Вынужден быть его омегой

Когда Такемичи почувствовал, что его омега внезапно заснул в его бессознательном состоянии, он неизбежно понизил свои ментальные барьеры из-за шока. Это был момент слабости, которым воспользовался его внутренний омега, чтобы быстро всплыть на поверхность и взять под контроль тело Такемичи. Дракен просто заметил, что черноволосый мужчина несколько секунд оставался с опущенной головой и примерно через минуту молчания снова поднял голову, но на этот раз его взгляд изменился, он был намного острее, а цвет его глаз был темно-синим, напоминающим глубины океана. - Куда, черт возьми, делся этот ублюдок? и самое главное,почему он ушел? - спросил он чуть более хриплым, чем у Такемичи, голосом произнес он. Дракен задрожал, увидев проницательные глаза младшего, потому что, если бы взгляды могли убивать, он был бы уже мертв. - Он подумал, видимо, его пунктом назначения будет могила, так как там есть очень важное место для него... Или, скорее, это было важное место для Шиничиро, его покойного старшего брата. Дракен медленно объяснил, сообщая Такемичи новую информацию, которой он раньше не знал, имя старшего брата Майки и подтверждение того, что он мертв. Эта информация интересовала Такемичи, но не его внутреннюю омегу. Волк был просто расстроен тем, что его «бросил» его альфа, и ему было наплевать, почему он это сделал, он просто хотел вырваться из груди и врезать этому идиоту Майки за то, что он ушел вот так, без предупреждения. Дракен почувствовал сильный запах феромонов, исходящих от тела черноволосого мужчины, что указывало на то, насколько он был расстроен в эти моменты, и у него невольно закружилась голова, когда он почувствовал их запах. В конце концов, доминант остается доминантом, независимо от того, альфа он или омега. В этот момент Дракен вспомнил, что находится в присутствии доминирующего омеги. -Этот безответственный оставил мне письмо или что-то вроде того, хорошо объясняя, куда он пойдет и когда вернется? – спросил он сквозь зубы, стоило только увидеть, чтобы понять, что это бомба вот-вот взорвется. — Нет — сказав это, искривленный альфа невольно отступил назад. "Хорошо, хорошо, отлично!" — саркастически воскликнул он, и даже у него на виске выступила вена из-за сильного гнева, который он испытывал. После восклицания он свободно выпустил свои феромоны до такой степени, что собственные колени Дракена подогнулись, а затем альфа упал на землю, дрожа. Это явно шокировало его сильно, так как даже Майки, когда он выпускал свои доминирующие феромоны, не смог заставить его беспомощно упасть на колени. Ясно, что доминантный ген Такемичи был лучшего качества, чем доминантный ген Майки, и одно это объясняет, почему его феромоны были более интенсивными, и он мог производить их в большем количестве. - СКАЖИ ЭТОМУ ГЛУПОМУ АЛЬФЕ, ЧТО ЕСЛИ ОН НЕ УБЕДИЛСЯ УВЕДОМИТЬ МЕНЯ, ТО ЕМУ И НЕ НУЖНО ВОЗВРАЩАТЬСЯ! - сердито закричал он, и его голос загрохотал по стенам холла этого особняка, заставив самого Дракена заткнуть уши из-за боли в барабанной перепонке, которую он почувствовал. После этого крика черноволосый мужчина мужчина исчез, а заплетенный альфа быстро поднялся с земли, чтобы не дать Такемичи внезапно упасть на землю, видимо, он потерял сознание. Дракен действительно забеспокоился и даже попросил доктора Азами проверить его, однако Такемичи проснулся через полчаса, как ни в чем не бывало. Единственная отличие в нем заключалось в том, что его внутренний омега на этот раз и вовсе погрузился в глубокий сон, с этого дня темпераментный омега больше не подавал признаков жизни и просто замолчал в черноволосом бессознательном, даже не соизволив заговорить. К его человеческой части. Видимо, он действительно слишком обиделся на «бросание» и больше всего на отсутствие уведомления со сторон. После нескольких дней постоянных попыток черноволосого мужчины