Заснеженные вершины Фудзиямы

Смерть Сэта больше всего подкосила Эллисон и Ники. Первое было вполне понятно, а вот второе максимально непредсказуемо. Сэт был сложным человеком, употреблял алкоголь и был зависим от всего, от чего только можно быть зависимым. Он частенько докапывался до Ники по мелочам и из-за его принадлежности к омегам, но Жану подобное сказать боялся. Хэммик действительно расстраивался из-за его слов, и неоднократно они доводили его до слёз. Поэтому Моро не понимал, от чего его сосед так скорбит по этому козлу. Отношения Эллисон и Сэта тоже не были образцом для подражания, но не Жану предъявлять претензии. Они часто ссорились и бурно мирились. Несколько раз девчонкам приходилось забирали пьяную Элли из клуба и ехать искать её парня, потому что тот обдолбался и ушёл, попросту забыв про неё. Обычно после такого Жан и вся общага слышали, как Сэт пламенно уверяет, что обязательно бросит. Он и правда ложился в клинику на лечение под давлением своей девушки, но оно заканчивалось ничем. Чаще всего во время срыва парень просто намешивал таблетки и наркотики, из-за чего его уже пять раз приходилось откачивать. В шестой раз помощь подоспела к нему слишком поздно. Сэт не всегда хорошо относился к Эллисон, иногда был груб с ней и неоднократно подвергал её жизнь и здоровье риску. Но она всё равно его любила, и его смерть уложила её в постель на целую неделю. Жан прекрасно понимал, что девушка чувствует. Рико тоже не был парнем мечты, позволял себе грубое поведение и высказывания. Но Жан продолжал любить его каждой клеточкой своего тела. Просто это сильнее тебя. Ты не можешь приказать себе разлюбить своего истинного, как и он не может сделать того же. Это одновременно потрясающе и ужасающе. Иногда Жан завидовал бетам, что они могут сами выбирать себе партнёра и независимы от связи истинных. В субботу Ваймак отменил утреннюю тренировку, но во время вечерней устроил им не только разгон на поле, но и разбор полетов после игры. Несколько раз к нему подходил Тетсуджи, и они уходили куда-то, отдав бразды правления в руки Рико. Лица при этом в обоих тренеров были озабоченные, и капитан, когда они уже ехали в машине, по секрету признался, что скандал среди руководства поднялся жуткий. Воронов даже хотели отстранить от сезона, пока вся команда трижды не сдаст тесты и не подтвердит, что никто из них не употребляет. Жан, услышав это, вспомнил, что как раз вчера Эндрю позволил себе расслабиться и осознано отказался от приёма прописанных лекарств. А ведь если бы команду действительно заставили сдавать тесты, они бы показали, что старший Миньярд дурит всех. Он бы после этого попал в тюрьму за нарушение режима, а репутация Воронов развалилась бы с треском. Сколько спонсоров уйдет от них после такого? И как сокращение финансовой поддержки повлияет на размер спортивной стипендии? Жан даже думать не хотел о том, что получаемая им стипендия может покрывать стоимость учёбы лишь частично, и ему придётся обращаться к отцу. Рико, когда омега сказал ему об этом, ободряюще улыбнулся и сжал его ладонь. — Если что-то подобное действительно произойдёт, я сам оплачу твою учёбу, — сказал он, целуя кончики его пальцев. После того, как Жан сходил на свидание с его братом, а потом твёрдо отказал Рико в сексе, тот в полной мере осознал, что у него реально есть конкурент. Не то чтобы он до этого не понимал, что творится между его братом и его омегой. Но после их встречи наедине он будто принял происходящее целиком и полностью со всеми оттенками обстоятельств. И после этого он стал таким нежным, чутким и аккуратным, каким Моро его не помнил никогда. Рико присылал ему цветы и конфеты, ждал в холле перед тренировкой и отвозил потом обратно. Если их пары совпадали по времени, то провожал омегу в университет и встречал оттуда. Теперь они частенько прогуливались по кампусу в свободное время и отдыхали вдвоём в кафе или комнате