Случайность

Мария была обычным подростком обычного российского города. Училась в девятом классе, немного играла на гитаре, много на приставке и после нескольких ссор с мамой заимела пирсинг в носу и губе. Учеба надоела до зуда в пальцах и оскомы на зубах. Бесило все, что связано со школой. Единственное, что вело ее в это заведение — это подруги и уроки английского, которые она обожала. Остальное все было по принуждению. После трудного и насыщенного безделием и весельем дня Мария приходила домой, наспех делала все свои домашние дела и садилась за стол, врубала приставку и погружалась в мир виртуальных войн и красивых персонажей. Вот и сейчас ее группа, состоящая из таких же как она школьников, собралась в команду пиксельных бойцов, что освобождали заложников. Она была командиром группы, вела своих грамотно, лишь пару раз умерев по пути. Тиммейты слушались, но часто тупили и громко ржали, чем сильно её бесили. Катку надо пройти. Тем более она играла за любимого персонажа. Заработать его было сложно: нужно было пройти много испытаний. Зато теперь солдат, имеющий, благодаря актеру, его игравшего, шикарную (по ее мнению) внешность, послушно исполнял все команды ее джойстика. Стаж игрока у нее был немалый; игра хоть и была сложной, но проходилась с удовольствием. Когда приходила пора все же ложиться спать, Мария с сожалением выключала игрушку и ещё какое-то время гуляла по интернету: рассматривала арты по игре и читала рассказики на сайте, где любители прозы тренировались в написании различного рода историй по играм или книгам. Интересно было. Ей нравилось то, что не одна она влюблена в героев игры, которая сейчас заполняла все ее мысли. Ближе к полуночи смартфон отправился на зарядку, а сама девушка уже засыпала. Звук дождя в сопровождении шумящего мотора проник в уши. Мария нехотя открыла глаза с непонятным ощущением, что они уже были открыты. И несколько секунд смотрела вперёд, ощущая, что сидит. Смотрела и не могла понять, что видит. Темное и тесноватое пространство. Салон машины. Почему?.. Вроде никуда она с родителями не собиралась. Да и машина — не их седан, эта высокая и широкая слишком. На сиденьи спереди сидел явно не отец: темный силуэт на фоне серого лобового стекла, по которому стекали частые дождевые капли. За рулём сидел человек в каске. Или шлеме. Что происходит? Мария пошевелилась на своем месте и вздрогнула, когда увидела, что с ней рядом находится ещё один человек в шлеме и темных очках. Зачем ему эти очки? Ночь же на дворе. Она кашлянула, хотела было спросить, что творится. Но услышала свой голос и замерла. Низкий и сильный, совсем на ее непохожий. Простыла, что ли? Что происходит??? Завопила она в своей голове. На ее ерзанья и вздохи обернулся тот, кто сидел спереди. В сумраке салона блеснули гладко зачесанные назад волосы и высокий лоб. — Уже добрались почти, германо. Хрипловатый голос, говорящий на английском языке. Германо? Я слышала такое уже. И почему этот человек так знакомо выглядит?.. — Алехандро… Человек спереди вновь обернулся на ее голос, который не был ее голосом!!! — Что? — Нет...