Язык жестов

      Утро четверга для Арсения началось с головной боли после вчерашней истерики. А после того, как он сонно и нехотя разлепил свои глаза, до этого потерев лицо ладонями в попытках отвлечься от неприятных ощущений, то чуть с кровати не упал. Рядом с ним в одних штанах, свернувшись небольшим комочком, видимо от холода, сопел правитель. Арсений испуганно обвёл комнату глазами, потому как первая мысль, посетившая его больную головушку: Арс сам забрался каким-то образом в чужую обитель.       Он приподнялся на руках, уселся на кровати, натянув на себя одеяло, и немного расслабился — комната действительно была его. Тут и альбом валялся, и карандаши, и блокноты его для общения, и лезвие в крови… Так, стоп. Попов опустил глаза на свои забинтованные руки. Воспоминания о вчерашнем вечере ударили по и без того раскалывающейся голове. Арсений как будто до сих пор чувствовал тепло чужого тела, уютные объятия, тихий и обеспокоенный голос, которым Антон напевал ему детскую колыбельную. Какой позор. Попов сглотнул слюну, оглянулся на ещё спящего Антона и, накинув на него часть своего одеяла, взглянул на электронные часы, которыми позавчера Шастун тыкал Арсению в лицо. Прекрасные воспоминания.       Антон, почувствовав приятное тепло, пододвинулся поближе, забираясь под одеяло чуть ли не с головой. Арсений слабо улыбнулся, разглядывая торчащие из-под мягкой крепости кудрявые волосы, к которым рука тянулась сама по себе, потому что с виду они казались очень пушистыми. Он быстро одернул руку, улегся обратно, потому что вставать еще рано, а голова так и не прекращала болеть. Арсений повернулся лицом к правителю, слегка краснея. Голубые глаза забегали по чертам лица. Рукой Арсений аккуратно отодвинул краешек теплого одеяла, чтобы оно не закрывало ему обзор. И этот человек вчера возился с ним весь вечер, несмотря на свою работу, обязанности и усталость. Так отвратительно Арс себя еще не чувствовал. Хотя нет, бывали ситуации и похуже. Но эта тоже была достаточно абсурдной, чтобы позагоняться по этому поводу.       Арсений залип на слегка приоткрытые, пухлые губы, на родинку на носу, на выглядывающее из-под одеяла плечо. Он шумно вздохнул, перевернулся на спину, случайно стянув с Антона одеяло, и тот сразу же недовольно промычал. Арсений замер. Лишь бы не проснулся раньше времени. Антон пододвинулся ближе, опустил одну руку парню на живот, слабо приобняв его, и, вздохнув, устроился на подушке поудобнее. Арсений сглотнул слюну, чувствуя тёплую руку на своём теле. Это было странно… И слегка приятно. Он просто лежал и боялся пошевелиться. Что-то этот Антон много себе позволил. Прикинув и расставив приоритеты, Арс решил, что лучше он в офисе лишние полчаса просидит, чем будет сидеть на допросе у Антона, когда тот проснется.       Арсений аккуратно выбрался сперва из-под одеяла, а после отодвинул руку Антона. Арс поежился от холода, уселся на краю и только хотел подняться с кровати, как услышал за своей спиной сонное «стоять».       Блять.       