Дед Мороз, Снегурочка и маленький эльф

Выехав с офисной парковки, Валерка, как всегда, сразу же вдавил в пол педаль газа и резко разогнался, чувствуя себя за рулем своей любимой Теслы, как рыба в воде. Правда, далеко уехать все равно не получилось - вечерние пробки, к сожалению, никто не отменял. Зато, в пробке он увидел замаячивший впереди зад Викиной Тойоты и попытался догнать и перестроиться так, чтобы ехать с ней рядом. Но подобраться сбоку у него никак не получалось, и тогда он просто встал за ней и, чтобы она заметила его, начал сигналить ей фарами. Он же не знал, в насколько эмоционально разобранном состоянии она в этот момент находилась. Но несмотря на это свое состояние, Вика все же заметила его. Сложно было не заметить! И… только еще больше расстроилась. Как же ей хотелось, чтобы он, наконец, прекратил свои преследования и в офисе, и на дороге, и оставил уже ее в покое. А Валера все продолжал и продолжал ей моргать, заигрывая с ней таким сумасбродным способом. И, в конце концов, засмотревшись в зеркало, она не успела вовремя среагировать и въехала таки в зад впереди плетущегося автомобиля. Скорость была, конечно, низкой, и столкновение получилось довольно мягким, но владелец пострадавшего Mitsubishi Pajero был явно не в духе и, быстро глянув на масштабы трагедии, нервно махнул Вике, чтоб съезжала за ним на обочину. После чего, все три автомобиля ровненько перестроились в правый ряд и остановились друг за другом. Выйдя из машины, Валера деловито направился не к Вике, а к нервному водителю, которого хорошо знал, так как тот работал в соседнем с ними офисе этажом ниже. - Андрюха! Спокойно… - видя, что Андрей был злой, как черт, Валерка выставил вперед ладони, чтобы как-то попытаться успокоить этого быка, готового броситься в бой. - Ты, главное, дыши… - посоветовал он. - Твоя что ль? - громко выдохнув, Андрюха пренебрежительно указал подбородком в сторону Виктории, которая выходить из машины, похоже, не собиралась. - Моя! - охотно кивнул Валерка, довольно улыбнувшись, и тоже осмотрел столкнувшиеся машины, поковыряв там что-то пальцами. - Слушай, твоему Пахеро все равно все по х*ру. Пара царапин всего, - складно заключил он после осмотра и тщательно отряхнул руки от налипшего снега. - Че? - тут же обиделся Андрюха. - Ты че сказал? Какому Пахеро? - Ну так на испанском же “пахеро” произносится. Не знал что ли? - хохотнул Валера. И кто его только за язык то тянул, полиглота этого... - Не… - задумчиво почесал затылок Андрей. - Гонишь, небось? - зная шутника Валерку, понадеялся он. Тогда Валера прям не поленился и включил в телефоне переводчик, дав ему послушать. - Ты прежде чем автомобиль покупать, хоть бы почитал про него, - посоветовал он. Сам то Валерка, как и его друг Штольман, очень увлекался темой авто и знал много чего нужного, ну а заодно и… не особо нужного, но, так сказать, интересного. - Кстати, в Испанию на этой машине лучше не ехать - у тебя “Pajero” крупными буквами на заду написано. А там это знаешь что означает? - по дружески предупредил он, еле сдерживаясь, чтобы не заржать. - Что? - расстроено поинтересовался Андрюха, уже чуя, что ничего хорошего. - Дрочила, - виновато пожал плечами Валера, а потом не выдержал и все-таки заржал. Побагровев не то от стыда, не то от злости, Андрей выдал в ответ несколько весьма нецензурных фраз в адрес своей горе-машины, заодно не забыв и про умника Валерку, а потом раздосадовано бросил, тоже весьма нецензурно, что заполнять европротокол он принципиально не будет, поэтому придется им всем тут ждать гаишников до второго пришествия. - Да не вопрос, - развел руками Валера и, подойдя к Тойоте, увидел, что Виктория, с совершенно расстроенным видом, сидит, схватившись за руль, и ревет. - Викуль, зайка, открой, пожалуйста, - постучал он ей в