Ракшаса 2. Возмездие

Когда врач передал на руки ребенка, Чимину показалось, что его разорвет от эмоций. Он отключил все свои органы, лишь бы не потревожить маленький комочек в руках. Малыш выглядел таким очаровательным, невинным, был настолько крошечным, что Чимин умирал внутри от умиления и такого безграничного, ошеломляющего счастья, которого он никогда в жизни не испытывал. — Ханбин-а, — тихо прошептал он, держа на руках сына. Мальчик отреагировал на него, зашевелил ручками и смотрел так, будто узнавал его, признавал. Он забавно принюхивался, морщил носик и шевелил губами. — Какой он красивый, — очарованно прошептал Чимин, бросив взгляд на мужа. Юнги лежал на койке, всё ещё выглядя слабым и уставшим. — На тебя так похож. — Не смеши, — хмыкнул омега. — Он копия тебя. Чимин не мог перестать улыбаться, крылья рвались наружу, и он просто не мог уже сдерживать эмоций. — Можно я крылья выпущу? — спросил он у доктора, который закончил с капельницей Юнги. — Осторожно только. Чтобы не напугать ребенка. Чимин медленно выпустил крылья, отмечая, что его сын на них реагирует. Он замахал ручками и показал маленькие волчьи клыки, выглядя таким довольным, что становилось понятно: не напугали. — Кажется, ему нравятся твои крылья, — отметил Юнги, замечая реакцию сына. — Оставлю вас ненадолго, — сообщил доктор Сун. — У тебя полчаса, — предупредил вампир. — Потом возвращаешь ребенка омеге и на выход. — Хорошо, — закивал Чимин. Он слушался доктора во всём все эти месяцы, лишь бы Юнги был в порядке. Лишь бы малыш родился здоровым и крепким. И он был благодарен мужу за то, что тот всё выдержал и подарил ему это маленькое чудо. Доктор Сун покинул палату, и Чимин снова сосредоточился на малыше. Держать его на руках было так приятно, что Чимин не мог представить, как жил всё это время. Он аккуратно сел на стул рядом с кроватью, чтобы Юнги мог видеть их обоих. — Тебе нравятся мои крылья, малыш? — Чимин слегка распустил одно крыло, показывая его ребенку. Ханбин довольно завизжал, махая руками. Юнги рядом мягко рассмеялся и протянул руку к сыну. Ханбин сразу обхватил подставленный палец всей своей маленькой ручонкой. Чимину казалось, у него сейчас из глаз сердечки выпрыгивать будут от этой нежности и любви между омегой и ребенком. — Он бывает таким активным, — поделился Юнги. — Мне кажется, ему уже хочется перекинуться и исследовать мир. — Ещё рано, маленький, — обратился Чимин к сыну. — Ты должен немного подрасти. А потом будешь бегать вместе с папой по лесу. Он научит тебя всему-всему. Малыш издал непонятный звук, но, кажется, ему было комфортно и хорошо. Чимин немного сожалел о том, что сам не является оборотнем. Он бы мог всему его научить. — Я думаю, он ещё потреплет нам нервы, — улыбнулся Юнги. Чимин не удержался, наклонился и коротко поцеловал мужа в губы. Юнги был таким невозможно красивым, таким родным и восхитительным, что Чимин не мог это вынести. Ему хотелось быть ещё ближе. — Люблю тебя, — в миллионный раз повторил Чимин. Юнги потёрся носом о его шею, выглядя на короткий миг таким уязвимым. — Мы тоже любим тебя, — прошептал Юнги, поднимая глаза. — Правда, Бин-а? Сын заёрзал на руках. — Он хочет поиграть с крыльями, — понял его намерения Юнги. — Ты хочешь погрызть мои крылышки? — Чимин закрыл их с ребёнком крыльями, и малыш довольно завизжал, задергав руками. — Кто это у нас тут такой красивый? Сын тянулся к его крыльям, трогал их с любопытством, приходя в восторг, стоило их полностью раскрыть. Чимин смеялся вместе с сыном, замечая тёплую улыбку омеги. Он бы игрался так весь день, но слова доктора не забывал. Едва только увидев, что Ханбин стал менее активен, Чимин передал его Юнги. Омега аккуратно принял малыша, укладывая сонного мальчика рядом с собой. — Вы так хорошо смотритесь вместе, — шёпотом произнес