нет. Ничего. Она узнала и свой голос, когда старательно проговаривала английские слова. Она знала это звучание и этот акцент. Ведь она им заслушивалась во время игры. Игры… Я в игре? Как это…Это ведь только в глупых фанфиках бывает. Страх сковал грудь. Она прижала ладонь к груди и нащупала жёсткий каркас. Опустила глаза и увидела всю себя внизу. Всего. Себя. Сильные плечи, руки в черных перчатках. Бронежилет и оружейный пояс, сильные ноги в джинсах и тяжёлых армейских ботинках. Я — Соуп. Мысли принялись скакать как сумасшедшие. Варианты произошедшего с ней менялись с быстротой тасуемой гадалкой колодой карт. Сон? Галлюцинация? Реальное попаданчество? Как это получилось? Я знаю, что будет дальше? Что делать? Почему я Соуп? Где Гоуст? Мама!!!!!! Машина затормозила, все начали выходить из нее. Мария вцепилась в ручку дверцы, отчаянно желая остаться внутри. Все три дверцы хлопнули, закрываясь. Джип качнулся на рессорах. Взаперти она оставаться точно не хотела. Открыла все же дверь и вышла наружу. Холодные капли дождя ужалили оголенные предплечья ее тела. Это же игра…почему я чувствую холод?.. Тем временем Алехандро — а это был точно он — подходил к вышедшему из головного джипа Грейвсу. Конечно. А как же. Мария узнала эту катсцену. Сейчас начнется пиздец. Она медленно приблизилась сзади рослого полковника и остановилась. — Что это? — Варгас звучал сердито и удивлённо. — Обозримые перспективы, — сдержанно ответил низкорослый командир американцев, который вживую (?) выглядел ещё меньше на фоне своих солдат, даже тех, что обступили его сзади. Он смотрел на Варгаса и Марию/Соупа с опаской и абсолютной готовностью, продолжая отвечать мексиканцу. Она оглянулась и обмерла от увиденного: Гоуст стоял метрах в двух от неё. Во плоти. В своей маске и темной одежде. Он смотрел тяжёлым взглядом на Грейвса; вся его поза просто кричала об угрозе. Он, будто почувствовав взгляд, повернул немного голову и встретился глазами с Марией. Тот-то видел своего напарника, который таращился на него, как надеялась Мария, не с совсем тупым выражением лица. Глянул, моргнул и отвёл взгляд. Она помнила по игре все это. Этим взглядам Гоуст уже подписал приговор американцу. Ох черт. Сейчас же Соуп должен вмешаться. Она пропустила несколько фраз и, не подумав, полезла вперёд. — Я звоню Шепарду. — Ты кем себя возомнил, каброн?.. Они с Алехандро сказали все одновременно и уставились друг на друга. Варгас немного приподнял брови. Грейвс сморщился, а Гоуст переступил с ноги на ногу. Мария осеклась, опустила руку, которой хотела придержать Варгаса, когда он двинулся на американца. Тот отступил назад и выставил руку вперёд. — Не делайте этого. И никто не пострадает. — Ты что, нам угрожаешь? — вроде безразлично, но очень многозначительно спросил Гоуст, сделав шаг вперёд. Все диалоги перемешались. Что теперь-то говорить??! — Э…— протянула Мария гулким голосом Соупа, оглянулась на Гоуста. — Я звоню Шепарду? — Генерал Шепард передает вам привет… Далее по тексту Грейвс окончательно обозначал себя как врага. Мария лихорадочно соображала, что же будет дальше и что делать. Сейчас же будет перестрелка. А она не умеет стрелять! Это не джойстик, это же реальное оружие. Вот же блин. Вот же…фак! Кстати. Алехандро кинулся уже на американца, его скрутили, а Мария вновь опоздала с репликой. — Грейвс, что за хрень??! На нее кинулся один из бойцов Грейвса, она отшатнулась от него, и тот чуть не свалился, промахнувшись. Их командир поднял автомат и пустил очередь под ноги Марии. Она вновь отпрыгнула, но неудачно. Наткнувшись на бетонное ограждение, она неуклюже перевалилась через него и кубарем скатилась вниз. Жилет давил на грудь, а высокая мокрая трава лезла в рот. И чувствовался не ее родной вес — она была худощавым подростком невысокого роста, — а тяжёлый и объемный вес того, кем она вдруг стала. Скатившись вниз кювета, она попыталась встать. Услышала выстрелы и нет, чтобы лечь вновь, кинулась вбок, запуталась в ногах и опять упала лицом в траву. Стреляли явно в ее сторону. Благо, что место приземления оказалось густыми кустами, которые с готовностью исцарапали ветками ее щеки и голые предплечья. Глубоко