***
В глазах Ани отражался животный страх. Что этот мужчина может сделать с ними? И где они вообще находятся? Откуда Сергею известно, кто они? Может, это просто наводка, и он берёт их «на слабо»? «Какой он красивый», — мелькнуло в голове у Ани. «Нет, надо гнать такие мысли. Он мне не пара — время другое, мы другие». Настя была на грани срыва, в её глазах уже блестели слёзы. Голос Сергея вывел девушек из оцепенения. — Ну что, начнём, — мужчина подошёл к блондинке, склонился над ней, вдыхая древесный аромат её духов. «Сука, что за горе-преступница мне попалась… С такой невозможно работать», — пронеслось у него в голове. — Я думаю, вы ошиблись. Мы ни в чём не виноваты, — Аня уставилась в пол. — По твоей реакции можно сказать обратное. Да и на ваш внешний вид нельзя было не обратить внимание. Я знаю, что вы знакомы с тем подростком, который несколько часов назад ограбил магазин. Но дело не в краже — этот парень подходит под все параметры моего расследования. Дело особой важности, прежде всего для страны, — Костенко хищным взглядом скользнул по девушкам, выискивая хоть какую-то реакцию. Аня оставалась неподвижной. Она понимала серьёзность ситуации и делала всё, чтобы не выдать знакомство с Лёшей. Настя тоже опустила глаза в пол. Девушки не выдали тайну. — Значит, так? Не хотите по-хорошему — будет по-плохому, — Костенко схватил Настю за руку и рывком выволок из кабинета. Дверь захлопнулась на ключ. Аня прижалась ухом к двери — были слышны удаляющиеся шаги и недовольные возгласы Насти, которая наконец пришла в себя. Она в ловушке. Что делать? Лезть в окно — не вариант, слишком высоко. Стучать и кричать — бесполезно, везде его люди. Где они вообще находятся? Если кабинет на верхнем этаже, а на пропускном пункте его без слов пропустили — значит, он важная шишка. Не может это быть просто офис. Слишком странно для этого времени. Возможно, правоохранительные органы? Как жаль, что Аня не успела разглядеть форму дежурного. Самый вероятный вариант. Если Сергей — важный чин в милиции, то почему не в форме? Может, это было специально… Или это вообще не милиция, а КГБ. «Ладно, подождём», — сказала Аня сама себе.***
— Надо спросить у прохожих, видели ли они девушек, — Гоша пребывал в панике. Парни перебежали на противоположную сторону улицы. Вскоре им удалось найти человека, который, судя по всему, давно сидел на скамейке и мог видеть, куда те направились. Им оказался сосед Сергея Костенко. — Здравствуйте, вы случайно не видели здесь двух девушек? Одна рыжая, другая блондинка. Примерно одного роста, — Паша начал диалог. — Если вы про тех, что ушли с Серёжей, то видел. На работу утащил — значит, надо было, — мужчина отложил книгу и посмотрел в сторону «пришельцев». — Кто такой Серёжа? Где он работает? Отвечай! — Лёша начал нагнетать. — Вы же не дураки, мальчики, чтобы не знать, что такое КГБ. Остальное додумаете сами, — мужчина поднялся, подобрал упавшую на асфальт газету и ушёл. — Значит, КГБ… Не надо было оставлять девочек одних, — взгляд Гоши устремился на пустую скамейку. — Пойдёмте, узнаем, где это КГБ, и зачем забрали Аню с Настей. Парни побрели в неизвестность.***
— НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! МЫ НИ В ЧЁМ НЕ ВИНОВАТЫ! — Настя кричала на всю комнату допроса, её взгляд метался от Костенко к его оружию, которое он только что достал из кобуры. — Не виноваты, знаю я таких, — Сергей с видом знатока разглядывал пистолет. — Я ничего тебе не скажу, тупоголовый мужлан! Мы не виноваты! — Настя решила взять дерзостью — авось повезёт. В тот же миг Костенко в два прыжка преодолел расстояние между ними и упёр ствол пистолета ей в рот. — Рот открыла, а не то сейчас зубы выбью! — у Сергея кончалось терпение, и он перешёл к любимому методу. Настя замычала, слёзы снова потекли из её глаз. Она закивала в знак согласия. — Вот, уже лучше, — Костенко расплылся в улыбке, обнажив ослепительно белые зубы. — Начинай, не тяни. — Мы с ребятами поехали в Припять, чтобы отнять деньги у похитителя… Потом прибор нашли… Собака погналась… Было страшно… Потом мы уже здесь, — Настя не могла собраться с мыслями, и получалась бессвязная чепуха. — Что за чушь? — Не чушь! Всё так и было! Зачем мне врать? — Настя посмотрела на капитана так, словно никогда в жизни не лгала. — Не знаю… Может, чтобы диверсию на ЧАЭС совершить, — Сергей был уверен, что девчонка завралась. — Сейчас же 1985 год, а станция должна взорваться в 1986-м, — рыжая удивилась. Значит, возможно, станция взорвалась не сама по себе, и на неё уже год назад планировали диверсию. Но почему подозрение пало на них, на подростков, ничего не смыслящих в этой отрасли? — Твою мать… — Сергей выбежал из допросной. Ему срочно нужно было допросить вторую девушку.