Моро, когда Ники уходил по делам. Но омега упорно игнорировал все намёки альфы и пресекал его попытки затащить его в кровать. К слову Хэммик, видя изменения в поведении их капитана, сначала посмеивался, а потом великодушно дал своё благословение. Однако попросил быть внимательнее, сказав, что у него чуйка на скандал. Жан и так прекрасно понимал, что младший Морияма поменялся не сам по себе, а под влиянием обстоятельств. Лишь присутствие Ичиро в жизни омеги подталкивает Рико к благим свершениям. Он ведёт себя так, потому что хочет избавиться от конкурента и выиграть. А, когда это свершится, всё вернётся на круги своя. Но Моро не собирался идти у него на поводу. Наоборот, чем больше времени он проводил с Рико, тем сильнее становилась его потребность в Ичиро. Когда умер Сэт, Жан несколько ночей не мог нормально спать. Его трясло от мысли, что кто-то из братьев Морияма может оставить его. Не просто уехать на пару дней, а уйти насовсем. Навсегда. Омега всей душой сочувствовал Эллисон, не представляя, насколько это больно: потерять своего истинного из-за роковой ошибки. И он определённо не собирался отказываться от одного своего альфы ради прихоти второго. Рико и Ичиро контактировать не желали. Точнее не желал Рико, а Ичиро, в конце концов, устал от его спектаклей. Младший из братьев Морияма игнорировал назначенные встречи, нарочно опаздывал или специально выводил на ссору. Жану было ужасно обидно, что он так старается наладить между братьями хоть какой-то мир, но они всё ломают, толком не успев построить. Поначалу Ичиро поддавался брату, но вскоре устал. Каждый раз, когда Рико, психанув, покидал место встречи, его брату потом долго приходилось утешать их омегу. Ичиро чувствовал грусть и боль Жана, как свою, и от этого ненависть к младшему разгоралась с новой силой. Это чувствовал уже омега, через связь с ним ощущал Рико, и всё начиналось по-новой. Они попали в замкнутый круг и пока не находили в себе сил выйти из него. Ники пару раз шутил про «гарем султана Жана», но вскоре это перестало быть шуткой. С течением времени у братьев Морияма действительно установился сменный график. На тренировках и в университете с Жаном был Рико, а выходные с ним проводил Ичиро. Он даже переехал из Нью-Йорка, сняв квартиру в центре города напротив парка. Они с омегой часто гуляли там, и один раз тот даже остался у мужчины на ночь. Однако и между ними секса тоже не было. Хотя Ичиро уже пару раз становился невольным свидетелем сексуальной активности своего брата, сам он не стремился воспользоваться Жаном и связью истинных, чтобы передать Рико своеобразный привет. Однако подразнить его ревность он определённо любил. Не то чтобы Жану не нравилось ощущать её отголоски в своём сердце. Это изрядно тешило самолюбие, и он чувствовал себя таким нужным, каким никогда не ощущал даже во время самой разнузданной близости. Время шло, сентябрь подходил к концу, а их отношения так и не достигли той точки, в которой Жан рассчитывал оказаться к этому сроку. Братья друг друга «не замечали» и делили между собой одного омегу, стараясь лишний раз не пересекаться. Но регулярно дразнили друг друга посредством связи. Из-за этого Жану казалось, будто он играет в перетягивание каната. Причём как раз он и был этим канатом. Как раз накануне очередного матча у Ники началась течка. Тот закинулся таблетками и распластался по кровати в их комнате. Несколько дней ныл по Эрику и реагировал только в те моменты, когда Жан приносил ему воду и вкусняшки. Присматривая за соседом, Моро неожиданно для себя понял, что до его течки осталось чуть меньше месяца. И что ему с этим делать, когда теперь у него два альфы, а не один? Он должен быть с ними двумя одновременно? Или они будут заходить к нему по очереди? Или подерутся у дверей его спальни, пока он будет выть от болезненного желания? Ещё когда у него только появилось второе имя на запястье, Жан нашёл в