Вселенная "А"

-Ой! Мальчик шлепнулся лицом о чью-то спину. Он совсем недавно попал в новый мир, отчего и ходил с разинутым ртом и вертя головой словно юлой. Вот и не заметил стоящего впереди человека. Человек обернулся на подростка и облил Марселя холодом и безразличием одновременно. -Ничего. Блондин отвернулся назад к симпатичной темной девушке в платке и полупрозрачной вуали. Его солнечные волосы при развороте рассыпались на отдельные волоски так, словно это реклама, а не здание администрации в столице нового для вампирчика мира. Голос его звучал как у подростка, но уже после ломания. При этом был громкий, четкий. От чего-то в животе запели сирены. Может от тех пронзительных, холодных как лед синих глаз, а может от того, как водолазка и жилет подчеркивали фигуру человека перед ним. Щеки тут же заалели. -Марсел! Краска моментально спала с лица, когда он ощутил тяжелую отцовскую руку на своем плече. Его утянули в другое помещение, где должны были сделать фото для паспорта. К сожалению вместе с этим звездный человек исчез из его поля зрения. Но не исчез из головы. Именно такое первое воспоминание о своем возлюбленном было у Марселя и условные 15 лет. Ну…Очевидно, его вкусы в мужчинах с тех пор не поменялись настолько, что влюбился он в более зрелом возрасте в того же самого человека. Образ преследовал сознание еще долго. Он же и помог осознать свое направление в сексуальном плане. Да, забавно, что свою ориентацию ему помог осознать президент. Хотя осуждать его странно. Сенсити-дух города. К тому же самого молодого на Кольцегории. От этого не смотря на реальный возраст в 200 лет, выглядит он максимум на 20. И будет продолжать так выглядеть еще долго. Города в принципе стареют и взрослеют не как реальные люди. В общем-то, вампир ушел не сильно далеко. Марсел вырос очень быстро в естественной для себя среде. А вот после условных 24 решил дальше не расти. Хотя в паспорте все равно четко писалось «19». Вот Азуле поступил на юридический. Родители сказали. Своих желаний на будущую профессию у него не было. Не успел подумать. Первую половину жизни приходилось думать как в принципе выживать, а вторую он изучал абсолютно новую для него вселенную. Времени подумать просто не было, а самому стало просто не принципиально. И вот кто бы знал, что родители так реально обеспечили сыну неплохое такое будущее. Тогда Марсел с классом были на экскурсии по важным политическим точкам страны. Встретился он со звездным человеком у автомата со снеками. Тот безуспешно пытался выудить застрявший батончик. Любая электроника имела систему противомагического воздействия так что просто притянуть батончик магией было нельзя. Кто бы знал, что даже в мире полном магии проблемы те же, что и в людском. Сенсити тяжко выдохнул, собрал солнечные волосы сзади в хвост и присел перед автоматом. Образ из воспоминаний первой встречи за годы не поменялся. Разве что если тогда он внушал уважение и даже страх, то сейчас Сенсити выглядел забавным молодым пареньком, что злится из-за такой жизненной мелочи. Ну-с. Пора впечатлять! Марсел хихикнул и подошел к автомату. И сунул в него оранжевую купюру, с изображением Альгиебы. Заказал тот же батончик. Оба снека выпали вниз. Сенсити взял их и поднялся с корточек. Протянул одну шоколадку Марселю. В тот момент синие глаза впервые посмотрели на него с искренней благодарностью. -Спасибо, сер. Но Марсель толкнул протянутую руку обратною -Я такое не ем. Кажется столица сильно завис, но осмотрев как выглядел Азуле с ног до головы, приподнял бровь. -Так вы вампир. Зачем в таком случае нужно было тратить на это деньги? Я бы мог попросить сотрудников автомата- -Да забейте вы. Съедите два батончика. Не вижу проблемы. Будто что-то вспомнив, солнечный человек прыснул и кивнул. -Все ясно, подлизываетесь. -Конечно. Как только могу. Я Марсел Азуле, кстати. Улыбнувшись, паренек протянул руку. Город ее пожал. -Я Сенсити. -Я знаю. Вампир издал тихий смешок и улыбнулся. -Не знал, что души городов тоже едят. -Да, многие думают, что нам это не надо, но мы все еще живые организмы. Не звезды ведь. Так что если хочется ощущать себя хорошо, то придется питаться, спать как обычные смертные. Их непринужденный диалог так и продолжался бы, если бы коридор не окатил визгом уже другой человек. На вид ему