Теплая рука Антона опустилась на талию Арсения, от чего парень вздрогнул и сразу же обернулся. Антон зевал, как ни в чем не бывало, и второй рукой убирал кудрявую челку с глаз. После правитель и второй рукой взялся за талию своего подчиненного, притягивая к себе.       — Нам надо поговорить, малыш.       Арсений непроизвольно задержал дыхание. И от непонятно откуда взявшегося прозвища, и от самого факта, что ему придется рассказывать о своих проблемах человеку, который к нему ну вот совершенно никаким боком не относится. Или всё же как-то относился? В любом случае, Попов пока не хотел показывать своих скелетов в шкафу никому кроме своей семьи. Забравшись обратно на кровать и не став дожидаться, пока Антон сам не завалит его на неё, Арсений поджал ноги к груди и, обняв их ноющими запястьями, посмотрел на Антона. Хотелось выйти нахуй. Либо в окно. Тоже вариант неплохой был. Тут и высоко было, и, как уже подметил Арсений, окна были большие. Прыгать удобнее.       Попов посмотрел на Антона и поджал губы. Правитель же рассматривал его немного помятую одежду, едва заметно облизывал губы кончиком языка и долго молчал, собираясь с мыслями.       — Что случилось? Зачем ты… — Договаривать Антон не стал, лишь кивнул на бинты на запястьях.       Арсений замялся. На тумбочке прозвенел будильник, и Попов, выключив его, взял телефон в руки, открыв новую заметку. Он долго писал, иногда кусал губы и даже начинал быстро моргать, чтобы избежать слёз. Антон не лез. Он покорно ждал и боролся с внутренним желанием прижать к себе парня и помочь ему всем, чем только мог бы. А ещё Антон боялся. Боялся, что Арсений ему не доверится, а после такого напора и вовсе начнет избегать. А это Антону вот совсем не нужно было. Он наоборот желает помочь ему, а не запугать. Спустя долгие пять минут на экране красовался текст. Арсений принялся его перечитывать на наличие «а не спизданул ли я чего-то лишнего?». Еще через пару минут перед Антоном лежал телефон с коротким «Мне на работу нужно собираться. Извините за вчерашнее… И спасибо».       Антон завис.       А после услышал, как в ванной включили душ.       Блять. В этого Арсения.       Видимо Арсений разговаривать на эту тему желанием не горел, а Антон не знал, как можно было выудить хоть чуточку информации из Попова. Приняв решение, что они поговорят чуть позже, Антон быстро накинул на себя рубашку, взял пиджак и подошёл к двери, что вела в ванную. Шума воды уже слышно не было. Правитель, поджав губы, пару раз стукнул по косяку костяшками.       — Я ушёл, Арсений. Не опаздывай в офис, — Антон закусил щёку изнутри, задумавшись на несколько мгновений, — и позавтракать не забудь.       Когда Арсений выглядывал из-за чуть приоткрытой двери в ванную, в комнате стояла гробовая тишина. Попов выдохнул, быстро выбежал в коридор из своего логова и, спустив окровавленные бинты в мусоропровод, вернулся к себе. Запястья ныли от боли. Арсений тяжело вздохнул, натянул на себя кое-как белое худи, чтобы скрыть порезы, и выдвинулся в столовую, откровенно забив на поход в медпункт. Ох, узнал бы об этом Антон, Арсений бы уже на пинках туда летел.

