Сон на яву.

Разлепить глаза заставил звук бьющихся волн о скалы и бриз, приносящий с собой запах морской соли, чего — то напоминающего йод и водорослей. И однако долетали до меня прохладные брызги. Маленькие капли соприкасались с кожей и приятно охлаждали, правда это было бы выгодно в жаркую погоду, но таковой не наблюдаю… И стоп! Какое нафиг море, когда засыпала в мягкой кроватке?! Надо осмотреться. Стояла на краю обрыва и знаете, он чем — то очень напоминал тот самый обрыв из романа «Сумерки» с которого спрыгнула Белла, только этот был выше и более узкий что ли. Слева, внизу обрыва расположился, кажется, целый океан, а справа росли деревья да кустарнички. Что за чертовщина? Я же дома была… Точно помню, как поужинала, приняла ванну и легла спать. Как так? Мм, а кто — нибудь ещё здесь есть? Крикнула. Тишина. Замечательный расклад, ничего не скажешь! В лесу и одна — одинешенька. Не хватает для полной картины, чтобы из — за кустов выскочил какой — нибудь серый волк и всё, пиши завещание! Погрузившись в мысли о клыкастых, не заметила как земля под ногами начала дрожать и в ту же секунду среди травы, словно, змейка петляя, пошла трещина и кусок откололся, и я полетела вместе с ним, бурча про себя бранные «ласковые» словечки. Летя спиной вниз, обернулась через плечо. Несомненно ждала встреча с водой. Падая, болтала ногами и руками, пытаясь ладонями за что — то зацепиться, хоть и бессмысленно. От испуга да и в целом от ужасающей, и непонятной ситуации часто нервно дышала, стараясь вдохнуть как можно больше кислорода. Истеричные мысли крутились вокруг того чёртового завещания, которое так и не написала. Стоять! Слишком молода, чтобы умирать! И к тому же много чего не успела сделать, Вселенная, ты что! Всего лишь мои шестнадцать лет жизни и вот так, умереть? Э, э, нет! А как же затискать Пушка, с которым у нас начали налаживаться отношения? А попрощаться с родителями? А чмокнуть Милку в щёчку? И как же в конце концов день рождение нашего «богатыря» Емели?! Немного обо всём. Милка, полное имя Милена моя младшая сестра, на два года младше. Емеля, Емельян — наш старший брат, на три года старше меня. Пушок — наш кот Сиамец, ох и злючая зараза! Нас с Милой частенько то царапать или укусить пытается, слушается только папу с мамой, а Емельку обходит стороной. Но у меня с ним мир наметился и даже покормить себя даёт, а тут такое, на тебе! Я ведь его в обнимашках задушить хотела, в хорошем смысле выражения… Ласковый ведь он, кошак, вредноват просто. Бултых? Упала в воду, что была тёмно — синего цвета с отблеском серого металла. Но по своим ощущениям не могу с уверенностью говорить, что это вода. Присутствуют не свойственные ей характеристики. Густая, вязкая, чуть липкая, тягучая, как смола, но при этом и жидкость. Можно ли из этого выбраться? Воздуха пока хватало. Успела таки задержать дыхание перед тем, как погрузиться в водичку своеобразную. Ну же, греби, Злата! — подбадривала себя. Плыву вверх, но тянет вниз одежда, намокая, которую не особо разглядывала, поскольку мягко говоря не до неё. Ах, да, ещё эта «вода» была не прозрачной, то есть она была мутной. Впечатление будто попал в этакую слизь, ну и лёгкая невесомость, как в космосе, вот только, доберусь ли до звёзд? Чем усерднее старалась доплыть, тем сильнее тянуло на дно. Будто какая — то неведомая сила не давала. Воздух в лёгких тратился. Проплыла ещё немного и окружавшая субстанция стала словно клей, если раньше хоть как — то двигалась, то теперь словно в трясине увязла. Воздух поспешно