Глава сорок третья
23 часа и 27 минут назад
Когда Веснински вышел, Лисы ждали его в автобусе. Никто не хотел пересекаться с репортёрами или фанатами. Лисы чувствовали вселенскую усталость. Один только Эндрю стоял снаружи, методично куря. Подойдя, Нат обнаружил под ногами парня как минимум пять бычков. Миньярд оглядел его, но не сдвинулся, подождал, пока Веснински остановится рядом и облокотится на автобус.
— Как прошло? — спросил он наконец. Натаниэль пожал плечами, внимательно посмотрел на сигарету, а после выхватил её из чужих пальцев. Возражений не последовало.
— Вроде хорошо? — Нат повертел сигарету в пальцах и наконец сделал затяжку. — Правда, был один нюанс, я чуть не убил Рико.
Эндрю приподнял бровь, но вместо вопроса достал новую сигарету. В пачке почти ничего не осталось, но он не смотрел на это, продолжая успокаивать нервы таким способом.
— А старший Морияма? — мгновенно прилетел вопрос, и они оба знали почему.
— Был бы не рад такому исходу, — Натаниэль сделал затяжку, медленно смакуя никотин. — Но, кажется, отпустил меня насовсем.
Миньярд кивнул. Он медленно отлип от автобуса, выкидывая так и не докуренную сигарету, а после пошёл к закрытой двери, которую тут же отперли, стоило ударить пару раз кулаком.
— Поехали, — бросил он.
— Сейчас, мне нужна минутка, — Натаниэль проследил за тем, как Миньярд заходит в автобус.
Сам устремил взгляд на парковку и здание стадиона. Он видел его множество раз. Это было безопасное место, в котором годами он скрывался от отца. Вороны подарили ему многое хорошее, но и плохого было немало. Только сейчас Натаниэль понял, что в жизни можно и без насилия. Что одни страдания не обязательно обменивать на другие, которые причиняли меньше боли. Этому научили Лисы, и как никогда он осознал, какой смысл хранился в словах брата всё время. Внутри всё так же сидели печаль и чувство вины. Он отобрал у Нила всё, чем тот дорожил, а взамен стал жить лучшей жизнью. Натаниэль никогда не сможет отмыться от этого. Но всё же сегодня пришлось принять одно решение, которое он никогда не изменит. Он будет жить, чего бы это ни стоило. Просто потому, что есть люди, которым он по какой-то причине важен.
Нат выкинул окурок, который толком и не курил, просто вдыхал дым так же, как это делал Нил, ощущая в этом простом действии его присутствие и одобрение. Так и хотелось сказать: смотри, мы достигли того, чего ты хотел. Но вместо этого Натаниэль зашёл в автобус, игнорируя всех остальных. Прошёл прямиком к заднему ряду, точно так же, как и представлял в кабинете у Ичиро. Сел плечом к плечу с Эндрю и наконец выдохнул, потому что почувствовал себя дома.
— Что ж, все в сборе. Мы уезжаем, — напомнил Ваймак, смотря в зеркало заднего вида и осматривая салон. Каждый здесь устал.
От этих слов Нат неосознанно прошёлся взглядом по макушкам, но не заметил двоих. Риверсона и Хэммика не было. Он мог бы промолчать, особенно потому что Эндрю был расслаблен. Его не напрягало отсутствие кузена. Но любопытство взяло вверх, когда транспорт тронулся.
— Тренер, а где Эл? — он спросил это громко, чтоб его услышали с хвоста. Лисы на это обернулись, но промолчали. Вопрос был не к ним, да и не стоило говорить о состоянии блондина. Однако Ваймак не спешил пояснять. Он глянул в зеркало бокового вида за окном.
— Обернись назад в окно и поймёшь, — кратко пояснил мужчина, выруливая с парковки к выезду.
Веснински действительно приподнялся и глянул в стекло позади сидений. Там помигали фарами и аварийками в незнакомой машине. Разглядеть сидящих было не возможно, но точно свои.
— Кролик и Ник сейчас с Эриком. Они поедут отдельно из-за белобрысого, — пояснил устало Миньярд, от чего Нат сел обратно с любопытством.
— Что случилось? — всё же не стал игнорировать Дьявол, не совсем понимая ситуацию.
— Кролик сорвался из раздевалки после твоего ухода, когда прибежала какая-то пернатая. Подружка его сестры. Она позвала парня на помощь и он рванул. А потом вернулся с паничкой, в слезах и придушивал себя, — пояснял Эндрю, пока другие предпочли не лезть в диалог. Пусть будет один рассказчик.
— Он видел труп Хоуп, — сделал вердикт Нат, решая, что информации ему хватит. Эндрю только кивнул и настала тишина. Мысленно Веснински был только рад, что Эл сейчас с теми, кто реально ему поможет...
…В салоне сначала стояла тишина, пока Эрик не включил тихо музыку по радио. Какие-то старые хиты, но помогало не зацикливаться на своих мыслях. Эллери и Николас сидели на заднем сиденье, потому что Риверсону нужно было спрятаться у кого-то в объятиях. Клозе и Хэммик заранее решили, что при остановке Лисов поменяются местами, чтоб каждый мог дать свое внимание и поддержку их парню. Машина шла ровно, но с редкими, почти незаметными рывками, будто Эрик не до конца контролировал собственные руки. Асфальт тихо гудел под колёсами, и этот монотонный звук странно успокаивал, если не вслушиваться слишком сильно. Впереди двигался автобус Лисов, тяжёлый, медленный, словно и он устал не меньше людей внутри. Его габаритные огни тянулись красными пятнами, и Эрик держался на расстоянии, не приближаясь, но и не отставая.
Он вёл осторожно, почти слишком аккуратно. Пальцы иногда сжимали руль сильнее, чем нужно, и тогда машина слегка уходила в сторону, прежде чем он возвращал её обратно в полосу. Взгляд его то и дело поднимался к зеркалу заднего вида. Незаметные, но слишком частые, чтобы быть случайными. Он проверял. Как будто боялся, что стоит отвлечься и на заднем сиденье пойдет что-то не так. Эллери сидел, уткнувшись затылком в сиденье. Он не двигался, только иногда пальцы на его коленях сжимались, а затем медленно разжимались, словно он пытался удержать что-то, что давно уже ускользнуло. Вопрос прозвучал мягко, почти осторожно.
— Как ты, ангелочек?
Эллери едва заметно покачал головой. Движение вышло запоздалым, слова сначала прошли мимо него и только потом догнали. Мысли шли тяжело, вязко, не складывались в чёткую картину. Всё произошедшее не хотело укладываться в реальность, распадалось на обрывки, которые он не успевал собрать. Перед глазами вспыхнуло воспоминание. Хоуп. Она лежала слишком спокойно. Неправильно спокойно. Волосы рассыпались по полу, и в этом было что-то почти аккуратное, почти красивое, если бы не было так страшно. Эл тогда смотрел и не понимал, почему она не двигается. Почему никто не заставляет её подняться, сказать что-нибудь, хотя бы вдохнуть. Потом пришёл крик Агнесс. Её трясло так сильно, что казалось ещё немного, и она просто развалится на части. Плечи дёргались, руки не находили себе места, голос срывался, ломался, переходил в хрип. Слова путались, но смысл был ясен даже без них. Паника, ужас, отчаяние — всё сразу, без остатка. Этот крик въелся в память, остался там, как царапина, которую невозможно сгладить. Эллери резко выдохнул, сжал зубы, но это не помогло. Воспоминания не остановились. Банкет. Он вспомнил хват Рико, страх, что тогда испытал. Тяжёлый период восстановления и оставшиеся рубцы. Не только на душе, но и на теле. Может он и смирился со своими шрамами, но все же он не мог окончательно отпустить эту ситуацию.
— На его месте мог быть я, — сдавленно прошептал он. — Или, может быть, должен был быть я?
Машина едва заметно вильнула, и Эрик сильнее сжал руль, но ничего не сказал.
— Неправда! — резко отозвался Хэммик. — Даже не думай об этом, ты не виноват.
Слова прозвучали твёрдо, но в них была усталость. Та самая, что висела в салоне тяжёлым грузом, не давая свободно дышать. Эллери опустил взгляд. Он не то, что бы винил себя. Не напрямую. Но мысли всё равно возвращались к одному и тому же. Они с Хоуп были слишком похожи. Иногда до абсурда, их путали, в детстве называли не тем именем, смотрели дважды, чтобы убедиться. Как будто это имело значение. Как будто это могло что-то изменить. На поле Рико упал на колени из-за Эла. Это было очевидно, видели все. И, возможно, та агрессия, которая должна была обрушиться на него… просто сместилась. Нашла другую цель. Перешла на того, кто оказался рядом. Ей не повезло. Эллери сжал пальцы сильнее, ногти впились в кожу, но он не отреагировал. Боль была слишком слабой по сравнению с тем, что творилось внутри.
Он не любил её. Не так, как, наверное, должен был. И ему не было по-настоящему больно от её смерти. Но она была его семьёй. И это чувство не уходило. Оно сидело внутри, тяжёлое, липкое, не дающее ни оправдаться, ни отпустить. Оно просто было. В салоне повисло молчание. Двигатель казался тише, чем обычно. Редкие взгляды Эрика в зеркало, красные огни автобуса впереди, чужое дыхание, которое каждый старался держать под контролем. Ситуация была сложной для всех.
— Звёздочка, Ники, я взял отпуск на неделю, специально, чтоб приехать на матч. Никакой работы, — нарушил тишину Клозе, смотря на дорогу, чтоб точно ехать аккуратно. — И я снова снял в аренду ту квартиру. Ты же её помнишь, Ноа?
Хэммик от этого имени слегка напрягся, боясь, что это триггерно. Взгляд украдкой глянул на любимого рядом, но Эл был спокоен. Он сам им разрешил себя так называть. Доверил своё имя, а вместе с ним и настоящего себя.
— Да, помню, — серо ответил парень, не меняя положения.
— Я хочу позвать вас жить со мной эту неделю. Сезон закончен, тренировки скорее всего можно будет пока перенести. Но если вы сами хотите, — Эрик не настаивал, но своими зеленовато-коричневыми глазами внимательно посмотрел в зеркало в салон на парней.
Риверсон затих и задумался. Это действительно звучало привлекательно. К тому же, Лисы поймут, если он так внезапно уйдёт на неделю. Похожее ведь уже было. Только теперь он будет ещё и с Ники. Сможет ощутить какого это жить с ними, быть частью их семьи. Их общей семьи. Ник бы согласился сразу, но всё же ждал блондина. От ответа альбиноса зависело общее решение, он для них не пустое место.
— Звучит хорошо. Я бы хотел, — вздохнул парень, отвлекаясь мысленно от ужасающих картин в голове на перечисление планов Хэммика и Клозе на уикенд.
Однако сам осадок внутри никуда не делся. Он остался один. Матери не было с детства, сестра умерла часы назад. Ещё не известно, что будет с похоронами и устроят ли их. А что на счёт Адриано? Вряд ли старший Риверсон обратит внимание, что дочь пропала с радаров. Но возможно звонка от него стоило ожидать. Эл бы не хотел с ним говорить, но ради приличия о похоронах Джесс бы уточнил и всё же пришёл бы с венком для могилы. Он резко отключился от мира, погружаясь в эти депрессивные размышления, хотя стоило вслушаться просто в позитивный диалог Эрика и Николаса. Они оба запланировали уйму совместных занятий для недели вместе. Эллери прослушал абсолютно все, пока его не привлекли.
— Ноа, — мягко позвал Ник, от чего потухшие глаза приоткрылись, будто парень очнулся.
— М? — он наконец понял, что от него чего-то ждут.
— Я спросил: а какой у тебя любимый жанр фильмов?
— Я больше люблю мультики, — честно признался альбинос, получая улыбки от обоих любимых мужчин.
— А есть те, которые не смотрел? — подключился Эрик, поглядывая в зеркало для контакта взглядом.
— Я в целом не так много их смотрел. Я конечно рос в богатой семье, но было не до них. Отец ругался, если я тратил время на что-то бесполезное. Я всегда был занят рисованием или игрой на инструментах, или вокалом. Да чем угодно, лишь бы пользой. А в Гнезде и подавно не мог смотреть такое, времени было впритык на выживание, — честно пояснил Эл, устало скатываясь по спинке сиденья ниже. Ники решил устроиться рядом вплотную примерно так же, от чего Риверсон смог уложить голову на его плечо.
— Тогда стабильно каждый вечер этой недели мы смотрим минимум один мультик все вместе, — решает Клозе и Ник согласно кивает, чмокая макушку белобрысого.
Происходящее постепенно успокаивало и усталость брала своё. Эл прикрыл глаза, но не заметил как уснул в дороге, а Ники вскоре вырубился следом. Пока была возможность до остановки, они этим пользовались. Ваймак мог остановиться не известно когда, а сил не было никаких.
