Вынужден быть его омегой

Такемичи и Майки. Они прибыли в элегантной черной машине, управляемой Санзу, и последний оделся в элегантный костюм с фиолетовым из трех частей, то же самое, что использовал на день свадьбы Эммы. — Мои письма сказали мне, что этот костюм — это то, что приносит неудачу, поэтому я нахожу и покупаю новые, — было тем, что он однажды сказал, не давным-давноБо: мне нравится как это звучит, Коконою Санзу. Однако бета решил игнорировать это и не тратить без необходимости деньги на вещи. У него уже было много долгов, учитывая, сколько Коко и Рин брали в последние месяцы. Кроме того, он экономил, чтобы иметь возможность покупать красивые вещи к принцу с принцессой в следующем детском душе, который уже подготовлен взволнованным Такемичи. — «Интересно, было бы ли это слишком много, чтобы дать им декоративные катаны на детском душе?» — Подумав об этом, Санзу вздохнул, — «Не будь глупым, нет ничего слишком многого для принцесы и принца! Да, я дам вам пару катан, купаемых в золоте и с элегантной фиолетовой ручкой! Итак, вы всегда будете помнить меня каждый раз, когда вы увидите, как они висят на стене вашей комнаты.» Тем временем Майки и Такемичи последовали, не уделяя пристальному вниманию Санзу и даже не представляя виду подарки, которые бета подготовил младенцам. Пара переплела пальцы в очень интимном жесте, они держали руки в комфортой тишине. Первый сломавший её был Майки, который улыбнулся, когда увидел тревожность Такемичи, смотрящего через окно автомобиля. Из-за метки, которая сейчас их соединяла, альфа смог почувствовать чувства своего омеги и наоборот. — Что беспокоит тебя так сильно? — тихо спросил альфа, лаская пальцы Такемичи с нежностью. — Ничего, я в порядке. — он улыбнуся, чтобы убедить Майки. — Не лги мне, теперь, когда есть метка, которая нас объединяет… Я действительно могу знать, как ты себя чувствуешь. Он покачал головой. — Я люблю метку, но я не могу отрицать, что это нарушение нашей конфиденциальности. — жаловался омега с небольшой усмешкой. С пальцем украшенным обручальным кольцом, которое Майки дал ему несколько месяцев назад, что красивое золотое кольцо, которое имело два камня, которые представляли их обоих: черный бриллиант и синий сапфир. Они решили, что они женились, когда Такемичи родил бы своих щенков. — Ты чувствуешь беспокойство, потому что ты набрал вес? — Майки спросил тихо, однако Санзул это слышал. — Я уже говорил тебе, что ты не толстый, ты только беременный, и я обещаю тебе, что ты будешь самым красивым на свадьбе Па-чина. Никто не посмеётся с тебя, Такемичи. — И если кто-то посмеет смеяться над королевой, попробует край моей катаны! — Санзу воскликнул, вступая в разговор, не смотря на то, что его не спрашивают. — Не смей попробовать подставить край твоей катаны к кому-либо, Хару-кун. — Такемичи наругал его, и Санзу кивнул. — Мы уже говорили об этом раньше, помнишь? Запрещено вызывать беспорядки на свадьбе Юми и Па-чина. — Да, моя королева. Я обещаю вести себя хорошо. — Он даже со мной не был настолько послушен. — затем Майки решил вернуться на главной теме. — Если это не так, почему ты беспокоишься? — Это от Эмма-Чан. «Извините, я не могу прийти.» Она была очень взволнована этим. Дракен-Кун тоже не сможет прийти, даже если он близкий друг свадебного жениха. — Да, жаль. — Майки согласился. — Но это из-за того, что Эмма уже девять месяцев беременна, по словам врача, собирается рожать и проходмт много болезненных сокращений, хотя я бы хотел, чтобы я не мог пойти на свадьбу. И как Кенчик… Он не может оставить мою сестру в одиночку, так как в любое время она может родить. — напомнил