заканчивается. Невольно делаю вдох, перед глазами парочка мелких пузырьков кислорода, «вода» забивается в нос и лёгкие, обжигая всё внутри, сознание туманится. До желанной свободы оставалось пару сантиметров, в угасающей надежде протягиваю одну руку вперёд, прежде чем окончательно отключится. Это конец?.......... Пытаюсь сделать вдох, беспомощно шевелю губами, открывая рот, как выброшенная рыба на берег. Ничего. В груди сильно болело, казалось даже сами рёбра едва ли не разваливаются на части и сдавливают внутренние органы. Спасительный воздух не представляется возможным и ещё это ощущение, будто придавлена большим булыжником и из — за его тяжести ничего не могу. Но........Разве не утонула в той водичке? В очередной раз безмолвно открываю рот и наконец — то вдохнула! Бешено вдыхаю воздух, выдыхая и вдыхая ртом. Дыхание стабилизировалось. Положила ладонь на лоб и тыльной стороны ладошки, что — то коснулось, слегка щекоча кожу. Волосы? У меня никогда отродясь не было чёлки! Что за фигня! Та вода… Это был сон? Ну и приснится же такое! Потерев кулачками зенки, открыла их и повернув голову на подушке влево, стала осматриваться. Не моя комната! Ну или по крайней мере она притерпела косметический ремонт, хотя зачем он, когда всё есть? Менять её интерьер мы не собирались. Кровать сделанная из дерева цвета какао, стоящая у стены, напротив неё также у стены расположился не маленький шкафчик кремового цвета, у изголовья с правой стороны стояла небольшая тумбочка в тон кровати. Лежала я под лёгким одеялом, свидетельствуещее о тёплом времени года. Придирчиво, сморщив нос, оглядела одеяло лавандового цвета. Всё постельное бельё было лавандового оттенка. В изножье кровати стоял стол со стулом цвета какао, сверху над ним были две полочки. Слева от шкафа стояло зеркало в деревянной рамке во весь рост. Левее от прикроватной тумбочки был сам вход в комнату. Дверка была кремового цвета. Напротив двери было огромное стеклянное окно, прикрытое бледно — голубыми шторами, в тон ковру, который постелили на пол. Кремовый подоконник был широким и судя по всему, предназначался для того чтобы на нём сидели. По краям лежали лавандовые подушечки. И также справа от шкафа стоял средних размеров книжный шкаф шоколадного цвета. Выполнен был из дерева. — Карума, вставай. — в комнату зашла незнакомая мне женщина. — Иди кушай, а я пока вещи подготовлю. — подошла к шторам и раздвинула их в разные стороны. — Сегодня поедем к бабушке Аи. — развернувшись и смотря на меня с лёгкой улыбкой, оповестила она. Накрылась одеялом по нос, придерживая его кончиками пальцев. Нет, ну, согласитесь, лежите вы и тут незнакомцы заходят… Хотя ах, да! Я же больше не совсем я, согласна звучит странно и напоминает рекламу одной сладости. Видя мою реакцию, шатенка по — доброму усмехнулась уголками губ и ушла, давая время мне встать. Видимо списала всё на полудрёму. Потихоньку встала, не спеша откинув одеяло и подошла к столу. В центре лежала большая деревянная коробка и в ней были различные камешки. Минералы, самоцветы и прочие. На полочках кстати, было много всяких книжечек. Как она меня назвала? Карума?......