Том 1. По пути свободного ветра. Глава 1. Заблуждение.
9 апреля 2023 г., 21:35
— Хади! Сколько раз я должна талдычить тебе одно и то же! Нельзя засыпать во время сеансов у тётушки Ву! Ты меня чем слушаешь вообще?
В бок тотчас же пихнули чем-то жёстким. Судя по всему, деревянной подошвой традиционной обуви, которую обычно надевала Менг вместе с аляпистым, невероятно цветастым кимоно. Не самое приятное после трудоёмкой для детского организма работы пробуждение стало совсем уж тошнотворным, едва девочка смогла вынырнуть из царства снов. Серые глазёнки отразили немое негодование при виде сморщенного от недовольства носа-картошки.
— Да, Менг… Я прекрасно слышу тебя… Но в следующий раз, будь так добра, не пачкай мой наряд своей обувью, — кидаться колкостями не входит в привычку Ханды, вот только сейчас случай прямо-таки требует поставить точку в подобном небрежном обращении к своей персоне. Даже если это твоя единственная подружка-болтушка на всю деревню. — Знаешь, не очень культурно портить чужую одежду… Которая, к тому же, мне даже не принадлежит… Понимаешь?
Бледное личико кареглазой вспыхнуло стыдливой пунцой, и Менг отвела взгляд в пол, словно пытаясь пробуравить в нём дыру.
— Прости, Хади, — пыл девчонки мгновенно охладился, а слово «прости» проходит при быстром выдохе через небольшую щель между передними зубами со свистом, забавляя шатенку. — Просто… Я хотела поделиться с тобой крайне важной новостью, а ты дрыхнуть вздумала посреди обеда!
Пришло время смятения второй помощницы тётушки Ву. Перебирая миниатюрными, тонкими пальцами длинную наскоро заплетённую косу, Ди молча выслушивает претензии к себе. Ей с трудом удалось поставить на место ранее лучшую подругу детства, а теперь… Кажется, вот-вот должна прокатиться волна непонятного волнения по всей поверхности тела. Уже давно ребёнка преследует нечто подобное, и нельзя точно сказать, по каким конкретно причинам девочка иногда могла испытывать дикий дискомфорт рядом с людьми.
— Ладно, ладно. Я больше не сержусь на тебя, — Менг оказала ей милость, видя в больших глазах с пушистыми ресницами слёзы: — Присядем!
Ханду силком затащили обратно на мягкие подушки. Русоволосая в цветастом кимоно по-собственнически осаждает её хрупкое плечо крепкой дружеской хваткой, несвойственной для девушек, а затем почти шепчет в самое основание уха, заставляя холодный пот градом политься по овалу лица:
— В Макапу прибыл мой будущий муж! Помнишь предсказание Ву? Он должен быть обязательно с большими ушами, как у обезьяна-попугая… Так вот! Всё сходится! Видела его буквально десять минут назад, на улице. Правда, — пухленькие черты лица, изрядно морщась, изображают отвращение: — В компании моего супруга какая-то смуглянка! Да ещё такая страшная! Явно не из нашего народа! Глазища раскосые, а одежда… Как у дикарей! И рядом с ней был, судя по всему, родственник! Два дикаря, фу, какой ужас-то! Они наверняка придут сюда на сеанс, я почему-то уверена! Как же… Как же мне хочется вырвать все волосы у той дикарки! Знала бы ты, Ди!
— Ну зачем же так грубо, Менг, — мягко высказалась в ответ девочка, и брови той изогнулись в неуверенном порыве: — Ты же прекрасно знаешь, что не все предсказания сбываются…
— Ты хочешь сказать, что тот мальчик с большими ушами — не мой будущий муж?! — в обиде отпрянула от девочки первая помощница гадалки, сложив в упрямстве руки на груди. Да ещё и решила поддеть подругу: — А самой-то как будто бы не хотелось поскорее выйти удачно замуж! Да ты просто смеёшься надо мной, ведь тебе-то предсказание досталось куда лучше! Аркана удачи попадается не каждому второму, знаешь ли!
— П-причем здесь вообще моё… Предсказание… Менг… Я не то имела ввиду… — спрятав лицо в широкие полы невзрачного тёмно-зелёного халата, Ханда шмыгнула носом, а слабая нервная система и мягкость характера дали о себе знать.