ему Альфа, утешивая омегу через связь своей метки. — В любом случае, они собираются сделать видеозвонок, чтобы увидеть свадьбу из их дома. — Или… завтра или послезавтра может родиться Ханако, возможно, сегодня, если природа так решит. — прошептал Такемичи, не будучи в состоянии поверить, как быстро прошло время. — Как ты узнаешь, что станешь дядей? — Мы узнаем, Ханако также позвонит нам, «дядя». — Майки напомнил ему с хитрым улыбкой. — И как для твоего вопроса, приятно узнать, что я буду дядей. Моя племянница ещё не родилась, но я чувствую, что я уже люблю её. Это будет таким же концом как и у Эмма и Кена, не так ли? — И это будет двоюродная сестра наших щенков. Я просто надеюсь, что всё будет хорошо. — Такемичи добавил, гладя его выпученный живот. — Не более двух месяцев… Я буду так же, как Эмма-чан, рожать. — Да, ты будешь. И я буду там с тобой, заботиться о тебе, как Кенчик за Эммой. — проговорил Майки, нежно сжимая руку Такемичи, чтобы успокоить его. Видимо, это сработало, так как омега улыбнулся и приободрился. — Хаккай и Мицуя снова отложили свою свадьбу, чтобы и ты, и Эмма, могли быть там в день, когда они поженятся. — Да, к счастью, они сделали это, так как я был бы очень грустным, если бы не смог присутствовать на их свадьбе. — Подтвердил это омега. — Поэтому они согласились на это вместе… они заслуживают, чтобы все участники присутствовали в этот особый день. — На самом деле… Мы попросили Па, который также отложил свою свадьбу из-за Эммы и Кена, но он не смог. — Почему не смог? Юми не хотела откладывать свадьбу? — Спросил Такемичи, и Майки отрицательно покачал головой с хмурой мордой. — Это не было решением Па-Чина или Юми. Скорее всего, семья невесты не приняла задержку свадьбы, больше чем мы просили. — Майки объяснил, разговаривая с Такемичи, о проблеме между Па и Юми. — Я полагаю, они боятся, что если они это допустят, это будет означать возврат к идее присоединения к политике Минато Мори, отцу Юми. Конечно, они узнали, что мы уже присоединились к Братству, гораздо более мощной организации, чем коррумпированный политик, связанный с связями в Соединенных Штатах. — Ты сказал Минато? — спросил Такемичи, кажется, пытаясь вспомнить что-то. Почему это имя звучит так…? — Наверняка ты видел его один раз по телевизору. — сократил Майки значимость. — В любом случае, мы действительно прерываем наш альянс с Минато Интернационал, это известно. Мы останавливаемся, потому что Па действительно влюбился в Юми. Кто бы мог подумать, что началось как устроенный брак, оказалось настоящей любовью. Это почти, как в фильме. — Майки и Такемичи засмеялись. Он покачал головой. — Но вот какая история, начавшаяся как похищение, в конце концов стала настоящей любовью. Это почти как фильм. — сказал Такемичи, и Майки прекратил смеяться, чувствуя себя немного виноватым за то, как все началось между ними. — Как я объясню щенкам, когда они спросят меня об этом, как мы познакомились? — подумал Майки, чувствуя тревогу. — Точно. — сказал Санзу, не упустив возможности поиздеваться над альфой. — Заткнитсь и продолжай вести! — воскликнул Майки, немного покраснев. — Не кричи на Хару-Куна. — упрекнул Такемичи, а Майки щелкнул языком. В последнее время он почувствовал, что у него был не очень хороший союз с Такемичи и Санзу. — Мы приехали, мои короли. — произнес Санзу, паркуя свою машину перед роскошным пятизвездочным отелем, где проходила свадьба. — Мы должны поторопиться, так как мы последние, кто приедет. — сказал Такемичи, снова ощущая некоторое беспокойство. Беременность действительно влияет на то, как ты себя чувствуешь. — А король и королева никогда