Слышала, что в переводе с японского это означает драгоценный камень и судя по всему есть интерес к этому. Иронично! Правда, что — то мне это не нравится. Предчувствие что ли..... Спустя пару минут плутаний нашла ванну, подмечая по пути, что некоторые окружающие предметы стали больше меня самой. До раковины достать не могла, на такой случай была предусмотрена подставка. Не долго думая пододвинула её к раковине и встав на неё, повернула кран. Шокировано смотрю в зеркало и не веря происходящему нервно щупаю себя за лоб, и щёки. Маленькая девочка! От силы лет восемь… Стала мелкой, даа. Что делать то? Мой фактический возраст шестнадцать! Отыгрывать младшую? Ох! Будем пробовать и надеюсь, не заподозрят, что — то вроде, что для своего возраста слишком, м, по — взрослому рассуждаешь. Чистим зубки. Что ж стала маленькой… Хм, а почему сейчас не в школе? На выходной совпало? Ополоснула зубы и вернула щётку на своё место. С горем пополам смогла таки принять самый простой душ. Гигиена соблюдена! А почему Япония, спросите вы. Отвечу, хоть и банально, внешность. Овальное вытянутое слегка лицо, светлая кожа и «кошачья мордочка». Выглядела мило. Карие глазки и тёмные, больше шоколадного цвета волосы, чёлка, что достигала почти глазок и длина до плеч. А у той меня были не ниже, чем до поясницы, что ж так даже лучше и удобнее, думаю. Провозившись ещё немного по наитию пришла на кухню, где ожидали трое человек, естественно семья. Две женщины, одна из которых и разбудила, и одна в возрасте, и рядом с ней сидел пожилой мужчина. Та что подняла имела такие же шоколадные волосы тоже где — то до плеч и карие глаза, вторая же тёмные глаза и чёрные, как ночь, волосы, достигающие плеч, но чуть длиннее, у мужчины же были седые волосы, тёмные глаза и брови, что сочетались с светлыми прядями. Передо мной стояла тарелка с рисовой кашей, чай в кружечке и банан на десерт. Завтракая, не особо вслушивалась в речь взрослых, поскольку заботило другое. Неужели больше никогда не услышу бубнёж Милки или подколы Емели в нашу с ней сторону? Или…не будет теперь никогда шипящего комка шерсти под ногами? Печаль захватила эфир. — Кару, ты чего? — коснувшись ладонью моего запястья, спросила женщина и обеспокоенно оглядела. Похоже сильно приуныла, да и честно говоря, чуть опустила голову. Что же ответить? То, что хотела бы, нельзя, это будет подозрительно, для них. Что там говорила про некую Аи? Поедем к ней? Значит её тут нет, пробуем аккуратно спросить. — Мам. — поначалу открыла рот, но быстро соеринтировалась. — А когда бабушка Аи вернётся домой? — посмотрела на рядом сидящую женщину, а после перевела свой взгляд на мужчину и брюнетку. Оторвались от трапезы, на мгновенье. У меня такое не радостное выражение лица? Возможно. — Скоро, милая, скоро. — с улыбкой на меня смотрела темноволосая. — Надеюсь, врачи эти ничего не того не сделают. — на секунду в ней послышалось жуткое раздражение в перемешку с лёгким гневом. Что — то видать произошло и это что — то отнюдь не прибавляет настроения, никому. — Наоки! — осадил ту мужчина, слабо очень повысив голос, когда она открыла рот, собираясь сказать ещё что — то. — Думаю, мы все очень скоро увидим бабушку Аи, не переживай. — произнёс он и улыбнулся, смотря на меня. Впервые вижу его, но эта улыбка… Словно каким — то оптимизмом заразилась от неё. — Точно. — кивнула головой и широко улыбнулась. — Дедушка…ты прав. — неловко замялась, поскольку имени то не знала. Смущённо отвернулась, приподняв уголки губ. Ну, по возрасту, наверно, не прогадала. — Дедушка Каташи. — по — доброму усмехнувшись, подсказала, видя моё замешательство. — Забыла? — с весёло — заботливым огоньком в глазах спросила Наоки и посмотрела на внучку. Взрослые улыбались. — Бабушка Наоки, я просто ещё не проснулась до конца. — допила чай и с тем же настроем в глазах посмотрела на неё. Угадала? — Ну, конечно. — погладила по макушке. — Иди одевайся, вещи лежат