Чимин, с любовью смотря на двух самых родных ему оборотней. Юнги фыркнул в ответ, подставляя руку под голову сына, который так быстро засыпал. — Мы станем хорошими родителями, — уверенно заявил Чимин. — И позаботимся о тебе, Бин-а. Обещаю. *** Объект брали бесшумно. Юнги прокрался на второй этаж, без промедлений свернув шею оборотню из группировки «Алмаз». Здоровый альфа под два метра ростом и пикнуть не успел. Юнги аккуратно уложил тело в угол. — Второй этаж. Чисто, — произнёс он в передатчик, бегло осматриваясь по сторонам и убеждаясь, что никаких незапланированных проблем не будет. — Принял, — раздался в наушнике голос Намджуна. Юнги плавно и медленно стал пробираться выше. — Кейс предположительно в квартире 52. Если мы не успеем до трех часов, Чимину придется отменять соглашение, — напомнил друг. — И что все всполошились из-за этих ампул? — недовольно буркнул в эфир Хосок. На фоне слышался ветер. — Я на крыше. Юнги, держа оружие наготове, пересёк третий этаж. Адреналин приятно окутывал с ног до головы, побуждая действовать четко и быстро. Подав знак своей группе, он призвал их рассредоточиться. В парнях был уверен: сам тренировал. — Эти ампулы — залог будущего нашей химической промышленности, они не должны уйти налево, — произнёс Намджун. — Тэхёна цитируешь? — хмыкнул Хосок. — Ультразвуковые шашки установлены. Надеюсь, все прихватили наушники. Юнги вырубил очередного альфу, оттащив его за угол. Джинсу, молодой вампир-спецназовец из его группы, добил второго охранника. — Третий этаж. Чисто, — подытожил Юнги, подав знак Джеку, их компьютерщику, подсоединяться к системе, пульт которой обнаружился на стене между этажами. — Мы могли даже не утруждаться, а послать Чимина, — пыхтя, вновь начал бурчать Хосок. — Для ракшасы это дело двух минут, разве нет? Эй, Шуга, ты почему на мужа не повлияешь? Юнги прыснул тихо. — Он не может отвлекаться на всякую ерунду, — ответил омега. — Я бы не звал ерундой террористов, которые хотят разнести весь Сеул! — возмутился Хосок. Юнги дал знак своим парням вновь рассредоточиться и проверить пустые квартиры. — Хоуп, ты уже достал своим нытьем, — не выдержал Намджун. — Чимин не может делать всю работу. К тому же, кто будет сидеть с Ханбином? Юнги почувствовал, как в груди тепло сжалось при упоминании сына. Ханбину уже почти четыре, но оставлять его всё равно страшно. Каждый раз, уходя на задание, Юнги чувствовал, как его накрывало чувство вины. Если бы Чимин в свое время не поддержал его, Юнги бы и не решился ни на что. Он с ума сходил в четырех стенах. Он любил сына, любил проводить с ним время, но задыхался дома, пытаясь быть идеальным папой и мужем, стараясь стать идеальным омегой. Чимин первым заметил, что он на грани, хотя Юнги старался не грузить всех вокруг своими проблемами. Муж и предложил ему выйти на работу. Для Юнги это стало настоящим спасением, он вернулся в армию и довольно быстро собрал команду специального назначения, когда возникла такая необходимость. Чимину не нравилась его работа, но он всё равно не пытался вмешаться, доверял ему. Юнги был безумно благодарен ему за то, что ракшаса не упрекает за необычное для омеги занятие. — Ханбин, точно, — протянул Хосок. — У него же скоро день рождения. Четыре годика будет. Вы уже заказали ему торт? — Да, — сообщил Юнги, разрывая артерию вампира, который внезапно появился из-за угла. Парни подхватили тело и прибрались. — Этот торт стоил целое состояние, так что все должны быть. Хоуп, и тебе пора уже познакомить нас со своим мальчиком. — Хрен вам, — фыркнул альфа, защелкнув карабины. — Устанавливаю таймер на десять минут. Шуга, ты там отдохнуть, что ли, прилег? Где тебя черти носят? Юнги прислонился к стене, смотря на Джека, который напряженно снимал сигнализацию. — Уже на подходе. Джун, что там снаружи? — Подъехали