Ради тебя, сестра!

***

— «Ой бля, опять..» — Так начиналось моё каждое утро в этом чёртовом приюте. Не смотря на то, что я просыпалась чуть позже Тома, я не высыпалась, конечно, блять, есть почему не высыпалась. У себя в реальности я спала до четырёх вечера и там даже не выспалась, думаете я буду высыпаться если проснусь в шесть-семь утра? Нет, конечно, зато я выносила мозг Тому, что мне приносило некое удовольствие. Но всё же жалко немного его психику с моими чересчур пошлыми шутками для десяти лет. В мире слишком много всего интересного, но я, блять, выбрала чёртов приют. Я выбрала приют, где сука нет свободы и любителей моих пошлых оговорок слова «заснул(а)», да, вы наверное прекрасно понимаете, о чем я. Приют и брат. Вот что мне надо было, мне не хватает брата. Хоть у меня и было и есть в той реальности три брата. Один из них старший, а остальные младшие, но все не как братья, а мозговыносители на максималках. Старшего, как по отношениям, у меня не было. Он меня ненавидел с самого детства, пусть и я даже в этом не виновата никаким боком, он ненавидел и издевался надо мной до самого поступления (брата) в университет. Младшие конечно не ненавидели меня, но мозг выносили не хуже. После поступления старшего брата, я стала «за старшего» и почти за все их косяки получала я. Братья, как два смерч, носились по квартире и наводили хаос и суету. Убирала за ними я. Угоманивала их я. Решать их проблемы? Да, конечно, мне ж делать нечего. Пока самый младший не поступил в 4 класс, так продолжалось. Спасибо хоть так. В конечном же итоге я здесь. Ну не конечный, ну и не конченый же. Не приют, а гадюшник: ужасно, грязно, холодно, голодно и хуёво. Как физически, так и морально. Дай мне сейчас выбор между тёплой кроваткой, сытым ужином и чистом помещении, я бы выбрала.. Хм, приют. Да, именно. Приют, где я остаюсь в заперти этих катакомб и сижу на цепях у брата, хотя он даже не держит, скорее я уже доебалась до своего сознания, ибо как это объяснить себе, мозг и я ещё не придумали. Пока придумывают, я доживу до конца жизни. Тут. А нужно ли мне это? Нет, но я и моё когда-то восплывающее желание изменить Темного Лорда считают иначе. Я слишком слабая для сестры Тома. Нахуй я сюда вообще припёрлась? Я ебанутая? Кажется да. Чтож, если я здесь, то нужно действовать, я же два высших окончила. Значит и тут справлюсь. Нужно только понять Тома, сделать его добрее и не дать ему стать Волдемортом. Всего то, раз плюнуть.. И перевернуть, сука, планету. М-да.. Маленький Том сейчас спал, а я ещё не ложилась. На часах четыре утра. Он просыпается в пол шестого. Я в шесть. У воспиток и кухарок в семь. Завтрак в восемь. А просыпаются все обычно в девять. — Что за нахуй, не хочу так, — скинув подушку, подумала я. За окном ещё было темно, но это не мешало. Адалинда и Том просыпаются не всегда в одно и тоже время, Ада любит поспать подольше, повалявшись в кроватке, а Тому больше по душе по раньше просыпаться и подольше просидеть в тишине, ведь вскоре, когда дети и воспитатели приюта проснутся, это будет невозможным. Она пролежала со своими мыслями ещё пару минут, но вскоре она утвердила мысль, что уже не уснёт. Всю оставшуюся ночь, она провела с мыслями «Нахуя» и «Что будет дальше?» Отвлеклась она от шагов Тома, направляющегося в ванную комнату, она притворилась что крепко спит, чтобы тот не заметил и не дал пиздюлей. Пока тот уходил, Ада поднялась к окну, открыв форточку и глядя на утреннюю улицу. Был июль 1938 года. Тепло утреннего Лондона только собиралось в воздухе, было ещё прохладно. Часы показывали пол шестого. Прохладный слабый ветерок, после маленького утреннего дождика развивал длинные угольные волосы девочки. В комнате что-то упало, раздаваясь звонким цоканьем по полу. Резко обернувшись на звук, она приковала своё внимание к зеркалу, висевшее на дверке старого платяного шкафа. В отражении была немного симпатичная, маленькая девочка с угольными волосами по лопатки. Личико ровное, кожа слегка бледная, но имела здоровый румянец. Вместе с этим лицом были выразительные, более строгие, синие глазки. Исхудалое тело девочки, прикрытое старой изношенной пижамой, обычное тело одиннадцатилетнего ребёнка. Что упало? Упал какой-то камень, что он там делает, никто не знает. Наверное никто. — Пора переодеваться. — вновь подумала девочка. Том вернулся из ванной комнаты, тихо закрыв за собой дверь, и на цыпочках пробрался к