интернете форум, посвященный таким же «тройственный парам», членом которой теперь стал он сам. Там было много разных тем для обсуждений. Омега пока не набрался храбрости и в них участия не принимал, но чужие истории читал от и до. Естественно, секс на том форуме тоже обсуждали, поэтому именно туда Жан обратился за помощью первым делом. Оказалось, некоторые пары так и живут. Омега проводит время то с одним, то с другим альфой, ведь тем действительно тяжело находиться рядом друг с другом продолжительное время. Но на несколько дней раз в пару месяцев они находили в себе силы примириться, чтобы позаботиться об омеге. И доставить ему удовольствие, разумеется. Жан оказался так сильно сбит с толку этим открытием, что не смог нормально спать той ночью. Закрывал глаза и видел настолько откровенную порнографию, что щеки горели. Он чувствовал стыд и жар, разливающийся по телу. Неожиданное предвкушение и страх. Эти чувства были такими сильными, что разбудили Ичиро и Рико. Они оба начали забрасывать его сообщениями и звонками, и он еле смог от них отвязаться, сказав, что просто переживает из-за состояния Ники. С той ночи многое изменилось. Во-первых, теперь омега реально спал и видел свой секс с братьями Морияма. И ему это нравилось. И морально, и физически. Его запах становился таким острым, что даже Ники начал что-то подозревать. И смотреть после таких снов Рико и Ичиро в глаза было проблематично. Картинки сами всплывали в памяти, а тело с готовностью откликалось на фантазии. Во-вторых, Жан уже с неделю ходил в состоянии перманентного возбуждения, и оба альфы это чувствовали. Но ни один из них не предпринимал никаких действий. Рико, видимо, решил отыграться за свою неудовлетворённость. Ичиро же ждал первого шага от омеги или хотя бы активного намёка. А Жан ощущал себя немного шлюхой от того, как сильно желал секса хотя бы с одним из своих альф. «Но лучше, конечно, с двумя и одновременно», каждый раз, когда в голове проскакивала подобная мысль, омега прикрывал ладонями краснеющее от стыда и возбуждения лицо. В общем, учитывая повисшее между ними тремя напряжение, когда-то должно было произойти что-нибудь эдакое. Как обычно по субботам Жан проснулся и собрался на тренировку. Вместе с Ники сел в машину к его кузенам, в очередной раз наблюдая игру в игнор между Аароном и Кевином. Омега не понимал, почему они просто не начнут встречаться, раз очевидно нравятся друг другу. И ведь они уже неоднократно переходили рубеж «просто друзей», то целуясь за лифтом, то обнимаясь в темноте коридора на поминках Сэта. Задавать этот вопрос Дэю Жан, конечно же, не собирался. Тот по-любому разноется, потому что он как раз не был против отношений. Это Аарон его постоянно отвергал, дёргая за поводок обратно в ту же секунду, когда настроение менялось в кардинально противоположную сторону. А его спрашивать об отношениях Жан не будет даже под страхом смерти. Поэтому однажды он подошёл к Ники. — Да это всё Эндрю, — отмахнулся тот. — Сам ни с кем не встречается и другим не даёт. — В смысле? — Ох, — Ники вздохнул и цокнул языком, поднимая глаза к потолку. — Поклянись, что никому не расскажешь. Иначе Эндрю перережет мне горло. Я серьёзно. Он такими вещами не шутит! Жан кивнул, чувствуя приятную дрожь в теле. Всё-таки иногда сплетни могут быть неплохим развлечением. — Собрались мы на прошлой неделе у братишек моих в комнате фильм посмотреть. Я поехал за мороженным, а, когда вернулся, Аарон уже удрал к своей дылде, а Эндрю с Нилом друг друга слишком игнорировали. Они думали, я не заметил, что у них ширинки расстегнуты. Но я-то всё вижу! — Хэммик издал победный клич и тут же сник. — В общем, Эндрю сказал, что прирежет меня, если я кому-нибудь скажу. А я обещал Эрику, что у нас будет минимум трое детей! Так что молчи, умоляю. И омега молчал. На самом деле ему и рассказывать об этом кому-то смысла не было. Ники эта новость, видимо, сносила