в мозгу мелькнула мысль: а почему Соуп всегда в футболках? Она поднялась, прислушиваясь к тому, что творилось наверху, откуда скатилась. Выстрелы стихли. Значит, сейчас там вырубленный Варгас и сбежавший Гоуст. Или нет? Ведь из-за нее все пошло не так. Ее, то есть Соупа, не ранили. Он просто тупо споткнулся и свалился в кювет. И потом Грейвс должен пойти в город, где будет отстреливать приспешников картеля. Ей надо в этот город. Нет. Ей надо домой! Ей надо в свою кровать и в свою школу. И сменить игру на приставке. И понять, что происходит. Лёжа на спине в кустах, Мария чувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Страшно было и непонятно все. Почему это все? Она ведь даже не думала о таком. И не желала этого. Представила себя со стороны и неожиданно посмеялась. Она прямо увидела своего любимого Соупа, в чьем теле сейчас оказалась, как он лежит, кривит лицо в рыданиях и жалеет себя, утирая щеки широкими ладонями в черных перчатках. Бравый воин, гроза ультранационалистов лежит в кусточке и боится на ноги встать. Мамочки, что же делать?.. Перевернувшись на живот, она сначала встала на колени, потом на одну ногу, а там — и на вторую. Боже, высоко-то как. А ведь в игре Соуп не так уж высок. Выйдя из машины, там, наверху, она поначалу под впечатлением всего и не почуяла разницу в весе, росте и центре тяжести. Двигалась тогда чисто на адреналине. А теперь она ощущала тяжесть всей массы этого сильного тела, вес жилета и оружия. Пистолет в кобуре на поясе напугал немного, и она, оттопырив руку, чтобы не касаться его, пошла вперёд походкой пьяного ковбоя, нарывающегося на неприятности. Ещё одним не очень приятным открытием во время ее спуска по пологому и влажному от дождя холму было обнаружение в штанах того, чего она там у себя никогда не имела. Она, блин, чувствовала…это. Как эта часть тела двигается при движении ног. И с ужасом подумала: а что делать, если по-маленькому захочет? Она ни разу в жизни не держала…этого в руках. Она ведь ещё ребенок, блин. Решив, что если приспичит, то сделает это по-девчачьи, и плевать на все. В руки она то, что оттопыривало ширинку джинс, точно не возьмёт. Привыкая немного к телу, она спустилась на дорогу, что вела в городок, горящий огнями во тьме ночной. По этой асфальтированной ленте идти легче. Сосредоточившись на шагах, Мария вспоминала игру. Сейчас ей надо в город. Связаться с Гоустом. Добраться до церкви. Блин… Там ведь надо очень много говорить с напарником, а она не помнит ничего почти, кроме шуток про собак и рыбок. Ну ещё про бурбон и британцев. Может, в процессе вспомнится. А ведь тут могут пристрелить просто. А ожить дадут или она все?.. Или домой вернётся, очнётся в своей постели?.. Так, может, попробовать самой? Она посмотрела на рукоять пистолета, торчащую из кобуры на поясе. Неее… Страшно так. Надо просто очень осторожно пробираться через город к церкви. Хотя. Ну проберется она и что дальше? Как же ей выбраться отсюда? Из этой игры? Хоть бы подсказка какая-то была. Занятая мыслями и мерными шагами, не заметила, как добралась до окраины городка. Затихший вроде дождь полил опять. Реалистичный сон. Или что это на фиг такое? Может, ее смартфон взорвался и убил ее во сне и это ад? Ого. Мария сама удивилась своим мыслям. А как он выглядит ад-то? Как компьютерная игра разве? Она прижалась к стене, когда вдруг услышала выстрелы. Не близкие, но и не так далеко. Значит, Грейвс начал охоту. Или казнь. Она тогда при прохождении тоже не могла понять, для чего тот убил столько горожан. Но потом кто-то ей сказал, что разрабы так сюжетную дыру заполнили, чтобы герои дальше работали. Теперь