— Ш-ш! Быстро вытерла слёзы, клиенты идут! — заслонив своим телом незадачливую старшую, Менг локтем слегка привела девочку в чувство.
Из комнаты предсказаний вышел житель деревни, довольный на вид. А вслед за ним плавно, лебединой походкой, шагает тётушка Ву в не менее пёстрых одеяниях, чем Менг. Седоволосая женщина довольно быстро смекает, что между её помощницами произошла ссора. Для первой, может, и несерьёзная, но вот для Ди она могла закончится сильным ударом по шаткой психике. Поэтому ведунья подошла вплотную к девочкам, ласково приосела в ногах, а затем отняла ладони от лица своей приёмной дочери.
— Ханда, милая моя, что случилось? — голос прозвучал обеспокоенно, отчего дыра в душе девочки довольно быстро затянулась.
— Матушка… — без лишних слов шатенка хватается за пояс родительницы, в боязливом порыве чувств не смотря на ошарашенную Менг. — Я просто… Скучала…
Лёгкий, но такой значимый смешок срывается с накрашенных уст старушки. Зелёные глаза с теплотой смотрят на миловидные пухлые губы, слегка покусанные из-за стресса, на чуть вздёрнутый аккуратный носик и огромные-огромные, пронзительные глаза, напоминающие небеса в осенний период, когда следует собирать урожай зерновых культур, когда солнце уже печёт не так сильно, как летом.
Ведунья с лёгким кряхтением берёт приёмную дочь на руки, успокаивая. Приятный цветочный запах вонзается в ноздри. Жасмин. С некими нотками белых роз. И лаванда. Да, именно это сочетание так успокаивает нервы. Заставляет голову стать тяжёлой, заставляет глаза слипнуться, а затем и вовсе заснуть.
— Ханди, мамочке нужно работать, — как бы хотелось остаться в этом тепле, чтобы больше не испытывать на себе чужие косые взгляды! Под защитой! Быть объятой вечной любовью! — Принеси, если не составит труда, воду из колодца для чаю.
— Как скажешь, матушка, — как только женщина отпускает девочку на пол, серые глазёнки начинают отражать верность вместе с бесконечным доверием.
Правильно, ведь тётушка Ву дала Ханде буквально всё: начиная с дома, заканчивая смыслом жизни. Быть всегда послушной дочерью, исполнять обязанность в виде любых желаний добросердечной старушки, ведь взамен она даст то, чего постоянно не хватает — искреннюю заботу и внимание. Друзей в маленьком поселении у неё всё равно не так много, характер и странная для местных жителей невзрачная внешность отталкивают. В свои тринадцать лет от роду Ханди начала потихоньку осознавать, насколько мир бывает жесток. Даже если ты постепенно стремишься закрыть себя в футляре, чтобы не ранить чувства, судьба заставляет снять розовые очки, заставляет открыть глаза, начать стремиться к изменениям.
…Натягивая верёвку, девочка с горечью выдохнула сквозь скопившийся в груди ком. Временами её сердце действительно начинают грызть сомнения. Правильно ли она поступает, не стремясь к изменениям? А с другой стороны подступают ещё более тревожные мысли о будущем. Удастся ли ей вообще, такой беспомощной, выжить? А вдруг народ Огня придёт с многочисленной армией и сожжёт деревню? Или того хуже… Взгляд неволей переместился на потухший вулкан. Тетя Ву недавно предсказала, что всё спокойно. И многие верят ей. Однако разум подсказывает совершенно очевидную опасность. Лёгкий дымок сочится из жерла. Это явно не к добру!
Слабые физически ручонки не могут нормально удерживать ведро с водой, а вогнавшие в страх перед возможной опасностью мысли отвлекли от изначальной цели.
Она довольно быстро понимает, что ведёрко скатывается по плоскому камню вниз. Даже хорошая от природы реакция не помогает, половина воды расплескалась по земле вокруг колодца!
Девочка отпускает ведро ещё раз вниз, а по телу прокатывается малая дрожь из-за осознания собственной никчёмности. Второй раз нельзя допустить, чтобы вода пролилась! Ханда повторяла это в мыслях, словно мантру, постоянно:
— Нельзя, чтобы пролилось… Нельзя! — но, как назло, пальцы в последний, победный момент начинают разжиматься, сдавая позиции: — Нет, погоди же!
