Ракшаса 2. Возмездие

Юнги пробирался через возбужденную толпу оборотней, которые выскакивали из здания с радостными выкриками, но с каждым «поздравляю» зверел все больше. Оборотни ликовали. Настал тот день, ради которого они сражались так долго. Власть вампиров была свергнута, а их Правитель заточен в клетку. Тот, из-за кого они столько страдали, терпели рабство и прятались, как крысы в канаве, теперь навечно закрыт под землей. Монстр, так зверски расправившийся с главной семьей оборотней, уничтожен. Оживление на базе чувствовалось кожей, волки праздновали свою победу, наплевав на то, какой ценой она досталась. Отделываясь от знакомых и малознакомых солдат, попадающихся на пути, Юнги сорвался на омеге-враче, который следовал по пятам, донимая его просьбами в осмотре. — Я в порядке! — рявкнул он в сторону молодого волка. Юнги даже не знал его. Он и половины присутствующих уже не знал. Тот вздрогнул. — Кровь… — залепетал парень, испуганно указывая пальцем на окровавленную одежду. Мозг словно переклинило. Кровь животных. То, что могло сбить нюх и дезориентировать вампира. Юнги смотрел на свои руки, но видел взгляд Чимина, когда мерзкая правда обнажилась во всей своей отвратительной красе. Голубые глаза ракшасы, в которых отчаяние мешалось с острой, пронзающей насквозь, болью. — Господин? — опасливо привлек к себе внимание паренек. — Она не моя, — тряхнув головой, Юнги отвернулся и продолжил путь. Больше его никто не пытался остановить. Он бросился в сторону, безошибочно находя по запаху того, кого искал. Тэхён стоял на заднем дворе. Вампир привалился к стене, сгорбившись так, будто его сейчас стошнит. Дрожащие плечи на миг сбили настрой вершить правосудие, но, стоило вампиру обернуться, как все исчезло. Маска невозмутимости и самодовольства вновь вернулась на лицо Тэхёна. — Ты нарушил план, — желая прямо сейчас снести голову вампиру, процедил Юнги. Тэхён смотрел в ответ странным взглядом, будто был не здесь, а все еще там, в саду, где они предавали Чимина. — Все вышло лучше, чем мы ожидали, разве нет? — равнодушно ответил вампир, будто для него все сущий пустяк. Юнги не мог поверить, что Тэхён безо всяких угрызений совести убил отца Чимина. Когда-то Юнги и сам мечтал о смерти Тэсона, но теперь это был не просто Пак Тэсон, генерал армии вампиров, а отец Чимина. Это не должно было произойти. — Ах, постой. Ты хотел выйти белым и пушистым? — издевательски улыбнулся Тэхён. — Правильно. Ты же не хотел, чтобы Чимин знал о твоем предательстве. Ты хотел использовать его и дальше. Идеальное оружие, принадлежащее только тебе, непобедимое, всесильное, верно? Юнги бессознательно мотнул головой. План был другим. — Но знаешь, я тебя разочарую, — Тэхён подошел ближе, словно не видел, в каком состоянии Юнги, и специально нарывался, ведя себя так вызывающе нагло. — Не я воткнул нож ему в сердце, — наклонившись, прошептал он на ухо. — А ты. Юнги хватило и полуформы, чтобы поставить Тэхёна на колени. — Я не отдавал приказ убить Пак Тэсона и стрелять в Чимина. В глазах вампира на миг проскользнуло безумие. Тэхен выглядел смертником с гранатой, которую он готов взорвать и утянуть всех в свой ад. — А кто ты такой, чтобы отдавать приказы? — подняв голову, бесстрашно посмотрел на него вампир. — Вожак? Юнги почувствовал себя так, будто его ударили под дых, но он лишь сильнее стиснул когти на шее вампира. Ему хотелось рвать и метать, закричать в полную силу легких и выпутаться из паутины, в которую попал. Не вожак. Тэхён понял, что попал в точку, и снова улыбнулся. — Что ты можешь, Юнги? — продолжил давить вампир. — Кто ты такой, я тебя спрашиваю?! — прокричал Тэхён, вырываясь из его хватки и нападая со скоростью, от которой закружилась голова. — Беспомощный, жалкий омега, который не может даже взять управление собственной