План грехов

      "Вот я сно.." - Не успел я додумать, как ощутил острую боль справа в груди, а болеть было чему, ведь мне явно недавно сломали пару рёбер, а может и больше, не был уверен точно, но живого места с этой стороны у меня не было. Слева ситуация была чуть лучше: лишь крайне болезненные гематомы украшали моё тело. Ноги тоже были все в ранах и синяках, но ничего критичного. Я лежал на земле, скрючившись от боли и закрывая лицо руками, костлявыми и избитыми кем-то абсолютно везде. Дышать было чертовски больно, ведь каждый вздох из-за сломанных рёбер доставлял мне мук, что было бы достаточно двоим.       - Кххх... - Не успел я издать стон от боли, как мне в сторону головы прилетел пинок ногой, что явно была обута в ботинок с металлической вставкой. - Ааа!!! - Сдавленно крикнул я под хруст сломавшейся кости на моей левой руке. Сам крик для меня тоже оказался маленькой агонией из-за сломанных рёбер. Голове моей не досталось, ведь она была закрыта руками. Зато про функционал левой руки можно забыть надолго.       - ...алень... ...гов... ...ако... ты ...сме... - Донеслись до меня обрывки слов ударившего меня. После прилетел ещё два удара по ногам, которые обошлись парой новых гематом на икре и голени.       Мой разум с тяготой воспринимал окружение из-за чудовищной боли, что, словно пыталась разорвать меня изнутри, особенно мои виски. Рядом текла вода, звук журчания которой бил по моему сознанию.       Тут ударившего меня кто-то окликнул и, вроде как, остановил лично.       - ...пегу... заебал уже... ...жно?... ....даже не от... ...Пора во... - смог поймать мой мозг хоть обрывки их фраз.       - Но... ...шли. - ответил мой обидчик.       Тут я наконец смог открыть глаза, что оказались в состоянии видеть лишь крайне размыто. Увидел я двух человек в броне из металла, что шли от меня к стоящим недалеко от меня двум, вроде как, лошадям. Тот, что бил меня, был с длинными чёрными волосами, а тот, что остановил его, был в шлеме. Больше я понять не смог из-за мутности зрения и рассудка. Находился я недалеко от протоптанной дороге на лугу. С другой стороны дороги шёл дым из-за небольшой просеки.       "Не знаю кто ты, но..." - не успел я додумать, как моё сознание померкло.

***

      После мой разум преследовали множественные кошмары. Не уверен, что точно это было, но нагоняло жуть, пробивало на дрожь, а боль моя преследовала меня и в моем сознании, словно вечный кошмар. Порой я словно оживал и приходил в себя от бреда, чтобы почувствовать себя умирающим от жажды никем, чья жажда пришла к нему в образах пустынь его родного мира - столь же мучительно сухих, огнено-горячих днём, и напоминающих ледник по ночам. Меня то кидало в горло вулкана, где я задыхался от окружения, то в область вечной мерзлоты, где я едва чувствовал тепло своего тела. Тут мой непрекращающийся круг страданий был прерван, и я почувствовал, что меня куда-то тащат, потом понесли, но разум отказывался сообщать мне что-то большее, кроме того, что тот, кто нёс меня, был довольно высок и плотен, в то время мир предстал для меня в зелёных тонах и этот некто выглядел как настоящий тролль, что несёт меня к себе на обед, но не сил, ни возможности что-либо сделать у меня банально не было. Затем моё сознание померкло вновь, но уже без постоянных кошмаров и мук.