надо аккуратно. Вот так по стеночке и пробираться. Обходить все шумные и светлые места. Добраться до Гоуста — он вывезет их отсюда. О, рация. Мария похлопала себя по груди, нащупала коробочку и хотела снять, но не вышло. Провозилась долго, пока смогла отсоединить от жилета несчастную рацию, а потом разбиралась в кнопках. Нажимала все подряд. Услышала Грейвса — он раздавал приказы своим бойцам. И наугад нашла. Вспомнила, что говорил Соуп, когда сидел раненый и звал напарника. — Гоуст, как слышно? Это Браво один-семь. По-моему. Непривычно было слышать такой свой голос. Да и прикус был совсем иной. Ей казалось, что зубов во рту было будто много, а губы не слушались. Приходилось говорить медленно, как если бы она выпила спиртного, хотя она ни разу в рот не брала ни капли. Плюс английские слова звучали с акцентом. Славянским, не шотландским. Подождала ответа и решила двигаться вперёд. Страх никуда не делся, но сейчас появилась цель и надо делать что-то. Даже немного азарта появилось в душе. Завернув за угол очередного домишки, она замерла в страхе: у стены лежал человек. Мертвый. Лужа его крови растеклась по булыжной мостовой. Дождевая влага превратила его кровь в бурую лужу. Прогремел гром или выстрел, Мария вздрогнула и вскрикнула, закрыла рот обеими ладонями. Смотрела широко раскрытыми синими глазами своего любимого персонажа вперёд. Там, далеко впереди улицы, мерцали вспышки выстрелов, звук которых и услышала. Она прижалась к дому, но то была не стена, а дверь. Мария, не удержав равновесия, завалилась назад, с грохотом обрушившись навзничь. Больно ударившись затылком. Зашипев, схватилась за голову и пальцами ощутив тот самый могаук на макушке. Забыв о боли, огладила его. Вот это да. Не думала, что когда-нибудь сможет так вот... Так. Она поднялась и прикрыла дверь помещения, в котором оказалась. Огляделась. Вспомнила, что по идее создателей все дома тут имели два входа и выхода. Надо найти такой и продолжить путь. — Джонни. Мария от неожиданности аж задохнулась от страха, когда раздался голос Гоуста. Она схватилась за жилет и почувствовала, что сердце этого тела сейчас выпрыгнет из горла. Так напугалась. — Соуп, это Гоуст, как слышно? Она помнила, что надо нажимать, потренировалась до этого. Зажала кнопку и вдруг увидела себя в зеркале, что висело на стене этого жилища. Несмотря на ситуацию и положение, у нее опять защемило в груди от красоты этого человека. Который теперь она. Или она теперь он. Эх. Трудно-то как. Она смотрела на себя, а Соуп из зеркала смотрел в ответ на нее. Хорош, конечно. — Гоуст. Это я. То есть Джонни. Соуп. Ты же в церкви? — вот блин. Вот же дура. Соуп в отражении хлопнул себя по лбу. Мария потерла ушибленный лоб, не рассчитала силы, вмазав себе от души. — Иду туда, — ответил нисколько не удивившись Гоуст. — Встретимся там. Рад, что ты жив. Что же там надо говорить-то? Вот блин... — Здесь Грейвс и его тени. Они ищут Хасана и нас, наверное. — Тебе придется импровизировать, — ровный голос Гоуста успокаивал. — Будь осторожен. Хасана здесь нет. Значит, охота идёт на нас. — Ладно. — Говори на английском, — сказал Гоуст и отключился. А Мария поняла, что перешла на русский нечаянно. Прикусила губу. Знает ли напарник русский? Она вышла из здания и пошла по улице, узенькой и мокрой от дождя. Услышала мужские голоса за поворотом. Помнила по игре, что можно тихонько мимо них пройти. Не уверена была, что у нее получится в этом теле пройти на цыпочках. Поэтому опустилась на колени и на них поползла вдоль припаркованных машин. Тени от стоящих солдат у дверей дома лежали на мостовой. "Прости, Соуп". Мария честно