на кровати. — улыбаясь, ответила шатенка. Поблагодарив за завтрак и слегка помогая им убраться со стола, пошла в свою комнату под слова одной из дам, что надо уже одеваться и чтобы не медлила с этим. На заправленной кровати лежала бежевая футболка и летний сарафан на тонких бретельках нежно — жёлтого цвета. Переодевшись, сложила пижаму и осторожно убрала её под подушку. Причесав свои космы, оставила распущенными, ибо в хвосте долго не продержатся, а косичка на мой взгляд будет какой — то смешной. Вышла из комнаты и прошла правее от кухни, и как оказалось там разместилась прихожая, и следовательно дверь. Взрослые, которые стоит сказать, тоже сменили одежду на выход, обувались, собираясь до конца. На ногах у меня были открытые нежно — жёлтые босоножки с бежевыми цветочками по бокам. На протяжении всего пути чувствовала себя не комфортно и не уютно, что ли. То ёрзала на месте или вертела головой в разные стороны, рассматривая. Никак не могла принять того факта, что в чужой стране. От этого возникало чувство какого — то отвращения. Когда перед взором мелькали то тут, то там, азиатские лица или закорючки, они же иероглифы, вера в то, что это всего лишь сказка разбивалась вдребезги на миллион мелких осколков поражая до корки мозга. Частично выручило то, что вспомнила свой теперешней возраст и как многие дети поглядывала на пейзаж за окошком. В трамвае, проезжая остановок пять где — то, сидела и смотрела в противоположное окошко. Думалось о родных. Неужто не увижу своего брата и сестру, и зловредного кота, слушающегося лишь только родителей? Папа, мама — скучаю по ним. А......может эта «новая» семья сможет заменить их? И почему подумала о таком? Нет, наверно.......Не знаю, увидим. Глянула тайком на взрослых. Любопытно, а из этой страны Восходящего солнца смогу вернуться обратно? Погоди, Злата, уймись, о чём ты. Я же больше не я! Не заметно тяжело выдохнула, отвернувшись на секунду в сторону. Дальше было метро, хоть что — то привычное и не изменное даже здесь, в другом месте. Тут не делала подсчёт станций, поскольку было много, да и не меньше десяти — ехали долго. На сиденьях поезда приходилось привставать на колени, чтобы увидеть, что же там за окном. — Карума, сядь пожалуйста хорошо. — взяв за запястье и усаживая обратно, требовательно произнесла женщина и серьёзно глянула на своё чадо. В очередной раз сказала она, усадив на место и строго заглядывая в глаза, держа несколько секунд меня за ладошку. Размеренным шагом шли к зданию среднего размера, насчитывающего около трёх — четырёх этажей. Светлого цвета, бежевое какое — то. Справа от него стояла небольшая каменная табличка на которой было название сие больницы, а вернее госпиталя, как успела прочитать, пока шла, держа за руку маму. Поднялись на второй этаж и дедушка Каташи первее всех дойдя до медицинского поста, за которым сидели две медсестры в белой форме, напоминающей платье, что — то спросил у них. Подошли к дедушке. К нам вышел врач и поклонившись принёс свои извинения. Бабушка что — то сказав про состояние, стала трясти этого бедного, на мой взгляд, молодого врача. Просили прощения. Бабушка вновь потрясла того за плечи и мама одной рукой коснулась её руки, чтобы умереть пыл. Была совершена медицинская промашка? Хмм, можно тогда понять, но судя по тому, что удалось услышать, в целом всё в порядке. А речь то о?.. Верно про бабушку Аи. Она же пришла в себя? Похоже. У меня было ощущение, что этого врача где — то уже видела. Где? Пытаясь вспомнить натыкалась на преграду. Что — то