поговорить со своим внутренним омегой, Такемичи, наконец, сдался и просто оставил все как есть, он знал, насколько упрямым может быть этот волк, поэтому решил позволить ему закатить истерику. Что-то в нем подсказывало ему, что он все равно проснется, когда Майки вернется, и тогда все вернется на круги своя. И наверняка этот день наступит очень скоро. Или так он думал, однако часы превратились в дни, а дни в недели. Такемичи продолжал жить в пентхаусе Майки, днем ​​он не чувствовал себя одиноким, потому что всегда принимал гостей. Чифую с Казуторой, Мицуя с Хаккаем, Эммой с Дракеном и, наконец, Инупи с Коко. Это были его самые частые гости, однако время от времени к нему приезжали и более занятые люди, которые не всегда могли пойти из-за своих обязанностей, но тем не менее ходили, когда у них было свободное время, вроде забавных братьев Кавата или даже эксцентричных братьев Хайтани, за которыми наблюдал зоркий взгляд чрезмерно защищающего Санзу каждый раз, когда они приближались, чтобы пообщаться со «своей королевой». Даже после того, как Майки ушел без предупреждения, Такемичи не остался один, и это очень помогло ему в стабильности. Однако... по ночам бедняге омеге становилось ужасно плохо. Первые несколько ночей он чертовски плохо провел время, потому что без окружавших его гангстеров он понял, насколько он одинок на самом деле, и кровать Майки казалась намного больше, чем когда он был на без альфы, обнимавшего его, в холодные ночи. По этой причине черноволосый мужчина решил перебраться с огромной кровати Майки в его менее большое гнездышко, чтобы спать по ночам там, однако в этот момент он понял, что чувствует себя в своем «безопасном месте» так же несчастно, как и в большой кровати альфы. Проблема была не в месте, где он спал, проблема была в том, что у него не было того самого человека. Он нуждался в тепле своего альфы, чтобы спокойно спать холодными и одинокими ночами в этом пентхаусе. Осознание этого заставило черноволосого мужчину чуть не заплакать от разочарования, которое он испытал, а затем он попросил Санзу по спать с ним, чтобы он не чувствовал себя таким одиноким, однако бета наотрез отказался, и не только он, все остальные гангстеры, близкие ему отказался спать в постели Майки или в гнезде омеги. Причина была проста: все знали, что единственным, кому разрешено свободно входить в комнату их босса, был Такемичи, если бы Майки вдруг однажды вернулся и учуял чужой запах кого-то другого на его простынях, он наверняка сойдет с ума от гнева. Никто не хотел видеть по-настоящему рассерженного Сано Манджиро, поэтому все они отказались спать с омегой. Такемичи чувствовал раздражение на себя, потому что думал, что был бы счастлив, если бы его «похититель» был далеко от него, однако, несмотря ни на что, он чувствовал себя брошенным, и хуже всего то, что он не мог даже обвинить своего внутреннего омегу в том, что он чувствовал. так как он сам глубоко спал в своем бессознательном состоянии у него не было возможности влиять на его мысли или чувства. Черноволосый мужчина даже подумал, что, может быть, его внутренний злой омега специально довел себя до такого состояния не только что бы "наказать" Майки за то, что он бросил его, но и его самого, чтобы он понял раз и навсегда, что то, что он чувствует к блондину, исходило не только от его внутренней омеги, но и от него самого. И если это был план омеги, то он удался, что ж, в те недели Такемичи пришлось с неохотой признать, что он действительно скучал по Майки. Если оставить в стороне вопрос о его бессонных ночах, то что скрашивало дни черноволосого, помимо визитов уже упомянутых гангстеров, без сомнения, присутствие Какучо в его жизни. Омега не осознавал, как сильно он скучал по своему старому другу, пока он не вернулся к нему. Они сново встретились и поэтому они понемногу наверстывали упущенное и говоря о