень, очень громко дышит, почти что рычит. Парни не могут видеть, но на её лице расплылась жуткая застывшая улыбка, будто время остановилось для неё. Находиться в коробках можно целую вечность — это её забава, но они не смогут проснуться по щелчку пальцев. Она их не отпустит. Всё то, что осталось от матери Дазая хочет заполучить его, своего любимого сына. Оно не понимает, что уже давно не властно над собственным дитя. Женщина скрылась в соседнем ряду, юноши, как по команде вынырнули из укрытий и встревоженно глянули друг на друга. Ситуация, в которой они оба беспомощны, как младенцы, страх то и дело витает в воздухе. Оба понимают, что не выберутся отсюда никогда, если угодят в ловушку этой нечисти. Дазай пальцем указал на дверь, которая была либо спасением, либо могилой для них обоих. Вероятность пятьдесят на пятьдесят, что она открыта, а узнать это можно только самолично проверив. Краем уха они услышали приближающиеся шаги. И снова они в тёмных коробках. В какой-то момент всё вокруг затихло, выманивает или всё-таки ушла? Непонятно. Звуки прекратились прям около юношей, это настораживает, выглядывать никто из них не планировал, зарывать свой последний шанс на выживание — глупо. Неожиданно в нос Дазая бросился острый запах гари, Чуя почувствовал то же самое. Температура в помещении начала повышаться. В паре метрах вероятно началось возгорание, нужно срочно выбираться. Дело плохо Чуя самую малость показался из-за укрытия, осматривая территорию, огонь совсем близко, горят несколько книг. Дым застлал всё вокруг, будто серая пелена. Это им на руку. Он бесшумно вылез и подошёл к соседнему стеллажу, открывая коробку Дазая. Тот от неожиданности вздрогнул. Чуя шикнул и мотнул головой в сторону склада. Осаму аналогично вылез, как можно тише. Самое страшное – это неизвестность, они не знают, где их враг, насколько далеко, видит ли она сквозь завесу дыма. Что вообще от неё можно ожидать. Со стороны кассы послышался громкий истерический смех, парни переглянулись. В их сторону направился громкий топот. Непрекращающийся смех ужасал, после такого не сложно и с ума сойти. Особенно, когда это приближается. Они мгновенно рванули с места, в сторону той самой двери. От страха внутри всё сжалось, сердце вот-вот выпрыгнет из своей клетки. Из-за угла показался силуэт женщины, они впервые взглянули на неё, не так прекрасна, какой Дазай запомнил её, но от одного взгляда на неё подкашиваются ноги. Чуя первее добежал до железной двери, дёрнул за ручку, которая сразу же поддалась. Открыто. На сердце сразу облегчение, Чуя обернулся на Дазая, который окаменело смотрел на нечто похожее на его мать. Та стояла, не шевелясь. Накахара не знает, что делать, в голове множество мыслей. Он инстинктивно подбежал к Дазаю, хватая его за руку и потащил в комнату. Ненормальный смех оглушил, а чудовище напротив вновь зашагало в их сторону. Дазай, вернувшись из омута, ринулся за Чуей, закрывая за собой дверь. Нечто материализованное ударилось о дверь, а затем начало истерично долбить в неё. Ручка нервно двигалась вверх вниз, выглядело надёжно, но всё равно страшно. Они старались отдышаться и привести себя в чувства, но получалось скверно. Игра со смертью страшнее всего.       — Что за.. Дерьмо.. Я на такое не подписывался, — задыхаясь, говорил Чуя.       — Боже.. — глаза Дазая забегали. — Почему..       — Что не так?       — Мы же сбежали от неё, почему мы не проснулись? Чуя нервно сглотнул, пытаясь трезво осмыслить всю ситуацию и придумать, что им делать дальше. Как проснуться? Глаза непроизвольно начинают осматривать нынешнее их место пребывания. Небольшая кладовка, из-за такого же тусклого освещения непонятно, в каких тонах отделана комната. Толстый слой пыли въелся буквально в каждый находившийся здесь предмет. Доверху набитые коробки плотно прилегают к стенам, по полу разбросан мусор, из-за этого поднялся неприятный запах. Единственное, что привлекает – это безопасность. За дверью относительно чисто, но витающий в воздухе запах крови и блуждающая смерть, убивают все возможные плюсы. Не даром в математике: плюс на минус всегда даёт минус. Так и в жизни.       — Подожди.. Скажи, что это сейчас было, ты просто.. Слишком быстро сориентировался, когда всё началось, если то, что вокруг нас, спроецировано на основе воспоминаний, может быть разгадка кроется там же? Или.. Не знаю. Дазай задумался, а затем прокашлялся и начал говорить.       — Когда я был маленький, мы частенько играли в прятки, ну всё как у всех. Со временем я заметил, что мама меня не ищет, точнее она только делала вид, что ходит повсюду и высматривает, а на деле же ждала, пока я сам от нетерпенья вылезу и покажусь ей, — он усмехнулся, вспоминая это. — Хотя она всегда знала.. Где я прятался. Не знаю как, но исключений не было. Оно тоже знало, я уверен. Чуя глубоко вдохнул и прикрыл лицо руками. — Отлично.. Просто замечательно, ты меня утешил. И что нам теперь делать?       — Для начала успокоиться, надо обдумать всё, — он сделал паузу. — Может сами скоро проснёмся.       — Как же, успокоишься тут, надеюсь ты не забыл, что мы горим, — страдальчески выдавил Чуя.       — Блять. Накахара нервно рассмеялся. — Так и знал.       — Вот видишь, ты уже смеешься, хороший знак. На задумчивом лице Чуи появилось непонятное сомнение. Он всё думал, не могут ли их с Дазаем взаимоотношения как-то влиять на пробуждение. В прошлый раз во сне был его отец, тоже воспоминание из детства, не настолько экстремальное.. Но окровавленный нож. В ту ночь они так слаженно работали, да и сегодня тоже.       — В прошлый раз мы открыли дверь к твоему отцу, а сейчас что? Рискнёшь к моей мамочке выйти? — сказал Дазай, заливаясь смехом.       — Подожди.. В прошлый раз нас ведь будильник разбудил, по ощущениям мы здесь намного дольше, чем тогда. Мы должны были уже проснуться. Неожиданно в нос ударил резкий запах дыма, только сейчас они заметили, что вся комната была затуманена. В щели пробивался смог, она их выманивает отсюда. Долго они здесь не продержатся. Нужно попробовать все возможные варианты, насколько они не были бы глупые и бредовые, на первый взгляд.       — Пошли, — отрезал Дазай и указал на дверь.       — Ты чё свихнулся? На тот свет захотел? Нет, спасибо, я лучше уж тут в дыму задохнусь, чем от руки твоей мамаши подохну.       — Да не бойся, она хорошая.       — Я заметил! Какая она хорошая! Не пойду, — противился Чуя.       — В первый раз мы вместе выходили, сейчас ничего не получится, если я один пойду, — объяснял Дазай. Чуя молча дошёл до двери, уставившись на неё непонятным взглядом. — Ничего не получится в любом случае, — бурчал про себя он. Позади послышался голос Дазая. — Если ты будешь пожирать её глазами, она не откроется, — усмехнулся Осаму.       — Идём, — прошептал рыжий, в его голосе звучал страх. Немудрено, на той стороне либо смерть, либо освобождение, и пока нет никакой уверенности, что это сработает. Вот опять. Они стоят перед железной дверью, деревянная пугала сильнее, но почему-то страшнее именно сейчас. Возможно это ошибка, но ведь кто не совершает их, тот никогда не пробует что-то новое. Риск – путь к победе. Не всегда он оправдан, но не попытавшись, сама неиспользованная возможность так и будет висеть тяжким грузом. На этот раз Чуя потянулся к замку, который он закрыл, как только они вбежали сюда.