словно блокировало воспоминания и вопрос оставался без ответа. Внимательнее разглядывая его, ловила дежавю. Синяя медицинская форма, состоящая из брюк и чего — то наподобие футболки с v — образным вырезом, и широкими карманами снизу у «футболки» по бокам, но и также сверху справа был кармашек, и там же бейджик на котором написано его имя. Совсем слегка кучерявые волосы цвета шоколада и карие глаза. Вновь готовится коснуться врача, реагирую наперёд. Делаю шажок и едва тяну за низ её клетчатой рубашки. — Бабушка Наоки, не надо больше. — с просьбой смотрю в её тёмные очи, она кажется впала в ступор на пару минут. Эх, а как же хотелось закричать что — то вроде: а ну хватит трясти его за плечи! — Ничего ведь не случилось и этому мы обязаны ему. И ещё кое — что, о чём нельзя забывать всё же......Врачи не волшебники. — опустила голову, чувствуя спинным мозгом всё внимание на себе. — Но. — подняла голову и решилась оглядеть всех. — Они сражаются за жизнь до самого конца, прилагая все возможные усилия. Повисло безмолвие. Казалось, было слышно как тикают часы позади нас. Брюнетка пристыженно опустила взгляд и искоса, украдкой виновато поглядывала в сторону молодого человека. Во взгляде самого медика читалась этакая благодарность с пониманием, которым он смотрел на маленькую девочку. В молчании ощущалось что — то угнетающее. — Как же ты повзрослела у меня, Карума. — сказала мама и подойдя ближе погладила по макушке. Она тоже чувствовала это что — то неприятное и возможно даже, колкое ветающее в атмосфере. Этим действием попыталась разрядить обстановку, что весьма удалось. — Доктор, а мы можем пойти к бабушке Аи? — перенаправила тему разговора и посмотрела на того. — Да, конечно. — немного оторопя, ответил он, словно был в глубоких думах и легонько улыбнулся уголками губ. Последовали за ним. Мы с мамой шли в конце и играли в этакого «Куда идём мы с Пятачком», слабо качая наши ладони назад и вперёд. Проводив нас врач ушёл слабо поклонившись, что сделали и некоторые из нас. Бабушка была в полусидячем положении и на лице одета была кислородная маска, на пальце голубой похоже пульсоксиметр и вокруг стояло много разных аппаратов. Её тёмные наполовину седые волосы были заплетены в лёгкую косу. — Карума, и ты пришла. — завидев меня женщина заулыбалась и сделала жест пальцами, чтобы подошла. — Бабушка Аи! — радостно воскликнула и подбежав к ней, слабо приобняла её. Что же будем играть, стараясь не вызывать подозрений. — Бабушка Аи, а ты скоро вернёшься домой? — отпустив её и взявшись ладошками за бортик койки, и смотря на неё, спросила. — Ну, разумеется! — шершавые, но такие приятные тёплые ладони накрыли мои детские. — И мы, как и раньше будем с тобой играть, Кару. — её карие глаза источали доброту, заботу и желание поскорее вновь быть рядом с близкими. Разговор набирал обороты. Мне немного становилось скучно, да и размяться уже хотелось. Вы где — нибудь видели ребёнка сидящего на месте? Нет? Вот и я не собираюсь поддерживать этот миф! — Мам, я отойду не на долго? — подойдя к ней, тихонько спросила. — Да, но, может я лучше с тобой? — предложила шатенка, внимательно смотря на меня, а потом вокруг. — Мам, я справлюсь сама. — склонив голову на бок, как можно убедительнее ответила, не отводя от неё настырного взгляда. — Ну хорошо, иди. — потрепала меня по голове и я потихоньку пошла на поиски нужного. — Только пожалуйста аккуратнее, Кару! — услышала напоследок, когда уже развернулась, чтобы пойти. Через некоторое время найдя нужное и разобравшись с потребностью организма, села на стульчики, стоявшие в коридоре. Она так боится. Я единственный ребёнок в семье что ли? Может быть, да и старших или младших не встречала. Значит одна. Это.....