***
Автобус плавно остановился. Солнце почти полностью зашло за горизонт, но в салоне стояла тишина. Лисы спали, измотанные прошедшим матчем и дорогой. Девид поднялся из-за руля, разминая затёкшую спину. Он оглядел салон и слабо улыбнулся. Первой под руку попалась Даниэль. Девушка спала на переднем ряду сидений, поджав ноги к себе. На её лице была тканевая маска. Ваймак аккуратно наклонился, стараясь не испугать, но она всё равно тревожно дёрнулась. Резко сорвала маску, поморщилась и сонно огляделась по сторонам, будто не сразу поняла, где находится. — Мы приехали. Постарайся разбудить остальных, — негромко сказал он. Даниэль кивнула, ещё не до конца проснувшись. Ваймак вышел из автобуса. Эбби проснулась почти сразу после. Она ничего не сказала, просто тихо поднялась и направилась к выходу. Даниэль потёрла глаза, потянулась и медленно встала. Она пошла по проходу, осторожно будя остальных. Ребята спали кто как. Кто-то был закутан в толстовки и пледы, кто-то прикрывал глаза рукой, кто-то натянул капюшон до самого носа. У некоторых были маски на глазах. Мэтт проснулся одним из первых. Он сонно улыбнулся и, поймав Даниэль за руку, слегка притянул её к себе, касаясь губ в коротком поцелуе. Сет открыл глаза чуть позже. Он молча кивнул и осторожно начал будить Элисон, которая спала у него на плече. Рене вовсе не спала. Она сидела, подтянув ноги к себе, и читала книгу. Увидев проходящую мимо Даниэль, она мягко улыбнулась. Аарон был явно недоволен, когда его разбудили. Он поморщился и отвернулся, но всё же приподнялся. Кевина девушка не тронула, понимая, что это бесполезно. Когда она дошла до заднего ряда, то замедлилась. Натаниэль спал, свернувшись на Эндрю, как кот. Он прикрывал живот, голова лежала на коленях Миньярда. Эндрю, откинувшись на стекло, спал, запустив пальцы в рыжие волосы. Даниэль присела на корточки и осторожно коснулась Натаниэля. Тот резко открыл глаза и вздрогнул. Рука тут же дёрнулась куда-то в сторону, будто он искал что-то важное, но не нашёл. Следом проснулся и Эндрю. — Мы приехали. Натаниэль несколько раз быстро моргнул, осматривая окружение, где он. Потом слабо кивнул. — Разбудите Кевина, пожалуйста. Дэн поднялась и тихо ушла. К тому моменту, как она дошла до выхода, почти все Лисы покинули салон. В автобусе остались только Эндрю, Натаниэль и Кевин. Парни медленно сели ровно. Эндрю посмотрел на Ната, долго, внимательно. То как запутались рыжие пряди и как сам Веснински выглядит. — Пялишься, — Нат зевнул. Они встретились глазами. Натаниэль проследил, как взгляд Эндрю на мгновение опустился к его губам. — Да, — сразу ответил он, хотя никто и не спрашивал. На секунду повисла тишина. Потом Нат чуть подался вперёд, и их губы едва заметно соприкоснулись — коротко, почти бегло, но достаточно, чтобы понять всё без слов. Каждый плёлся к общежитию в своем темпе. Хотя территория казалась знакомой, что-то всё равно тут странно выбивалось. Где-то в окнах специально были наклеены самодельные плакаты с рисунками лисьих лап и подписями. Это были мелочи, которые снаружи не бросались в глаза. Никто не обращал внимания. Внутри в холле стало более странно. Висели бумажные гирлянды и флажки бело-оранжевого цвета. Под потолком такого же цвета шарики, накаченные гелием. На некоторых маркером написаны номера игроков Лисов. Но везде тишина. Отчасти это радовало. Этаж за этажом украшения повторялись в плоть до третьего, где жили Лисы. Уже тут прямо напротив лестницы висел большой самодельный плакат с поздравлениями для победителей. А на нём каждый написал пожелания команде и игроку по-отдельности. Для Дэн оставили номер телефона и попросили написать. Ей, как капитану, хотелось разобраться с этим бардаком. Конечно приятно, что их поздравили, но если уж начинать, то почему не лично. Даниэль решила разобраться с этим сама, другим было откровенно плевать. Старшие только хмыкнули на приём, Рене слегка улыбнулась, Элисон была недовольна, что всё это надо будет убирать. Монстры прошли мимо, игнорируя само существование поздравлений. Аарон и Кевин первыми зашли к себе, а потом Ник и Эндрю, тащивший за руку рыжего. Натаниэль не сопротивлялся, но по округе осмотрелся. Пока одни ложились отдыхать, Николас и Эллери собирали себе вещи на неделю. Разбирать спортивные сумки не было желания, их бросили у кроватей. Эрик ждал в машине, не видя смысла заходить. Они обговорили в пути планы. А потом эти двое ушли из общаги с рюкзаками. Эндрю завёл Ната за собой в комнату и сразу потянул к кровати. Сумки брошены, а лечь было приятно. Особенно с Эндрю, который первым пристроился у стенки на нижнем ярусе, притягивая ближе. Веснински уткнулся носом в горячую знакомую шею, ощущая объятия не сильные, не крепкие, но приятно осторожные, от части нежные. Запах Миньярда был знаком: какой-то гель для душа, его дезодорант, пара пшиков парфюма, ярко выраженный табак с привкусом карамели. Всё давало успокоение, расслабляло. Натаниэль чувствовал размеренное дыхание Эндрю и сам быстро последовал примеру, погружаясь в нормальный сон, а не дрёму, как в пути. Кевин и Аарон оставили их наедине, сами уходя в зал. Нормальный Миньярд запустил телевизор и приставку, собираясь отдохнуть. Дэй ещё порыскал на кухне, возвращаясь с бутылкой водки. Аарон мог поклясться, что у Кевина там где-то был тайник, но не собирался его разорять. Сегодня можно было позволить себе выпить. Сам блондин сходил себе за энергетиком к холодильнику, соскучившийся по очередному химозному вкусу. Оба сели на диван в тишине. Кевин вскрыл водку, делая залпом пару глотков, Аарон — энергетик, выпивая треть банки. — Сыграем в Комбуху? — нарушил тишину блондин, глянув на Дэя рядом. Тот тяжело и устало вздохнул, беря со столика второй джойстик без слов. Первый бой начался расслабленно. Никто не использовал комбинаций из головы, играли просто по первым же кнопкам. В какой-то момент оба остановились. Персонажи просто смотрели друг на друга, двигаясь в статичных позах. Кевин сделал глоток с горла. Аарон только покосился, без осуждения. — Налей и мне, — прозвучало от Миньярда, который протянул банку энергетика. — Прям в неё? — уточнил Дэй, держа бутылку в руке. Аарон только закатил глаза. — Конечно, гений. Принцесса, ты свои мозги на том стадионе оставил? — Кевин на это слегка нахмурился, наливая в банку водку. Сочетание казалось страшным. — Ты хочешь себя травить этим, Аари? — знакомое прозвище ничуть не задело блондина. Он усмехнулся. Давно его не слышал. Банку потрясли в руке, смешивая коктейль, потом делая пару глотков. Водка отдавала слабым горьким привкусом, а химоза преобладала. — Это ничуть не хуже, чем просто пить водку вчистую без закуски, — парировал Аарон. — Только ты мешаешь алкоголь с энергетиком. Двойной удар на сердце, — осуждающе звучит от Кевина, но парень рядом только пожимает плечами. В желудке все равно смешивается, так зачем себя обманывать? — Продолжим играть или нет, принцесса? — Аарон покосился на Дэя, отпивая ещё своего коктейля. Комната, погруженная во мрак, освещалась только свечением экрана. Атмосфера казалась странной. Этот день высосал из них все силы. Сам матч, Гнездо, стадион — казались неправильными и чужими. Будто они не должны были вообще с этим пересекаться. Но теперь, в своей конуре можно было вернуться в колею. Вот только каждому было сложно. Победа досталась тяжело, но они справились. Дэй не собирался продолжать играть. Джойстик просто висел в его руке, пока в кармане не завибрировал телефон. Когда вещь положили на столик, Аарон понял, что нет. Он мог бы убить персонажа Кевина и закончить игру, но не делал этого. Дэй рядом только пялился в экран смартфона. Там был чат с Жаном. «Есть возможность поговорить?» — написал француз и шатен быстро ответил «да». «Я хотел поздравить вас с победой, Кев. Вы сыграли достойно. Вы молодцы. Я горжусь тобой и Натаниэлем, и тем, что я ваш брат» — Кевин не прятал экран и чат. Аарон читал переписку неприкрыто. Но после этого сообщения всё же отвернулся к экрану телевизора. Кевин там что-то ответил и отправил, но Миньярда не волновало что. А потом парень заметил наконец, что Дэй впервые за это время улыбнулся. Слабо, но счастливо. Он сделал ещё глоток водки, выдохнул через зубы, потом втянул воздух вместо закуси, и взял в руки джойстик снова. Игра продолжилась сама. Аарон не настаивал, но от чего-то был уверен, что Дэй не бросит её на половине. Они закончили бой до конца. Аарон победил, он использовал комбинацию кнопок, но шатен не был расстроен. Только кивнул сам себе, поднимаясь с дивана. Он сделал последние пару глотков алкоголя и закрыл водку крышкой, оставляя бутылку на столике. Раньше он не остановился бы, пока не напьется, но сейчас Дэй был другим. Ему больше не нужно было напиваться, больше не было причины. Шатен только похлопал Аарона по плечу, привлекая внимание. Тот запрокинул голову с лёгким вопросом. — Спокойной ночи, Аари. Не сиди долго, — эти слова были странно заботливыми, но дружескими. Миньярд усмехнулся на это. Легко и расслабленно. — Окей, принцесса. Сладких снов, — попрощался блондин в ответ, провожая Дэя. А потом остался сидеть один, попивать мешанину из банки и переписываться с Кейтлин по телефону о всякой ерунде, пока сам не устроился лечь спать здесь же на диване, не желая идти в спальню, чтоб не рушить чуткий сон брата и его рыжего парня.***
Утро в Лисьей башне оказалось чрезвычайно громким. На этаже столпились игроки других команд в ожидании победителей. Шум и гам разбудил большую часть команды эксистов. Дэн выползла из комнаты самой первой, она встревоженно выбежала в коридор, и взвизгнула от того, что в разные стороны разлетелись конфети. — С победой! — закричала толпа, от чего Даниэль сделала несколько шагов обратно в комнату. Она осмотрела всех, прекрасно узнавая многие лица, но все ещё не понимая происходящего. — Что происходит? — Рене слегка коснулась плечи подруги, чувствуя как та вздрагивает. Девушка осмотрела гостей, то как они улыбаются, и явной угрозы не увидела. Она просто мило улыбнулась, оттаскивая Дэн чуть в сторону, перенимая всю активную часть ведения диалогов на себя. Вслед за девушками вышли и старшие. Они сонно протирали глаза, кто-то выполз в одних боксёрках. Общий переполох разве, что не затронул комнату Монстров. До тех пор, пока туда не начали ломиться. Стук заставил Аарона раздражённо подскочить, медленно подняться и злобно пойти в сторону двери. Кевина же эта ситуация не задела ни капли. Он мирно спал, грудь вздымались и опускалась, а сам он принял на первый взгляд крайне не удобную позу. Тишина в целом не могла воцариться. Оба парня лежащие на кровати прекрасно это осознавали, но продолжали упорно игнорировать любые шорохи. Натаниэль чувствовал как руки Эндрю прижимают его к себе. Ощущение было до непонятного странным, но приятным. Пальцы Миньярда запутались в его волосах, а сам Натаниэль спрятал лицо где-то в сгибе между плечом и шеей. Запах самого Эндрю был самым лучшим, что можно было ощутить с утра. Привычный табак с карамелью и чем-то ещё. Сердце забилось чуть чаще. От части Натаниэль боялся пошевелиться. Каждое неловкое движение могло все испортить. — Прекрати, — тихо прозвучало над ухом. Натаниэль тут же нахмурился. — Я ничего не делал, — возмущённо ответил он. Эндрю же на это только сильнее его сжал. Не давая лишний раз пошевелиться. — Не разговаривай, и дыши размеренно, — голос Эндрю был очень тихим, но таким отчётливым, что внутри все сжалось. — Ты щекочешь мне шею. Потребовалось несколько секунд, чтобы Натаниэль понял, что именно не так. А потом на губах растянулась улыбка. Он медленно усмехнулся, и намеренно подул в сторону шеи Эндрю. Тот вздрогнул, но отпускать не стал, а потому Натаниэль только больше зашевелился. — Ведьма, — в голосе прозвучало предупреждение. Но Натаниэль загорелся идеей, и последствия его особо не волновали. Веснински прекрасно понимал, что по соседству в комнате спит Кевин, но его это ни капли не волновало. Ему ли не знать какой крепкий сон у брата. От чего-то вся ситуация забавляла и улыбка сама растянулась на губах, а смешок с выдохом в чужую шею сорвался в тот же миг. Миньярд слегка вздрогнул от этого, невольно выгибая голову назад и открывая свою слабую часть, но всего на короткий миг. Терпеть это было сложно и невыносимо. Эндрю быстро открыл недовольные глаза и именно так их описал бы Нат. — Ты специально? — этот вопрос был прямой и по тону требующий честного ответа. А вот что ждёт впереди, Натаниэль не знал. — Мне просто стало смешно, — рыжий видел этот прожигающий взгляд. — Не юли, — строго одёрнул блондин и рыжик всё же вздохнул с нескрываемой улыбкой. — А если да? — он не спешил давать прямой ответ. Ему было интересно и весело дразнить своего парня. Он же прекрасно понимал, что Эндрю давно мог его прогнать, но терпел. — То кто-то будет выброшен за шкирку, — пояснил Миньярд, но Нат видел этот взгляд. — Прям так радикально? — Веснински испытывал и даже наглел. Он не стал продолжать диалог и слушать ответ. Точнее, понимал, как сделать так, чтоб не услышать. Миньярд только собирался начать возмущаться, когда в шею прилетел поцелуй и не быстрый чмок, а затяжной и влажный, выбивающий все мысли. По телу прошёл ток и он слишком резко вдохнул, поперхнувшись, но промолчав. А Натаниэль совсем не желал останавливаться, смещаясь в сторону и оставляя такой же поцелуй снова. — Ведьма… — сорвалось недовольным шёпотом, но хватка на волосах Ната стала крепче. Это не был затылок, не было больно, но ощущалось как тайное желание Миньярда не прекращать. И парень не стал. — Натаниэль… — уже злее зашипел Миньярд, но Веснински только раззадорился. Эндрю не говорил ему нет, а ведь мог. Блондин точно это желал. — Дрю, расслабься, — прошептал Нат, ощущая напряжение у Миньярда. — Наша принцесса не проснётся даже от землетрясения. — Веснински, мать твою. Натаниэль не стал отвечать, только чуть усмехнулся в чужую кожу, словно проверяя границы. Его губы снова коснулись шеи Миньярда, медленно, почти лениво, но с явным умыслом. Он не спешил, а скорее растягивал момент, наслаждаясь каждой секундой реакции. Эндрю не двигался. Только дыхание стало глубже, пока мышцы напряглись. Пальцы в волосах Ната сжались сильнее, удерживая, но не отталкивая, а скорее… фиксируя. Как будто если отпустить, всё это закончится. Или наоборот выйдет из-под контроля. Его молчание было напряжённым, тяжёлым, но в нём не было отказа. Ни одного слова нет. Натаниэль это понимал. Поэтому следующий поцелуй пришёлся более резко, намереваясь оставить лёгкий след. Он коснулся губами, потом чуть прикусил кожу, тут же сглаживая это лёгким прикосновением языка. Эндрю резко выдохнул сквозь зубы. И всё равно молчал. Только веки опустились, а голова на секунду отклонилась назад, выдавая его сильнее любых слов. Он позволял. — Натаниэль… — уже тише, но с тем же