Пряди волос мгновенно выпадают из убора незамысловатой причёски, попадая в рот. Из последних сил пытаясь вынуть воду из колодца, шатенка терпит фиаско. Ещё несколько мгновений — и она бы смогла без проблем уйти пить жасминовый чай к матушке! А тут это выводящее из колеи событие!
— Тебе помочь? — вопрос, как и обладатель звонкого голосочка, вынуждает последние несколько рывков отчаянно кануть в лету. Тело инстинктивно подаётся вперёд, а она едва не валится в этот самый колодец вслед за ведром.
Слава духам, Гармонии и всем прочим, Ханду успевают удержать за плечи. Зато вода под натиском обстоятельств успешно окатывает её с головы до ног! Длинные волосы окончательно выбились из косы. Теперь девочка похожа на утопленника. Мокрые пряди прилипли патлами к коже и одежде. А злость закипела нервным тремором по рукам.
— Вот помощь так помощь… — смахивая с себя лишнюю влагу, девочка рассеянно начинает убирать с лица кусочки мха, попавшие в глаза.
Тёмные брови живо смыкаются к переносице. Она смотрит с негодованием на незнакомца, намереваясь отчитать того за вмешательство в её личное пространство, но едва их взгляды пересекаются, сердце в груди стремительно падает вниз, по самые рёбра.
Яркая, почти как оперение попугая, окраска одежды вместе с голой макушкой и синими, витиеватыми татуировками въедается в сознание донельзя знакомыми образами. Где же она видела нечто подобное? Память не может дать точного ответа.
— Всё же стоит помочь! Сейчас! — мгновение — и сильный поток ветра обдаёт одежду необыкновенно теплой струёй. — Так гораздо лучше!
Смех незнакомого ребёнка примерно её возраста заставил вздрогнуть. Минутное удивление как рукой сняло! Ханда тут же прижалась к каменному бортику колодца и начала поправлять подсушенные локоны, которые сейчас были похожи на птичье гнездо.
— Меня зовут Аанг, кстати, — дабы прервать неловкое молчание собеседницы, протягивает руку мальчик: — Извини, что наше знакомство не задалось сразу.
Шатенка ничего толком не отвечает, исправно делая вид, будто бы её здесь нет. На самом деле в этот момент ей было очень стыдно выставлять себя в таком свете перед кем-то, а тем более перед мальчиком. Грязная, растрёпанная, да ещё и без косметики! Замарашка настоящая! Именно так бы и выразилась Менг. Непременно бы сказала нечто похожее! Без тени стыда на лице, с улыбкой на губах!
— Я всё-таки чем-то обидел тебя? — так называемый Аанг не спешил отставать, подливая масла в огонь своей «правильностью». Интеллигент нашелся, смотрите во все глаза!
Разочарование проскальзывает на личике подростка. Его живая мимика неволей поражает, стоит Ханде сдать позиции и расслабиться. Она не способна на кого-то долго злиться. На то нет весомых причин … Наоборот, ещё глупее смотрится игнорирование с её стороны человека, который просто хотел помочь.
— Ах, да нет… Прости, — активно начинает размахивать руками перед его лицом шатенка, — прости, просто я немножко испугалась. Ты так внезапно появился… Словно из воздуха! А! Эм… Меня зовут… Ханда!
«Так глупо ты ещё ни с кем не знакомилась, Ханди! — началось самобичевание в мыслях у девчушки, и краем глаза она уловила, что выражение лица собеседника посветлело: — Дура!»
— Интересное имя, — задумчиво отметил мальчик и тут же поднял указательный палец вверх, — Ханда, ты не знаешь случаем, где можно найти тётушку Ву? А то мы с друзьями никак не можем добраться до её дома.
— Знаю! Конечно, знаю! — весёлый настрой почему-то передался и самой девочке: — Я как раз помощница тётушки Ву, могу проводить! Только сначала нужно ведро с водой для чая принести.
— Отлично. Я помогу. Только на этот раз по-нормальному. Отойди-ка в сторону! И подержи планер, будь добра!