плохие парни. Много плохих парней, — предупредил альфа. — Вам бы и правда поторапливаться. Юнги вопросительно взглянул на Джека. Альфа показал пальцами «окей», и лампочка над потолком в коридоре загорелась зеленым. — Мы почти на месте, — бросил он. Планировалось, что они войдут в квартиру, не создавая шума, заберут кейс и свалят. Но всё пошло не по плану. Какому-то придурку приспичило ссать прямо в коридоре. Заметив их в отражении, он заорал так, что поднял ненужный переполох. Юнги снял его в пару секунд, но было уже поздно. Из квартиры, как тараканы, хлынули наёмники. Началась перестрелка. Несколько оборотней мгновенно обратились. Сработала сирена, вспыхнули дымовые шашки. Юнги натянул маску на нос и рванул за вампиром, который схватил кейс и бросился к окну. — Кейс уходит. Я за ним, — бросил он в микрофон и, откинув оружие под крик Намджуна в наушнике, выпрыгнул из окна следом за вампиром. Обратился уже в прыжке, приземлившись на четыре лапы. Вампир дёрнул от него на полной скорости, но Юнги не отставал. Охотиться на вампиров у него в крови. В ушах свист ветра, перед глазами всё плывет от скорости, но запахи обострились до предела, создавая свою объёмную реальность, в которой всё так легко и просто. Перепрыгивая препятствия, Юнги игнорировал долетающие до него звуки перестрелки. Вампир с кейсом замешкался всего на мгновение, но этого хватило, чтобы добраться до него. Юнги выпрыгнул на мужчину из кустов, бросая того на лопатки. Вампир зашипел, выпуская когти и резцы, но Юнги оказался проворнее. Надавив лапой на грудь вампира, он угрожающе зарычал, грозя разорвать горло вампира. Мужчина угрозу оценил по достоинству, поняв, что перед ним достойный соперник, которому хватит скорости реакции, чтобы убить. — Не убивайте. Не убивайте! — жалко залепетал вампир, отбросив кейс в сторону. — Вы же омега… омега Правителя, да? Юнги не был удивлен. Когда он обращался, его узнавали все. Белоснежный окрас не так-то легко было спрятать. Юнги снова рыкнул, призывая молчать, и обернулся обратно. — Добегался, придурок, — надевая на парня специальные наручники, Юнги приложил вампира о землю. Среди деревьев показалась знакомая морда. Коричневый волк вышел на поляну и тут же перекинулся. — Ты меня до ручки доведёшь, Шуга, — выдохнул он недовольно. Альфа выглядел запыхавшимся и злым. — Ты какого хрена ломанулся за ним один? А если бы в ловушку угодил? — Хорошо, что пришёл, — Юнги поднял вампира на ноги и толкнул его в руки Намджуна. — Оформи его. — Ты слышал, что я сказал?! Юнги наклонился за кейсом, проверил его содержимое. Всё на месте. Отлично. Миссия почти выполнена. — Шуга! — возмутился Намджун его игнорированием. — Принцессе не нужна охрана, — хмыкнул он, хлопнув друга по плечу. — Я на базу. *** Появиться незамеченным дома - задача невыполнимая. Ханбин слышал его издалека. — Папа приехал! — выбежал маленький сын на крыльцо. Юнги вышел из машины и улыбнулся на то, как Ханбин в мгновение обратился и понёсся ему навстречу. Юнги тоже встретил его волком: перекинулся и цапнул за холку. Ханбин довольно завизжал, виляя хвостом. Высвободился и начал бегать вокруг, дурачась и рыча. Юнги играл с ним, позволяя запрыгивать на себя и кусать за лапу, но иногда мог и рыкнуть строго, призывая к порядку. Сын любил шкодничать, любил бегать маленьким волчонком вокруг и тявкать на бабочек. Они немного поиграли в догонялки во дворе, и Юнги даже поддаваться не приходилось: скорость у Ханбина была под стать взрослой особи. Увидев Чимина, который вышел из дома, волчонок с довольным визгом бросился к отцу. Чимин рассмеялся и уже привычно поймал обратившегося в мгновение ребёнка. — Умотал папу? — пожурил Чимин сына. Юнги перекинулся обратно и направился к ним. У него до сих пор ёкало в сердце, когда он видел Чимина с ребёнком на руках. Они