предупреждением. Ответа не последовало. Только ещё один поцелуй, сменяющийся следующим, и следующим. От части, Веснински понимал, что подобное его пьянит. Намного лучше, чем пресловутый виски. А все потому, что Эндрю был инициатором почти каждой их близости, не позволяя Натаниэлю подходить достаточно близко. И находиться сейчас вот так, – ощущать как блондин напряжен, и иногда подрагивает, – было невероятным. Подобное стало действительно сильным событием. Пальцы Ната соскользнули к вороту футболки, будто проверяя насколько далеко можно зайти. Он и сам не до конца знал, что именно собирался сделать, но не успел даже прикоснуться… — Какого хуя?! Крик за дверью разрезал тишину так резко, будто кто-то вылил на них ведро холодной воды. Эндрю мгновенно отстранился, без колебаний и лишних слов. Его взгляд стал ясным и холодным, казалось секунду назад ничего не происходило. Он резко поднялся, отбрасывая одеяло в сторону, и через мгновение направился к двери, не оглядываясь. Натаниэль тихо выругался себе под нос, проводя ладонью по лицу, стряхивая остатки момента. Усмешка всё равно не исчезла. — Ну конечно… — пробормотал он, и не торопясь, поднялся следом. В коридоре пахло… странно. Когда они вошли в зал, картина открылась, мягко говоря, впечатляющая. Аарон стоял посреди комнаты, весь измазанный чем-то белым и густым, липким, подозрительно напоминающим взбитые сливки. Часть этого чуда была на волосах, часть на футболке, а немного на лице. Он выглядел так, будто пережил нападение десерта. — Я их убью, — процедил он сквозь зубы, явно не до конца понимая, кого именно. Натаниэль застыл на секунду. А потом согнулся пополам от смеха. — Великолепно выглядишь, — выдохнул он, не в силах остановиться. — Новый имидж? Тебе идёт! Аарон метнул в него убийственный взгляд. Эндрю же просто остановился рядом. Окинул брата взглядом. Медленно приподнял бровь. И этого оказалось достаточно для того, чтобы Аарон переключился на него. — Не хочешь выйти к ним, братец? Уверен, тебе окажут такой же теплый приём! — не удержался от сарказма близнец Миньярд, но Эндрю только нахмурился. Его подобное не прельщало. — А если уж говорить точнее? — влез рыжий, решая уточнить, что именно за дверью. — Предлагаю узнать самим, — упёрся Аарон, собираясь сходить в душ, а для этого взять новые вещи из спальни. И как же не во время там появился заспанный Кевин. Дэй лениво опирался о дверной косяк плечом, всё ещё потирая опухшие со сна глаза. А после и вовсе всё лицо ладонями, разгоняя кровь. И вид Аарона в сливках его сначала сильно дезориентировал, пока мозг не включился и не допёр, что́ именно это белое на парне. Отчасти за пошлые мысли было стыдно, но только где-то на фоне. На первом месте было довольство и веселье. — Что это, Аари? — Советую узнать самому, — огрызнулся блондин, собираясь пройти мимо в проёме, но остановила внезапная рука Кевина. Парень подцепил с лица Миньярда каплю и без сомнений потянул в рот, пробуя на вкус. — Это просто сливки или они с торта? — с улыбкой уточнил шатен, но в ответ получил недовольный фак от Аарона. — Я предлагал выйти из комнаты и узнать, а не пробовать с меня. Я тебе не десерт, — фыркнул близнец, наконец уходя полноценно собирать вещи на смену. — А жаль, — как-то спокойно, но с ноткой грусти выдал Дэй, наконец выходя полноценно в гостевую зону к двум другим. Он прекрасно помнил, что ловить ему здесь нечего. Аарон в отношениях и этого не изменить. — Удивительно, что ты проснулся, — только и выдал Нат, но Кев просто пожал плечами и пошёл сразу на кухню. — Выйдем и посмотрим на вакханалию снаружи? — предложение Веснински осталось в игноре. Эндрю явно не хотел. — Ну ладно. Быть измазанным в белой и липкой субстанции у меня в планы не входило, — начал рыжий, покосившись на Миньярда рядом. — Пока что. Эндрю на такое только закатил глаза и поспешил в кухню завтракать, а не слушать тупые пошлые подкаты от ведьмы. Утро хотелось начать со сладкого. Дэй занимался кофе и знакомо одна из кружек ждала Натаниэля. Минимум сахара, больше привычной горечи. Но никакую трапезу начать не дали. Аарон проскользнул в душевую всего секунды назад, когда раздался стук в дверь. Идти открывать не хотелось. А потом две пары глаз слишком синхронно перевелись на Кевина. Нат и Эндрю ждали. Они не пойдут открывать. Дэй тоже не спешил. — Ребят, вы точно не спите! — раздался знакомый голос Рене, но даже из-за этого Эндрю не спешил идти. Кевин сдался первым. Он шёл прямо с кружкой кофе и открыл дверь резко, но только чуть-чуть, опасаясь подставы. Её уже не было. Наверно всё было спущено на других. В коридоре ещё стояли толпой люди, хоть и не так много, как казалось изначально по голосам. Но Дэй всё равно не слышал шумов до пробуждения. — Супер! Мы пришли поздравить и позвать сегодня вечером на вечеринку в честь вашей победы и вас самих, — вперёд вышел Чак, тот самый капитан регбистов. — Директор Стеббинс так горд этой победой, что разрешил организовать чуть ли не банкет. В общем, этим вечером к шести приходите в главный холл универа. Там всё и будет. Кевин только растерянно кивнул, находя взглядом Даниэль поблизости всю в сливках с улыбкой. Она была за и возможно всё уже решила. Где-то там же среди толпы перепачканные Сет и Мэтт, которые периодически слизывали десерт с предплечий и пальцев. И плевать, что это было не очень-то и гигиенично. — Ну, окей, — Дэй сказал это для галочки, как подтверждение, но перед уходом Чак смело и слишком уверенно протянул руку к парню. Кев ответил на рукопожатие. — Вы невероятные, ребята! — крикнул он напоследок, уходя со знакомыми по ступеням вверх до своих этажей, оставляя Лисов одних. Элисон топталась у порога своей комнаты, старшие не уходили к себе. Нат и Эндрю наблюдали со спины Кевина, используя его как щит. Дэн наконец выдохнула и её улыбка быстро исчезла. Она стала нейтральной. — Расходимся, ребят. Идёмте спать дальше, — хотела потереть глаза, но вспомнила, что не может из-за липких рук. Теперь ей точно нужно было в душ, а там и сон сойдёт. Это удручало. — Вечером значит вечеринка, — ухмыльнулся Бойд, но Сет его восторга не разделял. — Пока мы не притащили кубок, впервые за столько лет универа, на нас не смотрели. А теперь целая вечеринки, — Гордон был во всём прав, но не прийти было бы невежливо. — Но мы всё равно пойдем, — напомнила Рене, доставая телефон из кармана. Раз Дэн была не в состоянии что-то печатать, Рене сама написала сообщение в общий чат Лисов с инфой, чтоб и Ники с Элом были в курсе. «Сегодня в шесть вечера вечеринка в честь победы. Организовал универ. Главный холл. Не забудьте, а то наличие Эрика точно выбивает все мысли из головы» — простое сообщение с намёком улетело в секунды. Ответа на него не было, кроме реакции в виде закатывающего глаза смайлика… …Эллери сидел на диване, поглядывая на Эрика в кухонной зоне. Ники всё так же спал без задних ног в комнате. Отчасти альбинос завидовал. Сегодняшние кошмары выбили его из колеи. Запах еды медленно расползался по квартире, тёплый и домашний. Что-то лёгкое. Тосты, вареные яйца и кофе. Без лишнего. Эрик всегда чувствовал, когда Эл не сможет впихнуть в себя что-то тяжёлое. — Приятного, — спокойно бросил он, поставив перед ним тарелку. Эл кивнул, подтягивая колени ближе. Голова всё ещё была мутной после сна, но рядом с Эриком дышалось легче. Тот наклонился, коротко поцеловал в макушку и тут же отошёл обратно к столешнице, будто это было чем-то совершенно обычным. Хотя для Эла это всё ещё ощущалось чем-то почти невозможным. Он невольно улыбнулся в кружку. Через какое-то время из комнаты наконец выполз Ники. Взъерошенный, сонный, в перекошенной футболке и с таким лицом, будто его подняли посреди ночи. — Я не выспался… — прохрипел он в сторону Эрика, падая на плечо мужчины. — Уже одиннадцать утра. — Это ничего не меняет. Эрик только хмыкнул, а Ники сразу потянулся к нему. Поцелуй вышел коротким, ленивым, ещё сонным. Ники что-то пробормотал ему прямо в губы, заставляя Эрика закатить глаза, но уголки его рта всё равно дрогнули. Обычное спокойное утро. Без будильника, который мог бы и труп поднять, без криков, чужих шагов за дверью и страха. Ники долго не задержался и ушёл в душ, а вернулся более живым, с мокрыми волосами и запахом шампуня. Проходя мимо дивана, он мимоходом наклонился к Элу и поцеловал его мягко, в висок. Будто так и должно быть. Эл прикрыл глаза на пару секунд, позволяя себе раствориться в этом ощущении тепла. Ему нравилось быть рядом с ними. Нравилось слушать тихое ворчание Ники, редкие комментарии Эрика, звон посуды и шум кофемашины. Всё это казалось таким… нормальным. Безопасным. И именно поэтому становилось страшно. Он упорно отгонял мысли в сторону, цеплялся за настоящее, за эту кухню, за диван, за чужие прикосновения. Но картинка Хоуп на полу всё равно вспыхивала перед глазами слишком ярко. И банкет, который начал было забываться, снова сжал горло ледяными пальцами. Еда особо не лезла, но Риверсон не мог её не тронуть. Эрик старался для него, проявлял заботу. И пусть оба парня понимали, почему альбинос в таком состоянии, но всё же беспокоились. Эл не смог съесть больше одного яйца. Потом внимание переключилось на сладкое кофе. Оно ещё как-то вливалось внутрь. Была мысль отвлечься на просмотр какого-нибудь мультика или Инстаграм в телефоне, но внутренне всё сопротивлялось соприкасаться с устройствами, которые могут вернуть в кошмары через новости. Сны этой ночью и без того были не лучшие. Самое паршивое, когда ты просыпаешься бесконтрольно во сне, думая, что уже в реальности. И всё начинается снова. Первый сон был начат воспоминанием победы, а потом плавно перешёл в коридор, где мозг сыграл злую шутку. Сначала Эл видел со стороны как Рико душит Хоуп, потом на месте её трупа оказался он сам, смотрящий на всё со своего положения мертвого тела. А потом пробуждение в немом крике и резкая боль в горле, как тогда в больнице после операции. Но стоило фантомному страху отойти назад, как парня вырубило, возвращая в кошмар внутри кошмара. Теперь уже мозг подкинул банкет и Эл лежал на разгромленном столе не просто задыхающимся, а истекающим кровью от порезов на горле битым стеклом. Тут же возвышался Рико, одна рука, которого безвольно висела вдоль тела, а со второй он слизывал красную жидкость, не сводя безумных глаз с бездыханного парня. Очередное пробуждение оказалось снова ложью, когда на кровати мозг подрисовал вместо Ники и Эрика труп Хоуп и рядом довольного Рико. От одних воспоминаний Риверсону стало ужасно плохо. Он захлебнулся кофе, резко отставляя кружку на столик, и активно начал кашлять, пытаясь прогнать воспоминания. Клозе первым поспешил помочь. Он помнил, каким дрожащим проснулся Эл и убитым, потому что Эрик тогда отказался спать дальше и остался с любимой звёздочкой. Теперь же он похлопывал парня по спине, помогая откашлять жидкость. — Ангелочек, ты как? — Ники и сам заволновался, когда увидел каким напуганным стал выглядеть альбинос. Тот тяжело дышал после помощи Эрика, но пытался гнать мысли, тряся головой. — Я... Всё окей, Карамелька, — выдавил Эл, но дрожащие руки о многом кричали. И врать смысла не было. — Тебя же что-то беспокоит. Это из-за кошмаров? — Клозе устроился рядом, почти вплотную, приобнимая блондина за плечи, отчасти окружая защитой. — Скорее кошмары из-за того, что беспокоит… Моя сестра умерла. И я понимаю, что мог быть на её месте, потому что вспомнился банкет и старая рана дала о себе знать, — парень невольно начал тереть белую полоску шрама на горле, ощущая как новый голос даёт всё больше сбоем, переходя на хрипы, визги или вовсе пропадая так, что приходилось кашлять, чтоб вернуть звук. — Ангелочек, но ведь это просто докручено тобой, — осторожно подал голос Хэммик, решаясь присесть рядом с другой стороны. — Да, я это отчасти понимаю. Меня волнует вся ситуация неизвестностью, и при этом я не хочу узнавать подробности, — Эл устало уложил голову на плечо Эрику, что принялся поглаживать голову, перебирая волосы. — Может ты хочешь поспать? Ты так и не смог это сделать ночью, — осторожно предложил Клозе, замечая как блондин начал всё больше трясти головой в судорожном ритме. — Нет, я не хочу в кошмары. Я боюсь, Эрик. Я боюсь всей ситуации. Мозг сам меня изводит, а новости могут доконать, — впервые в голосе Эла начали прорываться не просто жалобы, а неприкрытые слёзы и плач. — Ангелочек, тогда давай поставлю мультик? Хочешь про кого-нибудь? Могу включить про животных каких-нибудь, — решил влезть Ник и Эл только устало выдавил согласие. В итоге мультик ощущался на фоне, потому что суть альбинос не улавливал. Он просто залип в одну точку, лёжа головой на плече Клозе. А потом задремал с приоткрытыми глазами, не ощущая момент, когда Эрик прижал парня к себе, уложил голову на свою грудь и сам устроился горизонтально на диване, держа на себе Риверсона знакомо близко и рядом. Тот тогда так хорошо спал. Хэммик же был тише мыши. Он доел остатки завтрака Эла и ни капли не лез, чтоб не будить ангелочка. Но долго такой отдых не длился. Телефон Эллери заиграл слишком внезапно для всех. Это был звонок и Ник и Эрик не знали, кто этот человек. На экране же была только подпись «Отец» и фотка вида из окна в каком-то богатом рабочем кабинете. Эл проснулся сразу. Когда светло-голубые глаза заметили вспышку на экране, то все внутри альбиноса сжалось. Отец не звонил ему, и не должен был. Он отрекся от Эллери в больнице, хотя парень и понимал, что на самом деле раньше, но окончательно все случилось именно после его грандиозного ухода из Воронов. — Ты не обязан отвечать, — Ники нахмурился. Он был в тот день с Элом и помнил все произошедшее в той палате. Этот мужчина не заслуживал и крупицы времени. Но Эл слабо помотал головой, поднялся и перехватил смартфон. Пальцы не дрогнули, когда он услышал голос мужчины. — Твоя сестра мне не отвечает, — голос был ровным, казалось для Адриано ничего не произошло. Эл нахмурился, в горле резко пересохло, он прокатил языком по потресковшимая губам. Он не знал, что и ответить. — Какого черта ты молчишь? У меня слишком мало времени, — мужчина с раздражением цокнул. А Эл медленно сжал пальцы. — Где она? — Ты даже этого не знаешь? — голос сорвался. Альбинос почувствовал горечь и ком в горле. — Какого, мать твою, хрена?! Эл подскочил с дивана отходя в сторону. Тело мелко подрагивало, но не от страха, а поглощенное гневом. И как не странно, он был именно за Хоуп. Та всю жизнь пресмыкалась не только перед отцом, но и каждым мужчиной, на которого тот указывал пальцем. А сейчас этот подонок даже не был в курсе, не потрудился узнать сам. — Мне нет дела до твоих истерик, — знакомые нотки разочарования заставили Эллери только усмехнуться. — Ты знаешь где Джессика или нет? Внутри вспыхнула ненависть и желание мести. Эл сжал зубы, делая глубокий вдох. Улыбка спала с лица. — Она