многом, хотя, конечно, в каждый из визитов альфы Санзу всегда молча стоял рядом с Такемичи. Бета извинился перед Какучо только для того, чтобы его снова приняла «королева», однако он все еще не любил его и даже не доверял ему, в глубине души Санзу боялся, что Какучо попытается забрать омегу, пока «его безответственный король» отсутствовал, по этой причине он всегда стоял рядом с Такемичи каждый раз, когда Какучо входил в пентхаус, хотя никогда не участвовал в разговорах между альфой и омегой из уважения. Какучо много рассказал Такемичи, например, о причине, по которой в юном возрасте (15 лет) он покинул приют, чтобы никогда не вернуться. Правда в том, что к тому времени Изана уже сформировала собственную банду, и он пригласил Какучо стать ее частью, а альфа-любовник не смог отказаться от приглашения своего возлюбленного омеги. Тем не менее, он знал, что, покинув безопасный приют и вязавшись во все теневые бандитские дела, он никогда больше не сможет общаться с Такемичи, поскольку он серьезно не хотел выплескивать свое дерьмо на своего хорошего друга детства. Какучо наивно полагал, что лучший способ защитить Такемичи— держаться от него подальше, чтобы он никогда не стал мишенью банд или, что еще хуже, мафии. Он никогда не говорил ему, почему он пошел к омеге или пытался снова подойти к нему за все эти годы, потому что он знал, насколько упрямым может быть Такемичи. Какучо прекрасно понимал, что если бы он сказал ему, омега попытался бы его остановить. Вытащить его из мафии или, что еще хуже, залезть с ним в эту опасную среду. Измениться или уйти из мафии на тот момент его жизни было уже невозможно, и если бы омега ввязался в эти темные дела, единственное, что он получил бы, это быть похищенным многочисленными врагами, которые были у Какучо, в качестве мести или вымогательства, очень возможно после этого его убьют как только изнасилуют. По этой причине альфа никогда не хотел сближаться с ним или пытался выяснить, как он там, потому что в мире, в котором двигалось ВСЕ, прослеживались псевдохакеры, такие как Мицуя, или чертовы шпионы, которые были во всех преступных организациях. Черноволосый мужчина не мог ничего сделать, кроме улыбки побежденного, потому что Какучо действительно хорошо знал его, поскольку именно это он попытался бы сделать, если бы альфа пошел к нему и рассказал о своей текущей работе. После этого настала очередь омеги объяснить Какучо свою ситуацию. Так же, как и альфа он был честен с ним, Такемичи также рассказал ему о том, как сложилась его жизнь после того, как он покинул приют, где они выросли. За время своего долгого рассказа они оба пили чай, который сам Санзу предлагал подать, Какучо несколько раз терял свое обычное самообладание из-за несправедливостей, которые терпел омега просто за то, что был "неполноценным" и когда черноволосый дошел до части своего рассказа в в котором говорилось о попытке изнасилования со стороны этих трех альф в день его рождения, Какучо разбил фарфоровую чашку с чаем, который он пил в это время. Если бы Такемичи не пояснил, что эти три ублюдка уже мертвы, альфа тут же покинул бы пентхаус в тот же момент, чтобы лично пойти найти этих трех альфа-насильников и убить их самому, хотя, конечно, не без предварительного пытал их. Его реакция принесла ему очки с Санзу, который также хотел оживить этих трех ублюдков только для того, чтобы самому замучить их за то, что они пытались совершить подобное, прикоснувшись к его королеве. Как бы то ни было, когда альфа услышал всю историю жизни Такемичи, когда они оба расстались, и больше всего на свете, услышав настоящую причину, по которой омега жил в пентхаусе своего босса, альфа не мог не покраснеть из-за смущения. Он почувствовал и искренне извинился перед омегой за то, что предположил, что вышеупомянутый продал свое тело Майки в обмен на деньги или что-то еще. Черноволосый