оба выглядели такими довольными и счастливыми. — Не-а. Я выиграл! — Кто тебе такое сказал? — возмутился Юнги, подходя ближе. — Привет. — Привет, — Чимин наклонился и чмокнул его в щеку. — А меня? — Ханбин подставил щёчку. Юнги рассмеялся и поцеловал сына, потрепав его по волосам. Он был чертовски милым и обаятельным малышом. Весь в Чимина. Он даже внешне был похож на своего отца. Маленький, воинственный альфа. — Мы собирались в магазин, а то в холодильнике всё закончилось. Поедешь с нами? — предложил Чимин. — Да. Только переоденусь. И Ханбина нужно переодеть, — заметив, что сын в разных носках, бросил Юнги на ходу. — Я уже одет! — возразил сын. — Ага, вижу, — хмыкнул Юнги. — Надеваем теплые штаны. — Не хочу, — взбрыкнул на руках Чимина ребёнок. — Я тебе сейчас дам «не хочу». Бегом одеваться или никуда не пойдешь, — предупредил Юнги. Ему приходилось быть строгим, ведь Чимин просто не мог сказать сыну «нет», балуя его и потакая всем капризам. Ханбин насупился, но сдался. Чимин отпустил сына, и тот побежал в дом. Юнги прижался к вампиру, потеревшись носом о его шею. Очутиться вновь в его руках после долгого суматошного дня было приятно. — Мне позвонили и нажаловались на тебя, — сообщил Чимин, поглаживая его по спине. Юнги в такие моменты ощущал себя таким умиротворённым и спокойным, что полностью снимал оборону. — Джун? — догадался Юнги, втягивая запах мужа. — Всё было под контролем. Тебе передали кейс? — Да. Постарайся не рисковать так в следующий раз, — попросил Чимин. — Ты мог угодить в засаду. — Со мной никто не станет связываться, успокойся. Все сразу узнают мужа ракшасы, — хмыкнул Юнги, выскальзывая из объятий вампира. — Мне нужно ополоснуться и переодеться. Займешься Бином? — Да. И мы ещё не закончили, — нахмурился Чимин. — Ладно-ладно, — Юнги поднял ладони вверх, сдаваясь. — Ночью выскажешь свои недовольства. Он махнул мужу и направился в дом. Знал, что виноват, что подверг себя напрасному риску, но не мог этого признать. Юнги знал, что Чимину вообще сложно отпускать его, позволять работать в спецгруппе, сложно терпеть его частые отлучки, но ракшаса мирился с этим, не привязывал к себе и дому. Чимин лишь давал ему уверенность, что его ждут дома. Всегда. Приняв душ и переодевшись, Юнги вернулся к семье. Чимин уже собрал Ханбина, и они вдвоём ждали его в гостиной. Носки в этот раз были одинаковыми. Поход в магазин обычно оборачивался целым квестом, потому что их все узнавали. Первое время они вообще не могли выбраться в город без толпы репортеров вокруг. Юнги это надоело довольно быстро, а, в отличие от Чимина, вежливым ему быть было необязательно. После пары грубых ответов и угроз все вокруг поняли, что к ним не стоит приставать, но иногда попадались бесстрашные, поэтому приходилось держать ухо востро. Пока Чимин складывал продукты в корзину, Юнги отвлёкся на звонок Сокджина, держа в поле зрения сына. Можно было, конечно, не беспокоиться за Ханбина, ведь Чимин чувствовал сына просто на каком-то особом, глубоком уровне. — Привет. Как дела? — невинно начал Сокджин. — Отлично, — с подозрением ответил Юнги. — Мы в магазин за продуктами выехали. Ты что-то хотел? — Нет. Просто решил узнать, как ты. Намджун сказал, что ты отличился сегодня, — произнес Сокджин. Юнги хмыкнул под нос, заметив, что в зале появились родители Ариса, мальчика из одной группы с Ханбином в детском саду. Сын сразу подбежал к другу. — Джун просто трепло, — ответил Юнги. — Ничего серьёзного не произошло, не кипишуй. Придёшь завтра пораньше помочь подготовить всё к празднику? — пользуясь возможностью, спросил он. — Как я могу бросить тебя в день рождения сына? — возмутился Сокджин. — Конечно, приду. И учти, что Сону заявится с самого утра. Он приготовил кое-что для Ханбина. — Только не раньше десяти, — предупредил Юнги. — Дайте