умерла, — четко и без апелляционно проговорил Эл. Послышалась тишина. — В этом виноват ты. Мудила. После последнего слова Эл сбросил звонок. Ему более нечего было сказать. В порыве злости он заблокировал контакт отца, не понимая, почему не сделал этого раньше. А после и вовсе отбросил телефон в одно из кресел. И дальше он просто не знал, что делать. Он не сразу заметил, как его трясет. Взгляд упал на руки и их дрожь тогда, когда со спины прозвучали встревоженные голоса. Слишком много нервов и напряжения. Всё давит, всё заставляет думать и бояться. Это хотелось прекратить. Ничего лучше в голову не пришло, кроме как знакомого способа измотать себя. Нет, на корт точно не хотелось. Всё проще. Руки подцепили футболку и резким дерганным движением сорвали её с тела, отбрасывая в кресло к телефону. Для Ники и Эрика сразу был виден уровень напряжения. Мышцы на спине натянулись и это могло быть красивым, если бы не пугала причина. — Ангелочек… — голос Ники тут же умолк, стоило альбиносу резко развернуться к обоим. Холодная решительность на лице настораживала, но не пугала. Скорее напрягала. Риверсон в пару широких шагов дошёл до дивана, где сидели оба парня, слишком настойчиво впиваясь в губы Хэммика. Колено упёрлось между его ног, а одна рука ухватилась за спинку у головы, пока вторая слишком уверенно держала за челюсть Николаса. Это был властный и доминантный поцелуй, горячий и влажный. Эрик наблюдал, но не влезал. Ники явно было не дискомфортно, если судить по тому, как руки ухватились за голые жилистые плечи. Эл первым оторвался от сладких губ Хэммика, игриво прикусив нижнюю губу парня напоследок. — Я хочу потрахаться. С обоими, — дополнил он, сразу глянув на Клозе. Тот слегка нахмурился, но не потому, что не хотел. Эл впервые решается переспать с ним. — Всё не так плохо, правда. Я просто не хочу думать. Поэтому я хочу, чтобы из меня вытрахали всё это дерьмо из головы, — слишком трезво и прямо пояснил альбинос, что дало понимание его действиям. Клозе смягчился во взгляде. Это не срыв, это осознанное решение. — Мы с Эриком вдвоём тебя? — решился уточнить Хэммик, на что Эл одарил его прохладными глазами и какой-то дерзкой ухмылкой. — О нет, карамелька. Из нас двоих веду я. Если ты не забыл, я универсал, — смелое и прямое заявление даже отчасти возбудило Николаса. Некогда хрупкий на вид ангелочек будет трахать его, пока того самого будет вжимать Эрик своим напором. От одной картинки хотелось стонать. — Тогда предлагаю пойти в спальню, мальчики, — Эрик уже мысленно думал о том, как выстроить процесс так, чтобы было хорошо Ники и ничего не триггерило самого Эллери. — Стойте, — уже у двери Эл слегка замялся, но понимал, что стоит об этом попросить. Подобное могло бы всё испортить в процессе, а потому кто-то должен держать всё под контролем и таковым человеком мог стать лишь Клозе. — Эрик, Ник, я должен предупредить и попросить. Я не часто грубый или доминантный, но иногда теряю голову в положении доминанта. Эрик, останавливай меня и контролируй, если видишь, что что-то идёт не так. Я не хочу сделать Ники больно, — Риверсон совсем немного поломал пальцы на руках, прохрустев суставами, но в нужное русло вернул Эрик. Теплая мужская рука прошлась по щеке, привлекая внимание, а потом спустилась ниже к шее, проведя большим пальцем по полоске шрама. Всё нежно, мягко и тепло. Где-то со спины прижался Хэммик, оставляя влажный поцелуй на тыльной стороне шеи, практически на загривке. Пока губы присвоил себе Клозе. Он был настойчив, но мягок. И в процессе даже не давал Элу возможности перехватить лидерство. Он четко напоминал парню иерархию. Эл может доминировать над Ником, но Эрик всегда будет выше и руководить процессом, приказывать когда это нужно, заставлять слушаться и становиться нежнее, если в этом нужда. Здесь главный Клозе, только потом Эл с позволения Николаса. Это отрезвляло и успокаивало. Риверсон точно знал, кто будет вести, кто направит на нужный ритм и даст понять, когда стоит остановиться, чтоб Ники не было больно. — Я всегда помогу, — заверил Эрик, проходясь кончиками пальцев по голому торсу, вызывая мурашки и давая настрой на более спокойное начало, а не бурный спешный секс. — Со мной не обязательно сильно нежничать, ангелочек, — напомнил Хэммик где-то у уха, оставляя приятный укус на мочке и влажный след языка у ушной раковины. Ники же добавлял перчинки этой нежности. С ними Эл был уверен, что всё пройдёт хорошо, возможно слишком идеально.***
Машина плавно затормозила на парковке университета. Эллери сидел впереди, повернувшись к Эрику с широкой улыбкой. За последнее время он так счастливо себя не чувствовал. Николас развалился на заднем сиденье, лениво глядя в окно. Волосы растрёпаны, взгляд сонный, футболка смята. Эллери невольно усмехнулся. После их секса Ник всегда выглядел выжатым и уставшим, а самого Эла переполняла энергия. Эрик заглушил двигатель и бросил короткий взгляд сначала на Эллери, потом в зеркало заднего вида на Ника. — Живой вообще? — Ага… — пробормотал Николас, не подняв головы. Эл тихо рассмеялся и первым выбрался из машины. Вечерний воздух оказался прохладнее, чем он ожидал. Музыку было слышно с парковки. Территория возле корпуса светилась гирляндами и фонарями. Людей оказалось столько, что Эллери на секунду замер, разглядывая толпу. Они втроём направились ко входу. Кто-то громко смеялся, кто-то таскал коробки с напитками, на ступеньках сидела компания студентов с колонкой. Внутри корпус гудел от голосов. У дальней стены висел огромный экран для кино. Эл вспомнил, как Кейтлин рассказывала про летние вечера в университете, когда тут устраивали просмотры фильмов почти до утра. Атмосфера цепляла сразу. Всё вокруг жило, шумело, двигалось. Эллери не успел пройти и пары метров, как к нему подлетел какой-то парень в университетской толстовке. В руки тут же сунули пластиковый стаканчик. — Чувак, это было ахуенно. Поздравляю с победой! Эл растерянно моргнул, а потом рассмеялся, принимая стакан. Рядом кто-то хлопнул его по плечу, ещё один человек крикнул поздравление через толпу. Николас тихо фыркнул за его спиной, а Эрик только качнул головой с лёгкой усмешкой. Хэммик держался ближе к Клозе, просто потому что не было сил активничать. Он и не думал, что его ангелочек в роли актива может быть таким знойным. А ведь это ещё с учётом того, что Эрик тоже принимал прямое участие и буквально был в нём, двигался в ритм и это всё равно не вымотало альбиноса. Он будто от секса только больше зарядился энергией и сейчас с удовольствием общался с незнакомыми людьми. Определенная его фанбаза больше наплывала для фоток и чтоб отметить в инсте друг друга. — Ник, если так устал, то мы можем… — Эрик хотел предложить уйти в машину и оставить тусовку. Ники мог например выбрать поспать там или можно было доехать до общаги и оставить эту тусовку, а потом просто забрать Эла, но договорить не дали. Подошли сокомандники Лисы и внимание сместилось на них. Эрик не был близко знаком ни с кем, но знал имена и внешность. Этого было достаточно, чтобы пожать руку Сету и кивнуть с улыбкой Элисон. — Ники, что с тобой? Ты какой-то убитый. Даже вчера после матча таким не был, — с подозрением Рейнольдс прищурилась, но скрывать правду Николас и не собирался. — Меня измотал ангелочек. Я никогда не думал, что он может быть таким... Этих слов оказалось достаточно, чтобы лицо Эли резко изменилось на интерес, удивление и азарт сплетен. Эрик рядом не смущался. Просто кивал на слова парня, прекрасно его понимая. Гордон слегка скривился, но скрыл это за глотком пива из пластикового стакана. Его подробности не интересовали ни капли, но не его девушку точно. — Я хочу подробности! Твой вид красноречив, но лучше расскажи! — Рассказать что? — Риверсон объявился слишком внезапно из-за спины Эли, мягко приобнимая девушку за талию и целуя в щеку в знак приветствия, делая глоток сока с алкоголем. По вкусу он так и не понял, что ему намешали. Но было приятно пить. — Она хочет подробности того, как ты выжал из Ники все силы, — заулыбался Клозе, прямо продолжая эту тему с желанием кого-то из двоих своих мальчиков смутить. — Например, когда в моменте над Ники и подо мной ты набирал амплитуду и мне приходилось тебя придушивать со спины со словами «нежнее» или иной раз тянуть за волосы назад с приказом «медленнее». От этих слов Сет закашлялся куда-то в свой стаканчик, в конце концов пробурчав беззлобно «педики», и поспешил удалиться в сторону знакомой темной макушки Бойда. Эрик на такое не обиделся. Ники только неловко замялся под горящими глазами Элисон, а Эллери был просто собой доволен и даже горд. Слишком хорошо Клозе пересказал весь процесс без подробностей, но с сутью. — Что с лицом? — Мэтт улыбался кивая в такт музыки. Гордон пожал плечами, делая глоток алкоголя. Не то, что бы произошедшее его раздражало. Он давно перестал воспринимать это как-то в остром негативном ключе. — Там обсуждают гейский секс, — только и сказал он. Мэтт рассмеялся, поглядывая в сторону компании. Он заметил улыбки и как ребята смеются. И не смог удержаться, закинул руку на плечи друга и чуть встряхнул. — Главное им весело. Сет ухмыльнулся. Он посмотрел на свою девушку, что так ярко улыбалась. Последние события были тяжелым потрясением для них. — Я рад, что Эли снова улыбается, — он вспоминал какая она была после того как Нил не вернулся. Это стало ударом для всей команды, Сет так же не мог с этим смириться, но Элисон буквально утонула в горе. Она была потерянной. С выбитой почвой из-под ног. Мэтт понимающе кивнул, пару раз хлопнув друга по плечу. — Стоит и нам повеселиться. — А где твоя пантера? — с неким любопытством Сет пробежался по многочисленным прибывающим людям, но больше в глаза бросалась толпа из капитанов команд других видов спорта. — Моя пантера где-то там, — Бойд указал стаканчиком ровно в ту же толпу, куда смотрел Гордон. — Её и Кевина окружили почти сразу, как они пришли. Там их не отпускают, расспрашивая о матче, о тренировках, как же аутсайдеры смогли подняться так высоко и всё такое. Я пытался её забрать, но не вышло. Там эти парни звери какие-то. — В итоге ты скучаешь тут один? — Теперь то с тобой, Сет. Или ты меня тоже бросишь? Присоединишься к разговору о гейском сексе? — Боже, нет. За кого ты меня принимаешь? Променять друга на такое — кощунство. — Приятно слышать. Пошли что ли нальём себе ещё выпить. Там недавно пунш намешали с мармеладом и кусочками фруктов. У стола с напитками было не удивительно встретить своих. Рене набирала как раз черпаком пунш, пока рядом стояли Аарон с Кейтлин, ожидая свои стаканчики от Уокер. Маккензи с восторгом поспешила поздравить старших с победой, как и любой проходящий мимо студент. — Приветик, — мягко помахала Рене рукой, отпивая свой сок, пока Миньярд с девушкой пили налитый голубой пунш. — Ага, — просто отозвался Мэтт, подключаясь к диалогу. — И вам привет. Давно здесь? — Нет, недавно подошли, — вклинилась Кейтлин, пробегая глазами по гостям. — Вы не видели Ната? — Не-а. Разве Аарон не должен знать, где его брат со своим парнем ходит? — Сет поспешил набрать себе ещё напитка, когда свой уже допил. — Мы разминулись. Эндрю не сопротивлялся, когда я сказал, что ухожу первым. Он просто кивнул, оставаясь с рыжим в комнате один на один. Даже думать не хочу о том, что они могут делать наедине, — нормальный близнец прям скривился от картинок в голове. — Знакомо, — усмехнулся Гордон, покосившись на альбиноса с Элисон, которые уже не стояли с остальными, а мелькали между другими группами. Где-то у Лисичек, потом среди каких-то фанатов самого Эла, и даже где-то около Дэн и Кевина среди капитанов команд. Тупо не стояли на месте. — Может мне опять попробовать забрать свою пантеру? — нахмурился Бойд, видя как его шоколадка изрядна устала и натянутая улыбка об этом кричала. — Мысль. Кевин там тоже устал. Они будто на растерзании, — хмыкнул Сет. Аарон всё же молчал, но и сам пристально следил за Дэем. — Я тогда пойду дальше. Хочу заскочить к Лисичкам. Рене, ты со мной? — Кейт любезно предложила ей свою руку и Уокер решила не отказывать, берясь за чужую ладонь, чтоб не потеряться. — Тогда я за Дэн, — решился Мэттью, смело делая шаги в сторону большой толпы, где мелькала макушка Эла и Эли. — Я за Эли, — спохватился Сет, поспешив рядом. Аарон фыркнул, но двинулся следом, получая удивлённые лица. — Что? Принцессу тоже надо спасать, — отмахнулся нормальный Миньярд, целенаправленно идя к Дэю. Глаза разбегались, Дэн сделала шаг ближе к Кевину. Их все больше стесняли в небольшом пространстве. Слова так и летели со всех сторон. Кевин раздражался, он положил руку на плечо девушки. В этом движением была и поддержка и некая попытка защитить. Он прижал капитаншу чуть ближе и выставил вторую руку вперёд. — Вы нас уже в тиски зажали! Можно больше пространства? — Хоть на губах и была улыбка, но Дэн понимала, что он точно так же на грани. И все же наконец их услышали и дали немного больше места. Даниэль устало вздохнула и натянула улыбку сильнее. В объятиях Кевина было удивительно спокойно. Раньше она бы и не подумала, что может оказаться в такой ситуации. Прямо сейчас Кевин перехватил диалог и внимание на себя. Он буквально охранял Дэн от всех подступающих. И от этого на душе становилось легче и теплее. — Дорогая, — Дэн метнула взгляд в сторону и увидела Мэтта. Тот протиснулся сквозь толпу и посмотрел на руку Кевина. Тот так же придерживал девушку рядом. Почти не обращая внимание на подошедшего Бойда. — Мэтти, не представляешь как рада тебя видеть, — Дэн улыбнулась и похлопал Кевина легонько по руке. Только тогда тот среагировал и посмотрел на нее. Потом перевел глаза на Мэтта и кивнул. Сразу передавая ее в чужие руки. Он думал, что сможет выбраться чуть позже. Было бы не плохо хотя бы одному из них уйти. Но следом рядом показался и Миньярд. Он злобно зыркнул на пару парней и те чуть отошли. Внешность близнецов играла на руку. Некоторые до сих пор не могли понять кто из них кто. Несмотря на яркие отличительные детали. Хотя бы если взять повязки Эндрю. — Пошли, выпьем, — Аарон вручил ему собственный стаканчик. Через пару минут они стояли где-то у стены. Кевин мучительно вздыхал, прижимаясь к ней. — Спасибо. Миньярд пожал плечами, покосившись на парня. Он смотрел долго, пристально. Замечал всё: как в теле шатена ощущалась слабость и усталость, немного ленность и внутреннее сопротивление тут находиться, как по лицу читалась подавленность, которая не проходила уже сутки с победы на матче и причины были не понятны. Кевин четко ощущал, как на него пялятся, но молчал об этом. Просто в какой-то момент покосился в ответ на Аарона, делая глоток принесенного чужого пунша. Сладковатый привкус сиропов и водки с джином остался на языке. Они смотрели друг на друга открыто, не разговаривая. — Ты точно гетеро? — наконец нарушил