-/ЩЁЛК/-

Он медленно потянул дверь на себя, глядя в щель. Никого. Тревожно, очень тревожно, он открыл дверь чуть шире, чтобы открылся вид на слепую зону. Чуя повернул голову и окаменел, организм мгновенно высвободил огромную дозу серотонина. На него, своими широкими впалыми глазницами глядела она. В этот раз она была непозволительно близко, настолько, что можно было полностью разглядеть её лицо. Жуткая улыбка, которая казалось была приклеена к её лицу, на самом деле была небрежно пришита, следы от иглы до сих пор сохранялись по краям. Острые скулы, выглядели, как голая кость, покрытая тонким слоем кожи. Бледность лица напоминала, что перед ними труп. Дазай, стоящий позади Чуи, не понял почему тот не шевелился, он вытянул шею над рыжей макушкой и узрел ту же картину. Нельзя было тратить драгоценные секунды на разглядывания, время играло против них на этой шахматной доске. Дазай развернулся всем телом, прижав к своей груди Чую и спиной захлопнул дверь. Снаружи послышался сильный толчок, а затем громкие многочисленные удары, это вернуло Чую в реальность. Всё произошло за считанные секунды, нельзя винить его в неосмотрительности, но они почти что погибли. Если бы не Дазай, неизвестно, что она сделала бы с ними. Может она вовсе не хочет их убивать? Но вид её не располагает совсем. Он приподнял собственные руки и ошарашено глянул на ту силу, с которой их трясло. Встретившись взглядом с Дазая, он подумал только о том, насколько жалко сейчас выглядит.       — Не сработало, что нам делать, Дазай? — с мольбой обратился Чуя. Дазай опустил глаза, он не знал. Дым всё сильнее застилал помещение, становилось трудно дышать. Они в тупике, а в голове ни единой мысли, как исправить положение. Опускались руки. Наша жизнь – путешествие, а идея – путеводитель. Нет путеводителя, и все остановилось. Способен ли человек в подобной ситуации принять собственную смерть, как должное? Это неправильно, это нечестно, они не выбирали себе такую жизнь, они не хотели играть в эти игры. Никто, узнав о подобном, не захотел бы. Ни один адекватный и здравомыслящий человек.       — Не молчи, ну же, скажи, что ты знаешь, — Чуя хватался за Дазая, как за спасательный круг, самую малость утешал тот факт, что он здесь не один, хоть где-то он не одинок. Дазай покачал головой. — Я не знаю.. Чуя отошёл в угол комнаты, открывая одну из коробок. Ничего полезного в ней не было, различная химия для мытья полов, посуды и прочего. Дазай последовал его примеру и тоже начал поиски, которые не увенчались успехом. Всё было против них. Неожиданно пол начал рассыпаться. Руки судорожно начали хвататься за стены, в попытках удержаться. Множество обрубленных кусков плитки летели вниз, коробки, мусор и прочее барахло, а затем исчезали во мраке. Что произошло – они не понимали. Ясно было одно, сюжетный ход игры изменился, но в чью пользу предстояло выяснить. Чуя удачно ухватился за ближайшую полку и повис над обрывом. Руки у него достаточно сильны, но даже он не сможет вечность висеть, вот так. Усталость даст о себе знать. У Дазая положение дел было чуть лучше, но насколько хватит пластиковой выпуклости на стене, где он сейчас стоял? Если она уже начала надламываться. Дело плохо, намного хуже, чем было до этого. Смотреть вниз было непосильным испытанием, пропасть была бездонной, начинала кружиться голова при осмотре. Расстояние между парнями было не более трёх метров, но даже они казались настолько огромными, что вселяли ужас.       — Что за нахрен?! — крикнул Чуя.       — Нам конец, было приятно иметь с тобой дело.       — Ты серьёзно?! Даже сейчас умудряешься шутить?!       — А что мне, плакать? Нам полный пиздец, и это – факт, — уже более серьёзно отвечал Дазай.       — Не говори, что ты просто взял и смирился! Ты не можешь..       — А у тебя есть решение? Ты видишь в каком мы положении сейчас, взгляни на свои руки, они вот-вот разомкнутся и ты полетишь вниз. А у меня что? Ещё пару минут и эта грёбаная доска сломается, под моим весом, — нервно и рассерженно пояснял Осаму. В голове Чуи появилась идея, последняя надежда на выживание. Сюжет многих книг разворачивался не таким образом.. Но очень походил на то, что творится сейчас с ними. Что мешает черпать знания оттуда? Главное грамотно их использовать.       — Когда ты решил выйти отсюда, я пошёл тебе навстречу.. Можешь ли ты, сейчас, пойти навстречу мне? — он выглядел неуверенно, но во взгляде читалось решимость.       — Что ты задумал? — Дазай вопросительно склонил голову к плечу, ожидая очередную глупость из уст Чуи. И он услышал то, что ждал. Но совсем не глупость.       — Нам ведь всё равно не выжить.. Ты. Когда будешь прыгать, схвати меня за руку, — невозмутимо сказал он.       — Гхф, не знаю как ты, но я туда прыгать не собираюсь.       — Ты всё равно полетишь скоро вниз, вон.. — он носом указал под ноги Дазаю. — Она почти сломалась. Он глянул вниз и увидел почти что сломанную доску. — Мда..       — Смотри сюда, — обратил на себя внимание Чуя. — На счёт три, прыгаем друг к другу.       — Да ты реально больной.. — пробубнил себе Дазай, но тем не менее он кивнул, готовясь к прыжку и, вставая поудобнее. Чуя начал раскачиваться, чтобы подальше отлететь.       — Итак..

1.

2..

3...

По команде, юноши бросились в бездну, которая долгожданно приняла их в свои холодные объятия. В воздухе они столкнулись, и их пальцы переплелись. Глаза, полные надежды встретились. С огромной силой они летели вниз, зажмурившись, ожидая.. Смерть? Нет. Пробуждение. Свет тух, но уверенность в своих силах мерцала, ведь пока жива надежда – жива личность. Человек умирает, когда теряет это важное качество. Каждый человек должен прийти к своим собственным выводам, чтобы у каждого была уверенность в исходе. Они уверены, что выживут.

-/БИП-БИП-БИП/-

Прозвенел долгожданный будильник, вырывая из ужасных мук. Это не сон — это ад. Сны такими не бывают. Даже прошлый раз не ощущался настолько тревожно, Дазай кое-как сел на кровать, пытаясь успокоить своё сердце. Он не видит, но уверен, что от такого у него поседели волосы на затылке. Хочется просто надеяться, что это последний раз, когда они так рискуют. Вдруг дверь в его комнату распахивается, на пороге запыхавшийся Чуя. Как только он проснулся, мгновенно подскочил с кровати и ринулся в соседнюю комнату. Дазай впервые за последнее время видит его таким.. Счастливым что ли? Дазай поднялся, встав на холодную плитку.       — Чу– Ну успев договорить, он снова был повален на кровать, под весом Чуи. Тот впервые его по-настоящему обнял, он был безмерно рад, что они выжили. Не «он», а «они» – это важное уточнение. Дазай ответил такими же крепкими объятиями. Неважно, что было между ними ранее, важно то, что прожили сейчас, нельзя вечно жить прошлым, надо идти вперёд и только вперёд.       — Я рад, что мы выжили, — прошептал Чуя в ухо Дазаю.