***

      "... я обязательно тебе отплачу." - смог я закончить свою незавершённую мысль перед отключкой. Обнаружил я себя в довольно плачевном состоянии. Лежал я на куче соломы, что была набросана на деревянный прямоугольник в доме, где рядом было ещё десятки подобных лежанок, в том числе двухэтажные. Всё моё тело было обмотано чем-то похожим на крайне примитивные бинты, под которыми явно находилось что-то обладающее резким запахом лекарственных растений, не сказать, что пахло хорошо, но не ужасно, да и если привыкнуть, должно быть не так уже плохо. Ноги мои были обработаны тем же методом, только не были покрыты бинтами, из-за чего мне предстал вид моих "прекрасных" зелёных, где-то фиолетовых и черноватых, довольно худых ног, что совсем не напоминали мои. Левая рука была также обмотана чем-то вроде бинта, только от неё шел слегка сладкий, почти неразличимый из-за другого средства с резким запахом. Также я внезапно понял, что моя левая рука, словно была обволочена во влажный и слегка тёплый... слайм? Прям как те детские игрушки. Ладно, неважно. Тут я вспомнил, что мне говорила Устра. - "Так, это не моё тело." - что, правда и так уже стало очевидным: заросшие сальные русые волосы, недостаток сил, худоба, рост явно был чутка меньше, да и в целом чувствовал я себя каким-то угловатым. В целом я стал подростком лет 17.       "Не так уж и плохо, хотя состояние моё было где-то на грани между <<плохо>> и <<пиздец>>."       Тут резко нахлынула боль в висках и я всё вспомнил. Не успел я донести свою правую руку до головы и попытаться дёрнуть левой, как она прошла и в моей голове были воспоминания владельца этого тела.       Звали его Кираном. Это был паренёк из деревеньки Приреченка, что отправился в недалёкую(около дня пути) деревеньку Полесная, чтобы доставить его дяде-ремесленнику одолженный для ремонта хаты набор инструментов. С собой у него был посох для защиты, котомка, запас еды с водой на пару дней и немного денег для покупок в Полесной. Всё шло нормально и Киран успешно посетил дядю, передал ему инструменты, тот с радостью принял его помощь с работой по дому(жил тот один, хотя ему было уже 27 лет), а затем познакомил с заехавшим торговцев одеждой, что был его старым другом. Киран с большой радостью расстался со своими деньгами, когда нашел подходящую одежду на вырост для обеих своих младших сестёр(конечно, ношеную, но иначе простолюдины получить что-то не самодельное не могли), а также почти новый жиппон для себя, который непонятно как оказался у торговца, да ещё и по такой низкой цене, что в итоге так и не спас бедняге жизнь, ведь Егор уже был за него. Но на обратном пути недалеко от своего дома он заметил возвышающийся дым за пролеском, что оставался последний на пути к дому. Забеспокоившись за родных, Киран поспешил к деревне, но не успел тот пробежать и сотни метров, как увидел, что какая-то девушка бежит от двух преследователей на конях, она уже добралась до моста, проходящего через речку, на берегу которой и стояла деревня. Та остановилась у моста и глянула под него, словно что-то заметила, а затем прыгнула в воду. Киран знал, что она заприметила и побежал ещё быстрее - ведь это была его ЛИЧНАЯ лодка для рыбалки и путешествий, которую он делал сам пол года и которой очень дорожил. Преследователи опешили от действий девушки, но быстро пришли в себя и стали еще быстрее приближаться к мосту, но было уже поздно - та уже отвязала лодку Кирана и сплавлялась вниз по реке, показав обеими руками какой-то жест преследователям. - СТОЙ! ВОР! - только и смог крикнуть Киран девушке, что была уже в нескольких десятках метров от него. К удивлению парня, бывшие преследователи поскакали к нему, приказав ему остановиться. Возможности сопротивляться, да и смысла это делать у него не было, так что тот повиновался.       - Стой, ты кто? Какое отношение ты имеешь к предателям из Приречной? Это твоя лодка? ОТВЕЧАЙ! - соскочил с лошади один из людей в доспехах и взял свой меч, к счастью Гирана, находящийся в ножнах, в руки. Другой человек сидел на лошади, но явно был готов к действиям.       