Посох, который всё это время удерживал малец, по часовой стрелке повернулся в ловких руках мага. Палка была ловко брошена по направлению к девочке через спину. Она с трепетом поймала её, осматривая тонкий, на вид только недавно вырезанный из дерева предмет, про себя гадая, для чего же тот предназначен. Вверху посоха виднелись две выемки. Присмотревшись получше, можно было заметить следы незамысловатой конструкции механизма. Пока владелец вещи старательно пытался набрать воды из колодца, Ди из любопытства попыталась совершить точно такой же пируэт, как до этого делал мальчик. Всё казалось таким простым — перевернуть посох вокруг своей оси. Однако, из-за своей неловкости, девочка случайно нажала ладонью на какую-то потайную кнопку в середине палки. Почти без шума планер раскрыл два «крыла» пастельно-оранжевого оттенка, став похожим на воздушного змея.
— Ох ты… — охнула, раскрыв в удивлении рот, Ханди и тут же попыталась вернуть посох в изначальный вид. Только ничего не вышло. — Великие Ом и Ашу!
— Что такое? — наконец смог вытащить из колодца воду мальчик, перелив в ведро, которое принесла с собой девочка. Он не сдержался при виде мелких слезинок недопонимания и боязни у новой знакомой, прыснув со смеху.
— Тебе смешно? А я вот твой посох сломала! — сгоряча выпалила покрасневшая шатенка и от нахлынувшего стыда с силой швырнула в сторону мальчика палку. — Нечего тут смеяться!
— Да не сломала ты ничего, смотри, — по велению цепких ручонок мастера воздуха планер вновь стал обычной продолговатой палочкой: — А засмеялся я потому, что твоя реакция бесценна, Ханда. Никто ещё так не переживал из-за моего посоха!
В порыве чувств мотнув густой шевелюрой, девочка быстрыми шагами направилась к ведру с водой. А затем в том же темпе намеревалась покинуть общество этого странного мальчишки, да только тот хвостиком поспешил шаг в шаг за ней.
— Не иди за мной.
Аанг рефлекторно выдохнул струю воздуха из лёгких:
— Так ты же сказала, что покажешь, где живёт тётушка Ву!
Упрямец! Совершенно не хочет вникать в чужие чувства, беспардонный молодой человек!
— Да ладно… Ладно! Покажу! Только не иди по пятам за мной!
***
— Где ты пропадала, негодница? Я по всему дому тебя искала, Хан! — стоило девочке лишь пересечь порог родного дома, Менг набросилась на подругу с ворохом вопросов, будучи взвинченной до крайности: — Тут… А тут… Однако, завидев за спиной каким-то образом пришедший сюда «объект воздыхания», русоволосая мгновенно смягчилась, с мольбой смотря в сторону девочки. Даже удосужилась помочь донести ведро до кухни, чтобы показаться со стороны хозяйственной девицей. Ханди стало ясно: ею Менг особо никогда и не интересовалась, и доказательством данного утверждения служил поступок с ведром. Раньше глаза закрывались сами собой на нечто подобное, ведь кареглазка была единственной сверстницей во всей округе, которая первая протянула руку девочке. Она так долго не стремилась замечать того, что ею просто-напросто пользовались? «Лучшая подруга детства»… Такое клеймо досталось Менг, на самом деле завистливой и хвастливой девчонке с замашками, которая даже всерьёз не воспринимает тихую Ханду. — Присаживайся, — как-то равнодушно сказала девочка, указывая пальцем на подушки Аангу, пытаясь сдержать порыв сбежать от проблем в свою комнату, как она обычно и поступала в таких случаях. — Я бы с радостью присел у стенки, но мне нужно привести сюда своих друзей! — улыбчиво сообщает мальчик, осматривая новую знакомую. Улыбка спадает с лица, едва он замечает небольшую дрожь в тонких руках собеседницы: — Эй, с тобой всё хорошо? — А-эм… Лучше не бывает! Я пошла готовить, приводи товарищей и-и… — смекнув, что заставила кого-то другого напрячься, она надевает маску приветливой дурочки и в отчаянном жесте прячет ладони в рукавах длинного халата: — А что такого ты увидел, не понимаю? — Да ничего… Я ещё вернусь, так что не скучай, Ханди! — напоследок похлопал по плечу шатенку мальчик, прекрасно понимая, что ей сейчас некомфортно рядом с