эту тишину Дэй, на что Аарон цокнул и сразу отвернулся от парня. — Умеешь портить дружеские моменты, — фыркнул Миньярд, отвернувшись на знакомый столик с алкоголем, замечая там внезапно Эндрю и Натаниэля. Оставлять Кевина он не собирался, но мысленно хотел сходить взять им чего-то покрепче приторного пунша. Если уж Кев хотел выпить, то надо было повышать градус. А по самому Дэю Аарон и решил, что выпить ему надо. Он не против его потом откачать, но сейчас это кажется было ему необходимо. — Я сейчас вернусь, — кратко пояснил блондин, срываясь с места. Около напитков он тормознул сразу за спиной Эндрю и через плечо близнеца ухватился за ближайшую полную бутылку джина, решительно забирая себе. Такая наглость удивила Эндрю, но тот не подал виду внешне. Нат это прочёл в глазах и усмехнулся. — Рыжий, тебя искала Кейт. Если найдешь белобрысого, идите к ней. Она там что-то придумала, вы ей нужны, — только кратко пояснил Аарон и намеревался смыться с бутылкой, но близнец не дал. — Куда собрался так резво? — К принцессе, — ответ видимо всё прояснил. Эндрю нашел Кевина глазами и секунды смотрел, наконец кивая. Больше интереса не проявил, да и не собирался видимо. Это позволило Аарону вернуться к Дэю обратно с добычей, которую сразу стали раскрывать. — Если уж пить, то серьезные вещи, — пояснил Аарон на удивление от шатена, который допил пунш парой глотков. Музыка только набирала обороты. Люди вокруг веселились, один только Кевин все больше утопал в своих мыслях. В какой-то момент они оба сели на пол. Стена выступала как опора. Аарон находился к нему близко, практически соприкасаясь руками. Бутылка была единственным атрибутом разделяющим их. Дэй поднял и сделал пару глотков, морщась. Взгляд блуждал по толпе. Желание находиться тут все больше пропадало. — Рассказывай, — зелёные глаза метнулись к Миньярду. Он смотрел внимательно, и Кевин не понимал, что тот вообще делает возле него. Не должен ли он быть со своей девушкой? — Почему ты не с Кейтлин? – Брови на чужом лице нахмурились. Но Аарон пожал плечами и принялся пить. — Она хочет повеселиться, не все же время с ней быть, — он взглянул в толпу, но Маккензи там не нашел. — Да, и честно, мне не комфортно с её знакомыми. Кейт, она очень общительная. Вокруг постоянный поток людей. Меня все это утомляет. Мы договорились, что не будем терпеть чужие прихоти. Точнее, она мне сказала не терпеть. — То есть моя компания тебе приятней? — Типо того. Дэй усмехнулся, улыбка была слегка вымученной. Было приятно такое услышать. Хотя и глупая влюбленность в друга натурала не прошла. Кевин приподнялся, но только для того, чтобы сползти по стене ниже. — Всегда ты такой, — беззлобно сказал Дэй. — И что это должно значить? — Ничего, — Кевин не хотел портить и так шаткий момент. — Ничего не должно. Они так и остались сидеть там. Иногда разговаривая, но в основном в молчании. Музыка все равно перебивала голоса. Зато алкоголь прекрасно скрашивал время. Натаниэль действительно пошел искать Кейт, как сказал Аарон. Хотя долго это делать не пришлось. Она нашла его сама. Эндрю не видел смысла никуда уходить далеко. Ему было тут изначально не интересно и желания ехать тоже не было. Пришлось только из-за ведьмы и вот теперь на его глазах Кейтлин висит на плечах рыжего, что тот позволяет с улыбкой. Маккензи могла бы испугаться Эндрю, но её сильно успокаивало наличие Эллери около Миньярда. Риверсон был рядом и значит легко сгладит все углы, что и происходило. Эндрю первое время был напряжён от Кейт, но на удивление слишком скоро смирился с её тактильностью. Натаниэль и сам был не против, потому что не говорил ей прямого «нет», а всегда мог. Эндрю знал. — Нат, я поздравляю вас! Вы потрясающе отыграли и раскатали Воронов! Я, даже будучи на том матче, успела его пересмотреть ещё пару раз после за какие-то сутки! — Кейтлин была готова пищать от восторга, а потом действительно начала это делать, когда на экране проектором вывели повтор игры Лисов и Воронов. Разговоры на короткий миг затихли и все перевели внимание на картинку видео, хотя музыку так и не выключили, а только чуть убавили. Сама игра была без звука. А потом резко крик снова наполнил помещение и каждый поднял стаканчик в воздух под тост кого-то из регбистов. — За наших Лисов! — За победу! — За Пальметто! — За Даниэль и Кевина! — За Джостена! Крики предлагаемых тостов всё не стихали, каждый предлагал ещё один и все пили глоток за глотком под каждый выкрик. Это подобие вакханалии прекратили разве что следящие за порядком взрослые. Тут был сам Ваймак, Эбби, Бетси, пара ректоров и сам директор Стеббинс, который намеревался прямо сейчас сказать в микрофон пылкую речь и чтобы Дэн, как капитан, взяла выигранный кубок с пьедестала и отнесла в стеклянный шкафчик под ключ, где хранились достижения Пальметто здесь, в главном холле. Понемногу всё к этому и начинало идти, но Натаниэлю это не казалось интересным. Он стоял в толпе, как и все студенты, слушая эту монотонную речь, пока рядом его слегка не толкнул локтем Эндрю в предплечье. Нат сразу перевел внимание. Кейтлин с другой стороны с Элом только вздыхали от скуки и иногда перешептывались, переходя на хихиканье от шуточек. Веснински Эндрю стал во много раз интереснее, особенно потому, что лёгким кивком головы намекнул идти за ним. Натаниэль с любопытством прищурился и не стал отставать, на ходу допивая стаканчик и бросая в ближайшую урну. Он может потом взять себе новый. Они ушли не сразу, пришлось пробиться через шум, смех и очередной тост, пока двери холла не отрезали звук праздника за спиной. Коридор встретил прохладой и почти пустотой. Лишь где-то вдалеке гудели голоса и музыка, но здесь было тихо. Эндрю остановился первым, будто проверяя, нет ли за ними хвоста, и только потом кивнул в сторону служебного выхода. Натаниэль понял без слов. Снаружи было темнее. Поздний вечер перетёк в ночь, и свет фонарей ложился на асфальт резкими пятнами. Воздух оказался свежим, холодным после душного зала. Эндрю достал сигареты, но не сразу закурил. Просто крутил пачку в пальцах, смотря куда-то в сторону. Натаниэль вытащил свои. — Ты чего такой кислый? Он щёлкнул зажигалкой, прикрывая пламя ладонью, и затянулся спокойно, без спешки. Потом, не меняя выражения лица, выдохнул дым прямо в сторону Эндрю. Тот не моргнул, только слегка прищурился. — Кислый? Подцепил словечко у Маккензи? – Натаниэль закатил на это глаза. — Выглядишь как будто тебя заставили сюда приехать. – Эндрю наконец закурил, делая короткую затяжку. — Меня и заставили. Натаниэль усмехнулся краем губ, опираясь плечом о стену рядом с ним. — Ты мог сказать нет, — напомнил Натаниэль. Пауза повисла ненадолго. Где-то вдалеке хлопнула дверь, но сюда звук дошёл тихо. Эндрю выдохнул дым в сторону, не глядя на Натаниэля. — Ты сегодня слишком довольный. — Мне нравится находиться рядом с тобой. И чувство свободы окрыляет. Натаниэль снова затянулся, лениво наблюдая за тем, как дым растворяется в воздухе. Потом чуть наклонил голову, оценивающе глядя на Эндрю. — Тебе не нравится видеть меня таким? – Эндрю медленно перевёл на него взгляд. — Лучше, чем когда ты пытаешься себя убить. Натаниэль криво усмехнулся. Пауза стала чуть длиннее. Натаниэль просто стоял рядом, спокойно докуривая, будто у них было всё время мира. Эндрю наконец отвёл взгляд в сторону улицы. — Слишком много шума. — Хочешь уйти туда где тише? – С хмыком озвучил Веснински. Эндрю ничего не ответил сразу. Только сделал ещё одну затяжку, глубже, чем до этого. — Может и так. – И на этот раз дым уже не выглядел таким спокойным. — Неужели хочешь уединиться? — ухмылка на лице рыжего расплылась сама собой. Заговорщицкая, озорная и немного азартная с лёгким оттенком пошлости. В этом всём ощущалась шутка, как когда-то на корте, что привело к душу. И Веснински было интересно проверить свою теорию. Миньярд только покосился на парня и сделал ещё затяжку, но внимательный глаз сразу приметил бы, каким судорожным оказался выдох дыма. Как бы Эндрю не выглядел спокойным, Нат легко читал это напряжение в чужом теле. — А если и так? — встречно вопросом на вопрос начал крыть блондин, с любопытством смотря в упор на самого рыжего. Они больше не были чужими. Давно не были. Они встречаются и они же сами это определили, так чего таить естественное? Веснински не скрывал того, как всё больше его охватывает интерес и желание. Сначала он затянулся, прикусив нижнюю губу и выдохнув через нос, а потом просто бросил недокуренную сигарету, растоптав подошвой, мечтательно закрыв глаза в размышлениях. Он точно помнил, что ему тогда говорил Эндрю в душе. — Минет? — предположение слетело с языка раньше, чем мысли вернулись в реальность. Эндрю это позабавило. Крайне сильно вплоть до лёгкой усмешки и затяга. — А кто-то уже мечтательно закатывает глаза, — подметил монстр, отчасти прильщаясь этим фактом. — А не должен? — Натаниэль не скрывал свою пошлую натуру. Он и не должен был. Прекрасно понимал, что с Миньярдом он может не притворяться. — Где? — один короткий вопрос дал ответ почти на всё. Эндрю согласился, он сам это хотел и единственное, что волновало, где они укроются от посторонних, что мог выбрать сам рыжий. — А если я хочу прям здесь? — голубые глаза брали на слабо. Оба понимали, что здесь могут в теории пройти люди, но обоих это не волновало абсолютно. Эндрю не колебался. Он бросил окурок в ближайшую клумбу и оторвался от стены рывком. Шаг и рука легла по левую сторону от головы рыжего на твердую кирпичную кладку. Миньярд приблизился вплотную, но всё ещё не касался самого парня. У него был выбор и тот его сделал сразу, без отступлений. — Да. Вопроса до этого слова ещё не задали, но ответ был озвучен для обоих. Губы Эндрю сами растянулись в неприкрытой ухмылке. Слишком яркой, прямой, кричащей о его чувствах. Натаниэлю нравилось. Рука легла на щеку блондина легко и невесомо, тот поддался вперёд. Губы обожгло жаром у обоих. Карие глаза закрылись автоматически, отдаваясь ощущениям. Голубые последовали примеру, особенно когда свободная рука блондина слишком дерзко прошлась по боку и ухватилась за талию — не крепко, не с силой, но уверенно и по-собственнически. Движения губ очень скоро переросли в нечто большее, куда подключились языки. Это напоминало противостояние и изучение, но не границ дозволенного, а уровня испорченности. Теперь Нат скользнул рукой с щеки на чужой затылок, не желая отпускать. Вторая вцепилась в одежду за плечо, специально подтягивая к себе. Эндрю не сопротивлялся. Его тело упёрлось в рыжего в притык. Рука со стены легла на второй бок, пока тела тесно упирались пахами и торсами друг в друга. В теле Эндрю первым ощутилось напряжение, стоило Нату слегка двинуть тазом навстречу и чуть потереться. — Тебе дискомфортно? — вырвался следом вопрос на напряжение. Тот сфокусировал взгляд. — Иначе я давно бы отстранился. Ты это знаешь, — прошептали в ответ с горячим вздохом в лицо. — Ты всегда можешь сказать… — Я знаю, ведьма. Говорить «нет» это моя фишка. Я тебя этому учу, а не ты меня. Заткнись или я это сделаю за тебя, — прошипел блондин, получая очередное прямое заигрывание. — Заткни меня, Дрю. Эндрю отстранился от очередного поцелуя и выдохнул горячий воздух прямо в губы напротив. Натаниэль облизнул свои и потянулся снова, но Эндрю отклонился и перехватил его запястье. Опускаться на колени прямо здесь он не собирался. Встречаться с другими людьми или Лисами в планы не входило. Кто знает, когда очередной группе пьяных захочется выйти покурить. Миньярд целенаправленно направился к машине. Когда они приехали, свободных мест было мало, пришлось парковаться в дальнем закутке, куда тяжело было въехать и потом выехать. Туда почти никто не ставил машины, боясь поцарапать свою или во что-нибудь въехать. Эндрю такой участи не опасался. Он был уверен в своих навыках, да и машина не уже не новая, повидала вандалов. Знакомый силуэт машины показался через пару минут быстрой ходьбы. Эндрю разблокировал двери нажатием кнопки и только подойдя вплотную отпустил Веснински. Он не смотрел на рыжего, но примерно представлял выражение его лица. Переднее пассажирское сиденье встретило их автоматическим светом. Эндрю сразу отключил его. Запустив руку под сиденье, он откатил его максимально назад, освобождая пространство, и выбрался наружу. В тусклом свете, который едва сюда доходил, голубые глаза Натаниэля казались темнее. Парень стоял совсем близко. В них плескались отражения огней, а нижнюю губу он прикусил, хотя ухмылка никуда не делась. — Какой нетерпеливый, — произнес Натаниэль. — Заткнись и падай. Натаниэль рассмеялся, но спорить не стал. Он забрался в машину. Салон был привычным, но ощущение нарастающего жара не покидало. Эндрю залез следом, сначала нависая над ним, почти усаживаясь на колени. Резкое движение, и Натаниэль почувствовал, как падает назад. Дыхание сперло. Он инстинктивно ухватился за бедра Миньярда, но тут же отпустил. — Прости. Эндрю проигнорировал извинение и впился в губы. Перехватил запястья и завел их за голову. Удерживать не стал, но Веснински понял намек и крепко ухватился за изголовье сиденья. Поцелуи становились все более рваными, особенно когда Эндрю методично спускался руками ниже. Как только пуговица и ширинка были расстегнуты, Натаниэль выдохнул сквозь зубы. Пальцы Эндрю скользнули под белье, не прерывая поцелуя. Натаниэль медленно плавился под этими уверенными движениями, полностью отдаваясь моменту. Эндрю оторвался от его губ, спустился ниже по шее, затем по ключице, оставляя короткие влажные следы. Он сместился вниз, устраиваясь между раздвинутых ног. Руки крепко легли на бедра, сжимая их. Натаниэль выгнулся, когда горячее дыхание коснулось кожи под пупком. Эндрю не стал тянуть. Одним резким движением он приподнял правую ногу Веснински и закинул ее себе на плечо, открывая лучший доступ. Пальцы Натаниэля сильнее вцепились в изголовье, а дыхание превратилось в прерывистые низкие стоны. Влажные припухшие губы ощущались слишком долгожданно. Мышцы ног дернулись непроизвольно, вздрагивая от простого касания. Это слишком манило самого Эндрю. Ощущать такое доминирование и при этом знать, что рыжему всё нравится. Язык прошёлся влажно и горячо, слишком остро, вырывая из Ната протяжное мычание и приятное напряжение в теле. Он впился пальцами крепче и вытянулся больше, напоминая натянутую струну. И Эндрю бы соврал, если бы сказал, что не хочет на такой сыграть. Взять в рот головку было не трудно и спешить совсем не хотелось, особенно потому, что реакция приводила в восторг. Нат не сдерживал голос, просто не видел смысла, да и не хотел сам. Вздохи были явными и громкими. А потом язык прошёлся по стволу до основания, позволяя брать медленно всё глубже. Эндрю привыкал к своим же действиям. Хотя чужие стоны мотивировали. Потом последовал глоток, рефлекторный, но выбивающий почву