стаей! Юнги ударил в ответ, но ощущения пронзающей насквозь стрелы стали жутко реальными. Он уже не понимал, почему так больно внутри, почему его рвет на части от осознания своей победы. — Ты годен только на то, чтобы задницей работать, — выплюнул Тэхён, продолжая бить словами. — Сын вожака? — рассмеялся зло вампир. — Ты ничтожная потаскуха, Юнги-я. Бесполезный волк, который никогда не станет лидером. Юнги снова бросился на вампира и повалил его на землю, оседлал, намереваясь силой заставить заткнуться, но занесенный кулак повис в воздухе. Его лихорадило от навалившихся разных эмоций. Тэхён прав. Он был прав в каждом слове. Беспомощный. Не лидер. Не вожак. Никто. Пустое место, которое можно ослушаться. Юнги нервно дышал с занесенным кулаком, чувствуя, как внутри огонь пожирает заживо. Он хотел убить, лишь бы не слышать этих слов. Черная пелена застилала глаза. Его трясло. Он готов был убить. Но слеза, скатившаяся по щеке Тэхёна, остановила, врываясь осознанием того, что для вампира все не прошло бесследно. Они смотрели в глаза друг друга, дыша урывками, тяжело, ломаясь вместе, видя намного больше, чем хотели бы показать. — Но вот беда, — натянуто, болезненно улыбнулся Тэхён, не предпринимая попыток вырваться и спастись. — Я такой же беспомощный. — Зачем ты это сделал? — хрипло спросил Юнги. Тэхён закрыл глаза, но слезы все равно стекли по его лицу снова. — Помоги мне, — выдохнул вампир неожиданно. Юнги в ступоре смотрел на парня, ничего уже не понимая. — Что у вас тут происходит? Голос Бонсу ворвался в темный уголок, и Тэхён замолчал, изменился в лице, словно этого тихого «помоги» и вовсе не было. Юнги не стал останавливать вампира, когда тот оттолкнул его и поднялся. — Обсуждаем претензии, — произнес Тэхён, как ни в чем не бывало, стряхнув пыль с пальто. Юнги не мог так быстро перестроиться и понять, в чем дело. Но одно было ясно — Тэхён не станет говорить при Бонсу. Не откроется больше. — Тэхён согласовывал все действия со мной, — заявил Бонсу. Юнги затошнило. Он отступил в сторону, пытаясь все переварить. Что вообще происходит? — Все в порядке, Шуга. Тебе нужно отдохнуть, — с теплотой произнес Бонсу, положив ладонь ему на плечо. — Тебе много пришлось пережить за эти месяцы. Они сказались на тебе сильней, чем кажется. Юнги был на грани срыва. Заботливый тон мужчины вызывал желание раскроить ему череп. Юнги не сдержал смешка и закрыл глаза, выдохнул, отказываясь признавать тот факт, что его пальцы так предательски дрожат. Юнги сделал несколько шагов назад, чтобы в самом деле не наброситься на мужчину. — Тебя долго не было, а нам приходилось выкручиваться. Тэхён предложил нам выгодную сделку, от которой мы не стали отказываться, — продолжил Бонсу. — Он многое сделал для нас, Шуга. Ты должен это понимать. В твое отсутствие я взял на себя управление стаей, ты сам меня об этом просил, помнишь? — Наверное, думал, что я не вернусь, да? — сжав кулаки, улыбнулся Юнги. — Мы искали тебя, — резко произнес Бонсу. — Как искали Сокджина? — напомнил Юнги о том, как в свое время Бонсу отдал приказ отступить, не пытаться даже вытащить Джина из «Ильчуля». Юнги тогда не послушал, собрал команду и напал на пусанский филиал. Ничем хорошим это не закончилось. — Ты никогда не перестанешь меня винить в этом, но вспомни, чем обернулась тогда твоя выходка. Скольких наших убили из-за тебя? Помнишь, скольких детей ты оставил без отцов из-за своей жажды быть героем? Бонсу напирал на него. И Юнги снова почувствовал себя тем ребенком, сыном вожака, которого никто не принял, который всех подвел. Недостойный быть лидером, жалкий, слабый. — Мы искали тебя, но нашли случайно в доме Паков благодаря Тэхёну. Я послал Намджуна, чтобы вытащить тебя, но ты решил остаться. Это было твое решение! — зло выкрикнул Бонсу, продолжая наступать. — Это