— Не думала, что когда то поверю в это.

      Съёмки закончились, а вопросы к Диме прибавились. Что за мужчину он увидел? И что этот мужчина вообще хочет от Насти после смерти?       — Дим, можем поговорить? — переминаясь с ноги на ногу, спросила белобрысая. В глубине души были опасения, что этот мужчина кто-то из её родственников, с которыми у девушки не самые позитивные отношения. — Я понимаю, что ты устал, но не мог бы рассказать об этом мужчине? — интерес брал верх, и хотелось поскорее узнать, что же этой душе надо.       — Всё в порядке, — уголки губ дрогнули в улыбке. — Пойдём.       Чернокнижник взял Настю за запястье и повёл в комнату, в которой обычно никого из съёмочной группы не было. В последний момент блондинка увидела непонимающий взгляд медиума и быстро пролепетала: «Потом объясню.»       — Что именно тебя интересует? — спросил Матвеев, как только парочка пересекла порог комнаты.       — Скажи, что это за мужчина, — голос предательски дрогнул на последнем слове, выдавая состояние Насти с потрохами. Ей было чертовски страшно. Она хотела позвонить Алисе и рассказать об ощущениях, которые она могла почувствовать. Про мурашки и холод в области позвоночника. Про эту бессмысленную игру в гляделки с чернокнижником, с которым она поговорит на эту тему после.       Дима больше не говорил с белобрысой. Он будто бы читал какую-то скороговорку. Всё же, опыт давал о себе знать, и несколько заговоров он помнил наизусть.       — С сединой мужчина, — начал свой рассказ Матвеев. — Лет, наверное, пятьдесят, может чуть меньше. Серые глаза, морщины уже стали появляться около рта, глаз и лба, — Дима на секунду замолк, а после посмотрел куда-то Насте в спину. — Говорит, не тому я тебя учил, — непонимание читалось в глазах чернокнижника. Он явно слышал многое, но вроде бы ему было неприятно говорить об этом. — Зачем в стримеры пошла? Может ещё и учебу бросишь, и с семьей все связи оборвешь?       Настя сжимала края своей футболки, нервно покусывая нижнюю губу. Она, вроде бы, поняла про кого идет речь. Матвеев описывает её отца, который ушёл из жизни в сорок семь из-за аварии.       — Тебя же никто кроме семьи не полюбит, ты никому не нужна, и Алисе своей ты не нужна. Неужели ты не понимаешь, насколько ты ничтожна? Думаешь, раз я умер, то больше не буду рядом с тобой? — чернокнижник впервые посмотрел на лицо белобрысой.       По щеке уже катилась не первая слеза. Было так больно слышать эти слова вновь. Боль отдавалась в глубине сердца. Оно словно разбивалось на несколько тысячи осколков от слов, которые девушка слышала не в первый раз.       Макияж поплыл. Под глазами были чёрные следы от туши.       — Извини, — до Димы не сразу дошли слова, которые он сказал ранее. Он был, будто бы, в трансе и не понимал ничего. — Это же твой отец, верно?       — Да, — чуть дрожащим голосом сказала та. Слезы наворачивались с новой силой, а боль в груди только росла. — Я наверное пойду, с-спасибо за всё, — шмыгая носом, девушка уже вставала с нагретого места, разминая затекшие конечности. Она будто бы попрощалась с Димой раз и навсегда.       — Подожди, ты куда в таком состоянии?       От недо-заботы со стороны парня у девушки еще сильнее заболело сердце. А вдруг её бросят? Может и Олег просто играется, ради хорошей картинки на экране?       — Я справлюсь, правда, просто отпусти, — тихий голос девушки сейчас дрожал и надрывался. Воздуха не хватало, а в горле был неприятный ком, от которого хотелось поскорее избавиться.       Не дожидаясь ответа от парня, Настя рывком вырвалась и поскорее убежала, хватая джинсовку. Она не обращала внимания ни на кого, в голове крутился один единственный номер. Номер Алисы.       — Алиса, пожалуйста, — взмолилась та, надеясь, что у темноволосой не будет лишних вопросов. — Забери меня, я сейчас у здания, где снимают битву.       — Настя? Что с тобой?       — Поговорила с отцом, — коротко ответила блондинка. Больше слов не понадобилось. Послышался короткий гудок, оповещающий о конце диалога.

