Höstlov i Stockholm

POV: Антон       Я наблюдал за тем, как школьники чуть ли не потоком вываливались из ворот школы. Отовсюду слышались радостные возгласы учеников. С одной стороны, «ура, каникулы!», вероятно, от школьников помладше. А с другой — менее воодушевляющее «спасибо, что не сдох!» и «как же я заебался!». Старшее звено — оно такое.       Я хмыкнул, быстро сбежал по ступенькам и оглянулся. Где там этот хвостатый и четырехглазик? Взглянув на время и убедившись, что они опаздывали, я встал чуть в сторонке, чтобы меня не снесли нафиг эти в жопу укушенные малолетки. Нет, ну, а как их ещё называть? На адекватных детей они мало походили. Один шкет убегал от девочки, которая неслась за ним и угрожающе махала сумочкой для сменной обуви. Я хмыкнул и стал наблюдать за ними. Мысленно даже начал подбадривать начинающую тиранку. Но к моему сожалению парочка сперва смешалась с толпой, а после уже и вовсе исчезла из виду. Я вздохнул и поднял голову, взглянув на небо, которое было сплошь и полностью затянуто тучами. Точно ливанет, а с моим везением — ливанет на меня. Неподалеку я услышал знакомые голоса и обернулся. Ну наконец-то! Они там что, сосались что ли?        — Хрена ли так долго? У меня уже жопа замерзла, вот-вот отвалится — недовольно фыркнул я, когда друзья снизошли до меня.       — Было бы чему отваливаться, — хмыкнул Дима, а Сережа сложился пополам от смеха.       Во-первых, обидно, а во-вторых, не так уж это и смешно было. Я, как сказал Сережа, «скукурузил рожу» и решил перевести тему на более актуальную. Сегодня мы собирались погулять, но погода решила, что погуляем мы только до дома, видимо. И то могли сухими не дойти. Ну, я уж точно, потому что жил дальше всех от школы. Пока Сережа доказывал, что дождя не будет, а Дима усердно гуглил прогноз погоды, мне позвонила мама. Я чуть отошел в сторонку, чтобы было не так слышно маты Матвиенко.       — Да, мам? — я невольно улыбнулся.       — Тош, у меня для тебя сюрприз, беги домой скорее, — мне было даже по голосу понятно, что она чуть ли не искрила от предвкушения и радости.       Перекинувшись с мамой еще парой фраз, я убрал телефон в карман и вернулся к друзьям. Сердце в груди билось с бешенной скоростью.       — Ребят, — окликнул я друзей, которые все так и не могли определиться с погодой. — Мама похоже билеты купила.        Парни тут же начали поздравлять с предстоящей поездкой, каждый из них пожал мне руку и строго настрого наказал написать вечером, что там и как. М-да, меня уже трясло от предвкушения, друзья уже поздравили меня и пожелали удачи, а мысленно я сейчас был вовсе не на обычной будничной улице Питера, а далеко-далеко, примерно за семьсот километров отсюда. В Швеции. Конечно они знали, что я имел ввиду и какие билеты. Они периодически попадали на невольные лекции под названием «Тысяча и один бесполезный факт о Швеции от Антона Шастуна бесплатно и без регистрации». Жаль, переключить или выключить меня, как радио, было нельзя. Нет, конечно, можно было, но мне попались на редкость хорошие и понимающие друзья.       Посетить эту страну для меня было мечтой жизни. На последней неделе учебы, когда все учителя будто с цепи сорвались, я только и жил мыслью о поездке в Стокгольм. Я учил шведский уже три года. Причём начать изучение было очень спонтанным решением для меня. Нет, ну, а что за пидо… люди, которые не сделали сноски с переводом в моей любимой книге? Я только проникался сюжетом, погружался в книгу с головой, как тут на тебе! Сиди и вводи длиннющие реплики персонажей в переводчик. Еще и сделай вагон и маленькую тележку опечаток, а потом сиди и исправляй, проклиная себя косорукого. После прочтения книги я увлекся культурой этой страны. Меня затянуло, и я погряз в этой теме, как в болоте. Но зато в каком болоте-е-е!       Часто рассказывал маме интересные факты об этой удивительной стране, а она и вправду меня слушала. Это грело душу. Вскоре я стал вбрасывать маме фразочки на шведском, а заметив ее непонятливый взгляд переводил на русский. Ей нравилось, конечно, что свободное время я проводил дома за самоучителем и тетрадками, но иногда она сама звала к нам Димку с Сережей. Наверное, эти три человека — самое дорогое, что у меня вообще было.       — Мам, я дома, — чуть прикрикнул я и, стянув обувь с курткой, прошел вглубь квартиры. — Мам?       Она должна была уже быть дома. Я подхватил нашего кота, который подбежал ко мне, на руки. Я успел погладить пару раз Сеньку до того, как он выпрыгнул из моих рук, чуть не поцарапав запястье. Вот же пидорас с рыжей жопой. Я открыл двери в свою комнату и вздрогнул: прямо за ними стояла мама с улыбкой Пеннивайза. Нет, ну серьёзно, я сильно испугался, так, что аж вскрикнул.       — Мама, блин!       — Прости, прости, не хотела тебя так пугать, — она обняла меня одной рукой и оставила на виске невесомый поцелуй. — А теперь, закрой глаза, Тош. — Я послушно зажмурился и почувствовал, что мама положила мне в руку пару каких-то прямоугольных картонок. — Открывай.       Я распахнул глаза и увидел в своих ладонях два билета, на которых было много надписей мелким шрифтом и довольно крупно выделялось «Стокгольм». Я открыл рот, закрыл, снова открыл. Закончили упражнение. Я кинулся ей на шею с объятиями, а мама звонко засмеялась, обняв меня. Я лечу в Швецию. Кто-нибудь, разбудите меня. Хотя нет, лучше не будите, если не хотите быть задушенным.       Вечером я написал Димке с Сережей, что и вправду на две недели улетаю в Швецию.       Дима Позов, 22:19       Круто, конечно))       А на сколько ты улетаешь?

