Дед Мороз, Снегурочка и маленький эльф

- Яков, пойдем ужинать, все готово, - позвала Анна. Уже неделю она по вечерам экспериментировала с разными блюдами, желая порадовать Штольмана домашней едой. Нет, вообще-то готовить она, конечно, умела, и с голоду они не умерли бы, но скучно же каждый день питаться допустим макаронами по-флотски и ещё чем-то таким же простым, чему не надо было особо учиться. Яков, привыкший есть вне дома, послушно терпел и даже начинал получать удовольствие и от домашней еды, и от уютных домашних вечеров, которые рядом с Анной были совсем не скучными. - Сейчас! Тут про Хабиба рассказывают, - Штольман нажал на пульте телевизора кнопку, чтобы сделать погромче. - Это который Ягода-Малинка поет? - с интересом спросила Анна и, сев на колени к Штольману, обняла его и потерлась носом о немного колючую щеку. - Не знаю, что он там поет, но дерется отлично, - не отвлекаясь глазами от экрана, Яков сделал еще громче и покрепче обнял Анну. - Да…? А где это он дерется? В Тик-Токе что ли? - засмеялась та. - Какой Тик-Ток? Он известный борец! - возмущенно пояснил Штольман, показывая ей пультом на экран телевизора. - За справедливость? - продолжала смеяться Анна, ласково целуя его то в ухо, то в щеку, то в висок. - Ну и зачем тебе эта борьба? - Как зачем? Я мужчина... Чем же прикажешь интересоваться мужчине? Ягодой-малинкой? - Яков вопросительно посмотрел на нее, но все еще внимательно слушал заинтересовавший его сюжет на любимом спортивном канале. - А мне нравится Ягода-Малинка! Заводная песня, - обижено отозвалась Анна. - И вообще, я есть хочу, пойдем уже! - аппетит у нее в последнее время был что надо. Обреченно вздохнув, Яков выключил телевизор. - Песни - это для девчонок, а наш сын тоже будет заниматься борьбой, - сообщил он безапелляционно. - Что? - нахмурилась Анна, не зная чему возмущаться больше. - Борьбой? И почему сразу сын? А может у нас будет дочь? - Дочь? - на секунду задумался Штольман. - Ну, в принципе, девочки же тоже занимаются борьбой, - успокоил он сам себя. - Какой еще борьбой? - Анна легко ударила его кулачком в грудь. - Я тебе сейчас покажу, как девочки умеют драться! - серьезно заявила она, а Штольман, сдерживая улыбку и совсем не защищаясь, смотрел на нее с большим интересом. - Ну, как? Еще? - спрашивала она. - И это я еще никакой борьбой не занималась… - Нет, достаточно, - рассмеялся Яков. - Вполне убедительно. Я сдаюсь! Ему вдруг стало так смешно, что их ребенок еще совсем крошечный, а они уже думают, чем он станет заниматься, когда подрастет. - Пусть сам выбирает, или сама. Да, малыш? - Яков нежно прижал ухо к животу, в котором не по дням, а по часам, рос плод их любви, одновременно с тем, как росла и сама эта любовь между его родителями. - А я на все согласен, - заверил он. Живот в ответ снова благодарно заурчал, а Штольман вопросительно поднял бровь. - Нет, это не малыш, - засмеялась Анна. - Но если ты не хочешь, чтобы я съела тебя прямо здесь и прямо сейчас, то пойдем, пожалуйста, ужинать? Штольман схватил Анну покрепче и, поднявшись с дивана, на руках отнес свою голодную принцессу на кухню. Там телевизор тоже работал, но не спортивный канал, а музыкальный. И на экране, как ни странно, тоже был Хабиб. - Ягода-Малинка, оп-оп-оп… - весело пританцовывая, подпел Яков, одновременно сажая Анну на стул. - Ай-яй-яй-яй, - покачала головой Анна. - Если наш ребенок все-таки выберет занятия танцами, я точно буду знать в кого это! - Ну, а если борьбу, то тоже ясно в кого, - улыбнулся Штольман. - Главное, чтобы не сумо, - подозрительно покосился он на Анну, которая в этот момент уже доедала свою первую порцию ужина. - И чего спорить? - удивлялось тем временем их мудрое чадо. - Можно ведь выбрать капоэйру. Там и танец, и борьба одновременно. Но вот с тем, что я мужчина, тебе, мам, придётся смириться. Мужчина я, мужчина… Как папа! Ты ведь его любишь? Значит, и меня любить будешь! - Всегда! - сказала вдруг Анна. - Что всегда? - не понял Яков. - Всегда буду любить тебя и нашего сына, - смущенно и немного растеряно ответила Анна, сама не понимая, почему ей вдруг пришло в голову это сказать. - Сына? - удивленно переспросил Штольман. - Да, мне почему-то кажется, у нас будет сын, - улыбнулась она. - А мне кажется, что дочь у нас с тобой тоже будет! - заверил ее довольный папочка и, взяв со стола ее пустую тарелку, пошёл за второй порцией ужина.