был твой план стравить ракшас. Не понимаю, чем ты недоволен, Шуга. Все вышло лучше, чем мы ожидали. — Почему ты слушаешься вампира, Бонсу? — тихо спросил Юнги. Он знал, что ему никогда не стать тем вожаком, за которым пойдет стая, но не мог допустить, чтобы ими снова командовал вампир. — Стая устала от войны, Юнги-я, — простонал Бонсу, смотря на него, как на идиота, который не видел очевидных истин. Юнги было противно оттого, что этим идиотом он себя и ощущал рядом с Бонсу. — Непрекращающаяся война вымотала всех. И если есть возможность жить мирно, объединившись с вампирами, я пойду на это. Все пойдут. Тэхён помог нам избавиться от Маркуса, мы поможем ему занять место Правителя, получив за это членство в Совете и земли юга. Разве этого недостаточно? Юнги впервые об этом слышал. Они сражались за свободу, сражались за то, чтобы уничтожить Маркуса и вернуть их страну законным владельцам. Юнги шокировано смотрел на альфу. Как вообще все вышло из-под контроля? Когда? — Место Правителя принадлежит правящей династии, — произнес Юнги. Его не было всего несколько месяцев, а в стае все так изменилось? — Тебе, хочешь сказать? — усмехнулся Бонсу, не принимая его всерьез. — Сону. Это место принадлежит Ким Сону, твоему сыну. А ты позволяешь какому-то вампиру командовать? — Рассматривай это как Союз. Я хочу мира с оборотнями, хочу построить с вами новую страну, Юнги. Ты застрял в прошлом, — снисходительно произнес Тэхён. Так, будто имел право с ним разговаривать подобным тоном. — Правящая династия — это пережиток прошлого. К тому же, пока неизвестно, жив ли вообще Сокджин с сыном. — Он жив, — заявил Юнги, прожигая взглядом вампира. Казалось, та минутная слабость Тэхёна и вовсе привиделась. — Раз так, мы найдем его и вернем домой, — встрял Бонсу. — Но я хочу оградить своего сына от войны, чтобы он не прятался и не воевал с малых лет, как ты. Посмотри на себя, Юнги. Кем тебя сделала эта война? Ты даже решился лечь под ракшасу, чтобы привязать его. Юнги ощутил себя так, будто ему вышибли весь воздух из легких. Бонсу жалил словами, уничтожая его, размазывая по стене правды. Юнги смотрел в лицо мужчины, чувствуя себя таким отвратительно грязным. Мальчишкой, который принял неверное решение, опозорив стаю и вожака. Голос отца звенел в ушах, будто не Бонсу стоял рядом, а сам Джихён. Стоял и смотрел на него с разочарованием и отвращением. — Юнги, ты — омега, — мягко продолжил Бонсу. — Позволь мне позаботиться о тебе и стае. Мы отомстили за твоих родителей, за весь наш народ. Мы поймали Маркуса и заточили его в клетку. С тебя уже хватит войны. Успокойся и живи дальше, найди альфу, роди волчат. А я позабочусь о стае, как делал все это время. Юнги нервно выдохнул. Омега. Несмотря на то, что прошло уже столько лет, все до сих пор видели в нем лишь омегу. Юнги дернул плечом, уходя из-под руки мужчины, и отступил на шаг. Он был так одержим идеей поймать и наказать Маркуса за все, что тот сделал с его семьей, что забыл — стая не приняла его после смерти отца. Сколько бы он ни бился, для всех навсегда останется лишь никчемной омегой. — Пойми, я не хочу воспитывать сына в таких условиях. Не хочу толкать его на путь борьбы за власть, которая ему не нужна, — вновь заговорил Бонсу. — Я люблю Сону и Джина. Мы найдем их, обязательно найдем. Сону будет нашим вожаком, когда вырастет, но пока мы будем делать так, как я сказал. « - Не говори никому про нас, прошу. Бонсу не должен знать, что мы выжили, — умоляюще смотрел на него Сокджин, сидя на диване в квартире Чимина. — Я не хочу больше быть в стае. Я не позволю Сону стать вожаком.» Вспомнив разговор с Джином, Юнги понял, что не придал тогда словам друга должного значения. Он просто решил, что Сокджин пережил ужасные времена, что устал и ему нужно прийти в себя. Думал, что Сокджин