крышу. Особенно из-за тотализатора. Моро слышал про спор на ориентацию Нила и тайные отношения Эндрю с Рене. Видимо, Хэммик теряет действительно много денег из-за того, что вынужден держать язык за зубами. Но Жан никогда не был заинтересован в том, с кем и сколько встречаются его сокомандники. Однако Аарона ему было искренне жаль. Тот не был привязан к брату в привычном понимании и не был отстранён от него, как Рико от Ичиро. Они не ходили парочкой, не одевались в одинаковую одежду и не заканчивали друг за другом фразы. Но ведущим у близнецов был Эндрю. Он задавал тон и направление, а Аарон полностью покорялся его воле, доверяя ему целиком и полностью. Интересно, что же такого о Кевине Дэе знал Эндрю, раз не разрешал брату с ним встречаться? Жан мог бы спросить у Рико, есть ли у второго номера Воронов какой-нибудь гадкий секрет. Всё-таки они делили на двоих одну комнату вот уже три года. Но зачем и для чего? Ему бы для начала со своими отношениями разобраться. Когда тренировка кончилась, Рико провожал Жана долго и основательно. Целовал его, крепко прижав к стене за лифтом, и с нажимом проходился ладонями по бокам и спине. Знает, гадёныш такой, как надо и нагло этим пользуется. К машине Ичиро омега шёл на слегка путающихся ногах. Тот проделку брата будто бы не заметил. Как и договаривались они сначала поехали в кино, затем пообедали и после пошли гулять в парк. Все свои домашние задания Жан успел сделать на неделе, поэтому во времени не был ограничен и даже подумывал о том, чтобы остаться у Ичиро на ночь. Рико завёл его не на шутку, и теперь омега отчаянно нуждался во внимании своего второго альфы. К тому же он чувствовал, что мужчина тоже заведен. Это ощущалось в его аромате и во всех словах и действиях. Как он целовал губы и шею, медленно и едва касаясь языком кожи. У Жана местечко за ухом, где сосредотачивался запах, всегда было особенно чувствительным. А маленький участок кожи на шее, где бледнела сделанная Рико несколько месяцев назад метка, воспринимал любое воздействие во стократ сильнее. Оба альфы этим пользовались, желая подразнить друг друга на расстоянии, а у Жана от этого ноги подкашивались. Ему пришлось прислониться к ограждению у пруда и крепко ухватиться за него. В другой руке он держал мороженое, и его холод лишь чуть-чуть притуплял желание. — Как прошёл прошлый матч? — слегка усмехаясь, спросил Ичиро. Моро прерывисто вздохнул. Мужчина знал, как закончился матч. Он обычно посещал все игры Воронов — с Рико при этом удивительно складно друг друга избегали, а команда в первый раз изрядно офигела, увидев, как какой-то другой мужчина целует Жана — но в прошлую пятницу был вынужден уехать обратно в Нью-Йорк. Результаты он узнал в тот же вечер, поэтому сейчас ему этот вопрос был совершенно неинтересен. Он задал его лишь для того, чтобы омега продолжал оставаться в сознании. Тот вздохнул, откусил мороженое и, ощущая отрезвляющий холод на языке, почти пришёл в себя. — Мы выиграли. Как и всегда. — Я рад. Горячее дыхание альфы обожгло щеку, и Жан, резко дёрнул рукой вверх, почти ткнул рожком ему в лицо. Тот усмехнулся и, обхватив ладонь омеги, откусил немного десерта. — Сейчас дождь начнётся, — через несколько минут тишины мужчина снова подал голос. Моро молча кивнул, опасаясь, что его голос может его подвести. Не хватало ещё застонать на весь парк и громко расплакаться, что оба альфы его жестоко дразнят, но ни один из них не касается его даже пальцем. — Пойдём домой? Жан снова молча согласился, но в этот раз радости в его душе было так много, что он неосознанно сжал кулак крепче, и вафля в руке треснула. Мороженое полетело на землю, а сладкие подтёки десерта заструились по пальцам вниз. Парень машинально слизал их, лишь в последний момент замечая, какими глазами Ичиро смотрит на это. Аромат кофе и лаванды мгновенно стал гуще, и омега ощутил дикую жажду, которую альфа так бессмысленно