Его фанат номер один

С оставшимися тремя днями подготовки к следующему шоукейсу, казалось, что у участников не было времени даже выспаться. Все были вымотаны и доведены до предела. Особенно, учитывая, что некоторым трейни пришлось менять песню, когда оставался такой короткий срок до выступления. Джиун слышал, что Чону пришлось уйти в команду «Switch», и казалось, что младший парень выглядел более мрачным и напряженным, чем обычно, но ему никак не удавалось поймать его и поговорить, чтобы хоть как-то попытаться поддержать его. Тем более у них в команде тоже обошлось не без драмы. И, если быть полностью честным, Джиун все ещё с беспокойством думал о том, что ему сказал Чжанхао. Так что единственными их взаимодействиями за все это время были короткие приветствия и быстрые пожатия рук при случайных столкновениях. На самом шоукейсе он тоже не смог подойти к Чону. У него практически не было сил в этот день, но он все равно не сдержал улыбку, когда выступал Чону. Тот действительно был хорош в любом концепте, и на сцене не показывал ни следа от трудностей, которые ему пришлось преодолеть. И ещё он делал эгьё. Джиун никогда не любил это: ни делать самому, ни наблюдать за другими. Ему казалось, что любое эгьё выглядит вымученно и странно, но все вокруг казалось обожали это, поэтому он шёл на поводу и приходилось участвовать в этом шоу кринжа. Однако с Чону он неожиданно почувствовал, как улыбка растягивает его губы. Когда обьявляли результаты команд по выступлениям, он видел, как расстроена была вся команда «Switch», особенно, Кейта и Чону. Он мог понять их чувства, учитывая, что команда, из которой их, грубо говоря, выгнали, заняла первое место, в то время как сами они оказались последними. … Джиун смог поговорить с Чону только на следующий день, когда все собирались по домам, довольные тем, что могут взять перерыв от шоу на три дня. Чону был в комнате один, его соседей бысренько забрали представители их агенств. Когда Джиун зашёл к нему, тот паковал чемодан. — Чону… — О, привет, хён. — парень обернулся к нему, — Ты уже собрался? — Да, уже готов ехать. — Наконец-то можно будет отдохнуть, прошлые пару недель были еще тяжелее, чем обычно, правда? — Точно, чем ближе к финалу, тем жёстче. — ответил Джиун со вздохом. — Как ты? Я не смог отловить тебя ни разу за все это время. — Да все хорошо. — сказал Чону с улыбкой, которая не тронула его глаз, но спустя мгновение он просветлел. — За мной сейчас сестра заедет. — Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной о чем угодно? Ты точно в порядке? — Хён, конечно. Все хорошо. — младший отвёл глаза. — Я слышал, что вы с Кейтой тяжело перенесли уход из «Over me»? — Это все в прошлом сейчас. Сначала я сильно расстроился, но… — Чону бросил на него обеспокоенный взгляд. Он всегда вёл себя так: когда ему было трудно, обидно, грустно — он не делился своими заботами из-за того, что больше волновался о том, что другие будут беспокоиться и переживать за него. — Чжанхао, Рики из одной компании, ты знаешь. Стиль танца Куанруи идеально подходит песне, ещё он близок с Рики и Хао. Ли Джонхен уже многое вложил, чтобы улучшить свою часть, даже написал рэп. А вокал Джея просто необходим команде. В итоге, нет причин обижаться, потому что все логично. — Чону… — Джиун немного помолчал, подбирая слова. — Я знаю, что ты очень сильный, и я никогда не буду сомневаться в этом. Поэтому не отбрасывай свои чувства и переживания. Я поддержу тебя. Опустив голову, Чону прикрыл глаза ладонью, он молчал некоторое время, затем тихо признался: — Мне было правда очень больно, хён. Я оказался недостаточно хорош, чтобы кто-то хотел меня в той команде. Не только это, но я настолько расстроился, что на интервью сразу после этой ситуации с трудом сдерживал слезы. Даже сейчас, когда я обдумал всю ситуацию, это все равно ранит. Джиун не перебивал его, он только присел рядом на краю кровати и обнял его одной рукой, успокаивающе похлопывая парня время от времени по плечу. — И знаешь, я совсем не злюсь на ребят. На самом деле, я злюсь на себя, что не смог быть полезным команде, что не смог сдержать свою обиду и грусть, что позволил этому задеть меня. — Чону замолчал. Джиун убрал его руку, которая все ещё закрывала глаза, и взяв лицо парня в ладони поднял его к себе. Он посмотрел Чону прямо в глаза, тот не плакал, но глаза были явно влажными, блестели под светом лампы от излишней жидкости. — Спасибо, что поделился со мной. Тебе не стоит злиться на себя, ты лучший человек, которого я знаю. То, что ты расстроился, это самая нормальная человеческая реакция. Ты ведь не держишь зла на ребят, так прости и себя. — Джиун мог поклясться, что его взгляд сейчас выдаёт его. Невозможно, чтобы Чону не увидел его истинные чувства. Он буквально мог почувствовать любовь, привязанность и уважение, переполняющие его собственные слова, и взгляд, и то, как он держал в руках лицо Чону, как будто он был самым бесценным подарком, полученным им от этого мира. - Чону… ты не понимаешь, насколько ты драгоценный. — Хён, ты… — Чону смотрел на него так удивлённо, будто у него выросла вторая голова. Джиун не дал ему закончить вопрос. Что он собирался спросить? Ты признаешься мне в любви? Очевидно, так и было. И Джиун решил дать ему самый ясный ответ, который разрешил бы все недомолвки насчёт его чувств. Он немного наклонился, закрыл глаза и поцеловал Чону. Это был лёгкий поцелуй, скорее, просто соприкосновение губ на несколько секунд. Когда Джиун отстранился, отпустив наконец лицо Чону, тот был ещё более ошарашен чем прежде: глаза округлились, рука метнулась к губам. Прежде чем кто-то из них успел что-то сказать зазвонил телефон, и они оба вздрогнули от резкого звука. Звонила сестра Чону, она уже приехала и ждала его снаружи. — Ага, да, нуна, я уже спускаюсь. — парень положил трубку и бросил на него быстрый взгляд. — Хён, я.. мне нужно идти. — Эмм, хорошо, тогда пока, увидимся. — Джиун только успел попрощаться, а Чону уже впопыхах выходил из комнаты со своими вещами. Старший парень остался сидеть в комнате, думая, о том, что на него нашло и что ждёт теперь их дальше. Может, он испортил их дружбу? Или, может быть, их ждёт что-то большее чем просто дружба? Джиун прикоснулся к своим губам, фантомное ощущение чужих губ жгло его собственные.