***

      — И чёрт тебя дернул пойти с чернокнижником, — девушка нервно ходила из стороны в сторону, иногда поглядывая на подругу, которая сидела опухшая и красная. — Давно я тебя такой не видела…       — Я расплакалась, как сука, — глаза опять начинали слезиться, стоило Насте вспомнить слова Матвеева, как в голове всплывали картинки из детства. Она смотрела лишь в одну точку, не желая поднимать голову. — Мне страшно попадаться ему на глаза… А если он ещё что-нибудь увидит?       Глаза саднит. Сколько она плакала? Неужели это всё из-за того, что она услышала фразы своего отца?       — Чувствую чей-то психолог купит новую машину, — начала раздумия темноволосая. — Что делать планируешь?       — Сегодня прорыдаться… Завтра отдых от съемок, займусь чем-нибудь, а потом всё по новой, — измученно произнесла девушка. Она раньше и подумать не могла, что съёмки могут так выматывать.

***

      Настенька, а что у тебя с глазами?       Стали замечать многие люди на стриме. Покраснения на лице девушка спокойно могла замазать тональником, но глазные яблоки блондинки так и не приобрели обычный цвет.       — Я вам расскажу и вы просто выпадите, — начала девушка. — В общем, думаю все уже видели третий выпуск Экстрасенсов… — в итоге девушка рассказала про разговор с Димой и её опасения насчет того, что еще может увидеть чернокнижник. — Так я даже никогда не упоминала своего отца ни в какой социальной сети. Про него вообще известно только то, что он у меня был.       — Поймите, Дима на самом деле очень приятный и позитивный человек. Он хорошо общается с Олегом, Линой и другими экстрасенсами.

***

      Девушка теребила кольца на пальцах и всё время поправляла прическу. Если она еще задержится хоть на минутку, то ей точно начнут звонить с вопросами.       Все суетились и переходили из одной комнаты в другую. Настя, как обычно, пошла в помещение к экстрасенсами. Многим девушкам наносили пудру. Виктория снимала свой личный влог, разговаривая то с одним экстрасенсом, то с другим.       — Можно? — к девушке подошла визажист, с целью подправить макияж, который Настя сделала себе дома. Та лишь кивнула и чуть приподняла голову вверх, чувствуя аккуратные и приятные движения кистью.       — Меня щас чуть не разорвали, — в комнату вбегает Череватый. — Откуда они узнают, что у нас тут съёмки?       Видимо это уже не первый раз, когда такое происходит. Некоторые экстрасенсы решили выйти, чтобы поговорить со своими фанатами.       — Насть, идешь? — произнесла Лина, когда от блондинки отошел визажист.

***

      На улице столпилось большое количество девочек разного возраста. Все хотели сфотографироваться с кумиром и подарить ему что-нибудь.       — Настя! Настя! — одна девочка пыталась выйти вперед, чтобы ее услышали и увидели. Наверное, это одна из немногих, кто захотел увидеть именно девушку. В ручках она держала небольшой пакетик, который был чем-то набит. — Это тебе и не смей расстраиваться! Мы тебя очень любим и надеемся, что с тобой всё будет хорошо, — как только белобрысая подошла к девочке, той сразу отдали пакет.       Настя поблагодарила девочку и предложила сфотографироваться, что они и сделали. Слова так грели душу, что появилось желание дальше работать. Как бы сильно Настя не пыталась казаться сильной в глазах многих людей, она была ранимой натурой. Особенно, если дело касалось людей из детства.       Пакет оказался забит различными сладостями, что очень сильно умилило девушку.       — Насть, всё нормально? — к блондинке подошел Олег, который явно намекал на то, чтобы ему рассказали, что произошло два дня назад.       Отойдя чуть дальше от лишних глаз, девушка рассказала, что произошло в тот вечер. Больше всего девушка боится осуждения. Особенно со стороны друзей. Олег лишь приобнял девушку за плечи, говоря, что она со всем справится.

***

      — Дмитрий, у вас самый высокий балл, и вы занимаете первую строчку в нашей таблице! — радостно проговорил Башаров. — Скажете что-то?       Что больше всего поразило девушку, так это то, что на лице у Димы не дрогнул ни один мускул. Дальше он передал пару слов китайским зрителям.       Камеры выключились. Дальнейшая тройка была определена и вылет всем назначили на вечер. К этому времени все должны собраться и быть готовыми к тому, что придется долго перебираться.       — Дим, прости, что так ушла, — извиняться Настя не любила, но она понимала, что поступила некрасиво. Взяла и убежала, когда можно было всё обсудить.       — Да это я должен извиняться, сейчас всё нормально? — тот почесал затылок и немного улыбнулся. Его улыбка была такой искренней и красивой.       — Да, да, да, — пролепетала девушка, не зная, как продолжить диалог.       — Если что, я больше в это не полезу без твоего разрешения, идёт?       — Идёт, — кивнула Настя, облегченно выдыхая. Этот разговор дался ей намного легче, чем она считала. — Поздравляю с победой.