и бесполезно попытался в себе подавить. Теперь настала очередь Жана усмехаться и играть на чужих чувствах. — Идём. Моро чуть оттолкнул его от себя, прося пропустить, взял его за руку и направился в сторону высотки неподалёку, где уже больше месяца жил Ичиро. Дойти они не успели. Неожиданный грохот заставил их замереть на месте, а затем на землю словно одновременно низверглись воды всех океанов. Жан был мокрым насквозь, когда забежал в подъезд. Ичиро выглядел не лучше, и пока они ждали лифт, под ними скопилась большая лужа. Зато вода изрядно охладила их пыл, и напряжение, копившееся в теле так долго, вышло с громким хохотом. — Иди в душ, — мужчина помог ему снять куртку, с трудом стягивая мокрые рукава. Жан, смеясь, встряхнул головой, и его кудряшки расплескали воду по всей комнате. — Я сейчас принесу полотенце. Вообще омега надеялся, что Ичиро задержится и придёт в ванную, когда Жан уже будет раздет минимум на половину. Но ему не повезло: чистые полотенца мужчина хранил в спальне, поэтому вернулся буквально через минуту. — А ты? — с намёком спросил парень. — В этой квартире две ванные комнаты, — не скрывая ухмылки, ответил Морияма. Жану опять показалось, что он играет в перетягивание каната. — Пойду туда, а ты можешь не спешить. Хорошенько согрейся, чтобы не заболеть. Вот чистая одежда, а мокрое просто оставь здесь. Мужчина указал на крючки возле двери, поцеловал омегу в щеку и вышел, закрывая за собой дверь. Жан, прислушиваясь, снял футболку, а затем джинсы. Часть его всё ещё надеялась, что альфа решит прервать его одиночество, и они примут душ вместе, а согреваться будут другим способом. Но адекватная сторона Жана Моро, которая держалась уже лишь на честном слове, понимала, что этого не произойдет. Однако дверь омега запирать не стал. Горячая вода смыла грязь, согрела тело и раздразнила сознание. Жан, растирая по телу гель для душа, мог думать лишь о том, как прекрасно ощущались бы прикосновения рук его альфы. Капли воды и мягкое полотенце щекотали кожу, от чего развратные мысли окончательно заполнили голову. А дразнящая ревность Рико, которую парень отдалённо ощущал, неожиданно сильно возбуждала и подначивала пойти ещё дальше. Одежда, которую ему дал альфа, представляла собой комплект из белой футболки и шорт. Жан был на полголовы ниже Рико, а тот уступал брату в росте. Из-за этого одежда Ичиро слегка висела на омеге. Шорты, которые должны были заканчиваться чуть выше колена, закрывали их полностью. Рукава футболки скрывали локти, а ворот оказался немного широковат и чуть съезжал в сторону. Жан, глядя на себя в зеркало, решил, что выглядит довольно мило. Парень ещё раз промокнул свои кудри полотенцем, а затем поправил их пальцами, формируя у лба упругие завитки. Потянул край рукава вниз и сдвинул вырез ворота к плечу, обнажая острую ключицу. Ущипнул себя за щеки, чтобы те покраснели, и прикусил губу, тут же облизывая. Открыл дверь и пошёл на звук, шлёпая босыми ступнями по полу. Ичиро, видимо, потратил на душ намного меньше времени, чем Жан, и сейчас готовил им на кухне горячий чай. На нём был почти такой же комплект одежды, который он дал парню, и омега, заметив это, не смог удержаться от судорожного вздоха. — Ты уже всё? — мужчина развернулся к нему, и Жан ухмыльнулся его реакции. Сладость лаванды и кофе дразнили нос, а от нахлынувшей волны чужого горячечного желания у парня задрожали колени. Он упёрся ладонью в столешницу, встал на носочки и присел на барный стул, чуть раздвигая ноги в стороны и не отводя от Ичиро поплывшего взгляда. Тот ничуть не смутился ни своей откровенной реакции, ни того, как быстро она была замечена. Но делать ничего не стал. Хотя точно знал, что Жан не будет против, если его коленей коснётся ладонь, сильнее разводя их в стороны, а другая в этот момент вплотную прижмёт к груди альфы. А если его рот в процессе займут чужие губы, то омега будет очень даже