Дед Мороз, Снегурочка и маленький эльф

Оторваться от сладких губ Анны было настоящим испытанием, но краем глаза посматривая на приборную панель Брабуса, Яков видел, что уже восемь часов тридцать минут, а значит они оба начинают опаздывать. Только вот целовать ее, понимая, что в следующий раз сможет сделать это уже вечером, хотелось еще и еще. Хотя в первые рабочие дни после новогодних праздников все всегда опаздывали, потихоньку привыкая вставать спозаранку и приходя в форму, словно медведи после зимней спячки. Все, кроме Штольмана. Он опаздывать категорически не любил. Но ведь до этого у него не было сладких губ Анны. Было еще совсем темно и рано, когда Яков разбудил ее, но не как в предыдущие дни своими ласками, а приглашением сразу позавтракать. Правда не в постели, а на кухне, но это было даже лучше, потому что впивающиеся в тело сухие крошки не нравились ни ей, ни ему. После этого она долго стояла у раскрытого шкафа, в котором заняла большую часть пространства своими вещами, и судорожно пыталась вспомнить, куда что разложила вчера и что собственно надевают в офис. Яков за это время успел уже и душ принять, и рубашку себе погладить, и одеться. И стоял теперь в дверях спальни, опираясь плечом на косяк, с интересом рассматривая, как Анна одевается, и прикидывая, насколько же раньше нужно будет разбудить ее завтра, чтобы успеть вдоволь налюбоваться ее обнаженным стройным станом перед раскрытым шкафом без риска опоздать на все утренние совещания. В офисе рабочая рутина поглотила Штольмана моментально, стоило ему только присесть за свой рабочий стол. Дел новых и незаконченных еще с прошлого года накопилось вагон и маленькая тележка, так что Яков даже пропустил время обеда. Но ближе к концу рабочего дня он понял, что страшно соскучился и, не в состоянии бороться с собой, все-таки написал Анне сообщение. “Привет! Зайдешь ко мне?” - высветилось у нее на экране телефона. “Нет”, - весь день ожидая чего-то подобного, тут же написала она, стараясь теперь отвечать быстро и лаконично, и, решительно нажав на кнопку Выкл, тут же вернулась к своей работе. “Обсудим твою новую колонку”, - пришло через пару минут. Теперь, видимо, Штольман озадаченно смотрел в телефон и придумывал причину, которая могла бы заставить ее прийти к нему в кабинет. “Хорошо”, - ответила Анна и снова увидела на экране большое красное сердечко, заставившее ее улыбнуться. - Привет! - минут через пять она робко зашла в приемную. - Привет!? - с удивлением посмотрела на нее Виктория. - Шеф вызывал, - ответила Анна на ее немой вопрос. - Странно, - важно пожала та плечами. - Он вообще-то сейчас занят. Ну, посиди, подожди, - указала она на кресло. Присев, Анна начала рассматривать приемную Якова, в которой до этого была может только всего пару раз. Она была небольшой, но по офисному уютной. И Виктория, похоже, чувствовала себя здесь весьма комфортно. На столе у нее стояла ваза с букетом цветов, стены украшали симпатичные картины, а в большом календаре, висевшем рядом с рабочим столом, некоторые дни декабря были ярко и миленько обведены сердечком. - Ну как прошли праздники? - дежурно спросила Вика, не глядя на коллегу, имени которой, возможно, даже и не помнила. - Хорошо, а у тебя? - вздохнула Анна, не особо радуясь таким дежурным разговорам. - Отлично! - наконец, посмотрев на собеседницу и загадочно улыбнувшись, сообщила Виктория, словно ждала этого вопроса. - Мы с шефом на Бали летали, представляешь? На целую неделю! - Куда? - Анна озадаченно взглянула на нее, даже как-то растерявшись сначала. - На Бали, на Бали, - повторила та. - Остров такой. Индонезийский. Не знаешь что ли? - Ааа, индонезийский... - протянула Анна. - Ну и как? - Что, как? - переспросила Виктория. - Ну, шеф как? - Анна теперь с интересом уставилась на нее, даже не пытаясь прятать хорошо читаемую в глазах насмешку. - Очень интересный мужчина, правда? - Ты губу то закатай, не твоего полета птичка! - сразу огрызнулась Виктория. - Ну, прости, - безразлично пожала плечами Анна и достав телефон, набрала сообщение “Я в приемной. Твоя Виктория меня не пускает”. Через минуту аппарат для связи с шефом у Виктории на столе оживился и сообщил ей, чтобы она пропустила коллегу. - Проходи, - хмыкнула та, опять не глядя на Анну. Зайдя в кабинет, Анна сразу села за переговорный стол, приставленный к рабочему столу Якова и деловито раскрыла перед собой