ним. Хлопок входной двери побудил сероглазую тенью метнуться в кухонное помещение, где всё это время через проём исподтишка за ребятами наблюдала Менг с перекошенным от негодования лицом. Взор младшей пылал открытой завистью к старшей. — Ох, смотрю, вы уже успели познакомиться? По имени друг друга зовёте… Стараясь не выдавать сильного волнения, шатенка с ватными конечностями начала месить тесто в чугунном тазу. Дыхание тяжело восстанавливалось после всего пережитого, однако Менг не давала и шанса к отступлению, подходя всё ближе со спины. — Это произошло случайно, — успевает наспех ответить она, ощущая всеми фибрами души, как по спине скользит гадкой змеёй едкий укор со стороны почти задыхающейся от обиды подруги. — Мне он зачем, Менг? Что за беспочвенные подозрения? — Ну да, такой-то криворучке вряд ли когда-нибудь вообще повезёт выскочить замуж! — заливается хохотом русоволосая, чуть отталкивая от таза плечом девочку: — Даже тесто нормально замесить не способна! Отойди! Вот и открылось настоящее лицо, такое безобразное, гадкое… В отличии от того солнца, сияющего в двух кварцевых зрачках, наполненных чем-то инородным, возвышенным, не от мира сего! Ханди опротивело даже рядом находиться с Менг. В грудине основательно защемило. Она цепко сжала запястье кареглазой, ногтями впиваясь в кожу обидчице. Впервые за всю жизнь позволяя настоящим эмоциям, а именно негативу, выплеснуться наружу. — Что ты творишь?! — брезгливо отмахнулась русоволосая, ладонью, облепленной в тесте, отталкивая от себя девочку. — Совсем уже что ли из ума выжила, Ханда?! От напора шатенка упала на пол, и ноги её неуклюже выставились вперёд. Ноги, которые были так ненавистны Ди. Похожие на две куриные лапки, тонкие и смертельно бледные. Над ними можно только посмеяться. Впрочем, так и делало большинство детей из Макапу. Именно поэтому девочка никак не могла принять такое уродство своего тела, практически всегда нося одежду по щиколотки. Обильные слёзы вместе с соплями размазались по всей поверхности лица, отчего девочка начала активно стирать те со щёк до покраснения кожи. — Уходи, пока не поздно, в свою комнату, — Менг с тяжёлым вздохом даже смотреть не стала на «подругу»: — Я удивляюсь, как вообще тебя тётушка Ву приютить смогла… Такое-то позорище… Героическая женщина. Позорище… Криворучка… Да на что тогда вообще Ханда способна, раз даже один из самых важных для души людей обесценивает все её старания?! — Ты мне… Больше не подруга, — сквозь белый шум, через силу смогла выдавить из себя с огромным трудом шатенка, превозмогая былую детскую наивность. — Такой гнилой ч-человек, как ты, не заслуживает даже рядом находиться с Аангом… Да та девушка наверняка лучше тебя в тысячу раз… Провокация подействовала мгновенно. Губы бывшей подруги расплавились в жутком подобии усмешки. Попала. Притом по самому больному месту. Даже в ответ ничего сказать не может. Явно не ожидала такого рода отместки от, по её мнению, «простушки». Ханда удалилась с кухни, громко хлопнув сдвижной дверцей. Опустошённость после всего высказанного облегчала некая сила, сила, придающая стимул что-то начать менять в себе. Поднявшись на второй этаж, к своей маленькой комнате в самом дальнем углу, девочка растянулась на циновке. Длинные волосы она вконец распустила. Рядом аккуратно лежала запасная одёжка, цветастая и состоящая из достаточно недешевых тканей, привезённых из столицы царства Земли. Этим кимоно Ханда в особенности дорожит, ведь оно подарено на десятилетие матушкой Ву. Пускай оно на вид нелепо и слишком вычурно, но пошито с любовью самой ведуньей в знак уважения к приёмной дочери. Женщина была единственным человеком на всём былом свете, кто принял девочку со всеми недостатками, даже несмотря на свою вечную занятость. Она подняла ладони вверх над собой. Такие маленькие, слабые, необычайно бледные, с линиями сильно выделяющихся вен. Вены находятся под тончайшим слоем кожи. Они дрожат вместе с пальцами, ногти на которых значительно подросли за три