за. — Такой сильный дождь скоро кончится, — вместо этого сказал Ичиро. Моро буквально чувствовал, с каким трудом даются ему слова. — Вечером я смогу отвезти тебя обратно. — Сегодня суббота, и вечерней тренировки не будет, — парень запоздало осознавал, что именно говорит. Сердце грохотало в груди, а собственный насыщенный запах оседал сладким вкусом на губах. — А завтра у меня выходной, поэтому я мог бы остаться на ночь. Если ты, конечно, не будешь против. Когда Жан начал встречаться с Рико, тот сразу дал ему понять, что активная позиция в их отношениях будет принадлежать ему. До этого у омеги, конечно, были поклонники, он ходил на свидания и даже непродолжительное время с кем-то встречался. Но первый секс у него случился только с Рико, и именно альфа его инициировал. Это он организовал безопасное место для них двоих, целовал Жана, прижимал к себе и прикосновениями подсказывал, что делать. В последствии он поощрял инициативу парня, но всё равно держал в рамках. Поэтому сейчас Жан чуть растерялся, не зная, как можно ещё показать Ичиро своё желание. Ему казалось, что он сделал, сказал и намекнул уже достаточно. И ведь он знал, что мужчина тоже хочет. Чувствовал его напряжение и кипящее в крови возбуждение, а его усилившийся запах дурманил голову. Всё это отражалось и преломлялось в самом Жане, и тот даже не думал скрываться. Ичиро не мог не ощутить подобное безумие. Так, чёрт возьми, почему он медлит?! — Не буду, — альфа обошёл стол и встал напротив, медленно кладя ладонь омеге на колено. Погладил большим пальцем край шорт и коснулся оголенной кожи, от чего сердце кольнуло. — А ты не против? Жан чуть не заскулил, бросаясь ему на шею. Обвил её руками и на ощупь нашёл чужие губы, впиваясь в них. Рык альфы потонул в поцелуе, и парень почувствовал его крепкие ладони у себя на спине. Они притянули ближе, прижимая к груди вплотную. Провели вдоль позвоночника вверх и вниз, лаская пальцами поясницу. Ноги омеги раздвинулись, а сам он больше не мог думать ни о чём кроме того, чтобы его, наконец, коснулись между ними. Поцелуй с первых же секунд перестал быть скромным, и Жан постанывал в чужие губы, почти хныча от неуёмного желания. Ичиро определенно умел читать его мысли, потому что гладил и касался точно тех мест, дрожь в которых стала почти нетерпимой. Его руки от поясницы спустились к бедрам и крепко сжали, пока он губами выцеловывал созвездие из родинок у омеги на шее. Он лизнул чужую метку, снова утробно рыча, и у Жана от этого звука через всё тело пронеслась дрожь. Он прижался к альфе ещё ближе, стыдливо ощущая, насколько сильно течёт. Их запахи усиливались и смешивались, от чего дышать с каждой секундой становилось всё труднее. Омега выгибался и подставлялся под прикосновения и поцелуи одного своего альфы, пока желание всё сильнее разрасталось в нём, глуша отголоски злой ревности другого. Раньше, когда Жан думал о себе и своих отношениях с братьями Морияма, ему казалось, что это нечестно. Что он, встречаясь с одним, предаёт второго. Сейчас он не думал ни о чём. Единственное, что ещё держало омегу в этом мире, это неутолимое желание показать, какой он хороший и как мокро у него между ног. Убедить, что он послушный и альфе с ним будет очень приятно. Что он достоин того, чтобы на его шее оставили метку. — Так ты не против? Ичиро резко отстранился, обхватив ладонями лицо парня. Его губы были буквально в паре миллиметров, но это расстояние ощущалось миллионами световых лет. — Боже, — всхлипнул Жан. Он над ним издевается? Решил пойти на поводу у брата и возбудить, но не взять? — Нет. Конечно, нет. Пожалуйста. Он захныкал в голос, чего с ним никогда прежде не случалось. Напряжение в теле стало почти нестерпимым, и парень попытался свести ноги и сжать их, надеясь, что это поможет. Но Ичиро не дал ему этого сделать, крепко вжимая его в себя и снова целуя. Но… Всегда должно быть какое-то «но», и в этом