окно со стороны пассажирского сиденья, убедившись, что двери заблокированы. Посмотрев на него заплаканными глазами, она нажала на кнопку разблокировки и впустила его. - Ну, прости… - садясь рядом с ней, Валера сделал весьма виноватое лицо и попытался ласково дотронуться до ее руки. - Иди к черту, - отмахнулась она, заодно смахнув со своих щек и слезы. - Я помочь хочу, - тихо ответил он. - Этот дрочила ментов ждать собирается, - также пренебрежительно, как несколько минут назад сделал Андрюха, махнул теперь в его сторону подбородком и Валера. - Тогда помогай молча, - раздраженно попросила Вика. - Ладно, - согласился Валерка. Еще бы он не согласился… Следом за Теслой еще несколько машин из офиса, проезжая мимо и замечая на обочине знакомую Тойоту, притормаживали, включая и Брабус, в котором ехали Анна со Штольманом. Но видя, что Валерка уже помогает Вике, спокойно ехали дальше, зная, что если он там, значит с ней все будет хорошо. А Валерка, тем временем, терпеливо и молча сидел рядом с Викой, пока не приехала машина ДПС, ужасно сдерживая себя, чтобы не начать снова приставать к ней. Она ведь такая красивая, такая притягательная для него, сидела тут, совсем рядом, только руку протяни. Но он даже закурить не решался, чтобы лишний раз ее не раздражать. Единственное, что Валера не понимал, это почему на ней совсем не было лица. Прям как в той песне, от которой фанатела его жена. Тоже, наверное, неспроста. Если бы слёзы твои были водой, Ты бы уже напоила ею весь мир… Но, подумав, он списал все на нервы и на аварию. Других причин он как-то и не видел. Хотя о жизни Вики вне офиса имел весьма и весьма скудное представление. А когда ДПС-ники, наконец, до них добрались, Валера уладил все вопросы и заполнил все формы, какие были нужны для страховой. И также заботливо предложил расстроенной Вике подвезти ее до дома. - А машину куда? - не поняла она. - На стоянку к офису отгоню сейчас, - предложил Валера. - Ну, ладно, - согласилась Вика, чувствуя, что не в силах ехать дальше за рулем. Валерка пересадил ее в свою Теслу, мигом отогнал раненую Тойоту к офису и вернулся назад на попутке. - Да не расстраивайся ты, - пытался приободрить он Викторию. - Завтра позвоню ребятам из сервиса, они заберут твою машину и за день, максимум два, все сделают, - заверил он. - Спасибо, - слегка улыбнулась она, наконец. - Да не за что, - добродушно откликнулся тот, радуясь тому, что Вика все-таки улыбнулась. - Я виноват, мне и исправлять. - К тому же… - немного помолчав, медленно продолжил Валера, не зная стоит ли сейчас снова говорить об этом. Но держать свои чувства в себе ему было невозможно сложно, его так и распирало, и он все-таки решил сказать. - Вик, ты мне, правда, нравишься. Очень. У меня прям башню от тебя сносит. Ничего не могу с собой поделать. - Валерочка, а тебя не смущает, что Ты мне совсем не нравишься? - с вызовом посмотрела на него Виктория. Валерка на секунду расстроено опустил глаза, но тут же, как всегда, оптимистично улыбнулся. - Пока нет. А там… поживем - увидим, - самоуверенности этого парня можно было только позавидовать. - Погнали, красотка? - подмигнул он ей и снова вдавил в пол педаль газа. ********** - Расскажешь, что у тебя там за тема такая интересная появилась? - попросил Яков, как только они с Анной отъехали от офиса. - Да… Представляешь, есть такое агентство, типа свадебного, но на деле вовсе и не свадебное, а очень даже наоборот, - весьма сбивчиво начала говорить Анна. - Это как это? Наоборот? - не понял Штольман. - А так, что к ним обращаются женщины, которые не хотят замуж, а хотят… - на секунду замялась Анна, не зная, как лучше и объяснить это. - Эскортницы что ли? - нахмурился Яков. Как же ему не хотелось, чтобы Анна хоть как-то касалась подобных тем, но из песни, как говорится, слов