месяца. Пластины содержат багровую краску натурального красителя, который ещё долго не сможет смыться. Пару недель назад девочка занималась росписью одной из стен дома, чтобы слегка обветшалое дерево стен не казалось таким блёклым. Она переводит взгляд на гребень из точёной гладкой древесины хвойной породы — он всегда был незаменим в борьбе с длинными непослушными волосами. Переодевшись в более простую одежду, которая ещё одним комплектом хранилась в сундучке девочки, Ханда начала приводить себя в порядок. Пока пряди собираются в высокий конский хвост, внутренняя сила заставляет задуматься: почему же она всегда старалась быть такой неприметной? Зеркальное отражение говорит то же самое. Она вовсе не уродлива внешне, даже наоборот, чертой тонкого носа и полноватых губ приятна взгляду. В особенности, оттенок грозовых глаз, конечно, без того живого блеска, как у Аанга, но не менее пёстрых в очертаниях. Фигура крайне худосочная, но имеет потенциал к развитию мускулатуры, а если девочка выпрямит спину, наверняка будет выше даже той же Менг! А ноги и пальцы можно натренировать до такой степени, что лёгкая кривизна не станет бросаться в глаза! — Ханда, хватит так презирать себя, слышишь? — тихонько нашёптывает отражению она, прислоняясь носом вплотную к поверхности зеркала: — Ты по-своему прекрасна! Прекрасна и удивительна! Убирая в сундучок драгоценный подарок матушки вместе с гребнем и зеркалом, девочка осторожно откладывает слегка мятый халат в сторону. Потом постирает, а сейчас самое время показаться новым клиентам. С улыбкой на лице, с уверенным, обновлённым духом в теле. Она ни за что больше не проиграет какой-то там Менг!***
Преодолевая череду лестниц, девочка чуть приостановилась у самого конца, краем уха услышав два совершенно незнакомых голоса. Один низенький, моложавый. Сразу ясно, обладатель такого — юнец, только что вошедший в самый сок подросткового возраста, когда голос начинает ломаться. Второй — невероятно мягкий для слуха, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков. С нотками злости он звучит всё равно очень красиво, надо отметить, вполне мелодично. Высунувшуюся по привычке в смятении Ханду заметил внимательный Аанг. — О, вот и Ханди! Я хочу представить тебе своих друзей, — мальчик указал сперва на смуглого паренька приятной наружности. Единственное, что отталкивает — это ищущие везде подвох голубые глаза. — Это Сокка. Юноша слегка сконфузился, едва услышав своё имя, а затем посмотрел на девочку и приветливо протянул руку. Но, оттолкнув незадачливого в сторону, перед глазами пронеслась она… — Я Катара, здравствуй, — больше всех из присутствующих друзей Аанга Ханде понравилась эта девушка. Длинные, волной украшающие плавную, лебединую шею волосы водопадом струились по плечам. Ни косметики, ни изысканных нарядов — ничего не нужно было добавлять к красоте девы Воды. Именно по ожерелью и знакам на нём девочка поняла, откуда Катара родом. Добрая улыбка сразу же выдавала в ней светлую ауру, исходящую от души. — Ханда, приятно познакомиться, — той же монетой ответила шатенка, отдавая пришедшим гостям поклон. — Подождите немного, тетушка Ву сейчас освободится. А пока я могу занять вас беседой. Секунду, принесу угощение! Девочка юркнула мимо стоявшей в сторонке мрачной Менг и, даже не обращая внимания на то, как та впивается завистью в красоту Катары, начала собирать на кухне готовую выпечку. Всё же Менг удосужилась помочь, приготовив к приходу клиентов съестное. — Ух ты, да это же… ! — с восхищением раскрыл оба глаза мальчик, завидев издалека угощение: — Тут же нет мяса, так ведь? — Для любителей мяса у нас отдельная тарелка, — спокойно поставила две тарелки с пирожками на небольшой столик Ханда, с покрасневшими от радости щеками наблюдая за тем, как Катара и Сокка воспряли духом после новости про мясо. — Я заметила, что вся деревня поголовно верит в предсказания тёти Ву, — сказала Катара, осторожно откусывая кусочек булки и запивая заранее приготовленным чаем: — Почему