ежедневник, показывая, что готова обсуждать рабочие вопросы. Штольман молча наблюдал за ее действиями, сдерживая улыбку. А потом сел напротив нее с какими-то бумагами. - Вот, посмотри, я тут кое-что распечатал, - протянул он ей эти бумаги. - Изучай и готовь материал к пятнице. Несколько тем на выбор на первый раз я тебе накидал, но в следующий раз будешь предлагать сама. Устраивает? - вопросительно посмотрел он на Анну. - Угу, - она быстро пробежалась глазами по списку тем. - Окей, если будут вопросы, обращайся, - также деловито подитожил он. - Спасибо, - сухо поблагодарила она шефа, но он так смотрел на нее, что она не удержалась и улыбнулась… своему Якову. - Как дела? - протянув руку, он ласково погладил ее ладошку. - Нормально, - ответила Анна, с сочувствием рассматривая морщинки на его уставшем лице, появившиеся сегодня от напряженной работы. Штольман подошел к ней и, заставив ее встать, сделал, наконец, то, чего ему так хотелось - притянул ее к себе. - Какие планы на вечер? - поинтересовался он. - Не знаю, - озадаченно ответила Анна. А какие планы у них вообще могут быть после работы? - Может сходим куда-нибудь поужинаем? - предложил Яков. - Давай, - Анна пожала плечами. - Ты, кстати, в курсе, что на Новогодние праздники ты летал на Бали? - усмехнувшись, поведала она ему. - Серьезно? - удивился Штольман и взглянул на свои руки. - Видимо, там в этом году была очень плохая погода, раз я совсем не загорел. - Ну, может ты и не загорал, а целыми днями напролет в номере любовью занимался? - мечтательно предположила Анна. - Я? - теперь усмехнулся Яков. - И с кем же? - с интересом уточнил он. - А ты не помнишь с кем занимался любовью на Бали це-е-е-лую неделю? - укоризненно вздернула бровь Анна. - Ну… если любовью, то только с тобой, - заверил он. - А если с Викторией? - спросила она. - А! С Викторией? Целую неделю на Бали? - переспросил Штольман. - Я бы не выдержал и утопился бы, наверно, - улыбнулся он, как всегда, своей обаятельной улыбкой. - А я бы тебя спасла, - Анна обняла его за шею. - А ты меня и так спасла, - он ласково коснулся губами ее губ. - От чего? - она стала гладить его по волосам, чтобы немного расслабить его напряженное лицо. - От секса на Бали, разумеется, - Яков прикрыл глаза, наслаждаясь массажными движениями ее пальцев. - Она что, совсем тебе не нравится? - недоверчиво прищурилась Анна. - Почему? Нравится... Но не в моем номере и не на Бали, - не открывая глаз, Штольман нашел ее губы и снова прижался к ним. - Какой такой секс? Может кекс? - задумалось в животе невинное чадо. - Ой, что-то сладенького так захотелось! Солнце смеялось, в небе птички пели. Жизнь у сластены слаще карамели. Громко, громко леденцы хрустят. Мама, ау! Ведь это всем давным-давно известно, Что для развития ума полезно Кушать мармелад и шоколад! Я что сказал - хочу ватрушек!!! Слышишь? Мам! И это сказки, что зубы заболят! И все от зависти это говорят! Только зря шумят. Нет! Не заболят! - Сладкого что-то захотелось… - вздохнула Анна. - И ватрушек! И “Машу и Медведя” посмотреть, - смущенно призналась она. - Ватрушек? - улыбнулся Яков. - У нас там, случайно, не домовенок Кузя поселился? - погладил он ее живот. - Лучше уж Машка со своими леденцами, - возразила Анна, мечтая все-таки о девочке. - Раз Кузя с Машей хотят сладкого, значит, собираемся, - решил Штольман. - Вот не зря, когда мне предлагали на выбор разных родителей, эти понравились мне больше всех, - радостно подумало чадо не то женского, не то мужского пола. - Но я, вообще-то, еще не все закончила, - Анна удивленно посмотрела на Якова. - Через полчаса на стоянке. Успеешь? - улыбнулся он, прикинув сколько времени ему понадобится, чтобы закрыть самые важные вопросы. - Да! - она выпорхнула из его кабинета такая счастливая, что Виктория, потягивающая в этот момент кофе, даже поперхнулась и сильно закашлялась. - Вика, все нормально? - из-за того, что Анна оставила дверь приоткрытой, Яков услышал ее из кабинета. А поскольку она не ответила, то вышел помочь. - Все нормально, Яков Платонович. Все нормально, - все еще покашливая, заверила та. - Вик... - Штольман пристально посмотрел на нее. - Держи свои фантазии при себе, хорошо? - первый раз за все время, что она работала здесь, попросил он и, как ей показалось, очень раздраженно закрыл дверь в свой кабинет. А ровно через полчаса вдруг собрался и ушел, сказав только, что по очень важному делу.