•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•

      Пройдя в кабинет, Арсений заметил Иру, которая стояла возле стола Оксаны и о чём-то с ней болтала. Попов поджал губы, взглянув на Суркову, и присел к себе за стол, поставив кружку с горячим кофе на его край. Судя по разговору, девушки нашли общие темы для обсуждения и мило беседовали. Они часто, но тихо хихикали, раздражая этим самым и без того нервного Попова, и шептались. Когда Ира заикнулась про то, что ей симпатичен правитель, Арсений со психу громко поставил кружку с кофе на стол и опустил глаза в документы. Он не ревновал. Честно. Просто эта стерва его вымораживала. А проснулся в одной кровати Антон с Арсением, а не с ней. Попов самодовольно улыбнулся про себя. Хотя Арсению не то, чтобы это было нужно, но некоторое удовольствие всё равно приносило.       — Ой, подожди, меня Антон вызывает! — Оксана подскочила со стула и вышла из кабинета.       Арсений собрал документы, которые только закончил подписывать, и подошёл к шкафу, чтобы найти папку и сложить все бумаги туда. Так будет удобнее нести их Антону. Пока Арс рылся в шкафу, за спиной раздался грохот.       — Ой, какая жалость, — Ира злорадно улыбнулась, а у Попова чуть земля из-под ног не ушла, когда он взглянул на стол.       Белоснежная кружка лежала на боку на столешнице, а всё содержимое красовалось на документах, которые подписывал Арсений. Девушка хихикнула и вышла из кабинета. Арсений еле сдержался, чтобы не запустить ей вслед пару огромных папок.       Сука.       Он подбежал к столу, поставил кружку так, как она и изначально стояла, и стал осматривать масштаб проблемы. Руки затряслись то ли от страха перед Антоном, то ли от злости. В кабинет вернулась Оксана, на которую Арсений сразу же обернулся и обиженно фыркнул. Девушка оглядела кабинет и выдохнула.       — Ушла, слава богу. Задолбалось играть в её подружайку, — Окс взглянула на Арсения и сразу подошла к нему, заметив его блестящие глаза, — что случилось, Арс? . .       Суркова старалась успокоить его уже на протяжении десяти минут.       — Никому не доверяй, — Оксана обняла его не очень смело, побоявшись, что парню такая тактильная поддержка придется не по нраву. — Только мне можно, слышишь? Будь холодной сукой, — продолжила милая девушка, чему Арсений немного удивился и отстранился от нее. А после тут же увидел Антона за своей спиной. В голове в эту же секунду пронеслась мысль «нам хана». — Пол — это лава, она — шалава, Арсений, — не унималась Оксана. — Всё будет хорошо.       Брюнет вытер слезы, неловко улыбнулся и кивнул на Антона, который стоял позади ничего не подозревающей Оксаны. Девушка обернулась и тут же слегка присела от страха. И как давно он тут стоял?..       — Ой…       Антон покачал головой и перевел взгляд на заплаканные глаза Арсения. Что с ним опять случилось-то?       — В целом, если речь идет о Кузнецовой, я согласен. Надоела. Арсений, где документы?       Попов воодушевлённо вновь вытер слезы и метнулся к своему столу, а уже возле него опомнился. Ира, блять. Антон с него три шкуры спустит сейчас. Голубые глаза покрылись плёночкой и заблестели. Арсений, поджав губы, открыл блокнот на чистом развороте, коряво написав навесу «пока не готово». Он развернул лист к Антону, и тот пробежался глазами по буквам. Оксана, мельком заглянув в блокнот, аккуратно потеребила Шастуна за плечо.       — Ира кофе на них пролила, пока Арсений искал папку, чтобы сложить их туда и Вам отнести, — пояснила девушка, а Арсений опустил глаза в пол.       Антон задумался, закусив губу и окинув Арсения взглядом с ног до головы. Другой бы на его месте уже давно бы настучал Шастуну про это и сопли на кулак не мотал, а Попов… Правитель всё чаще задумывался о том, что его малышу работнику нужна помощь. Он тяжело вздохнул, взглянул на стол, где всё ещё лежала стопка испорченных документов, и перевёл взгляд зелёных глаз на своего страдальца.       — Идём со мной, — вдруг строго произнёс Антон, взяв парня за руку и потянув за собой. Как же хорошо, что он вовремя закрыл рот, не успев назвать Арсения ласковым прозвищем в присутствии Оксаны.       Арсений опешил. Он потащился вслед за Шастуном, неуверенно сжимая его руку, пока в груди что-то неожиданно ёкнуло. Не успел Арс понять, что вообще произошло, как окольцованная рука выпустила арсовскую и открыла дверь. В коридоре Антон шёл, держа строгий вид, игнорируя всех и вся и лишь иногда оглядывался через плечо, чтобы удостовериться, что Арсений шагал за ним. А Попов ещё толком не отошёл от всего произошедшего. Хотелось ещё раз прикоснуться к этим теплым ладоням и утонуть в них своими руками. Арсений одёрнул себя и зашёл в кабинет вслед за Антоном. Правитель закрыл за собой двери и присел на диванчик.       — Садись рядышком, малыш, есть разговор.       Земля ушла из-под ног. Во-первых, Арсений ещё не привык к такому прозвищу, и каждый раз после услышанного в груди от нежности щемило сердце. А во-вторых, Попов всё ещё не хотел раскрывать все карты. Точнее, ему казалось, что, такому как Антон, будет противно слушать читать его рассказы молодости. Арсений вынул заранее из кармана свой телефон и присел рядышком, сразу почувствовав, как его приобняли за плечи. Парень невольно вспомнил, как ещё с утра сонный Антон обнимал его поперёк живота. Губ коснулась мимолётная улыбка. Так, нет, стоп, Арсений. Тебе чуть-чуть внимания уделили, а ты уже потёк.       — Ты ранимый, да? — вопрос правителя выдернул парня из его раздумий, и Арсений повернул голову к Антону.       Шастун сидел очень близко и даже чувствовал ровное дыхание своего подчинённого, когда тот повернулся к нему. Арсений поджал губы и нехотя кивнул. Для Арса этот вопрос значил примерно то же, что и «ты тряпка, да?».       — Что с тобой случилось? Как ты стал немым?       Арсений замер, глядя в зелёные глаза напротив. Что за допрос? Зачем ему это знать? Парень поджал губы, опустил глаза в телефон и спустя пару минут раздумий и тишины начал печатать, детально вспоминая тот вечер. Вечер, который разделил его жизнь на «до» и «после».