из-под ног рыжего. Очередная дрожь прошлась по всему телу, отдаваясь в ногах. Эндрю прекрасно понимал, что сейчас самое время. Губы плотно сомкнулись у основания и щеки втянулись, создавая вакуум при глубоком вдохе. — Блять…! Дрю… — Натаниэль уже не скрывал всех эмоций, когда имя резко перешло на просящий шёпот. Миньярд прикрыл глаза, переходя к прямым действиям. Движение головой началось плавно. Вверх-вниз с лёгким вакуумом, плавным движением языка, спокойным мерным дыханием под ритм и рефлекторными сглатываниями, от чего стенки гортани попеременно сжимали. Слишком хорошо, слишком нежно и без давления, дразняще и щекочуще. Натаниэль никогда бы не подумал, что именно от этого начнет всё больше подходить к точке оргазма. С Дэем раньше это было пылко, жарко, быстро и жёстко. Здесь ничего общего. Эндрю не торопился, ускорялся постепенно и следил за реакцией, за каждой дрожью в теле, за каждым стоном и словом Ната. Стоило блондину ускориться ещё и набрать темп, Веснински реагировал закономерно ярче. Точнее было сказать, его тело. Бедра начали судорожно двигаться в такт без должной твердой опоры. Поясница прогибалась, а ниже живота натягивался узел, готовый ослабнуть и всё выплеснуть, снять это чёртово нарастающее напряжение. Низкие стоны срывались в середине слов, резко подпрыгивали на октаву выше, переходя в срывающиеся высокие ноты. Вздохи нужны были для звуков, нежели воздуха. Которого Натаниэлю всё меньше хватало. Слишком частое дыхание от перевозбуждения грозилось резко прекратиться протяжным стоном и разрядкой. Нат не стремился терпеть. Это было не нужно. Он просто отдавался процессу. И стоило Эндрю усилить напор вакуума, как это стало последней каплей. Молчать об этом Натаниэль не стал. — Дрю… Я не могу… — сквозь тяжёлое и частое дыхание слова потерялись в темном салоне, но Миньярд не прекращал. Веснински не напоминал. Если он продолжает, значит знает, что делает. А потом пара четких быстрых движений головой всё закончило. Рыжий вытянулся, напрягся и замер, дрожа всем телом. Поясница прогнулась, а поток жидкости потек в чужую глотку слишком естественно. Эндрю не отстранялся до самого конца, пока точно всё не прекратилось. И пока Веснински ловил звёзды, постепенно обмякая, позволяя мышцам расслабляться и рукам отпустить изголовье, Эндрю слишком собрано дотянулся до бардачка, доставая влажные салфетки, чтоб привести себя в порядок, как и самого рыжего. — Ты не отстранился, — Нат это прошептал, сам не понимая зачем. Просто сказал факт. — Да, не хотел пачкать салон твоей спермой, — и Нат рассмеялся. Тихо, негромко, потому что так и не смог понять, правда эта или просто Эндрю отшутился и прикрыл этим свою испорченность. Когда Эндрю собирался выйти из машины Натаниэль перехватил его и притянул ближе. — Что мне сделать для тебя в ответ? Вопрос прозвучал прямо. Натаниэль хотел принести удовольствие и ему. Слишком уж часто все заканчивается именно так. Эндрю смотрел спокойным взглядом. Он устроился на бедрах Веснински и смотрел тому в глаза. — Как-нибудь в другой раз, — Натаниэль нахмурился и притянул Эндрю за футболку ближе. — Я серьёзно. — Аналогично. Из машины они выбрались после тихой перепалки взглядов. Эндрю облокотился на дверь и достал сигарету. Натаниэль приводил себя в порядок окончательно. Он был не доволен, хотя в теле так же оставалась приятная слабость после оргазма. — Ты не хочешь, чтобы я к тебе прикасался? – В голосе прозвучала лёгкая нотка обиды. Но Натаниэль просто не совсем понимал, что же не так. — Не совсем. — Это не ответ. – Веснински внимательно всматривался в профиль блондина. Тот молчал и делал лёгкие затяжки. — Эндрю, — Натаниэль подошёл и встал напротив. — Я правда не понимаю. Почему ты не даёшь мне сделать тебе приятно в ответ. — Мне не нужно в ответ. – Натаниэль нахмурился, в голове покрутились шестерёнки. И через мгновение он устало вздохнул. — Я предлагаю не потому, что отдаю долг или типо того. Мне хочется сделать приятно. Я хочу с тобой этого. Ты меня не принуждаешь так. Эндрю затянулся и выдохнул дым в сторону. Натаниэль смотрел с прямым намерением. Ему хотелось, чтобы все не заканчивалось вот так. — И что ты предлагаешь? — Давай переспим, — ответ прозвучал незамедлительно. Эндрю на секунду завис, так и не донеся сигарету до губ. Ответа как-то не нашлось. Наконец дотянув сигарету до губ, сделал затяжку, но дым выдохнул не в сторону, а в лицо Натаниэлю. Тот не моргнул. — Ты серьёзно, — констатировал Эндрю. Голос был ровный, почти скучающий, но в глазах что-то дрогнуло. Что-то острое и настороженное. — Да. Я хочу секса с тобой. — В таких вопросах Натаниэль никогда не был робким. Если ему и хотелось, то говорил прямо. Эндрю смотрел на него долго. Сигарета медленно тлела между пальцами. В воздухе повисла тишина, прерываемая далёким шумом машин и шорохом ветра в кронах. — Я бы оставил этот разговор на момент, когда ты перестанешь думать нижней головкой и включишь мозг повыше. Натаниэль шагнул ближе, вплотную. Положил ладонь на грудь Эндрю, чувствуя, как быстро бьётся сердце под рёбрами, несмотря на внешнее спокойствие. — Почему ты так этого избегаешь? Эндрю молчал. Потом медленно, нехотя, накрыл ладонь Натаниэля своей. Не сжал, просто накрыл. Сигарета упала на асфальт, и он придавил её носком ботинка. — Хочешь прям в машине? — А минет в машине совершенно нормально? — Ты знаешь, что это немного разное. — Снимем отель, оплачу я. Эндрю дёрнул уголком рта. Почти улыбка. Он отстранился, обошёл машину и открыл водительскую дверь. Уже садясь, бросил через плечо. — Хочешь купить меня, Веснински? Натаниэль стоял ещё пару секунд, чувствуя, как внутри разливается странная смесь тепла и раздражения. Потом сел на пассажирское сиденье и захлопнул дверь. — Ты всегда всё усложняешь, — пробормотал он. — А ты всегда слишком быстро бежишь, — ответил Эндрю, заводя мотор. — Пристегнись. Машина тронулась. Натаниэль смотрел в окно, но краем глаза видел, как пальцы Эндрю чуть крепче сжимают руль. И как тот один раз, очень коротко, взглянул на него. Авто плавно двинулось через ряды транспортов, оставляя громкий шум и суету позади. Толпы людей и не думали расходиться. Кто-то группами выходил на улицу курить, кто-то просто сидел и выпивал на улице на свежем воздухе, продолжая что-то обсуждать. Церемония закончилась, пришло время танцев. Музыка стала громче, от этого одни предпочитали выйти, где потише, другие стекались к звукам с желанием потратить энергию. Лисы не отставали. Ники наконец ожил и на уровне Эла крутился на танцполе. Этих двоих можно было назвать знойной парой. Особенно от характера их танцев, где они не стеснялись тереться друг о друга. Девочки пищали, просили больше и Риверсон подыгрывал, крутясь вокруг Хэммика как стриптизер, разве что одет прилично и не раздевается. Старшие были со своими девушками в толпе, просто отдаваясь моменту. Рене предпочла быть в сторонке, но не стояла, пританцовывая чуть сдержаннее. Кейтлин в какой-то момент устроила батл с альбиносом и тот не отказался от брошенного вызова. Музыка сменялась на специально энергичную и одни покидали танцпол, желая отдохнуть, другие смотрели на батл, образуя зрительский круг. Только Кевин и Аарон предпочли не покидать нагретое место у стены. Музыка иной раз долбила по ушам и мозгам, но уходить не хотелось. Откровенно было лень. Дэй и Миньярд оба успели прикончить бутылку джина, так что Аарону пришлось идти на поиски ещё какой-нибудь. Теперь между ними стояла водка и сок, потому что в отличие от Кевина, Аарон хотел не умереть на утро, а следить за процессом и самим шатеном относительно трезво. — Ребят, ребят! — в какой-то момент вся вакханалия резко начала утихать. Парень за аппаратурой стал сбавлять музыку, смотря на девушку, которая резко взяла микрофон и начала обращать внимание на себя. — Это срочно! Новости! — она не сдерживала восторга и какого-то волнения. Люди нехотя достали телефоны и зашли в новостные спортивные ленты. Жёлтые статьи давно гуляли по сети о случившемся убийстве на матче, но никто не придавал этому значения, пока в списке всех статей не появился официальный канал, где вышло обращение Ичиро Мориямы, владельца Воронов. — Фрэнк, мы можем вывести видео на экран и включить звук? — девушка прям ожидала. Она хотела знать, о чем будет речь. Да все хотели. Парень за аппаратурой начал активно переключать клавиши и кнопки. Проектор сначала погас, потом снова включился, но теперь с видео на паузе. Звук музыки исчез окончательно. Сначала включили видео, потом ползунком плавно прибавили ему громкость, где у пюпитра стоял статный японец в окружении микрофонов официального новостного издательства. Всюду шли вспышки камер, а голоса интервьюеров не утихали, задавая вопрос за вопросом. Кевин вздрогнул, когда услышал знакомое имя. Там обсуждали Рико и он медленно поднялся. Ноги понесли прямо в толпу, протискиваясь сквозь нее. Дэй смотрел на экран и видел перед собой Ичиро. Мужчина говорил спокойно, отвечал на вопросы с беспристрастным лицом. — Это правда? Капитан Воронов, Рико Морияма, он действительно совершил убийство?! Толпа в холле переговаривалась. Кевин почувствовал, как сердце отбило неровный ритм. — Тренер Симада находится под следствием? Вопросы летели один за другим. Кевин же ощущал себя с каждой секундой все хуже. Желудок начало сводить, тошнота подкатила к горлу. В помещении резко стало настолько удушающе, что было тяжело сделать вдох. — Воронов распускают? Вопрос стал последней каплей. Кевин развернулся, как оказалось рядом с ним был Аарон. Дэй его оттолкнул в порыве и практически побежал. Он схватился за футболку. В грудной клетке болезненно кольнуло. Толпа перед глазами расплывалось, а в голове все крутились вопросы и лицо Ичиро. Он был как статуя. Когда Кевин выбежал на улицу, то толпа не уменьшилась. Кто-то его окликнул но он резко вернулся в здание. Коридоры были полу-пустыми, он искал место, где мог бы побыть один. Пальцы задрожали и он не понимал происходящего. В голове бился только один вопрос: какого черта произошло с Рико? Подоконник широкого окна в пустом коридоре кабинетных дверей стал опорой. Дэй вцепился в него, как в спасательный круг, перенеся весь вес на руки, упираясь локтями в поверхность. В голове гудели вопросы журналистов из видео, но ответы на них он так и не решился узнать. Он не мог помыслить о том, что Рико был способен на то, что случилось. Кевин был прекрасно в курсе о смерти Хоуп. Эл не выдумал бы такое. Но верить в то, что Рико мог это сделать, мозг отказывался. Это не мог быть он. Это не Рико. Не его Рико, которого он обнимал перед сном в их детстве, не его Рико, который улыбался, когда рассказывал о чем мечтает, не тот, который тайком бегал к Габи в кабинет, потому что им давали пирожные или сладости. Он отказывался в это верить. Не хотел. Сердце в груди заходилось в бешеном ритме, рука ухватилась за футболку слишком сильно, до дрожи. Дыхание ускорилось так, будто он вернулся во вчерашний день на решающий матч. Стало больно. Физически больно. Он не контролировал эмоции, которые захлестывали. С глаз сами текли слезы капля за каплей. Поднимать голову просто не хотелось. Они градом стекали по переносице и капали с кончика на подоконник, пока тело сотрясала крупная дрожь и через стиснутые зубы прорывались звуки тихого скулежа. — Кевин, — осторожно позвали со стороны, голос был слишком знаком. Аарон нашел его, подошёл поближе, остановившись чуть на расстоянии. Он оценивал чужое состояние и прекрасно понимал, что именно сейчас с парнем. — Кевин, дыши, — Миньярд был серьёзен, спокоен, уверен. — Вдох-выдох. Медленно. Дэй попытался и понял, что делает это впервые за то время, когда его сильно захлестнуло. В груди отдалось болью, колкой и неприятной. Но слезы только усилились. Ещё один вдох и выдох, но теперь это переходило в рыдания. Эмоции не слушались. Аарон не пытался успокоить. Он сделал ещё шаг к парню и спешно открыл створку окна за ручку, позволяя воздуху с улицы попасть к ним. Это будет полезно для Дэя. Кевин продолжал дышать, пытался, но не мог прекратить слёз. Рико заполнил его голову. Слишком много воспоминаний. Слишком много их двоих. Аарон встал рядом. Подставил плечо и не настаивал. Просто предлагал помощь. Кевин попытался ухватиться за блондина, дрожь в руках помешала сделать это с первого раза. Аарон помог, прижав его руку к себе вплотную. Пальцы сжались на чужой футболке. Голова уткнулась в другое плечо. Ноги в какой-то момент просто не держали. Миньярд первым начал опускаться на пол, позволяя Кевину осесть следом. — Правильно. Вдох и выдох, — методично повторял блондин, начав делать дыхательное упражнение вместе с Кевином. Это помогало, постепенно, но не окончательно. До определенного момента, когда Дэй мог начать говорить чуть спокойнее, всё ещё заикаясь с запинками, но уже дышал ровнее. — Прости, — вырвалось раньше чем Дэй осознал. — Не знаю, что на меня нашло. Наверное из-за алкоголя. Кевин редко чувствовал себя так, скорее в последнее время. Причин прикладываться к бутылке просто не было. С Лисами он стал чувствовать себя лучше, не смотря на то, как старая боль не отпускала. Но сейчас...