не выкинешь, а журналисту, как ни крути, все-таки приходится иметь дело с разными “материалами”. - Да нет… - отмахнулась та. - Лесбиянки? - сделав совсем удивленное лицо, снова предположил тогда Штольман. - Да нет же… - слегка раздраженно посмотрела на него Анна, чтобы он, наконец, дал ей возможность спокойно сформулировать свою мысль. - Эти женщины не хотят замуж, а хотят ребенка от… Ну, как это сказать… от альфа-самца, в общем. Понимаешь? - Нет, - честно признался Яков. - Ничего не понимаю. Какого еще самца? - Ну, от мужчины - красивого, здорового и занимающего не последнее место в обществе… Мне так объяснили… - ответила Анна. - Зачем? - продолжал ничего не понимать Штольман. - Ну как, зачем? Чтобы у них был ребенок с хорошими генами, успешный в будущем… Что непонятного то? - Все непонятно, - покачал головой Яков. - А самец этот что? Он на это согласен? Как это, вообще, все работает? - Он не один, их много. И они знать не знают, что их используют. Дамочки ведь там тоже непростые. Выбирают себе по базе данных того, кто приглянулся, знакомятся, вступают в отношения. А как только наступает беременность, то машут ручкой и все, - разъяснила Анна таким тоном, как будто рассказывала, к примеру, как пользоваться кофеваркой. - Машут ручкой? - Штольман вдруг почувствовал, что его рубашка начала неприятно липнуть к спине от внезапно пробившего его холодного пота, а кончики пальцев на руках занемели так сильно, что стали покалывать, от того, как крепко он сжал руль. Лучше бы она и правда рассказывала про кофеварку. - Ну да! А через девять месяцев они рожают себе деток. Только своих, без отцов. В общем, если все будет хорошо, то я смогу получить доступ к этой базе. Правда, нужно будет заплатить. Сначала за то, чтобы меня порекомендовали, потому что туда только по рекомендации знакомых можно попасть. А потом собственно за услуги. Там, конечно, кругленькая сумма выходит, причем независимо от результата, - продолжала она. - Аня, какая база? Какие, к черту, услуги? Ты что, хочешь стать клиенткой это “свадебного” агентства? - выдохнул, наконец, совершенно сбитый с толку Штольман, не желая слушать это дальше. - Да не собираюсь я ни с кем встречаться, мне просто нужен доступ к этой секретной базе. Наверняка, там собрана очень интересная информация. Узнаю, кто там вообще в ней есть. Понимаешь? - судя по всему, Анна была в крайнем воодушевлении от предстоящего расследования. - Нет! - прозвучало в ответ немного жестко. Но, стараясь сохранять спокойствие, Яков, однако, хотел четко дать ей понять, что не позволит заниматься этим делом дальше. И особенно не позволит смотреть эту чертову базу. Потому что…. да потому что он даже представлять себе не хотел, что будет, если она отыщет там его самого. А некоторые предчувствия и смутные сомнения в том, что она его там все-таки отыщет, после сегодняшней встречи с Мишель уже начали терзать душу ни в чем неповинного Штольмана. - Почему? - озадаченно переспросила Анна. - В конце концов, эти мужчины должны знать, что у них могут быть дети. Да и дети без отцов - это неправильно! А представь, если бы так ужасно поступили с тобой? - словно прочитав его мысли, выпалила она. Не подумав… Штольман нервно сглотнул. Только этого ему сейчас и не хватало - отыскать парочку-другую внебрачных детей и вмиг стать многодетным альфа-самцом, прости Господи! “Никому нельзя верить в этом мире, особенно - женщинам”, - в очередной раз за свою жизнь раздосадовано подумал он, а посмотрев на Анну, решил, что если уж и она когда-нибудь обманет его, то жизнь в этом проклятом мире, вообще, потеряет всякий смысл. Хотя, конечно, все его естество, внутреннее чутье и какие-то шестые, седьмые и десятые чувства вместе взятые подсказывали ему, что эта женщина сделана совсем из другого теста. Да и детей