flashback

      — Арс, ну ты там скоро? — Саша уже сидел за рулём своего новенького авто и ждал, пока его друг наконец загрузит все свои вещи в багажник и усядется рядом на переднем сидении.       — Да сейчас, не ворчи! — Арсений захлопнул багажник машины и запрыгнул в прохладный салон.       В планах у парней было заехать за ещё тремя друзьями и уехать на речку с ночёвкой. Благо Арсений сказал родителям, что поедут они якобы с мамой Саши, а не одни, ведь «тебе всего пятнадцать, Арсений! А они там все такие большие уже!». Только на деле мамы никакой не было. Только шумная компания, громкая музыка и обдувающий лицо ветер из окна. Ну сказка! Благо Юлю мама с ними не пустила, потому что Арсений бы намаялся тут с ней. Ну что десятилетней девочке делать в компании пацанов?       Машина мчалась по трассе за городом, набирая скорость и иногда выезжая на пустую встречку просто потому что это весело. Арсений радостно подпевал слова знакомой песни и часто оборачивался назад к друзьям. Сашка за рулем делал тоже самое, но гораздо реже Арсения.       Вдалеке виднелся знак «опасный поворот», которого водитель не заметил, в который раз отвернувшись к друзьям назад. Машина неслась с огромной скоростью прямиком в небольшое ограждение.       — Саня, твою мать! — Арсений вжался в кресло, с диким страхом в голубых глазах смотря на знак, который с каждым мгновением становился всё ближе и ближе.       Скрежет тормозов, резкий звук удара и разбивающегося стекла. А дальше только невыносимая боль, гул в ушах и чернота перед глазами.

flashback

      Антон закончил читать текст на телефоне Арсения, а Попов ухватился за мысль у себя в голове содержания «как же хорошо, что тогда мама не пустила Юлю с ним, хотя сестрёнка очень просилась». Шастун тяжело вздохнул и положил телефон возле Арсения, который нервно кусал губы и смотрел уже блестящими глазами в стену.       — Эй, малыш, иди ко мне, — Шастун позвал парня и прижал его к себе. Да, он дал слабину. Да, он будет сегодня ночью корить себя за это и втирать самому себе про статус, про то, что таких, как Арсений, миллионы, что…       Парень прижался к нему, обнял и уткнулся носом в шею, тихонько всхлипнув. Или не будет. Поглаживая Арсения по спине и слегка покачиваясь из стороны в сторону вместе с ним, Антон уже точно решил, что этой ночью он будет искать лучшего психотерапевта и просить, чтобы тот приехал во дворец на неопределенный срок за неплохую сумму. Антон обещал, что поможет Арсению честно отбить место секретаря у Иры. Но, чтобы это было действительно честно, Арсений должен быть психически здоров, как минимум. А их «соревнование» можно и отложить на время. Антон всё равно уже сделал выбор.       — Арсений, мы сейчас ещё с тобой пойдём на перевязку, — правитель уткнулся носом в тёмную макушку, втянув приятный запах и почувствовав, как Арсений кивнул.

•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•.¸¸.•*´¨`*•

      После перевязки и ругани Антона на Арсения за то, что Попов снял бинты без ведома врача, парень завалился на кровать в своей комнате и устало вздохнул. Ну и денёк, конечно. Арсений обнял подушку руками, поморщившись от боли, и слабо улыбнулся. Антон за эти два дня стал ему чуть ли не таким же близким, как и Юля. Но для этого ещё рано. Пока у Арсения не прошла эйфория по поводу, что он хоть кому-то нужен.       Антон мягко улыбался, глядя через монитор, как на кровати засыпал его любимый комочек. Зелёные глаза опустились в телефон. Шастун прокрутился на кресле и подошёл к панорамному окну в своём кабинете, за которым кипела ночная жизнь, набирая уже забитый в контакты номер.       — Дмитрий? Добрый вечер. Нужна ваша помощь. — Антон замолчал на пару секунд. — Нет, не мне лично, но очень дорогому мне человеку.