там просто прорвалась платина. Кевин пытался поговорить с Рико после матча. Он там был, видел как Акэти прижимал того к стене. Он прекрасно видел лицо Рико. И что же сделал Кевин? Ничего. Он никогда и ничего не делал. Всегда спускал с рук все отношения других к Рико, хотя тот его защищал большую часть жизни. Кевин был просто слишком слаб и сейчас он винил себя. Возможно будь он более настойчивым в день матча, или раньше, намного раньше. Но он ничего не сделал. Вздох получился рваным. Аарон не стал комментировать хотя и нахмурился. Он слишком часто утешал Кевина, когда дело касалось Воронов. — Я думал, ты отпустил все это дерьмо. – Слова прозвучали без агрессии или с желанием задеть. Но Кевин отстранился мгновенно. Он смотрел на Аарона с раздражением. — Ты не понимаешь. Нельзя просто отпустить всю свою жизнь! Кевин попытался встать, но хватка Миньярда не позволила. Пальцы с болью сжались на травмированной когда-то руке. — Тогда зачем ты перебил тату? Для чего победил? Зачем все это? Кевин не решался вырваться. Внутри засело лёгкое чувство беспокойства и страха. В голове было одновременно излишне много мыслей и полная пустота. — Отпусти, — Дэй произнес тихо. Аарон сильнее сжал. Он и сам не знал, что так сильно раздражает. Но вид Кевина, распускающего сопли, вызвал в нем агрессию. Возможно от того, что когда-то сам Миньярд был таким. Держался за мать, как за единственно настоящего человека. Сидел на игле и таблетках только потому, что так рос. Находился в полном дерьме, на самом дне существования, откуда вытащил его Эндрю. Аарон не был никогда сильным человеком. Он точно так же как Дэй держался из последних сил за прогнивший канат. Знал, что там впереди нет будущего и все равно упорно шел. Проглатывал в свою сторону оскорбления, побои. До такой степени погряз, что в какой-то момент перестал находиться в трезвом состоянии совсем. И видеть Кевина убивающегося из-за какого-то человека, из-за того, кто сломал его ведущую руку ради прихоти, выводило из себя. Его просто выворачивало изнутри от злости. — Хватит быть побитым щенком! — Миньярд выпалил это не подумав. Алкоголь заставлял говорить более резко. — Тебя выкинули, ты должен был смириться. А все равно, даже так, один хуй бежишь за психопатом! — Он не психопат, — Кевин прошептал, но в тишине коридора было слышно хорошо. — Он убил девушку! Сестру Эла! Задушил ее точно так же как и пытался сделать с самим Эллери! Голос Аарона все повышался. Он пытался достучаться до Кевина. Пробиться через эту стену непоколебимой веры в человека или даже скорее в человечность Рико. У Кевина были не просто розовые очки, он оправдывал каждый вздох Мориямы. — Очнись! Ты не можешь не видеть всего того дерьма! Почему ты его оправдываешь?! — Потому что люблю его! — слова сорвались сами. Слишком резко, неожиданно, неправильно. В них могло бы не быть глубокого смысла, ведь любить можно как брата, как близкого человека. Но Кевин внутри прекрасно понимал, как именно он любит. Рука отцепилась от Миньярда и закрыла рот ладонью, отрезая откровения внутреннего мира от внешнего. Это было ударом для обоих. — Любишь как брата, верно? — напомнил Аарон, видя растерянность в зелёных глазах и страх. Дэй боялся не слов, он боялся правды, которую упорно игнорировал годами. Теперь же всё мысленно вставало на места. Это и пугало. Он промолчал на вопрос. Вскочил на ноги, пошатываясь, и сорвался с места, убегая к выходу. Он решил, что уйдёт отсюда домой, в общагу, в комнату. Хотелось остаться одному. Хотелось просто понять самого себя. — Кевин! — блондин рывком поднялся следом, желая догнать, но был остановлен всего одной фразой. — Оставь меня одного! — этого было достаточно. Дэю нужно время, пространство и одиночество. Он бежал через холл набитый людьми, игнорируя звучащее интервью Ичиро. Его пытались остановить, поговорить, поздравить. Кевин просто не слушал. Он мягко отталкивал всех, прорываясь к выходу. На улице уже никого не было. Все люди были в помещении из-за видео. Прохладный воздух ударил в лицо, но не принес успокоения. Кев сорвался на бег в сторону общаги. Пешком идти минут двадцать, бегом меньше. И Дэй бежал, желая привести мысли. Нил так делал, Рико тоже и теперь понятно почему. Когда бежишь, всё уходит на задний план, оставляя лишь насущные проблемы.***
Машина остановилась у небольшого отеля. Это не было чем-то изысканным, но и не придорожный мотель. Натаниэль вышел первым и направился ко входу. Эндрю только вздохнул и пошел следом. Отель выглядел уютно и по-домашнему: двухэтажное здание из светлого кирпича, увитое плющом, с небольшой парковкой и фонарями, которые мягко освещали путь в ночи. Внутри пахло свежим деревом и лёгким ароматом кофе из холла. На ресепшене их быстро оформили. Пожилая женщина не подняла бровь на двух парней, попросивших один номер с большой кроватью. Номер оказался на втором этаже, в конце коридора. Просторный, чистый, с высоким потолком и большими окнами, завешенными плотными шторами. Двуспальная кровать занимала центр комнаты, покрытая белоснежным покрывалом. Рядом небольшой столик, два кресла и мини-холодильник. Ванная комната была отдельной, довольно современной: большая душевая кабина с прозрачными стеклянными дверцами, широкая раковина и тёплый кафель на полу и стенах. Свет мягкий, приглушённый. — Ты первый, — сказал Натаниэль, кивнув на душ, когда они зашли и закрыли дверь. Эндрю не стал спорить. Он бросил телефон и ключи на кровать, а сам шагнул в сторону ванной. Шум воды заполнил комнату ровный, успокаивающий. Эндрю не было сравнительно малое количество времени, когда он вышел, обмотанный полотенцем на бёдрах, с влажными волосами. Натаниэль сглотнул. Сердце стучало чуть быстрее. Он закрыл за собой дверь ванной, скинул одежду к кому шмоток на полу и шагнул в душевую кабину. Горячая вода хлынула сверху мощным потоком, мгновенно обдав кожу паром. Это было странно и непривычно, но он узнал в какой воде моется Миньярд. Натаниэлю такое не подходило, и он усмехнулся. Если вспомнить их совместный поход в душ, то вода явно была для Эндрю холодной. Тот подстраивался под Натаниэля, хотя и не был точно уверен, что тот тогда зайдет. Он стоял несколько секунд, просто позволяя воде стекать по плечам, спине, бёдрам, пытаясь расслабиться. — Отвык, — подумал он с лёгкой горечью. Раньше такие приготовления были почти ритуалом, а сейчас тело казалось непривычно напряжённым. Натаниэль опустился на колени прямо на тёплый кафель. Вода шумела громко, стекая по волосам, по лицу, по спине, заглушая всё вокруг. Он взял гель для душа и начал тщательно, почти скрупулёзно мыться. Руки скользили ниже, между ягодиц, очищая каждую складку. Он делал это медленно, тщательно, чувствуя, как жар воды и смущение смешиваются в груди. Потом взял небольшую бутылочку с лубрикантом, которая предусмотрительно находилась здесь. Вероятно для хозяина отеля не было чем-то новым встречать таких гостей. Пальцы дрожали немного от волнения. Он прижался лбом к прохладной стенке кабины, раздвинул колени шире по мокрому кафелю и начал растягивать себя. Один палец вошёл легко, но дальше было тяжелее. Тело сопротивлялось, мышцы давно отвыкли от такого внимания. Натаниэль тихо выдохнул, добавляя второй палец, двигаясь медленно, настойчиво. Вода продолжала литься на спину, стекала по бёдрам, смешивалась с лубрикантом. Третий палец заставил его закусить губу. Непривычная тяжесть, лёгкое жжение, которое постепенно переходило в тёплое, тянущее ощущение. — Чёрт… — прошептал он едва слышно под шум воды. Было тяжело. Тело не хотело вспоминать, как расслабляться так глубоко и быстро. Он продолжал работать пальцами, поворачивая, растягивая, дыша глубоко и ровно, пока мышцы наконец не начали поддаваться. Ноги слегка дрожали на скользком кафеле, колени покраснели от долгого стояния на твёрдой поверхности. Он не торопился. Ещё несколько минут добавляя больше лубриканта, пробуя глубже, проверяя, насколько готов. Только когда внутри стало горячо и достаточно мягко, Натаниэль позволил себе остановиться. Он встал, ещё раз тщательно ополоснулся под горячими струями, выключил воду и вышел из кабинки, обматывая бёдра полотенцем. Кожа горела. В зеркале отразилось раскрасневшееся лицо и влажные, растрёпанные волосы. Он сделал глубокий вдох. Теперь можно было выходить к Эндрю. Миньярд думал о чем-то своём у открытого окна, где курил. Скорее всего в этом номере без балкона это было запрещено, но его это мало волновало. Обычно, если Эндрю курит много и часто, значит стрессует. Но сегодня была причина и достаточно веская. От звука за спиной, блондин слегка повернул голову. В освещении номера глаза светились янтарным оттенком и они же внимательно осматривали рыжего. Долгое отсутствие не удивляло, особенно потому, что Нат всё ещё держал лубрикант, который точно пригодится для начала процесса. — Слишком торопишься, — спокойный голос мог бы пристыдить, если бы в нём не было такого же желания. — Потому что безумно хочу, — честно напомнил Натаниэль, напоминая, что это его решение и желание. Миньярд кивнул, возвращаясь к сигарете. Пепел стряхнули в открытое окно. Натаниэль подошёл ближе и перехватил стик в свои пальцы, вдыхая сладкий табак с карамельным привкусом. Это помогло унять мысли, но не тело. От осознания, что Эндрю прямо здесь, рядом, после душа и им предстоит провести долгожданную ночь, внутри приятно стягивало напряжением. Они оба молчали и думали, наверняка решали для себя самих, как лучше всё начать и чтобы не нарушить границы друг друга. — Прежде, чем мы начнем, — Нат решил уточнить первым. У него запретов было меньше, чем у Эндрю. Для него это было важно. — Я ведь не могу трогать тебя ниже торса, верно? Миньярд покосился, забрал окурок из его руки и выбросил в окно, не переживая за то, что намусорил на территории. Было плевать. Кто найдет один несчастный бычок где-то в траве? Только теперь он закрыл окно, провернув ручку, и отошёл на шаг назад к кровати, усаживаясь на край. Рука упёрлась в мягкий матрас и покрывало для опоры. Нат стоят перед ним в таком же полотенце, ждал ответа. Эндрю изучал со стороны. — Верно, — короткий ответ помог Веснински для себя всё понять. — Значит ты будешь снизу, — он сказал это так спокойно, уверенно и, когда наконец увидел непонимание, недовольство и удивление в чужих глазах, прыснул от смеха, наконец поясняя. — Я тебя оседлаю. Так будет проще обоим. Мне не придется касаться тебя ниже, только выше торса. Тебе будет удобно держать меня за бедра и направлять. Только сейчас он увидел, как напрягшиеся плечи блондина наконец стали расслабляться. Эндрю это устраивало. Он вздохнул и собрался встать, чтоб проверить наличие в тумбочке чего-то, что может пригодиться в процессе, когда рука рыжего мягко легла на грудь и надавила, укладывая обратно. — Не парься. Разберемся в процессе, — рыжий бросил баночку с жидкостью на кровать, а потом навис над парнем, мягко целуя в уголок губ. — Двигайся к изголовью и подушкам. Ложись поудобнее. Натаниэль действительно слишком торопился. Едва Эндрю откинулся на подушки, рыжий оказался сверху, коленями по обе стороны от его бёдер, и жадно прижался губами к его рту. Поцелуй вышел мокрым, нетерпеливым. Руками Нат скользнул по плечам, потом ниже, к ключицам, и обратно, словно не мог решить, где ему хочется касаться больше. Полотенце слетело, и теперь голая слегка влажная после душа кожа Натаниэля прижималась к Миньярду. — Нат, — тихо, предупреждающе выдохнул Эндрю, но тот только прикусил его нижнюю губу и потянулся к шее. Вот тут Натаниэль совсем потерял остатки терпения. Он буквально впился губами в бледную кожу под челюстью Эндрю, целуя, посасывая, оставляя влажные следы. Шея Миньярда всегда завораживала его и он точно знал что такие прикосновения приносили удовольствие не только ему. Шея Эндрю была напряжена, с едва заметной жилкой, которая теперь билась под его языком. Нат прошёлся по ней длинным поцелуем, потом чуть прикусил кожу над кадыком и тут же смягчил языком, будто извиняясь. Он возвращался к этому месту снова и снова оставляя красноватые пятна, которые завтра точно будут заметны. Ему нравилось, как Эндрю невольно выдыхает сквозь зубы каждый раз, когда поцелуи задевают особенно чувствительное место. — Ты слишком торопишься, — уже жёстче повторил Эндрю. Но Натаниэль не слышал. Он потянулся за лубрикантом, пальцы дрожали от нетерпения, и уже почти выдавил на ладонь, когда крепкие руки внезапно перехватили его за бёдра. — Успокойся, — голос Эндрю прозвучал низко, почти рычаще. Пальцы сжались сильнее, не давая рыжему двинуться. — Я сказал успокойся. В следующую секунду мир перевернулся. Натаниэль не успел возразить, как оказался на спине, а сверху навис Миньярд. Блондин поймал его запястья, переплетая их пальцы и вжимая так по обе стороны в матрас. Взгляд янтарных глаз был тёмным, сосредоточенным. — Хватит вести себя как собака в гон. – Натаниэль замер, сначала на губы легла улыбка, а после он рассмеялся. Искренне и с задором. — Меня всю жизнь называли цепным псом, — сквозь смешки вырвались слова. — Видимо не так уж и далеко от правды. Миньярд закатил глаза, он не стал целовать в губы. Вместо этого опустился ниже и начал оставлять поцелуи по ключицам. Медленные, почти ленивые, специально дразнил. Горячее дыхание обжигало кожу, а когда губы Эндрю добрались до соска, Нат выгнулся и тихо вздохнул. Руки Эндрю всё это время крепко держали его собственные. Но после отпустили, проскальзывая по телу. Огибая шрамы, которых было множество. Эндрю и раньше их видел, но ощущать их под губами было новым. — Эндрю… — выдохнул Натаниэль. — Мы немного не так договаривались… — Тихо. Миньярд продолжал спускаться ниже, целуя рёбра, живот, но строго выше той линии, которую сам же установил. Каждое касание было выверенным, контролируемым. Он изучал тело рыжего, не позволяя тому взять инициативу. Натаниэль дёргался, пытался выгнуться, но Эндрю только сильнее сжимал пальцы на его бёдрах. Когда Натаниэль почувствовал как в него проникают пальцы то удивился. Веснински отвлекся на приятные поцелуи и не заметил пропажи смазки. — Я уже. — По-моему я сказал: тихо. Натаниэль прикусил губы и замолчал. Растягивать себя самого и ощущать чужие пальцы было по-разному. Хотя Веснински всегда любил долгую подготовку, но сегодня хотелось побыстрее перейти к прямому действию. У Эндрю же на это, как оказалось, были другие планы. Когда терпение Ната уже готово было лопнуть, Эндрю наконец перевернул их обратно. Теперь Натаниэль снова оказался сверху, но всё было иначе. Миньярд сам направил его, одной рукой придерживая за бедро, второй помогая себе. — Вот так, — тихо сказал он, когда Нат медленно опустился на него. Голос Эндрю слегка дрогнул, но контроль никуда не делся. — И не дёргайся. Натаниэль прикусил губу, чувствуя, как его заполняют, до дрожи в ногах. Он снова потянулся к шее Эндрю, потому что не мог иначе: прижался губами к покрасневшей коже. Миньярд тихо выругался сквозь зубы, но не оттолкнул. Вместо этого он крепче перехватил за бёдра и начал двигать ими сам. Медленно, глубоко, не давая Нату ускориться. Каждый толчок был под контролем Эндрю. Нат мог только стонать, цепляясь пальцами за плечи блондина и продолжая покрывать его шею поцелуями. Он оставлял засосы там, где раньше только касался губами, и чувствовал, как под его ртом бьётся пульс Миньярда. — Глубже, — выдохнул Натаниэль между поцелуями, почти не осознавая, что говорит. Эндрю усмехнулся уголком губ, усиливая хватку. Бедра дрожали и хотелось большего. Миньярд целенаправленно не давал этого. Он контролировал процесс и Нат понимал, что ему не дадут самому ускориться. Сильные руки удерживали твердо, направляли под нужным углом, проходясь внутри по узлу нервов, вызывая дрожь, но не более того. Медленный темп, но Эндрю всё равно исполнил просьбу. На таз надавили сильнее, опуская парня ниже, глубже, как он хотел. До самого упора, потом медленно выше и снова вниз, плавно и тесно, проходясь под тем же углом. От этого хотелось скулить, требовать больше. Чёртов Миньярд с его контролем. Ноги сами разъехались широко. Владеть шпагатом и такой растяжкой Воронов было полезно и даже очень. Хоть где-то всегда пригождалось. И сейчас в таком положении самый нужный навык. Мышцы судорожно подрагивали, расходясь всё больше, позволяя прогнуться сильнее и вжаться членом в напряжённый торс блондина. Теперь от толчков имелся эффект трения. Натаниэль думал, это облегчит его состояние. Нет, ошибся. Хотелось большего. — П-прошу… — запнулся парень, чуть не сказав запретное