мужчина принял извинения своего друга с ободряющей улыбкой, и после разрешения недоразумений его лицо вдруг стало очень серьезным, Какучо знал, что тема, о которой они собирались поговорить, будет очень серьезной, когда Такемичи попросил Санзу покинуть пентхаус, чтобы они вдвоем могли поговорить наедине. Бета явно наотрез отказался, утверждая, что он его опекун и что он всегда должен оставаться рядом с ним, пока Майки не вернется, однако властный взгляд Такемичи дал Санзу понять, что это была не просьба уйти, а приказ. Так неохотно и удрученно, бета временно покинул пентхаус, оставив Такемити и Какучо одних. -Почему ты заставил Санзу уйти? — спросил Какучо, нахмурившись. -До сих пор мы говорили на многие темы, и тебя ни разу его присутствие не беспокоило, а теперь вдруг он начал тебе мешать? - Ты ошибаешься, присутствие Хару-куна меня совершенно не беспокоит. Такемичи поправил его, налив себе еще чая и поднеся чашку к губам, чтобы выпить. Оба друга сидели за круглым столом среднего размера, который был удачно расположен в центре большой столовой пентхауса. Стол был элегантным, с искусно вырезанным основанием из белого известняка, круглой столешницей из очень прочного закаленного стекла и четырьмя удобными белыми мягкими стульями в стиле Людовика XV. Тот стол был на самом деле новым, и его элегантность резко контрастировала с более современным стилем, который нравился Майки, правда в том, что это был подарок от Инупи Такемичи, который однажды мимоходом заметил, что ему не очень нравится пить чай со своими гостями за столом. такой же длины, как и в гостиной-столовой пентхауса. Так как Инупи дал ему этот красивый стол, Такемичи только там пил чай со своими гостями, и они всегда приносили бутерброды, печенье или другие десерты каждый раз, когда приходили к нему. Какучо в тот день сделал то же самое, он принес блины на закуску, потому что знал, как они нравятся омеге. - Как я уже говорил, присутствие Хару-куна здесь меня не беспокоит. — сказал Такемичи, как только допил чай из своей фарфоровой чашки. -Что происходит, так это то, что я не хочу, чтобы он слушал тему, о которой я хочу поговорить с тобой, потому что, хотя я очень доверяю ему, я знаю, насколько он верен Майки-куну, и я боюсь, что это дойдет до его ушей. — услышав последнее, Какучо не мог не нахмуриться. -Ты планируешь предать Майки или что-то в этом роде? -Предавать? Ты дурак? — сказал омега, прикрывая рот от смеха. - Я знаю, что в прошлом я мог быть несколько безрассудным, но я не склонен к суициду. Я не собираюсь предавать его, я просто хочу узнать кое-что об Изане. Когда Какучо услышал, как это имя так небрежно вылетело из уст его друга, он не мог не вздрогнуть и на несколько секунд отвести взгляд от омеги. Увидев его реакцию, Такемичи понял, как сильно эти затронулу другого черноволосого мужчину, поэтому он снова стал серьезным и выпрямился, опираясь на спинку стула, на котором сидел. Правда в том, что он знал Изану только в лицо, так как другой омега никогда не подпускал его к себе, так что... даже если бы с ним случилось что-то плохое, это не слишком сильно повлияло бы на Такемичи, но он знал, как сильно Какучо любил Изану, поэтому в в глубине души ему очень хотелось, чтобы этот прекрасный седовласый омега был еще жив. -Я буду откровенен, и мне очень жаль, если мой вопрос расстроит тебя, но Изана жив? Вопрос Такемичи был прямым и, возможно, даже немного бестактным. Правда в том,что с тех пор, как он начал сливаться со своим внутренним омегой, черноволосый мальчик с каждым днем ​​становился не только более уверенным в себе, но и более прямым. Хотя такая прямолинейность могла в конечном итоге причинить другим людям боль или даже вызвать дискомфорт, это было намного лучше, чем быть нерешительным и ходить вокруг да около, чтобы никого не обидеть. -Нет он мертв. — хрипло выпалил Какучо, по-прежнему