было около 30. Эльф. И явно очень злой. Настолько, что его лицо забавно краснело прямо от кончиков острых ушей и по всему лицу. -СЕНСИТИ! Драть тебя во все стороны! Что значит мне урезают строительное финансирование!? Ты вообще все мозги сахаром проел?! У меня открытие Театра оперы на кану, а ты решил мне все загубить?! -Ты сам виноват. Я говорил что не буду давать деньги только на первый вариант проэкта, а не на то исполинское чудо, что ты затеял. Ранее живой взгляд вновь стал холоден и безразличен. Столь же холоден, как и сам регион зимы. В этот день Марсел узнал, что Сенсити и Дрекс постоянно ругаются. Потом он узнает и то, что у его звездного человека нет друзей среди городов. Точнее почти нет. Хальфату, историко-культурная столица, для него не родной, но отец, а Амавс, маленький городок близ искажения, скорее второй отец, но тот, с кем он может быть полностью честен. В остальном городам по большей части все равно на него и он ощущает от этого одиночество. Не смотря на внешнюю стойкость, душность, серьезность, рабочащесть и определенные лидерские качества вскоре Азуле увидит в нем растерянность, страх, жажду показать чего он может стоить и помимо своей работы, жажду понять себя и свои чувства, а еще желание научиться любить. И забавно что эти разные стороны его личности воспитывали разные люди и видели в Сенсити совершенно разных людей. Хальфату видел в нем послушного ребенка, серьезную столицу, разобравшемся во всем важном молодого человека, лидера Кольцегория-Сенсити. Амавс же видел в парне потерянного парня, не хотевшего разочаровывать родителя, оттого играющего роль хладнокровного политика. Молодого городка СенСи. И по мнению Азуле они оба были не совсем правы. Сенсити действительно любит свою работу. Действительно серьезен и душен. Но это никак не отменяет его эмоций и потерянности в своей личности. В смысле… Он может разговаривать на 5 языках, но не знает какой цвет ему симпатизирует, а ведь это основное, что вырабатывается в личности. Вкус к тому или иному. У него даже одежды нет. Нет, конечно водолазка и классические брюки безусловно сидят на нем так, что можно от такого вида на пол упасть и уссаться, но ничего другого в его гардеробе и нет. А как же…Футболки? Кофты? Даже душнила всех душнил Хальфату вне работы носит рубашки с принтом фламинго. С начало показалось, что странно что у 200-т летнего парня нет вкуса. А потом дошло. Он ведь создан был чтобы править. Его с детства почками учебой и работой, так что как Марсел не знал что делать со своей свободной от страха быть пойманный жизнью, так и Пенсии не знал кто он вне политики. Встретились две незнайки. Да так и не разошлись. По крайней мере расход друг от друга не подразумевает то, что вампир уже час нагло лежит на покусанном президенте и слушает его чтение-повторение английских слов для следующей встречи с Байденом. Конечно слушать то слушает, но в голове лишь слова родителей о том чтобы тот привел своего «пидорка» К ним знакомиться. Мама и папа были консервативных, что было не удивительно. Жили то они на континентах. Точнее во Франции и вышли из консервативной семьи того общества. А попали в политику пофигизма, и совершенно другие устои. Ну вот не привыкли они к тому что девочки на улице целуются, мальчики носят волосы до задницы, а старики ходят с куполами на всю спину и катаются на мотике. А узнать что твой сын, о боже, любит мужчин… тяжело. —Сен… могу я забрать у тебя завтра пару часов времени вечером? —М… могу.. Но только после 7. А в чем дело? —Мои родители хотят тебя видеть. —Скажи им включить федеральный канал? —Нет, серьезно, Astérisque. Город улыбнулся и кивнул. —Хорошо. Звездный человек отвернулся к словарю, правда не сильно надолго. Через минуту его вновь прервали. Правда не разговорами, а нежным поцелуем в голый живот. Парень сильно вздрогнул и резко схватился за белые волосы. —В чем дело? —Так. Давай не надо. Ия все таки занят. Губы коснулись пупка, игнорируя не особо активное сопротивление. —Ой ой ой. Ты это словарь вдоль и поперек знаешь. Удели ты время нам, а. Будто твой Байден обидится, если ты забудешь как будет «дерево» по-английски. Губы коснулись области выше пупка. Оставили там мокрый поцелуй. Сенсити убрал словарь и взял голову Марселя, поднимая вверх. Ближе к своему лицу. Чмок. Чмок.