слово, но вовремя себя исправив. — Дрю… Эндрю не понял или сделал вид, что не понял. Нат не задумывался. Он просто ощутил, как руки на бёдрах перехватили удобнее за тазовые кости и ускорили темп толчков, давая рыжему каплю того, что он просил. Стоны утонули в чужой шее вместе с горячим дыханием. Руки судорожно царапали кожу плеч короткими ногтями. Поясница напряглась, а таз невольно вильнул под ритм, но Эндрю это быстро присёк. — Не делай так, — короткий приказ заставил рыжего прикусить свою губу, а потом переключиться на кожу чужой шеи. — Я хочу… — честно со стоном не скрывал Веснински, непроизвольно повторив движение тазом. — Я сказал тебе нет, — напомнил Миньярд, получая честный вздох разочарования и покорности. — Ты меня убиваешь, Дрю. — Парень уже от невыносимости принялся тереться лбом о чужое плечо, изводясь так, как только мог в этом положении. Тело просто стало извиваться. — Ты хочешь быстрее? — блондин усмехнулся, отчасти он издевался, потому что на его «нет» Натаниэль никогда не перечит и только слушается. — Да, — честно с ноткой раздражения рыжий подавил в себе очередное движение таза. Эндрю это приметил и похвалил самым простым поцелуем в висок. На деле, сдерживаться становилось всё тяжелее. Он может тоже хотел ускорить темп, но для него это сейчас был не просто секс, как когда-то с Роландом. Это ощущалось нечто большим, иным. Они были не секс-партнерами. Именно поэтому Миньярду хотелось прочувствовать Натаниэля всего. Он не столько измывался, сколько изучал и запоминал. Но в какой-то момент просто не было сил терпеть. Блондин чуть согнул свои ноги сильнее в опоре на стопы и сделал толчок тазом навстречу опускающемуся рыжему. Это выбило весь воздух из парня, а потом последовал ещё один. Всё ещё медленно, но уже более энергично. — Блять, да… — со всхлипом подтвердил Веснински, не в силах сдерживать уже себя самого, позволяя бедрам поступательные движения навстречу. Найдя силы, он приподнялся на руках повыше, припадая губами к Эндрю, заглушая каждый стон. Это заводило. Миньярд ускорялся и усиливал толчки. Каждый превращался уже в слово со вздохом в его собственный рот: «блять», «да», «Дрю», «ещё», «сильнее». В каждом из них Нат умолял, плавился и сгорал от нетерпения. А когда оба ощущали, как подходят к пику, Эндрю начал сдерживаться, чтобы всё закончить не в чужое тело. Веснински же неосознанно это прекратил. Челюсть Миньярда напряглась в оскале, а дыхание давно сбилось и стало тяжёлым, но теперь замерло с томным рычанием, продолжая двигаться дальше, изливаясь. Это довело самого рыжего. Ещё пара глубоких толчков с ощущением заполненности и он был готов, утыкаясь лбом в лоб Эндрю, закрывая блаженно глаза. Горячее дыхание обоих смешалось в единое, пока тело ещё прошибало током оргазма. Никто из двоих не хотел двигаться первым и тем более всё прекращать. А потом Нат медленно опустился на горячее липкое тело, обхватывая блондина руками. Он просто наслаждался передышкой и возможностью прийти в себя вместе с тем, кого признал своим человеком. Ладони Эндрю прошлись по шрамированой спине, гладили и успокаивали. Без слов. Они были не нужны. — Когда ты говорил, что можешь меня сжечь. Я думал немножко о другом, — Натаниэль усмехнулся, всё ещё тяжело дыша. Эндрю закатил глаза и без церемоний скинул его на вторую половину кровати. Натаниэль громко рассмеялся, перекатываясь на спину и раскидывая руки. Тело было горячим, тяжёлым и приятно уставшим. — Как грубо, Белоснежка, — протянул он, всё ещё улыбаясь. — А был таким нежным и терпеливым всего минуту назад. Эндрю сел на край кровати, спиной к Натаниэлю. Светлые волосы растрепались, несколько прядей прилипли ко лбу от пота. На шее и плечах виднелись свежие красные следы от ногтей и зубов. Он выглядел расслабленным, но всё равно собранным после всего этого. Мышцы спины слегка напряглись, когда он потянулся к мини-холодильнику у стены. Натаниэль остался лежать, чувствуя странное, тёплое и чуть липкое ощущение внутри себя. Это было… непривычно. Но приятное. Тепло, которое разливалось по низу живота и напоминало, что Эндрю только что был там. Что он кончил в него. От этой мысли по коже пробежали мурашки, и Нат невольно сжал бёдра. Эндрю открыл холодильник, достал бутылку воды, сделал несколько больших глотков. Вода стекла по его подбородку, и он вытер его тыльной стороной ладони. Потом, не оборачиваясь, кинул бутылку через плечо. Натаниэль поймал её налету. — Спасибо, — сказал он с искренней благодарностью и тоже сделал пару глотков. Холодная вода приятно обожгла горло. Эндрю всё так же сидел на краю, слегка ссутулившись, локти на коленях. Натаниэль подполз ближе, прикоснулся кончиками пальцев к спине и Эндрю тут же вздрогнул. Он резко повернулся и перехватил жёстко его запястье. — Не делай так, — в глазах засело беспокойство, и нотки агрессии. Натаниэль не испугался и проигнорировал боль. Только улыбнулся, искреннее. — Понял, — Эндрю стиснул зубы и выдохнул. Он разжал пальцы, и посмотрел на руку Натаниэля. — Всё в порядке? — сами слова были такими привычными, но в качестве вопроса сам рыжий их никогда никому не задавал, при Эндрю точно. Он с лёгким непониманием глянул на парня, но быстро дал ответ. — Да. Я пойду в душ, — он поднялся с кровати легко и подобрал своё полотенце с края. Ему было бы достаточно обтереться им же. Веснински остался лежать дальше. Он тоже пойдет приводить себя в порядок, но решил, что сделает это после Миньярда. От чего-то было ощущение, что сейчас нужно дать ему пространства. Нат и не лез. Просто остался лежать на испачканном покрывале, не видя смысла пока убирать, если всё ещё сам грязный. Эндрю вернулся так же быстро, как и в первый раз. Ожидаемо. Ему нужно было меньше возни. Подняться самому Натаниэлю было так же не сложно. Он понимал, что скорее всего после сна завтра будет тяжелее, но не сейчас. Рыжик подхватил своё полотенце, проходя следом. Ему ещё стоило вычистить себя, начисто смыть все следы. Хотя в самом процессе, оставаясь под струями воды, он не скрывал довольную улыбку. Следы на Эндрю его безумно радовали. А завтра они будут ещё больше выделяться на фоне белой кожи. И никакая футболка их не скроет. К моменту прихода, кровать была готова ко сну. Эндрю успел стянуть покрывало на пол и скомкать в углу кровати, расправить простыни и одеяла для сна, хотя сам стоял знакомо у окна. Разве что не курил, а держал в руке телефон с открытым чатом Лисов. Нат видел, что парень набрал сообщение, но не отправил. Просто держал его и думал. Веснински подошёл ближе, не пытаясь касаться, пока Эндрю его не заметил. Только потом поднял руку, предупреждая о намерениях, кладя ладонь поверх руки Эндрю, мягко проводя по ней и забирая телефон. Глаза пробежались по сообщению. — «Не теряйте меня и рыжего. Будем утром,» — прочёл Нат вслух и глянул на блондина. — Ты не отправил. — Какая наблюдательность, — хмыкнул блондин, сложив руки на груди в закрытой позе. — Почему? — Думал, что нужно написать ещё. Не знаю, как Кевин и Аарон будут добираться, — Нат только нажал на отправку в чат и выключил экран. — Пешком, — кратко пояснил Нат. — Да ты капитан очевидность, — закатил блондин глаза, но его напряжение не отпускало. — Хватит за них переживать, Эндрю. Ники с Эриком и Элом. Его ты отпустил слишком легко. Кевин уже большой мальчик, не потеряется. Да и Аарон за ним присмотрит. Весь вечер смотрел. А даже если нет, Дэй дойдёт не без помощи кого-то. И у Аарона есть та, что сопроводит. Отпусти ты уже их, Дрю, — прямо и уверенно заявил Нат, подходя ближе, кладя телефон на подоконник, но так и не решаясь трогать парня снова, хотя ему очень хотелось. — Белоснежка, могу я тебя обнять? — вопрос был прямым и блондин долго думал, пока не кивнул. Ответ дали. Натаниэль осторожно подошёл ещё ближе на пол шага и руки мягко легли выше торса под самой грудью, слегка прижимаясь как и тело рыжего со спины. Натаниэль уткнулся лбом в плечо и оставил лёгкий поцелуй в шею, прикрывая глаза. — Всё закончилось, — вздохнул он больше для себя, наслаждаясь тем, что имел. Свободой, победой и Эндрю рядом.***
Прятаться в ванной стало от части забытой привычкой. В Гнезде мало мест для уединения. Когда Кевин ощущал себя особенно плохо, он закрывался в ванной комнате. Места там было меньше, чем в Пальметто. Здесь Кевин мог полностью вытянуть ноги, но и тогда он был ребенком. Сейчас находясь тут в темноте и тишине он медленно дышал. Не понимал, что именно сказал. — Потому что я люблю его! Но ведь это было правда, он любил Рико. Как брата, самого близкого человека, того кто был всегда рядом. И все же в тот момент когда слова слетели с губ он испугался. Произнес то, чего не должен был никогда. Там было не про братскую любовь. Кевин разочарованно усмехнулся. Вечно он не ведает, что чувствует. Каждый раз поддавался непонятным мыслям. Чтобы отвлечься от собственных проблем, он достал телефон. Пальцы дрожали, и все же он открыл новости. Как оказалось то выступление было прямым эфиром. Множество статей и комментариев. Тысячи людей, что устраивали споры. Одни поливали Рико и Воронов грязью. Всплыло слишком много фактов: смерть Хоуп, попытка самоубийства Итана, покушение на Эла. То, что было действительно связано с Рико. Но там поднимались тема смерти Натаниэля. Заговоры о том, что "а не мог ли Король Воронов и тут поучаствовать?" Хоть и было полным бредом, но хаос было невозможно остановить. Люди начали вспоминать и прошлые ситуации. Когда он увидел свою фамилию, то вздрогнул всем телом и отключил телефон. Испугался, не успел прочитать, что же пишут. Сделал глубокий вдох и вновь экран осветил темноту. Кто-то анализировал его травму, уход из команды и заявление, которое сам Кевин сделал. Он ведь сказал, что не катался никогда на сноуборде или лыжах. Пальцы задрожали. Все больше копали под Воронов. Волнение за Рико только сильнее вспыхнуло в груди. Он хотел было позвонить, но наткнулся на статью о психиатрической лечебнице. Рико был отправлен в Истхейвен. Это не так уж и далеко. Кевин знал, что Эндрю там лежал. Идея фикс всплыла в голове раньше, чем Дэй успел все обдумать. Сначала он зашёл на официальную страницу больницы, дозвонился на ночную линию, голос нервно дрожал, когда он разговаривал с женщиной. Но получил только безэмоциональный ответ: — Не имеем права на разглашения такой информации. Звонок сбросили и вместе с ним у Кевина проснулась злость. Изначально он хотел дозвониться до Натаниэля или Эндрю. Но увидев сообщение от Миньярда в группе, передумал. Мысли перемешались в голове в плотный комок, смешиваясь в одно большое нечто: вызвать такси? Автостоп? Когда Кевин поднялся, то перед глазами поплыло. Но он удержался и вышел. В комнате было светло. Аарон сидел на диване вместе с Кейт и по всей видимости оба ждали его. Девушка поднялась первой и улыбнулась. — Кевин, не хочешь посидеть с нами? – Дэй нахмурился. Он отошёл на шаг стоило Кейт подойти. — Нет. Мне нужно уехать, — теперь уже Кейтлин нахмурилась. Время было позднее. Она повернулась к Аарону, который перешёл из состоянии вины вновь к агрессии. Миньярд позвал девушку только потому, что боялся снова переборщить. Ему показалось, что именно он довел Кевина до того побега. Надавил слишком сильно. — Куда ты собрался, принцесса? – Кевин не отреагировал. Он вообще выглядел потерянным и дезориентированным. — Кевин, время позднее. Может пойдешь спать? – Кейт пыталась быть милой. Она никогда толком не общалась с Кевином. Но видела не только беспокойство Аарона. Сам Дэй был не в себе. — Я хочу видеть Рико, — Кевин направился в комнату. — Мне нужно уехать. Аарон сжал зубы. В глазах загорелась злость и по напряжению Кейт сделала выводы. Нужно было решить проблему, иначе ее парень вполне мог бы огреть Кевина чем-то тяжёлым. — Послушай, — Кейт подошла и аккуратно перехватила руку Кевина. — Сейчас поздно. Поспи и утром мы тебе поможем. Если всё ещё будешь хотеть к нему поехать. Обещаю. Волосы девушки напоминали об Натаниэле. Но вот улыбка не была похожа на брата. От Кейтлин шла плохо знакомая для Кевина аура. Какого-то тепла и нежности. Заботы в каждом лёгком касании. От одного ее присутствия почему-то становилось спокойно. — Я понимаю почему ты ему нравишься, — Кейтлин приподняла брови в удивлении на слова Дэя и взглянула на Аарона. Тот скрестил руки на груди. Кевин по всей видимости всегда будет приносить ему проблемы. — Иди проспись, принцесса. Желания укладываться не было. Внутри всё ощущалось пусто, тяжело. Хотелось к Рико. Хотелось обратно в 12 лет на кровать, где они оба засыпали в обнимку. Никогда Дэй не ощущал себя настолько одиноким, как сегодня, как сейчас. — Я не хочу, — вздох прозвучал устало. Кевин сейчас был капризным ребенком, у которого плохое настроение от усталости, но он упорно отказывается от сна. — Тебе нужно, Кевин, — мягко заговорила Кейт, осторожно и нежно беря парня за руку. — Пойдём в кровать. Ты ляжешь и поспишь, а завтра всё станет ясно. Она вела себя с ним, как мать с ребенком. Аарон так считал. И оставлять на свою девушку заботу о капризном Кевине не собирался. Всё же это его обязанность, так он считал. Аарон сходил за аптечкой и таблетками в ней. Снотворное в количестве пары штук и стакан воды притащили в спальню, где Кейтлин накрывала шатена одеялом, как самая заботливая мама на всём свете. Блондин заставил Дэя выпить таблетки и оставался с Кейтлин рядом, пока Кев не заснул. Она сидела на краю кровати и слишком заботливо гладила волосы парня, перебирая и что-то напевая, кажется колыбельную. Но стоило шатену уснуть, они оба покинули спальню, тихо закрывая дверь. Аарон вернулся на диван, падая слишком тяжело, измотанно. Девушка опустилась рядом и прижалась, укладывая голову на плечо, а тот приобнял её за плечи. — Ты слишком с ним нянчишься, — фыркнул он. — Как и ты, — Кейтлин знала, что говорит. И ни капли не ревновала Аарона. Просто в этом они были похожи, заботились о людях, даже если не были близкими друзьями. Эл рассказывал об этом ей, Аарон помогал ему ещё в лагере, хотя они были друг другу никем. — А что делать, если он большой ребёнок? — недовольно буркнул Миньярд, проверяя телефон из-за уведомления. — Что-то серьёзное? — Кейтлин глянула в экран следом, когда парень убавил яркость. — Нет. Ники напомнил, что уезжает с Элом обратно к Эрику в квартиру. — Они самое лучшее трио, шведская семья мечты, — захихикала девушка, утыкаясь в шею любимого парня, когда телефон убрали. Маккензи глубоко и с довольством вдыхала запах парня, о чем всегда мечтала. Раньше приходилось много прятаться, сейчас же Эндрю изменился, не без помощи новых друзей и Ната. Теперь у неё и Аарона было больше свободы и возможностей быть вместе. Это безумно радовало. Миньярд повторил её привычку, но иначе. Он уткнулся носом в рыжие волосы и стал размеренно вдыхать запах любимой, продолжая обнимать и прижимать к себе.