не встречаясь взглядом с Такемичи. На самом деле он умер пять лет назад. -Мне очень жаль. - Мне не нужна твоя жалость, Такемичи. Это то, что уже прошло. — сказал альфа, собираясь с силами, чтобы наконец посмотреть омеге в глаза. Такемичи мог видеть, что глаза его друга были красными, очевидно, разговоры на эту тему все еще сильно его волновали. "Да, я вижу, как ты справился с этим", - подумал омега, но не сказал этого вслух. -Хорошо, я понимаю. - Сказав это, Такемичи замолчал, он просто не знал, как поступить. Затем наступила неловкая тишина, которую, наконец, прервал Какучо. -Это то, ради чего ты выгнал Сандзу? -Нет, я действительно хотел спросить тебя, почему Майки-кун так плохо отреагировал, когда ты упомянул имя Изаны. - начал объяснять Такемичи, глядя в глаза своему другу. -Я знаю, что Эмму-чан и Изану забрал из приюта старик, который, я думаю, должен быть дедушкой или родственником Майки-куна. Но я не знаю, что произошло после того, как они втроем начали жить вместе. Я также знаю о существовании некоего Шиничиро, который является старшим братом Эммы-чан и Майки-куна, однако я понятия не имею, каковы были их отношения с Изаной. Каку-чан, можешь рассказать мне об этом? Услышав все это, Какучо не мог не удивиться тому, как много знал Такемичи. Он прекрасно знал, насколько скрытным Майки был о своей жизни и даже больше о своем прошлом, поэтому он пришел к выводу, что все, что омега знал о гангстере, было чистым предположением. Это было совершенно удивительно, учитывая, насколько неразумным был омега в прошлом, когда он был в приюте, без сомнения, слияние с его внутренним омегой, среди прочего, пробудило в нем разум, которого раньше не было... Альфа не мог не похвалить в уме эволюцию своего старого друга детства, а затем приоткрыл рот, чтобы начать говорить. - Шиничиро и Майки - кровные братья, а Эмма - сводная сестра. Обоих по отцовской линии. -Начал объяснять Какучо, увидев холодный чай в своей чашке на столе. Изана был сводным братом Эммы по материнской линии, однако у него не было кровного родства ни с Майки, ни с Шиничиро. Он продолжал медленно объяснять, Такемичи уделял все внимание словам своего друга и не мог не волноваться, потому что наконец-то кто-то рассказывал ему о прошлом Майки. - Подожди, значит, старик, который забрал Эмму-чан и Изану из приюта, не был родственником Изаны? - спросил растерянный омега. - Нет, старик Сано на самом деле был дедушкой Шиничиро и Эммы по отцовской линии. На самом деле он не был кровным родственником Изаны, но все же взял его, так как ему было слишком жаль брать только Эмму и оставлять Изану одного в приюте. -Значит... Майки-кун, Шиничиро, Эмма-чан и Изана жили вместе под одной крышей? - Да, они вчетвером жили вместе в старом семейном додзё под присмотром этого старика. Какучо согласился, его взгляд был полон ностальгии, как будто он мог вспомнить те старые времена. - Я знаю, ты задаешся вопросом: "Но тогда почему Майки так ненавидит Изану, если они должны были жить вместе как братья?"— внезапно сказал Какучо, и Такемичи просто молча кивнул головой. -Это потому, что Изана облажался, и поэтому Майки убил его. Все тело омеги задрожало с головы до ног, как только он услышал это последнее предложение, хотя он считал, что возможность услышать подтверждение от Какучо все еще было для него такой же шокирующей. Его рациональная сторона хотела видеть в Майки монстра за убийство прекрасного седовласого омеги, но его более иррациональная сторона все еще верила в альфу, который так хорошо обращался с ним в течение последних нескольких недель, поэтому на данный момент он решил успокоиться, и для этого он подумал, что, прежде чем судить, он должен сначала узнать всю историю и, прежде всего, узнать причину, по которой Майки сделал то, что он сделал. - Я... я имею в виду, как...? -Я не буду говорить тебе причины, по