не смогла бы прямо идти, пусть и тихо. Придется немного честь бойца притоптать. Отдалившись от опасного места, Мария решила все же подняться. Вздохнула со слабым облегчением и, повернувшись, чуть не вписалась в спину стоящего к ней спиной бойца Грейвса. Она перестала дышать. Попятилась назад. Солдат ее не заметил каким-то чудом. Он говорил по рации с кем-то о том, что если встретит человека в маске черепа, то наверняка будет мертв после. Мария тенью по стенке удалилась от него, нащупала дверь и осторожно вошла в дом. Повернулась, когда закрыла дверь, и опять испугалась. Мертвые люди. Слишком много для одного места. Это уже начинало давить на психику девушки. Она минуту стояла в ступоре, глядя на кровь, натекшую с тел. Из этого состояния вывел голос Гоуста, раздавшийся вновь неожиданно. — Что там у тебя? — Бойня. — Грейвс и его тени — военные преступники, — зло проговорил Гоуст. — Не попадись им на глаза. Ищи все, что пригодится в качестве оружия. — Вентиляторы? — вяло спросила Мария, поднимаясь по лестнице на второй этаж дома. Там тоже лежали трупы. Когда они успели всех убить, эти Тени-то? Они ведь одновременно вошли в город. — Все, что может пригодиться, — терпеливо ответил Гоуст. — Когда я вырасту — буду похожим на тебя, — вспомнила она реплику Соупа. — Ты будешь лучше меня. — Прайс не вытащит нас отсюда? — Мария равнодушно посмотрела на вентилятор — не собиралась она отламывать лопости и мотать их веревками. Просто поищет открытые двери. — Его тут нет. Сами выбираться будем. Мария промолчала. Гоуст тоже хранил радиомолчание. Как и решила, она тихонько продвигалась по дому, находила открытую дверь и переходила в следующий. Хотела было все же пройти по улице, но там всюду был Грейвс. Его голос звучал из каждого угла как будто. По пути нашла фонарик. Подобрала его у ног очередного трупа, которого решила считать просто текстурами, раз она все равно в игре А в одном из домов ее до полусмерти напугала собака в клетке. Она и это вспомнила. На ее вскрик отреагировал Гоуст. — Что там? — Собака. — Нейтрализуй. — Нет, — Мария услышала, как на улице всполошились бойцы Тени. — Я не смогу. — Что на двух ногах и кровоточит? — Убитый вампир. — Неплохо, но это половина собаки. Мария вышла на небольшой балкон. Второй этаж. Высоко, блин. Но, услышав шаги по лестнице, перелезла через перила и повисла на руках. — Мамочки... И разжала пальцы. Удар о землю был не таким болезненным, как она боялась. Тело это было сильным и тренированным, но колени всё равно подогнулись и она упала на бок. Быстро поднялась и побежала по узкому проходу меж домами. — Церковь на севере города, — вновь ворвался в ухо голос Гоуста. — Двигай туда. — Легко сказать, — ответила на русском Мария, спохватилась и быстро сказала на английском, схватившись за прутья забора, к которому подбежала.— Здесь забор. — Прижмись к стене. Опасность минует. Иди к каналу. Он ведёт к церкви. — Я плавать не умею! — она опять перепутала языки. — Английский, Мактавиш. — Простите, сэр. Я переведу. Так точно. Перелезть через забор оказалось не так просто. Острые пики на его верху неслабо напугали, когда один из ботинков соскользнул и она чуть не насадила тело Соупа на их навершия. Перебравшись с горем пополам, увидела арку канала. Перед ним стояло человек пять бойцов Грейвса. Вот блин. Она чувствовала силу тела, но не чувствовала силу своего духа. Ей опять было страшно. Присев у стены в густой сумрачной тени, она вспоминала сюжетку игры. Бутылки и бытовая химия. Первое уже видела несколько раз, со вторым связываться не собиралась. Бутылку кидаешь — и все солдаты, как кретины, идут проверять, что