своей кровати, всё для того чтобы не разбудить сестру и дать ей немного отдохнуть, но не обнаружив её на соседней кровати, повернулся к шкафу. Там Адалинда, переодевшаяся с пижамы в нежно голубой измятый, длиной по колени сарафан. Брат и сестра были не очень дружны в последнее время, произошли некоторые разногласия во мнениях и интересах. По росту Ада была наравне с Томом и поэтому споров по теме «кто выше» у них не было, но брат упрямо утверждал, что когда они вырастут, он станет выше Ады. Зато Ада родилась раньше Тома, но она не использовала это против него. Том осторожно подошёл к платяному шкафу и Ада, повернувшись, слегка нахмурилась, но продолжала молчать, Том тоже не обронил ни слова. Начались некого рода упорные гляделки. Первой не выдержала сестра. — Что?! — непонимающе прошипела Ада, глядя в тёмно-синие глаза брата. Том хмыкнул и победного протянул: — Неужели «соня» соизволила проснуться пораньше? — Иди ты, знаешь куда!.. — обиженно протянула девочка. — Куда? — ещё более язвительно произнёс Том. — В баню! — произнесла Ада, подумав про себя «в пизду, козёл!» — И вообще, что пристал?! —спросила обиженно сестра, брат лишь отвёл взгляд, развернулся и также молча двинулся к кровати. Это был его выход, чтобы ещё немного позлить сестру, он знал что это её бесило. — А что? Нельзя поинтересоваться? — всё с той же ехидной ухмылкой проговорил брат, конечно он стоял спиной к Аде, но она точно знала, что ухмылка именно ехидная, как и он сам. Сестра, немного думая над ответом, произнесла еле уловимым шепотом: — Нет, можно, конечно, братишка. — Но брат этого не услышал, ведь уже был увлечён в книгу, сидя на своей кровати. После этого Адалинда тоже села на свою кровать и принялась к чтению. Но мысли были заняты не содержанием книги, она думала о прошлом. Адалинда бы умерла пару лет назад, если бы не Том, конечно. Аллергия на шерсть сделала её слабой даже в этой реальности. Скрипт сука как всегда по одному месту, а не по маслу пошёл, сука. В голове замелькали картинки прошедшей ситуации.. У Билли Стаббса, одного приютского мальчика, одногодке Реддлов, был домашний кролик, его подарил ему доктор, когда то приходивший лечить заболевших детей. И мальчик решил, что будет отличной идеей подружиться с Адалиндой с помощью этого кролика. Вот он быстрыми шагами подбежал к ней, неся эту животинку на руках и показывая его девочке, он говорит: «Смотри, это Джеймс, давай дружить», а Ада не понимая что происходит с ней, делает резкий шаг назад и отворачивается. Но мальчик настырный и глупый, думал это знак согласия и поднёс этого «Джеймса» ближе к девушке, так же делая шаг навстречу. Том, который отходил по просьбе воспитательницы, заметив данный инцидент и состояние сестры поспешил на помощь. Вот Ада видит приближение у ней брата и ту самую спасительную для неё руку, помогающую ей отойти. Том легонько пихает её за спину, а сам отталкивает мальчишку с кроликом, так, что тот приземляется на жопец, наверное отбивая копчик. Он возвращается к Адалинде, спрашивая как она сейчас, на что получив ответ что лучше он отворачивается и защитным жестом спрятал её за спиной. Было больно. В груди жгло, горло будто сжимали, не давая доступ к кислороду, и Ада задыхалась. Если бы Том не был рядом и не отогнал мальчика с кроликом в руках, силой, от сестры, то Адалинда бы умерла. Брат хотел ещё набить лицо Билли, но воспитки, вовремя подошли, а Том не хотел получать наказание, он всё же не стал. Воспитательницам конечно было похуй кто виноват, но Аду всё же отвели к медику, а так как на то время не было ни таблеток, ни противоаллергических средств, то ей просто сказали что у неё аллергия и выгнали из кабинета. Никто не получил наказания, к сожалению, ведь Том очень хотел отомстить Билли. Его идея была убрать причину возможной смерти сестры. А именно животинку Стаббса, каким образом он пока не знал, поэтому поделился своей затеей с сестрой. Идея конечно не понравилась ей, но спорить и отговаривать она не стала. Она лишь сухо отрезала: «Повесь, чтобы он задохнулся». Ибо она знала что это каноничные события ёпта. Кого именно повесить она не уточняла, хотя в каноне был кролик, но мальчика кстати тоже можно было бы, ибо делать нехуй. План осуществлялся лишь одним братом поздно ночью, Аду он и собой брать не хотел, хуй его знает, почему. Адалинда протестовала, выпрашивая взять с собой, но брат был непреклонен. И вот подвесив