случае им был Рико. Он определенно чувствовал то, что испытывал Жан, и понимал, чем тот занимается с его братом. Омега ощущал его ревность. Она почти кипела в нём самом. Но, что странно, не пугала, а словно подталкивала двигаться дальше и делать больше. Моро проник руками Ичиро под футболку и почти умер, касаясь крепких мышц, которые обычно были скрыты под всеми этими скучными и строгими рубашками. Он запрокинул голову назад и протяжно застонал на одной ноте. Альфа вылизывал его шею так усердно, прихватывая кожу губами, будто пытался языком снять с неё чужой запах и метку. Наверное, Рико, который её и поставил, почувствовал в этот момент что-то особенное, потому что его злость обожгла грудь и лёгкие Жана. Он открыл рот, задыхаясь, но ничего не смог сделать с этим. Внезапно на место злости пришёл страх и такой сильный, что даже Ичиро его ощутил. — Ты боишься? — он остановился и даже попытался отойти, но омега впился пальцами ему в спину. — Я не хотел напугать тебя. Жан зажмурился, стараясь справиться с переизбытком ощущений, и, наконец, смог сделать вдох. — Это не я, — сказал он хриплым голосом. — Рико… Телефон Ичиро зазвонил, но ни один из них не собирался на него реагировать и отвечать. Было понятно, кто звонит и зачем. Вместо этого Жан робко коснулся губ альфы, опасаясь, что этому мужчине его инициатива может не понравиться. Но оба брата Морияма явно были от неё в восторге. Омега ощутил чужое восхищение и чуть не замурлыкал от счастья. Он такой хороший и доставляет своему альфе удовольствие даже таким нехитрым способом. Вызов завершился, но тут же раздался второй звонок, а потом зазвонил телефон Жана, брошенный где-то в спальне. Это было уже странно. Особенно потому, что к страху Рико прибавилось волнение и растерянность. И этих чувств снова было так много, и они были такими сильными, что Ичиро ощутил их отголоски через Жана. — Если он это специально, — прорычал мужчина, отрываясь от шеи омеги, — я ему горло перегрызу. Парень застонал, когда острые клыки чуть царапнули его кожу. Прикосновения губ и языка затушили лёгкую боль. Расплывающимся сознанием он понял, что реально хнычет от того, что Ичиро отстраняется и уходит в спальню. — Какого чёрта! — послышался его грубый, недовольный голос. Жан не слышал, что ответил Рико, но почувствовал, как желание Ичиро испаряется, заменяемое уже знакомым страхом. Мгновенно придя в себя, парень выпрямился на стуле. Теперь он тоже ощущал эти волнение и растерянность в полной мере, во всех красках и оттенках. — Где он? — мужчина вернулся обратно в кухню, подошёл к столу и взял в руки телефон. Рико ответил ему что-то, но омега не расслышал. Однако то, как Ичиро заскрипел зубами, а его запах заострился, дало понять, что происшествие точно не из приятных. — Что конкретно это было? Ичиро дослушал сбивчивые объяснения брата, кивнул, будто тот мог это увидеть, и, потребовав прислать ему адрес, сбросил вызов. — У отца был сердечный приступ, — не дожидаясь вопроса, он повернулся к парню и обнял его. Прижал к груди, и Жан всем собой ощутил его переживание и сожаление. — Прости, но я должен поехать к нему. — Конечно. Это даже не обсуждается. — Останься здесь, пожалуйста, — Ичиро отстранился и взял его ладони в свои. — Я с ума сойду, если ты в такую погоду к себе решишь поехать. Жан кивнул и постарался ободряюще улыбнуться. Он не был близок со своим отцом, но его напугала мысль, что с тем может что-то случиться. А с отцом Ичиро и Рико уже случилось. Моро ощущал их растерянность, непонимание и страх. Как их сердца наполняются волнением, а запах альфы рядом с ним меняется ежесекундно. Он надеялся, что братья почувствуют его желание поддержать их. Ичиро быстро переоделся и покинул квартиру, крепко поцеловав Жана напоследок, но в это раз в их поцелуе не ощущалось страсти. Омега смотрел в окно на то, как машина мужчины покидает стоянку, затем сел на диван и принялся ждать.