же? Всё взаправду сбывается? — Кто верит в предсказания, тот и обретает своё счастье. Так работает магия слова. А магии в предсказаниях на самом деле нет как таковой, — поведя бровью, рассказала часть правды шатенка, шутливо прикрывая ладошкой рот: — Если дело касается только повседневной жизни, то матушка не ошибается обычно. — Так и знал, что движение вулкана предсказать невозможно! — слова родственника мага воды немного насторожили девочку, но виду она не подала. А ведь она сама не так давно заметила тревожную дымку над деревней… Значит, в этот раз матушка взаправду ошиблась? — Да брось, Сокка! Расслабься ты уже в кои-то веки! Весь день ходит на иголках, нет, ну ты представляешь, Ханда! — наполовину запихав за щёку выпечку, высказался мальчик, указывая на задумчивого юношу пальцем: — Что может такого случиться-то?! «Может, в том-то и дело. А вот что… Я даже боюсь себе представить…» Из комнаты предсказаний вышла сама тётушка Ву, игривым взором присматриваясь к пришедшим гостям. — Ханди, ты сегодня выглядишь очень даже ничего, — тепло улыбаясь, женщина погладила девочку по голове. — Эти молодые люди — наши дорогие клиенты? Что вы желаете узнать? Может быть, вы, девушка, — обратилась она к Катаре, — хотите узнать о будущем муже? Смуглянка изрядно покрылась краской, в особенности после того, как ведунья взяла её ладонь в свою руку со множеством позолоченных перстней на пальцах. — Хотелось бы, — заулыбалась смущённо маг воды, а от шатенки не ускользнул резко поменявшийся в лице Аанг: тот стал беспокойным, более оживлённым что ли? — Тогда прошу пройти за мной. Как только матушка Ву вместе с Катарой покинули гостевую комнату, Сокка, судя по всему, решивший не тратить своё время на «всякого рода там шарлатанов», вышел из дома, а девочке предоставилась возможность исподтишка наблюдать за весьма комичной картиной: мальчик пытался подслушать, что же скажет Катаре тётушка Ву. Поднос с закончившимся чаем унесла такая же мрачная Менг, и более она не появлялась, а Ханди стало до чёртиков смешно. Да настолько, что она не выдержала и начала гоготать в полголоса. — Тише ты! — лицо мальчишки стало совершенно помидористым: — Мешаешь! Шёпот, раздавшийся со стороны, заставил чуть приуменьшить залп смеха. Хотя живот так и щекотала смешинка. Ханди украдкой подошла со спины к Аангу, который вновь тщательно старался подслушивать. — Ты знал, что подслушивать нехорошо? — ещё тише, чем сам мальчик прежде, сказала она, находясь рядом с ним практически вплотную. От лёгкого испуга кочевника, пойманного с поличным, передёрнуло. Подросток резко повернулся в её сторону, и они оба замерли. Ханда от того, что настолько близко предоставилась возможность рассмотреть нового знакомого, а Аанг — потому что в принципе ни одна девчонка не находилась до сего дня буквально в нескольких сантиметрах от лица. Он полностью переключился со своей важной, но такой глупой шалости на не менее любопытное разглядывание черт девочки, ведь во время первой встречи из-за длинных волос ему так и не повезло полностью изучить Ханду. А в ней действительно таились весьма интересные вещи. Например… Глаза с волосами. И цвет кожи, отличающийся от остальных жителей Макапу. В ней он ещё тогда, у колодца почувствовал нечто неуловимо знакомое. — Ой, прошу прощения… — когда Ханда очнулась от наваждения, алебастровую кожу лица щедро облил лёгкий румянец: — Предлагаю попить чая… И… — Тётушка Ву — точно твоя мать, да? — брови кочевника в задумчивости сдвинулись к переносице. — Извини за нескромный вопрос… — Я… Не помню своих родителей, — чайник застыл в сантиметре от чашки, и в голосе Ханди украдкой зазвенела печаль. — Но вопрос прозвучал действительно неуместно. Не думаю, что мы настолько близки, чтобы задавать такое друг другу… — Мне жаль… — протянул было руку провинившийся Аанг, подсознательно желая всё же узнать об этой девочке как можно больше. В ней слишком много всего того, что напоминает ему о прошлом. Таком далёком, но в то же время пока недосягаемом.