этого бедного Джеймса на стропилах, Марволо как ни в чём ни бывало потопал к себе в комнату и довольный уснул. На утро все всполошились, а Билли безутешно рыдал по кролику, обвиняя в этом Тома. Доказательств не было, не пойман, не вор, а значит не виновен. После этого никто не покушался ни на одного из Реддлов и вообще избегал их, считая странными. Это было близнецам только на руку, общение с другими приютскими сиротами не дрставляло им удовольствия. За это время много чего изменилось, например отношение Тома к сестре. То есть, если раньше Том старался незаметно оберегать сестру, из раза в раз вспоминая тот инцидент, когда Ада появилась тут, то сейчас он принципиально заботиться, что не присуще ему по канону и даже спрашивает мнение и советуется с ней, рассказывая планы на будущее ночью. В мыслях его, ещё не было захвата мира, но он утверждал, что будет лучше всех этих людей. Канон изменен? Хуй его знает. Мне по барабану, главное чтоб его на войне бомбой не пришибло, жалко будет. Такие дела. От раздумий меня отвлёк вопрос Марволо, при этом вопрос был не серьёзным, что очень редко для него. — Ты когда спать? — его серьёзное лицо и не очень логичный вопрос выбил меня из колеи. Он говорил это на полном серьёзе? — Чего? — переспросила я, может не расслышала. — Спать когда ляжешь? — повторил брат. — До сна ещё долго, отбой в девять. Всё хорошо? Или мозги отшибло? — Скептично ответила я, но вдруг вспомнила что ещё не ложилась, а Том говорит не ерунду, а совсем серьёзные вещи. — Всё отлично, с головой тоже, ты меня за дурака держишь? — поднял брови Том и скопировав мой тон утвердительно произнёс — Ты не ложилась. И я это знаю, не придуривайся. От такого поворота событий я немного прихуела, он всевидящий или жопочуящий? Нужно оправдываться или аргументировать свой поступок? Мне лечь спать или настаивать на том, что мне и так хорошо? — Э, ну я просто.. — протянула я в попытках всё же оправдаться, но брат перебил: — Пока есть время, лучше поспи, или мне тебя заставить? — угрожающе-ласково произнёс брат. — В если не хочу? — Тогда будет применена хитрость и грубая сила. — С такими словами он подошёл к моей кровати, сел на пол, на коленки и положил голову на матрас. Я уставилась на брата, выжидающе подняв брови, мол «И?» Брат сделал щенячьи глазки и прошептал, сжимая мою руку, так чтобы было не сильно больно, но и высвободиться было нельзя: — Адочка, солнце.. Ложись спать, ты же не хочешь чтобы я волновался? — Сказал он, делая паузы между словами. В шоке? Нет. Я в ахуе блять! Адочка?! Солнце?! Ебаааать, в какой я жопе?! Не в силах произнести ни слова, так как там ничего цензурного не было, я кивнула. Змей улыбнулся, я думала что он уйдёт обратно к себе на кровать, но он остался сидеть, давая понять, что пока я не усну, он не уйдёт. Поняв чего от меня хотят, я улеглась, накрывшись одеялом и отвернулась, принимая удобную позу. Брат спустя пару минут сел к себе на кровать, но я чувствовала его пристальный взгляд. Маньяк хренов, давно бы скопытилась от одного убивающего взгляда, была бы его жертвой. Проснулась я примерно через два часа, брат разбудил, чтобы я пошла на завтрак, зная что, я не выспалась за эти два часа и зная, что настроение у меня будет плаксивым и раздраженным. — Ада.. — Протянул он, пытаясь аккуратно разбудить. — Ада.. — Повторил он, уже немного дергая за плечи, но я в никакую. — Ну Ада, ну проснись. — Это было произнесено громче и он настойчивее шатал моё тело, чтобы я проснулась. — Просни-и-ись — Протянул брат. Я проснулась, и повернулась, передо мной была этакая картина: Том, сидел на коленях, на полу, также как и заставлял меня лечь спать. Его руки были на кровати как и голова, пальцы рук сцеплены в замок, а взгляд направлен на меня, делая так, что он смотрел на меня исподлобья, когда я привстала на локтях. Я сонно протерла глаза и зевнув, спросила: — На завтрак? — Угу, только потом уже не сможешь лечь. — Не поднимая голову с кровати, прошептал Том, но увидев мой непонимающий взгляд, добавил: — Сегодня едем на море, или ты забыла? — На море? — Переспросила я. — Да забыла. — Понятно всё с тобой, вставай давай, на завтрак шуруй. Иначе будешь ныть что кушать хочешь. — Усмехнулся брат и встав с сидячего положения на полу подошёл к столу, пряча книгу в ящик стола. Я встала и так, как я была уже в сарафане, то просто поправила складки одежды и вместе с братом, отправилась на завтрак.