мне выспаться в выходной день. — Мечтай, — рассмеялся Сокджин. — Что ж. Если ты в порядке, не буду тебя отвлекать. Закупайтесь. Юнги закатил глаза. — Вы иногда меня просто бесите. Это моя работа, смиритесь уже. — Да я просто переживал за реакцию Чимина, не за тебя. — Мы уже давно не рабы, — Юнги закинул в тележку банку сладкой пасты и кинул взгляд в сторону мальчишек, которые выглядели уже напряжёнными. — Каждый волен заниматься тем, чем хочет. — Согласен с тобой, но ты же знаешь, как Чимину тяжело отпускать тебя на эти рискованные операции. Ты его пара! — Вот поэтому он и научился с этим мириться. Не беспокойся, Джин. У нас всё в порядке, правда. Я тебе перезвоню позже, ладно? Ханбин сейчас, кажется, обратится и покусает своего друга. — Оу. Тебе стоит тогда поспешить. — Созвонимся, — Юнги быстро закруглил разговор, видя, что сын выпустил когти. Не хватало ещё, чтобы он подрался с кем-то. Поспешив к двум мальчишкам, Юнги едва не опоздал, но благо Чимин успел. Он в последнюю секунду остановил сына от обращения, лишь положив ладонь ему на плечо. — Оу-оу, что тут у вас происходит? — встав за спину сына, с улыбкой спросил Чимин. — Ничего, — буркнул Ханбин. Юнги тоже подошёл ближе, с подозрением смотря на детей. Арис выглядел слегка испуганным, а вот Ханбин просто пылал яростью. Сына вообще редко что могло вывести из равновесия, поэтому данная ситуация настораживала. — Правитель! — подлетели родители Ариса. — Здравствуйте, — поклонились они. — Господин Юнги, — отвесили они поклон и в его сторону. Юнги отделался кивком, вставая рядом с Чимином. — Рады вас видеть, — заговорил альфа-отец Ариса. — Такая неожиданность! Арис спрятался за ноги родителей, но хмуро поглядывал на Ханбина. Было странно, ведь эти двое в садике вполне хорошо ладили. Чимин вежливо пообщался с родителями ребёнка, обходясь общими фразами. Он был привычно обходителен и мил, соответствуя образу доброго Правителя, но довольно быстро отделался от родителей Ариса и попрощался. Юнги взял сына за руку, чувствуя, как того буквально трясёт от гнева. — Мы подождём тебя на улице, — бросил Юнги Чимину, опасаясь, что Ханбин сейчас сорвётся. Малыш, несмотря на возраст, имел взрывной характер. — Хорошо, — Чимин стал выглядеть серьёзным, но устраивать допрос не стал. Юнги вывел сына на парковку и завёл за машину, в тень, подальше от любопытных глаз. — А теперь выкладывай, — потребовал он у насупленного малыша. — Что вы не поделили? — Арис — дурак! — выдал Ханбин. — И ты решил напасть на него прямо в магазине? — хмыкнул Юнги. — Что он тебе сказал? — Сказал, что папа-Чимин — монстр! — зло бросил Ханбин. Юнги был удивлён тем, что это так задело сына. Такое уже происходит не в первый раз? — И мой дед — монстр, потому что они ракшасы! Он сказал, что я буду таким же! Кажется, с родителями Ариса придётся серьёзно поговорить. Юнги захотелось немедленно разобраться с обидчиками сына, и ему даже страшно было представить, в какую ярость придёт Чимин, когда узнает об этом. Да он за любую слезинку Ханбина готов был весь мир истребить. — Твой папа не монстр, — тяжело вздохнув, Юнги присел на корточки и заглянул в лицо сына. — Его боятся, потому что он сильный, и наговаривают всякого. Да, он отличается от всех, потому что ракшаса. Но ракшасы не монстры, Бин-а. — Папа хороший! — топнул Ханбин ножкой. — Верно. Не надо злиться на Ариса. Они просто не знают нашего папу так, как его знаем мы с тобой, — продолжил Юнги. — Они не знают, какой он добрый и заботливый. Не знают, сколько всего он делает, чтобы мы все жили хорошо. Поэтому не нужно драться со всеми, кто скажет о нём плохо, хорошо? Ты — сын Правителя, Пак Ханбин, ты должен соответствовать. — Ему необязательно чему-то там соответствовать, — подобрался к ним Чимин бесшумно. Он поставил сумки в багажник и тоже присел