баскетболист

После случая с чуваком из параллели недели две пошло, не меньше, соревнования к концу уже подходили, Боря вот — вот кубок должен над головой поднять, медальку золотую получить, а еще звание лучшего игрока. Ваня уверен был в нем, никто даже рядом с Хэнком не стоял, но последнее время он сам не свой, первый толком не обнимает даже, хотя объятия до безумия любит, считая это интимнее секса, близость не только физическая, но и ментальная. Киса решил для себя, что поговорит с ним обязательно после полуфинального матча, слишком странно Боря себя ведет, даже перестал звать на площадку по вечерам, Илюша Кудинов теперь помощник его, Ваня на мысли себя ловит, что у того намного лучше получается пасы давать, но отгоняет подальше их, не мог Хэнк ему с Ильей изменять. Кислов на трибуне снова, малышки с восьмого класса к Боре подходят, конфеты сука дарят какие-то в милой розовой упаковке, Хэнк улыбается, обнимает каждую, а у Вани мир рушится, хочется подбежать, поцеловать прямо тут, чтобы видели все, что занят Боря, не лезли руками своими погаными к его собственному произведению искусства. Киса быстро рядом с компанией оказывается — Хэнк, давай отойдем, перетереть надо. — за запястье того хватает, к выходу из спортзала тянет, до игры еще около часа, успеет размяться попозже. — Мы вообще — то разговариваем тут. — малышка губки красные свои надувает, конечно, предмет обожания забрать хотят, а у Вани первый раз желание девочке пиздануть появляется. — Слышь, малая, ротик свой закрыла и села на скамейку, быстро. — Кислов поворачивается, языком по губе верхней проводит, на эмоции вывести хочет. — После игры договорим, девчонки, спасибо еще раз за подарок. — Хэнк улыбается мило, а те расцветают сразу, кивают быстро, идут в сторону трибуны. Киса так за собой и тащит Хэнка за запястье, сильно сжимает, в туалет заводит, Боря садится на подоконник, а Ваня между ног его встает, руки тому на поясницу кладет. — Это че было нахуй? — спрашивает, голову вбок наклоняя, лицо рассматривая, забыл уже за время выебонов Хэнка, как оно вблизи выглядит. — Это я у тебя должен спросить. — говорит серьезно совсем, даже не улыбается, а Ваню это только из себя выводить начинает. — Ты с пиздючками заигрывал, Хэнк. — цедит зло прямо в губы напротив, а сам в глаза смотрит. — И вообще, что с тобой в последнее время, ты про меня забыл совсем. Хэнк смеяться начинает, как будто накуренный, говорит знает, что Ваня тому изменил. Киса не понимает ничего от слова совсем, он чистый был уже месяц, ради Хенкина ебучего, а он ему дичь какую — то затирает про измену. — Чего нахуй? Какой изменил, Хэнк, тебе батя совсем мозги промыл? Тот свой телефон в руках разблокировал, в диалог зашел с кем — то, видео открыл, а там Киса с девочкой целуется, на шее отметины красные оставляет, вампир ебучий, рукой под юбку лезет, но видос старый, они с Борей тогда даже не признались друг другу. Ваня увидел, что Хэнк с училкой своей заигрывает, решил так внимание привлечь, накидался, как в последний раз, чтобы мамочку Борю потом на помощь позвать. — Борь, это давно было, правда. — руку на щеку кладет, а Хэнк лицо в сторону уводит. — Ты мне — то не пизди сейчас. — за запястье перехватывает, первый раз в глаза заглядывая. — Хэнк, я правду говорю, я ради тебя со стаффа слез, ты один знаешь, как мне плохо было. — лбом к чужому лбу прижимается, руку по спине вверх ведет, под футболку Бори забирается, большим пальцем позвонок за позвонком оглаживает. — Думаешь, я бы бесился с фанаток твоих, если меня кто — то помимо тебя интересовал? Целует того в нос аккуратно, а Боря задумывается, что зря о Кисе так плохо подумал, стыдно становится, но спросить надо. — Вань, а когда это было хоть? — голову тому на плечо кладет, языком проводит по шее, целует нежно, чтобы следов не оставить. — Помнишь, ты к Ольке своей ходил на хату, от Рауля спас, ты тогда с таким лицом это рассказывал, как вы чуть не поцеловались, я приревновал, накидался сильно, ты меня сам на этой тусе спать укладывал, ругал с утра, что я хуйней занимаюсь. Киса вздыхает, руки переплетает у Бори на талии, Хэнк целовать за ушком продолжает, а Ваня просто моментом наслаждается. — Кис, надо на разминку идти. — отстраняется, лицо в руки свои берет, мажет губами в угол чужих губ. Ваня пытается по — нормальному поцеловать, а Хэнк уворачивается, говорит, после игры в раздевалке нацелуются обязательно, прощение просит, стыдно, не должен был он так про мальчика своего думать. Киса засос тому на ключице оставляет, под футболкой не видно все равно будет, прощает, конечно, но с девочками мелкими разберется еще. Возвращаются в спортзал вместе, Ваня специально рядом с малышками садится, хочется сегодня их попровоцировать, телефон в руках Борин вертеть, коробку конфет держать, а потом и вовсе кушать начать, чтобы совсем добить. Хэнк сегодня забивает много, искупить вину перед мальчиком своим хочет, Ваня так соскучился по игре, она теперь по — другому вовсе воспринимается, хочет, чтобы именно он вновь Боре тренироваться помогал. Девочек внимательно слушает, они правил толком не знают, только Хенкину и хлопают, его сажают отдохнуть, отрыв большой, лучшему игроку можно и отдышаться. Скамейка запасных маленькая совсем, поэтому Боря в сторону болельщиков направляется, к Кисе подсесть хочет. Девочка к себе зовет, а Кислов говорит, чтобы нахуй шла, Хэнк друга на юбку не поменяет. Боря улыбается, девочке говорит, что к Ване сядет, к скамейке запасных поближе. Кислов в ухо тому шепчет, что заебали его девочки эти, а Хэнк говорит, что он сам как школьница маленькая, только внимание привлечь его хочет. Ване и правда не хватает внимания со стороны парня, прикосновений его, но теперь их будет только больше, поговорили наконец, проблему решили, снова счастливыми стали.