разбилось. Интересно, здесь все это сработает? Ведь тут все до тошноты реально. Ни одного бага или корявых текстур. Надо попробовать. Мария поднялась и осторожно двинулась вперёд, к большому фонтану, что отделял ее от канала, который был спасительным и коротким путем к Гоусту. На вычурном каменном бортике фонтана стояло несколько бутылок. Откуда они взялись тут? Неважно. Она схватила одну. Вдохнула глубоко и что есть сил швырнула в сторону. А сил точно хватило. Несчастная бутылка пролетела кувыркаясь прилично, прежде чем звонким фейерверком взорваться о мостовую. И дятлы у арки канала повернулись на звук. Двое из пятерых направились в сторону шума. Трое остались на месте. Мария опять села на корточки, наблюдая за ними из-за фонтана. Разозлилась вдруг и вспомнила про пистолет в кобуре. По игре Соуп его теряет при падении и ранении. Но вот он. В целости и сохранности. С полным магазином. Она положила широкую ладонь в черной коже перчатки на рукоять пистолета, сжала. Медленно вытащила. Осмотрела, как неведомое сокровище. Опять же, по игре, где уделялось очень много внимания деталям и оружию, помнила, что надо снять с предохранителя. Вот он. Щёлкнул послушно. Девушка в теле широкоплечего воина понимала, что собирается сделать сейчас. И скажи ей кто-нибудь, что она это сделает, она не поверила бы. Мария поднялась, немного выступив из-за фонтана. Охватила обеими руками рукоять пистолета и подняла их. Прицелилась. В игре это просто. А сейчас это страшно. Очень страшно. Я ребенок, блин. Это не люди, это просто пиксели. Я не знаю, что творю. Мне надо домой. Простите. И нажала на спусковой крючок. Пламя и грохот вырвались из дула пистолета; отдача тряхнула все тело. Один из солдат рухнул, как подкошенный. — Мамочки... Следующий выстрел настиг и второго. Третий метнулся в сторону, поднимая свое оружие. Мария повела дулом вслед. Выстрел. Мимо. Человек выстрелил в ответ. Горячий ветер от пролетевшей у виска пули ожег, как злая пчела. Она выстрелила в ответ. Кровавый фонтан брызнул из-под каски солдата. Он рухнул навзничь. Как?....Как она так ювелирно попала в прорезь шлема?!?! Или это само занятое ею тело сработало? Ведь Соуп — снайпер. Некогда было думать. Двое ушедших возвращались на выстрелы. Мария, попав только с пятого раза, сунула пистолет в кобуру, бросилась к каналу. Пули, летевшие ей вдогонку, выбили фонтанчики пыли из камня арки. Мария бросилась в воду. Погрузилась с головой и начала отчаянно грести руками и ногами. Жилет был невероятно тяжел, казалось, он тянет ко дну. А есть ли дно у этого канала? Есть. Ботинки упёрлись в скользкое дно. Мария оттолкнулась и устремилась вверх. Вынырнула, с хрипом откашлялась, вдохнула судорожно. Оглянулась. В проёме арки маячили фигуры, метались лучи фонарей. Она, перебирая ногами по дну, двинулась к стене канала. По всей длине канала шел небольшой выступ. Цепляясь за него, Мария начала движение. Чудом ее не зацепили пулей и не нашарили светом фонарей. Было темно, мокро, холодно и страшно. Она устала. Все это вымотало ее молодой дух. Но не тело. Мария чувствовала, что сил в мышцах — хоть отсыпай стаканами. Но вот ее настрой сдулся. Опять хотелось плакать. Хотелось к маме и горячего чаю. Она девочка, а не супермен. И почему это с ней приключилась? За что? — Соуп. Как обстановка? Мария, шмыгнув носом Соупа, ответила, зажав мокрой рукой рацию. — В канале. Иду к тебе. — Принято. Будь осторожен, здесь полно людей картеля. Мария всё-таки заплакала. Из синих глаз не ее тела потекли слезы, крупные и горячие, не то, что вода, в которой она была по грудь сейчас. Но Гоуст этого, конечно, не услышал.