которым он убил Изану. Какучо сказал, вставая со стула, на котором он сидел. Я уже слишком рисковал, рассказывая тебе все это. Если хочешь все знать, поговори с Майки. -Подожди! - воскликнул омега, тоже вставая со стула, Какучо уже развернулся, чтобы уйти. — Если он действительно убил Изану то почему ты стал его подчиненным? -Потому что это была просьба, которую Изана попросил у меня перед смертью. Он ответил сквозь стиснутые зубы, все еще стоя спиной. -Такемичи, мне нужно идти. Увидимся позже, хорошо? Голос Какучо был довольно хриплым и даже немного надтреснутым, как будто он собирался заплакать. -Каку-чан... Альфа больше не видел его лицом к лицу и быстро покинул пентхаус, как будто бы его там обожгло. Омега бесконечные минуты сидел в одиночестве за своим любимым столиком, окруженный мрачной тишиной. Пока он размышлял обо всем, что сказал ему Какучо. В конце концов, он решил не делать поспешных выводов, пока не услышит обе стороны медали, то есть пока не услышит историю, рассказанную с точки зрения Майки. Узнав о мотивах убийства Изаны альфой, Такемичи смог, наконец, сделать выводы об этом. А пока омега отложил все свои мысли на эту тему и решил очень тщательно вымыть свой прекрасный фарфоровый чайный сервиз в кухонной раковине. Через несколько минут Санзу вернулся с новостями, от от них у Такемичи разболелась голова. Бета сообщил ему, что на следующий день Дракен встретится с боссом русской мафии (Братвой) в пентхаусе, так что он может пойти в дом Эммы, Чифую, Инупи или куда-то еще, если он не хочет быть там, разбираясь с русскими бандитами. Омега сказал ему, что ему не хочется покидать свой дом из-за этого неожиданного визита, поэтому он решил остаться там, хотя явно не собирался как либо взаимодействовать с этими парнями. Поскольку Майки так безответственно ушел, чтобы «поразмыслить», теми, кто остался во главе Томана, без сомнения, были Дракен и Мицуя, в последние недели Такемичи повезло, так как практически они не встречались в пентхаусе с другими преступными организациями, только между собой. Такемичи не испугался встреч Мандзи в Токио, так как он знал практически всех их руководителей, однако это был первый раз, когда он увидел, как гангстеры из другой страны входят в пентхаус, поэтому он на мгновение занервничал и тут же избавился от этих нелепых нервов. «Не будь идиотом, это твой дом, так почему ты должен нервничать или уходить только потому, что приходят незнакомцы?» Подняв подбородок, подумал Такемичи, купаясь в большой мраморной ванне. Которая была в одной из ванных комнат пентхауса. Омега даже не понял, что уже считает дом Майки своим домом. Той ночью омега спал один в своем теплом гнездышке, обняв старое одеяло, принадлежавшее Майки. На следующий день Такемичи почувствовал себя неуверенно из-за визита русской мафии, поэтому в качестве защитного механизма он решил одеться в наряд, который выражал полную противоположность тому, что он чувствовал: безопасность и силу. Он решил носить светлые джинсы, которые идеально подходили к его тонкой талии, он надел белые сапоги с золотыми украшениями, которые приподняли его на несколько дюймов, и, безусловно, больше всего выделялась из его одежды белая рубашка с рукавами-фонариками, с оборки по низу передней части на манжетах, а также высокий воротник, стилизовавший тонкую шею. Его черные волосы, как всегда были взлохмачены. Хотя на этот раз он решил зачесать их немного набок и только надел на одну сторону две прямоугольные броши золотого цвета в тон украшениям, тоже золотые, на свои белые сапоги. Его лицо осталось совершенно естественным, он лишь нанес легкий макияж, чтобы еще больше подчеркнуть свои большие голубые глаза, и нанес бальзам на губы, чтобы увлажнить их. Как только он закончил одеваться, Такемичи не мог не похвалить себя, глядя на свое отражение в зеркале, он действительно был симпатичным