на корточки перед сыном. Видно было, что он слышал их разговор от начала до конца, но расстроенным не выглядел. — Мы любим тебя, каким бы ты ни был. А знаешь, почему меня боятся? — Из-за зацепов? — оживился Ханбин. Юнги покачал головой и улыбнулся. Их сын питал какую-то ненормальную тягу к крыльям и зацепам ракшасы. Он сразу забывал обо всех проблемах. — Вот этих, да? — Чимин выпустил зацепы, внимательно следя за тем, чтобы ребёнок не бросился к ним, как делал это раньше. Юнги и сам посмотрел на пугающие зацепы, вид которых теперь не вызывал никаких неприятных ассоциаций. Они преодолели его фобию ещё год назад совместными усилиями. Юнги очень старался побороть все свои страхи, связанные с зацепами. И, несмотря на то, что иногда он всё-таки вспоминал Криса и ту камеру, больше это не управляло им. — Какие они крутые! — всякий раз, как Ханбин видел эту часть Чимина, он приходил в восторг. — Я и сам крутой, верно же, папа Юнги? — засмеялся Чимин, заметив, что и Юнги не отрывает взгляда от острых кончиков. — Позёр, — Юнги толкнул ракшасу в плечо и поднялся. — Поехали уже домой. Настроение всех троих снова было на высоте благодаря мягкому характеру Чимина. Об инциденте в магазине Ханбин забыл довольно скоро. Вечер дома тоже получился весьма уютным и тёплым. Им нечасто выпадала возможность собраться втроем, но они с Чимином всегда старались как можно больше времени проводить с семьей, несмотря на работу. После ужина они вместе смотрели новый мультик, и Ханбин уснул под конец, перекинувшись в маленького волчонка. Юнги поглаживал его по белой шёрстке, думая о том, как жизнь Ханбина отличается от его собственного детства. Иногда Юнги забывался, пытался требовать от малыша то, что требовали в своё время от него самого, но Чимин мягко вмешивался, тормозил его, давая сыну больше свободы. Юнги, хоть и злился на мужа частенько, в глубине души был благодарен ему за всё. — Ты ведь не считаешь меня монстром, да? — неожиданно тихо спросил Чимин, когда мультик уже закончился, а сын мирно спал между ними. — Давай ещё ты будешь слушать какого-то трёхлетку, — хмыкнул Юнги. — Я знаю, что многие не доверяют мне. После того, как в прессу просочилась информация о моём родстве с Маркусом, многие стали видеть во мне его копию, — поделился Чимин своими мыслями. Юнги удивился тому, что Чимина это, оказывается, задевало и волновало. — Ты подарил оборотням свободу, Чимин. Ты не твой отец, — уверенно произнёс Юнги. — Я делал ужасные вещи. С тобой, с Чонгуком, с другими оборотнями, — напомнил Чимин. — Я до сих пор помню, как принуждал тебя, сажал на цепь и издевался…Как фактически отправил тебя на смерть ради того обряда. Юнги не понимал, почему они разговаривают об этом спустя столько лет. Сейчас. Неужели Чимин не отпустил это? Почему слова ребенка так ранили его? — Звучит и в самом деле отвратно, — хмыкнул Юнги, стараясь отшутиться. Он не горел желанием ворошить прошлое и обсуждать всё это. — Да, — внезапно серьёзно согласился Чимин. Юнги нахмурился, посмотрев на взволнованного ракшасу. В чём дело вообще? — Они все правы? — Чимин выглядел так, будто верил во весь этот бред. — В тот день, когда Тэсон чуть не убил меня, ты вмешался и залечил мои раны, — вспомнил Юнги давно минувшие дни. Он ничего не забыл, просто не культивировал в себе боль прошлого, всеми силами стараясь отпустить, чтобы не увязнуть, вырваться вперёд, быть свободным. — Когда у меня началась течка, ты был нежен со мной. Ты ни к чему меня никогда не принуждал, Чимин, ты всегда давал мне выбор. Я понимаю, что сейчас окружающие начинают видеть во мне невинного омегу, но ты-то всегда знал, что я могу за себя постоять. Чимин уверенно кивнул. Он никогда не видел в нём слабого, и это приносило нелогичное облегчение. — Все говорят, что ты со мной из-за ребёнка, — произнёс