Шестерёнки в голове парня быстро заработали и придумали версию, не сильно отличную от реальной, но дающую ему шанс на избежание неприятностей - Господин, меня зовут Гираном. Живу я у отца-ремесленника в деревеньке Прилесной. Отправил меня отец обменять одежду в Приречную на местные травы. Лодка действительно... была моя, я на ней тут рыбачил - это ближайшее место с рыбой к Прилесной.       - Ты, говна кусок, виноват в том, что мы её упустили! Какого дьявола ты оставил свою грёбаную лодку под этим мостом?! - разошёлся спешившийся. - Я знаю, ты, ублюдок, с ними заодно и спрятал её, чтобы кто-то мог бежать! Сей...       - Г-г-господин, п-прошу, я не... не...не виноват! - уже в состоянии ужаса ответил Гиран. Сама мысль о противостоянии бойцу королевства была для крестьянина той ещё пыткой, а обвинение в предательстве от него могло легко привести парня к скорой смерти без разбирательств. - Смилуйтесь!       Тут в разговор вступил уже порядком заскучавший второй боец - Ладно, Ипегул, мы уже сделали, что могли, на этого пиздюка мне откровенно чхать, а то, что упустили ту мелкую дрянь - похер, что толку от служанки, и не надо на меня так смотреть, знаю я, зачем ты за ней так рьяно бежал. - к откровенному счастью парня сообщил тот, затем обратившись к Гирану - Парень, просто сними всё, что у тебя есть, чтобы мы убедились, что ты тут совершенно не при чём.       Бывший владелец этого тела понял, что это был банальный грабёж, но не имел ни шанса на победу или бегство и стал снимать котомку. Однако, произошло непредвиденное: Недовольный медлительностью скованного ужасом Гирана, Ипегул замахнулся своим мечом на него. Но вместо наступления ступора, паренёк к своему ужасу обнаружил, что непроизвольно ударил своим посохом, который непонятно как успел поднять с земли, Ипегула по шлему, который со звоном слетел с головы. Тут перед пареньком предстало живое воплощение ярости и гнева с красным, словно помидор лицом, но тому было не до смеха. Тот пытался хоть как-то защититься от противника, но тот легко выбил посох из его рук и начал бить руками, частично покрытыми бронёй с металлом.       То, что произошло дальше, особо в пояснении не нуждается - Ипегул избил Гирана до смерти, а после того, как тот перестал подавать признаки жизни, забрал все его вещи вместе с напарником. Такова была жизнь паренька по имени Гиран. Ничего примечательного для паренька из столь убогого общества. Его считали за мусор все, кто был над ним, а умер он ни за что, как собака, избитый на обочине дороги. Сложные чувства начали возникать в голове Егора, но сейчас стоило заняться другим: почему он выжил, кто его спас, что теперь делать?       Сосредоточив память нового тела, Егор вспомнил об интересном разговоре между дядей Гирана - "Ныне он мой дядя" - и его знакомым торговцем одеждой. Тот касался нового указа короля, что предписывал гражданам, особенно знакомых с лечением, спасать людей. Звучало, конечно, чрезмерно гуманно для такого места. Конечно, всё было не так просто: спасённые были обязаны возместить своему спасителю двойную стоимость всех лекарств и услуг по лечению, а давалось на это 5 месяцев. Закон этот вышел половину года назад, следственно уже были те, кто был спасён и не смог "отплатить" "спасителю". Таких ждала судьба становления временным рабом, пока тот не отработает долг. Правда "спасители" обычно завышали стоимость оказанной "помощи" раза в 2-3, что в итоге приводило к невозможности обычном человеком "отплаты". Ценность труда раба в Королевстве Ша-Ригэл была на таком уровне, что несчастным "спасённым" приходилось законно становиться рабами "спасителей" на 5-8 лет.       Осознав, что его ждёт, Егор понял, что ему придётся сильно поднапрячься, если он не хочет в этой новой жизни прожить короткую, изнурительную и убогую жизнь раба. Немногие силы, что были у него, закончились, и тот закрыл глаза и уснул крепким сном выздоравливающего. Последнее, что промелькнуло в его голове перед сном - он попал в мир Меча и Магии.

***