он очень любил, и если что, то уж, конечно, прятаться от ответственности точно не стал бы. Но это он, а другие “самцы” вполне могли иметь и совсем другое мнение на этот счет… - Нет, - снова повторил он. Еще жестче. - То есть, нет? - посмотрела на него Анна, до глубины души возмущенная и его отказом, и его тоном. - Я могу и свои деньги заплатить, если редакции это неинтересно. Только материал потом продам и ты его не получишь, - надулась она. - Да дело не в деньгах. Я не хочу, чтобы этим делом занималась Ты, - пояснил он свою непримиримую позицию. - То есть я это дело раскопала, а ты хочешь отдать его кому-то другому? Вот так просто? - не верила своим ушам Анна. - Да я за Тебя беспокоюсь. Еще неизвестно что там за люди работают, и какая, вообще, крыша у этого бизнеса. Ты понимаешь, что это может быть опасно? Там, где незаконно крутятся большие деньги, всегда опасно, - попытался он объяснить более убедительно. - Здрасьте, Мария Тимофеевна, - с осуждением бросила Анна. - Ты прям как моя мама. Но я уже не ребенок! Я журналист! И я хочу сама заниматься этим делом, ясно тебе? - начала она уже всерьез злиться. Штольман почувствовал, что от этого разговора потными стали уже и его ладони. И быстро обтерев их об джинсы на коленях, перестроился в правый ряд и встал на обочине. Кстати, ненамного дальше уехав от своих коллег, ожидавших ДПС-ников. - Аня, я прошу тебя, послушай меня. В отличие от твоей мамы, я умею различать, где опасность серьезная, а где нет, - попросил он. Хотя нет, скорее воззвал. Причем весьма отчаянно! - Ты… преувеличиваешь, - обиженно хмыкнула она в ответ. Да, возможно, он преувеличивал. Скорее всего, преувеличивал. Но и позволить ей заниматься этим делом не мог. И вообще, если все-таки окажется, что его тоже без его собственного ведома втянули в это безобразие, то ему придется со всем этим разбираться очень серьезно. Самому! - Может, и преувеличиваю, но вас теперь двое, и нам нужно быть вдвойне осторожнее, - парировал Штольман. Миролюбиво и разумно. И во взгляде его было столько неподдельной заботы и обожания, что другая точно бы уже растаяла. Другая, но не она! - Я буду осторожнее, я тебе обещаю! - заверила Анна. Совершенно искренне. Так искренно, как только могла. А она могла! - С нами ничего не случится, - нежно погладила она свой живот. Возраст… Что тут скажешь? В двадцать лет всем еще кажется, что море по колено, а горы по плечу. И Яков это отлично понимал, потому что лет двадцать назад и сам был таким. Ну и характер, конечно, тоже! Упрямый, как у самого упрямого в мире барана. Это он тоже уже, что называется, прочувствовал. Чуть не зарычав от бессилия, что миром договориться не получится, Штольман снова завел мотор и молча поехал дальше. Как же тяжело ему давалось эта необходимость постоянно держать себя в руках. А Анна словно испытывала его на прочность, каждый раз с какой-то невероятной непринужденностью придумывая все новые и новые способы, чтобы заставить его понервничать. Она тоже молчала и, отвернувшись, смотрела в окно. Потому что смотреть на хмурое лицо своего слишком заботливого мужчины ей как-то не очень хотелось. Но и отказываться от материала, который по счастливой случайности и редкой удаче, попал прямо ей в руки, тоже не хотелось. Ехать до дома оставалось еще всего то минут десять, но за эти минуты Яков постарался все хорошенько обдумать и даже смог как-то прикинуть в голове примерный план действий, чтобы успеть разобраться в этом деле раньше Анны и, если что, уберечь ее и от возможной опасности, и от ненужной пока информации. Он же не знал, что в ее голове в это время тоже шел активный мыслительный процесс. На ту же самую тему! Это не девочка, это беда! Я с такой, как она, ни за что никогда! Странная девочка, но я ведусь, Я в другую уже никогда не влюблюсь!