омегой, верно? Санзу не мог не похвалить красоту «своей королевы», когда увидел, как тот выходит из комнаты Майки, полностью одетый в свой дневной наряд. Дракен в этот день помимо встречи с русской мафией, должен был посетить консультацию врача по поводу беременности Эммы, поэтому предупредил, что приедет через несколько минут. На встрече в тот день не будет много людей, со стороны Токио Мандзи будут присутствовать только Дракен, Санзу и Коко, а со стороны Братвы должны были появиться только глава русской мафии и еще двое телохранителей. Однако время встречи должно было состояться через несколько минут, но ни Коко, ни Дракен еще не было. Финансовый наркоман был хорошо известен тем, что всегда опаздывает на все, утверждая, что он «слишком занят» добычей денег для организации, в то время как Дракен всегда приходил вовремя, но именно в этот день произошло непредвиденное событие, потому что Эмма проснулась со схватками, поэтому они пошли к врачу. - Как так можно, они точно сегодня опоздают. - Санзу выругался себе под нос, сразу после того, как он сказал, что у него зазвонил мобильный телефон. -Черт, чертовы русские пришли! -Тогда иди займись ими, я приготовлю чай. Или, если они не хотят чая, на кухне также есть бар, где они могут выбрать алкогольные напитки. Я слышал, что русские любят много выпить. — сказал Такемичи, сдерживая дрожь в голосе. Он нервничал, потому что они должны были уже быть там. -Но моя королева! Ты здесь не для того, чтобы служить этим русским, это я позабочусь об этом, а ты пока должен прятаться и... -Хару-кун! Я не знаю, какое дело Томану к русским, поэтому ты должен обсудить с ними ситуацию, а пока я подам им что-нибудь, чтобы отвлечь их, пока не прибудут Коко или Дракен-кун. Ты не можешь обслуживать их и говорить с ними о делах одновременно, это неуважительно. Давай, не теряй времени и двигайся, иди позаботься о нем, они уже внизу ждут. -Я... все в порядке, моя королева. — согласился бета, его бирюзовые глаза сияли от восхищения, которое он испытывал. Несмотря на нервозность, Такемичи очень хорошо справился с ситуацией. Без дальнейших церемоний бета побежал к частному лифту, который был единственным входом и выходом из этого пентхауса. Такемичи побежал на кухню, чтобы быстро приготовить чай, он также взял несколько бутылок вина, виски и т. д. из эксклюзивного бара Майки, эксклюзив на тот случай, если русские бандиты предпочитали пить алкоголь вместо чая. Через несколько минут двери частного лифта открылись, и Такемичи глубоко вздохнул, набравшись смелости, чтобы выйти из кухни с высоко поднятым подбородком в комнату. Наверху кухни и войти в холл, где был частный лифт. Там омега увидел четырех человек, одним из которых был Санзу, а трое других были субъектами, которых он никогда раньше не видел. Однако средний попался ему на глаза. Это был высокий мужчина, примерно 1,80 м ростом, худощавого, но очень хорошего телосложения, кожа у него была белая, хотя и слегка загорелая, черные волосы были зачесаны назад, черты лица очень мужественные, хмурый взгляд и его глаза... вот что больше всего привлекло внимание Такемичи. Глаза того, кто, по-видимому, был главой русской мафии, были невероятно похожи на его, такого же характерного для него голубого цвета, хотя явно взгляд того гангстера был гораздо острее, чем у омеги. Этому мужчине могло быть под сорок, но он так хорошо держался, что выглядел не старше 32 лет. Омега сморщил нос, как только почувствовал запах идеально сохранившихся феромонов гангстера, без сомнения, он был доминирующим альфой, и когда их взгляды встретились, Такемичи задрожал с головы до ног. Он что-то почувствовал, может быть, связь, похожую на ту, которую он почувствовал, когда впервые увидел Инупи на скотобойне, хотя связь с этим незнакомым русским казалась гораздо сильнее, гораздо более... знакомой. ...Продолжение следует...