не опоздают, остальные идут вперед. — Санзу сказал, пытаясь успокоить Такемичи и улыбаясь ему. — «У… у меня плохое предчувствие», — подумал Такемичи, но он ничего не сказал и просто обнял предплечье Майки, идущего вместе внутрь отеля с Санзу, следуя за ними сзади как его тень. — Миссис Айко, как элегантно. — Он похвалил одного из гостей на свадьбе. — Годы на самом деле не идут на вас, вы выглядите моложе, чем в последний раз, когда я видел вас. — Большое спасибо за твою похвалу, даже если они преувеличены. — сказала женщина хихикая, зачесывая свои черные волнистые волосы за ухо. — Какой у тебя секрет, чтобы выглядеть так молодо, Айко? — на ще один гость спросил, один из тестев Юми. — Имею расслабленную жизнь, пью много воды, тренируюсь, имея любовь мужа и сына, который является моей гордостью с того дня, когда он родился. — сказала Айко, глядя с любовью на сына, который счастливо болтал с гостями. — Мой сын — бета, который верил гораздо больше, чем на самом деле, и я вижу его в будущем могущественным. Я молюсь, чтобы однажды проснуться и понять, что потраченное время прошло не зря. — Хотелось бы иметь сына исключительного и умного, как Макото-кун. — сказала другая леди, восхваляя Айко, которая выпятила грудь, как павлин, гордясь своим сыном. — Они говорят, что готовятся к изучению закона в Гарварде и последуют по политическому пути, обещающимся его отцом Минато. Ваше будущее является блестящим и союз компаний, благодаря браку Юми-чан, будет пользоваться Макото-Кун. — Я не вижу своих детей в качестве валюты перемен. — Леди, устраивая ее бриллиантную цепь. — Юми-чан женится по любови и то же самое надеюсь на Макото. Я просто хочу, чтобы у моих детей было все хорошо в конце концов. — Это замечательно, вы хорошая жена и мама! Вы настолько совершенны, что вы кажетесь нереальной, Айко. — сказала леди и все кивнули, но та просто отрицала комплименты, но про себя она подумала… — «Конечно, я идеалена, и я выгляжу, как богиня рядом с вами… старики, сплетни, сплетни и подлизы, » — в мыслях, а также её улыбка сияла более чем когда-либо. Айко некоторое время проигнорировала дам, которые похвалили ее и посмотрели на своего сына Макото Мори на расстоянии. Единственный факт Макото был красивый 16-летний альфой очень похожим на нее. Единственное, что он унаследовал от своего отца, был его большой рост, его разум, однако его черные волнистые волосы, его мясистые губы и его большие карие глаза определенно взяты у нее. Макото буквально высокая, мышечная и альфа-версия Такемичи, только с кофейными глазами вместо синего. Определенно гены Айко сильны. — Уже поздно, но глава с парнем не приехали, ещё не думаешь о недостатке уважения? — Дамин, одна из женщин, а затем Айко вернулись, чтобы обратить внимание на разговор. — Я знаю, что его партнер, омега, беременный. Конечно, именно поэтому они задерживаются, не критикуйте, потому что они могут услышать нас. — сказала другая леди среди шепотов. — Ходили слухи, что руководитель жениха Юми-чана ненавидел омег, однако теперь он связан с одним и даже ожидает ребенка. — Все альфы всегда будет падать перед прелестями одного или нескольких омег. — сказала омега-леди, хвастаясь очарованием её класса. — «Интересно, какие трюки, омега использовал к самому мощному мафиозному лидеру в Японии, который говорил, что ненавидет омег? Или очень хорош в постели или …» Однако Айко не могла продолжать думать, потому что пару, которую ожидали дольше всех, наконец-то, появилась. — Боже мой! Говоря о них, они наконец прибыли. — сказала леди, наблюдая ястребиным взглядом за Такемичи, который, несмотря на нервность, пытался улыбаться. — У