несерьезно. А что, если друг и в самом деле хотел сбежать? Что, если не хотел, чтобы Сону был вожаком? — Тебе нужно отдохнуть и привести мысли в порядок, — посоветовал Бонсу, выглядя так, будто хотел ему помочь. Юнги отступил, перевел взгляд на молчавшего все это время Тэхёна. Можно ли доверять тому, кто предает с такой легкостью? Они же были друзьями с Чимином. Юнги видел, с какой теплотой Чимин относился к Тэхёну, считая его почти что братом. — Я не позволю тебе причинить вред стае, — произнес он, смотря на вампира. Тэхён кивнул. Юнги понял, что ему нечего тут больше делать. Бонсу всегда принимал правильные решения, благодаря чему остатки стаи, которых не загнали в рабство, выжили. Он был хорошим вожаком для всех. Юнги оставил Бонсу и Тэхёна и направился вновь к выходу. Но, выйдя из-за угла, остановился в темном пустом закутке. Он отупело смотрел в пустоту перед собой, чувствуя себя таким болезненно потерянным. — Кажется, я отправил тебя к врачу, — раздался совсем рядом голос Хосока. Юнги повернул голову в сторону того, кто был ему все это время чуть больше, чем друг и брат. Хосок стоял у пожарной лестницы, прислонившись к стене, и внимательно смотрел на него, словно сканируя, узнавая заново. Юнги смотрел в ответ. Хосок ничуть не изменился, такой же самоуверенный альфа, сила которого буквально окутывала все вокруг. Когда-то Юнги думал, что у них может что-то получиться. — Я в порядке, — выйдя из оцепенения, ответил он и направился к выходу базы. — Куда ты собрался? — Хосок аккуратно поймал его за локоть. Юнги почувствовал болезненность прикосновения. — В дом Тэсона, — освободившись от чужой хватки, Юнги стремительно направился вперед. Хосок последовал за ним. — Он мертв. Мои парни убедились в этом, когда забирали Чонгука, — произнес Хосок. Юнги остановился. Нервно выдохнул, подавляя дрожь в теле. Он не хотел думать о том, что надеялся. — Как ему удалось убить Тэсона? — спросил Юнги. — Тэхён создал специальный препарат, летучее вещество, которое способно убить вампира. Он передал ампулу Чонгуку, тот должен был раздавить ее вблизи Тэсона. Чонгук сделал это, мы приехали и забрали пацана, — пояснил Хосок, продолжая внимательно следить за его реакцией, будто пытался понять, что с ними стало. Но Юнги и сам не знал, что с ним теперь. — Чонгук бы не пошел на это, — потерев ноющие виски, возразил Юнги. Этот пацан едва приходил в себя после «Ильчуля», он доверял Чимину и считал его другом. — Выяснилось, что он и не знал, что в ампуле. — Тэхён, — догадался Юнги. Тэхён сделал то же самое, что и сам Юнги — втерся в доверие, завоевал невинное сердце и предал. И от этого в груди тихо ноет. Они втянули в свою мясорубку невиновных, перемолотили их и выплюнули, как мусор. — Что сказать. Вампир у нас обаятельная личность, — пожал Хосок плечами. — Ты знал, что Тэхён собирается делать с Тэсоном? Он понимал, что не имеет права обвинять друга. Все действовали согласно приказам вожака, согласно приказам Бонсу, на благо всей стаи. Для них Тэсон не более, чем враг. Такой же, как Маркус и Чимин. — Да. Он сообщил об этом за пару часов до начала операции. — План был другим, — напомнил Юнги. — Чимин не должен был пострадать. Мы подстегнули его сражаться, препарат Тэхёна должен был ослабить Маркуса. Чимин должен был быть на нашей стороне, Хоуп. Ты понимаешь? — стараясь унять дрожь, произнес Юнги. — Если бы на нашей стороне была ракшаса, чьей парой я являюсь, мы могли бы изменить все, у нас было бы идеальное оружие. — Думаешь, Тэхён позволил бы посадить на трон нашу марионетку? Юнги ошарашенно взглянул на друга: — Почему вы стали слушаться Тэхёна? — Кое-что изменилось, пока тебя не было. — Что могло такого произойти за пару месяцев, что вы стали слушаться вампира? — жестко спросил Юнги. Что-то непонятное скребло на душе, размазывая