не так весело. Привыкнуть надо будет к такому раскладу дел. От мыслей отвлёк звук, будто где — то что — то летит. Не особо думая, снова привстала на колени и держась ладошками за спинку стула, стала смотреть в окно. — Доктор Хелли. — прочитала название на летевшем вертолёте. Белый с красными элементами, а надпись синего цвета. Села обратно. Доктор Хелли? Для слуха снова что — то знакомое, попытка вспомнить и…головная боль. Это ещё что за ерунда! От силы боли, коснулась пальцами висков и опустила макушку. Закрыла медленно глаза и открыла. Болит. Поморгала и прошло. Что за финты такие?! А ещё эта бесячая мелодия.....Знаете, есть такая мелодия между объявлениями либо на авиавокзалах или железнодорожных. Что — то похожее здесь и звучало. Так что сполна насладилась ощущением того, что я на каком — то вокзале. Не спеша слезаю с стула и тут же плюхаюсь на него обратно, поскольку резко пошла голова кругом. Ну ничего себе, блин! Ожидать дальнейших сюрпризов? Спустя минут десять, наверно, кошмарное состояние успокоилось и теперь сидя на стуле, смотрела то влево, то вправо. И поняла. Потерялась окончательно! — Тебе помочь? — передо мной на корточки присела девушка и она была в такой же форме, что и тот парень. — Ты потерялась? С кем ты пришла? — тревожно смотря снизу — вверх засыпала она вопросами. — У, угу. — слабо кивнула и посмотрела на неё. — Хияма Михоко. — прочитала по слогам, разумеется английскую надпись. — Я тут с мамой, бабушкой и дедушкой. Мы пришли к бабушке Аи, а я вот, случайно потерялась, хотя думала, что смогу сама. — не ожидая от себя разооткровеничала с ней и более того, шмыгнула носиком. — А ты тоже доктор, да? — взглянула на ту. — Да, доктор. — встала с корточек. — Не переживай, сейчас тебе помогу. А ты значит умеешь читать кандзи? — погладив по макушке и протягивая свою ладонь, спросила она. — Вроде того. — слезла с стула и взяла её за руку, и мы пошли куда — то. Не буду же ей карты расскрывать, а со временем разберусь с этим не ясным зверем по имени кандзи. — Понятно. — легко улыбнулась. — Твоя бабушка Йошигучи Аи, да? — мимолётом глянув на девочку, спросила Хияма. Ребёнок кивнул в ответ и вскоре они пришли в палату, из которой она вышла. Мы стояли недалеко от взрослых. — Карума. — мама подошла к нам и обняла меня. — Не ходи в следующий раз одна, хорошо? — поглаживая по макушке, сказала, на что кивнула. — Спасибо вам огромное, что помогли. — улыбаясь, поблагодарила Йошигучи девушку и слегка поклонилась, что и сделала та. — Не за что. Ну а ты, лучше не ходи одна, больница большая и есть вероятность того, что ты можешь потеряться. — медик чуть наклонилась к ребёнку. — Не теряйся! — улыбнувшись уголками губ, произнесла Михоко и слабо щёлкнула пальцами девочку по кончику носа, и выпрямила спину. — Да, спасибо и удачи вам! — издав что — то похожее на м, произнесла и мило улыбнулась. Обменялись улыбками в ответ и врач ушла. До самого вечера пробыли в госпитале, общаясь с бабушкой. Вернувшись домой поели и начали готовиться ко сну. Переодевшись в пижаму, пошла в ванну. Кое — как почистив зубы и умывшись, почти не свалившись с подставки, отправилась обратно в комнату и погасив свет, легла в кровать. Тело, будем говорить всё как есть, хоть и не моё, но требовало отдыха. Хотя теперь, что моё и не моё, откровенно говоря, понятия путались между собой.