него широкое кимоно, но все же замечательно видно его беременность! — Эй! Не говорите это вслух, леди это же позор. — сказала другая леди. — Ницца, но это тоже не великая вещь. Чтобы захватить внимание Манджиро, я ожидала чего-то более поразительного. — сказала другая леди, с хмуростью. — Был беременный перед браком? Вульгарно. — сказала еще одна старая леди, с пухлым лицом и элегантным декоративным веером. Айко просто проигнорировала их и подошла к паре, которая пошла, чтобы поприветствовать пару. Не зная почему, но при приближении сзади к Такемичи и Майки, она почувствовал сильную тягу в груди. Это было теплое чувство, но… в окружении вины. Очень похоже на то, что она почувствовала, когда в последний раз она пошла в старый детский дом на окраине Токио, где она… Как его имя? Этот ребенок, который никогда не должен был родиться в первую очередь. Далекая память и забытая ею. — «Почему я вспоминаю ненужные вещи за мгновение, как это? Просто покажу свою лучшую улыбку и установлю хорошие отношения с начальником и будущим мужем твоей дочери, от этого зависит будущее Макото. Сосредоточиться.» — ругала она себя, игнорируя то, что она почувствовала и улыбнулась своей лучшей улыбкой. — Хороший вечер, мы ждали вас некоторое время. — сказала Айко. Они начали поворачиваться, чтобы увидеть её. — Меня зовут Айко Мори, жена Минато Мори, который является отцом Юми-чан. Приятно познакомиться с вами. — сказала она автоматически, чтобы указать, что она уважала их и что она хотел создать сердечные отношения с обоими. Айко услышала удивленый вдох от Такемичи или Майки, она не знала от кого. Затем она повернулась, чтобы увидеть их, и это было в тот момент, когда разум Айко остался пустым. Первое, что она увидела, когда она подняла взгляд, были большие голубые глаза Такемичи, подобные форме её собственных, глядя на нее, полностью удивленно и сбитым с толку. Они просто думали, что это простое совпадение. Невинное совпадение. — Ты… ты не можешь быть… — Айко не смогла завершить фразу, её красивое лицо, практически без морщин… Скривилось очень уродливым путем, понимая, почему она чувствовала, что чувствует себя так ужасно знакомой при приближении к паре. Последний раз она чувствовала, что связь, полная вины… Это был день, когда она решила вообще покинуть Такемичи в Японии и начать новую жизнь в Соединенных Штатах вместе с Минато и с сыном альфы, которого она всегда хотела, Макото. — «Имя этого ребенка… Это неисправно тот омега, что я оставила, был… Такемичи, я сама так назвала его.» — Айко наконец вспомнила, в ужасе, чтобы увидеть глаза-близнецы сапфиры, как у неё. — «И этот парень… Я слышала, что его также зовут Такемичи, о боже нет…» — Ты… ты… — сказал Такемичи, который также замолчал и не мог закончить фразу. Он также чувствовал себя, как Айко, он был хрупким, как щенок. Как болезненный и грустный щенок. Ни одна мама не должна бросать щенка даже, если тот родился против природы, но Айко сделала это, и это оставило чувство отказа в Такемичи, который все еще глубоко питал его, даже если они уже прошли двадцать два года… Почти двадцать три. Майки, не зная, что стоит делать, он крепко обнял его сзади и выпустил свои феромоны, чтобы успокоить парня. Тем не менее, глаза Такемичи полные слез переменившиеся от голубого… до более темного. Манджиро дрожал, потому что даже не видя его глаз, он смог почувствовать внезапное изменение атмосферы вокруг Такемичи. Зверь вышел. — Черт, как ты смеешь показывать свое лицо после того, как прошло столько лет? — Такемичи сказал более хриплым голосом, используя командный и смотря на дрожащую Айко. …Продолжение следует…