Вы, 22:20

На две недели!

Целых четырнадцать дней в этой охуительной стране!

      Серёжа Матвиенко, 22:21       А каникулы всего десять. Догонять придется.       Дима Позов, 22:22       Да, вот тут я тебе не завидую, Антох. Догонять химию — такое себе удовольствие.

Вы, 22:23

Будь проклят тот день, когда я выбрал этот профиль. Биохим — убей себя морально всего за два года бесплатно и без регистрации.

      Спать я ложился очень воодушевленным, обняв мягкую красную игрушку лошади — один из символов Швеции. Да, я сильный и независимый. Прижав к груди лошадку, я засопел.

*

      Сидя в самолёте в Москве я не мог поверить в то, что совсем скоро окажусь с мамой в стране мечты. Впереди у меня было четыре часа полёта с одной пересадкой и многообещающие две недели в Швеции. Натянув на глаза повязку для сна, я откинулся на сиденье и быстро отключился.       Проснулся я примерно за час до посадки и просто не мог сидеть спокойно. Мама говорила, чтобы я вытащил у себя из жопы шило, а как я вытащу то, с чем родился?       Пока мы ехали в такси из аэропорта в хостел, я все никак не мог налюбоваться архитектурой и, наверное, светился, как лучик солнца. Так меня часто называла мама. Не многие могли похвастаться такими хорошими отношениями с родителями в семнадцать лет, какие были у меня.       Заселившись в номер, я тут же помчался к окну. Как же тут красиво, тем более осенью. Отель у нас был небольшой — двухэтажный. Окна с маленьким балкончиком выходили на тихую улочку, застеленную светлыми кирпичиками и усыпанную красными опавшими листьями. Теперь я понимал, почему осень тут называли «красной». Это не то, что у нас: грязь, гнилые листья, на которых я часто поскальзываюсь, и недовольные рожи прохожих.       — Мам, пойдем пройдёмся? Посмотрим на красоты города? — улыбнувшись спросил я, не удосужившись даже глаз оторвать от окна.       — Антош, давай сам? Я устала, прости, пожалуйста, — мама подошла ко мне, поправив мою челку на бок. Опять она за свое. Хожу потом так, будто в меня верблюд плюнул, а потом прилизал для пущей верности языком.       — Хорошо, мам, отдыхай, — я быстро чмокнул ее в щеку и вылетел из хостела.       На улице было немного прохладно из-за ветерка, и я затянул на своей шее черный шарф. После тут же побежал в сторону более оживлённой улицы. Еще вчера я считал детей, которые бежали из школы, неадекватными, а сегодня сам был ничуть не лучше их самих. Завернув на повороте и выйдя наконец на чуть ли не главную улицу Стокгольма и уже предвкушая увидеть всю красоту города, я тут же врезался в кого-то.       — Еб твою мать! — я потер лоб, которым въехал незнакомцу в грудь, и поднял на него глаза. — Förlåt! — начал я было извиняться, как услышал такое родное «блять, ты смотри, куда летишь, уёба!».       Минуточку. Минуточки не хватит. Я оглядел прохожего, который все еще потирал ушибленное место ладонью через белый свитер, который скрывался под расстёгнутым пальто. Брюнет, чуть выше меня ростом. Среди сверстников я был всегда выше остальных, что меня радовало и вселяло чувство, будто я особенный. Незнакомец взглянул на меня так, будто я на его глазах котят утопил. Его котят. Нет, ну серьёзно, столкнулись и столкнулись, чего пялился то так?       — Русский? — уточнил он наконец, а я тут же кивнул. Хуюский. Надо же, умный какой. Просто так мне вот захотелось на русском матернуться на всю улицу, конечно. — О, как! Ну, тогда, приятно познакомиться. — незнакомец протянул мне руку. О, сколько чести. — Арсений.       Лицемер. Приятно ему, надо же, ну-ну. Однако, я пожал ему руку.       — Уёба, приятно познакомиться, — саркастично заявил я и быстро убрал руку в карман.       Мужчина напротив чуть стушевался и тут же извинился. Правильно. Не, ну а что он ходит там, где я бегаю? Еще и обзывается. Я-то между прочим извинился сразу же!       — Антон, — буркнул я, спрятав нос в свой любимый черный шарф, который связала мне мама.       — Антон, у нас с тобой как-то не заладилось знакомство, — действительно! А может не надо было меня уёбой называть? Пидор несчастный. — Может я тебе могу что-то предложить в знак извинения?       — Руку и сердце? — ляпнул я, после чего прикусил язык, а мужчина явно опешил. — Ладно, забудьте. Это я так не смешно шучу. Балуюсь. Вообще, я только приехал и не знаю, что можно посмотреть интересного и куда сходить, — честно признался я.       Да, я мечтал тут побывать, но у меня никогда не было цели ходить по скучным музеям. Я хотел любоваться архитектурой и атмосферой Стокгольма, а не скучать, смотря на больную фантазию художников, которые жили хуеву тучу лет назад.       — Оу, отлично! — Мужчина приобнял меня за плечи, а я сжался, будто засохшая долька яблока, — идем, я видел очень красивые дома неподалеку.       Хм, а это звучало очень даже заманчиво. Он не потащил меня в музей или на какую-нибудь площадь, а это уже было хорошим знаком. Но он все равно меня немного бесил.