его. Вроде бы все закончилось. Они поймали Маркуса. Заточили его в клетку. Монстр теперь не причинит вреда. Он повторял это себе снова и снова, но поверить не получалось. Взгляд Чимина до сих пор проникал в самую душу острым лезвием зацепов, пронзая насквозь. Его голос до сих пор звенел в ушах надсадным хрипом сломанного существа, зверя, которого обманом загнали в ловушку, набросили сеть и заточили в темницу. Юнги запрещал себе думать о нем. Надо было сосредоточиться на важных вопросах. Бонсу наверняка заключил какую-то сделку с Тэхёном за его спиной. — Тебя не было, — коротко и просто произнес Хосок, будто в этом был какой-то особый смысл. — И что? — взвился Юнги. — Все наследники правящей династии так или иначе исчезли. Бонсу воспользовался моментом, всем был выгоден их с Тэхёном план. Все хотели мира, Шуга. Никому нет дела до того, кто будет сидеть на троне, если это даст возможность перестать прятаться и терпеть рабство. Вы с Джином и Сону исчезли, это сказалось на моральном духе всей стаи. Юнги не понимал, но сейчас у него не было никаких моральных сил разбираться с этим. — Ладно. Допустим. Но сейчас я здесь! Я привез Маркуса в клетке. Самую главную тварь. Если мы смогли посадить его на цепь, посадим и других вампиров. Это страна наша, Хоуп. Почему мы должны соглашаться на какой-то Союз? — негодовал Юнги. Он так долго терпел, так долго сражался с Маркусом, с его режимом, что, оказавшись на финише, терялся. Он считал, они вернут страну, вернут свои земли, все. — Успокойся, — Хосок коснулся пальцами его щеки, но вместо привычного чувства тепла, которое Юнги испытывал на прикосновение альфы раньше, сейчас была лишь холодная неприязнь. Юнги стало неловко перед Хосоком за свою реакцию и за грусть вперемешку с пониманием в глазах альфы. Юнги ненавидел себя за то, что так хотелось, чтобы на месте Хосока был Чимин, чтобы тот закрыл его крыльями. — Извини, — отступил альфа. — Хоуп, я… — Ш-ш, — Хосок привычно улыбнулся, но остро чувствовалась фальшивость этой улыбки. — Все в порядке. Ты привязался к нему. Они оба знали, о ком идет речь, и от этого тошно. — Я не должен был с ним так поступать. Он не заслужил, — произнес Юнги. — Не заслужил, Хосок-а, — дрогнувшим голосом закончил он. — Давай я отведу тебя в комнату, — Хосок положил ладони ему на плечи и заглянул в глаза. — Ты искупаешься, поешь, поспишь, а потом мы уже будем думать о том, что делать дальше, идет? — Нет. Мне нужно кое-куда съездить, — отказался Юнги, замотав головой. Надо было выяснить, где Сокджин, что с ним. Когда Тэхён позвонил и сказал, что нужно немедленно действовать, Юнги не успел связаться с Сокджином и предупредить его. — Давай я отвезу тебя, — предложил Хосок. Юнги снова вспомнил о словах Джина. — Нет, не нужно. Я быстро. — Может, хотя бы примешь душ? — Позже. Юнги решительно направился к главному выходу. Хосок не стал его останавливать, только попросил быть на связи. Юнги пообещал вскоре вернуться и, игнорируя всех вокруг, взял первую попавшуюся машину и выехал за ворота базы. Очень скоро он уже въезжал обратно в город, который продолжал жить в прежнем ритме, не зная, что вскоре все изменится. Горели вывески, мигали светофоры, гуляли вампиры, зависая в барах вместе с оборотнями-рабами, которые вскоре станут свободными. Юнги промчался мимо центрального района и добрался до элитного жилого комплекса. Его никто не пытался остановить. Не было на входе охраны, дворы были пусты настолько, что казалось, тут все вымерли. Юнги, поспешно бросив машину, побежал в сторону знакомого здания. Влетев в коридор, он обнаружил лишь лужи крови и консьержа с разорванным горлом. Испугавшись за Сокджина, Юнги взметнулся по ступенькам наверх и ворвался в знакомую квартиру. Уже переступая порог и огибая взломанную дверь, он знал — внутри никого больше нет.