Чимин тихо, смотря на Ханбина. — С какой стати тебя вдруг стало волновать мнение окружающих? — нахмурился Юнги. Он всё больше не понимал. Чимин пожал плечами. — Ты серьёзно? — шокированно переспросил Юнги. — Я боюсь, — внезапно обезоруживающе искренно произнёс ракшаса, подняв голову. В его глазах было столько эмоций, что Юнги нервно сглотнул, — что это правда. Вдруг они правы, ведь в этом есть логика. — Тогда ты со мной из-за того, что я — пара ракшасы? — нашёл Юнги аргумент. Он знал ответ, чувствовал его всем сердцем, когда позволил себе услышать. Чимин в возмущении открыл рот, но Юнги не позволил ему ответить. — Это же тоже логично, разве нет? Я предал тебя, заточил в тюрьму, позволил им издеваться над тобой; косвенно, но всё же участвовал в убийстве твоего отца. Как после этого ты мог выбрать меня, если только не из-за связи ракшасы с парой? — Юнги, ты всерьёз сейчас? — начал сердиться Чимин. — А ты? — спокойно спросил Юнги. — Слушаешь каких-то идиотов, которые у меня стокгольмский синдром увидели? Я знаю, что мы обручены не из-за твоей связи, обстоятельств или моего якобы страха остаться одному с ребёнком. Это наш осознанный выбор. Твой и мой. Чимин слушал его так внимательно, будто ему рассказывали законы мироздания. — Иногда ты такой придурок, — сделал Юнги выводы и улыбнулся. — Прости, — улыбнулся Чимин в ответ, выглядя уже не таким напряжённым. Облегчение на его лице читалось легко. Это с другими Чимин надевает маску и держит дистанцию при всей его общительности и дружелюбии. Он умеет быть жёстким и холодным, но, когда они остаются одни, никаких масок нет. Они сделали достаточно, чтобы к этому прийти, чтобы научиться откровенно признавать свои слабости и не бояться открывать душу. — Не сомневайся во мне и в себе. Чимин благодарно улыбнулся. — Спасибо. — Всегда пожалуйста, — махнул Юнги рукой, радуясь, что смог унять волнения ракшасы. — Можно я тебя укушу? — попросил Чимин. — Сначала давай отнесём Ханбина спать, — предложил Юнги. Хотя он не боялся того, что сын увидит процесс питания, ведь он уже видел, как вампиры питаются. Ханбин в первый раз испугался, но, когда они вдвоём с Чимином всё ему объяснили, сын стал требовать, чтобы Чимин выпил его кровь. Чимин поддался его уговорам, показывая, как это бывает. Юнги помнил, как они вместе решили, что это будет полезно Ханбину - сразу всё понять, чтобы не фантазировать и не слушать других детей. Юнги был уверен, что до конца дней своих не забудет, как боялся Чимин в тот день навредить сыну. Но всё прошло довольно хорошо. Ханбин не испугался, ему даже понравилось, и он гордо заявлял всем, кого видел, что его кусал вампир, и носился с этим с такой гордостью, что Чимин ужасался. А Юнги понимал сына. Пожалуй, даже слишком. Ведь он сам носил укусы Чимина как отличительный знак. Чимин аккуратно поднял сына на руки. Ханбин во сне перекинулся обратно, но Чимин, уже привычный к такому, легко подстроился и донёс ребенка до спальни. У Юнги каждый раз щемило в груди, когда он видел, с какой нежностью Чимин укладывает ребенка спать в его «нору». — Спокойной ночи, Ханбин-и, — поцеловав сына в лоб, Чимин поднялся и немного постоял рядом. Юнги подошёл к нему ближе, обнимая со спины. Он хотел передать всю свою поддержку этому парню, который пережил с ним так много. — Знаешь, ты, скорее всего, прав, — внезапно уверенно кивнул Чимин сам себе. — Я не похож на Маркуса. — Верно. Ведь это ты сейчас со своим сыном, а не он, — тихо произнёс Юнги. Чимин вновь улыбнулся, расслабляясь и отпуская сомнения. Может быть, они снова появятся в его голове, но Юнги знал, что всегда будет рядом, чтобы их развеять. Чтобы сказать, что быть ракшасой не значит быть монстром. И когда-нибудь в этом убедится весь мир. Смотря в загоревшиеся синим пламенем глаза, Юнги улыбнулся в ответ.