Назад в прошлое

22 июня 1993 г.

      После очередного летнего концерта Metallica направилась в бар, чтобы отдохнуть и расслабиться. Группа расположилась за дальним столиком, где Кирк, Ларс и Джейсон весело проводили время за напитками. Джеймс же чувствовал себя не лучшим образом и почти не пил. — Приятель, ты как? — Кирк легонько толкнул его в плечо.       Джеймс лишь покачал головой. Взяв стакан с алкоголем, он замер, глядя на него, затем тяжело вздохнул и поставил обратно. Бесшумно поднявшись, он направился в туалет. — Что с ним? — Ларс проследил за уходящим Джеймсом. Кирк лишь отмахнулся, делая глоток пива. — Наверное, из-за концерта, — предположил Джейсон. — Не переживай, ему нужно побыть одному.       В туалете Джеймс подошёл к раковине и оперся на неё. В зеркале отразилось его бледное, усталое лицо. Чувство подавленности охватило его. — Какой кошмар, — прошептал он, умываясь холодной водой. — Ненавижу этот день. Кто-то вошёл в туалет, прервав его размышления, и Джеймс поспешил вернуться к столику. — Джеймс, тебе нужно выпить и не думать о плохом, — Ларс протянул ему несколько стопок.       Джеймс поднял стопки и выпил одну за другой. Постепенно напряжение покидало его, и он начал прислушиваться к разговорам друзей. Голова немного кружилась, но ему было приятно это состояние. Он засыпает, и ему становится легче. — Эй, Джеймс, пора заканчивать, — разбудил его Кирк.       Джеймс еще не пробудившись ото сна, слабо зевнул и несколько раз проморгал от яркого света лампочек. Ньюстед заметил как Ларс не хотел расставаться с алкоголем, но остановил его.       Джейсон решил отвести Джеймса в отель. Он осторожно помог подняться Джеймсу, тот без сопротивления поддался и они вышли из бара. Резкий свежий воздух вдарил мужчинам в голову. — мгм, моя голова. — Джеймс застонал взялся за голову рукой и прищурил глаза. Джейсон заботливо повёл его к машине. Начался дождь, и они быстро уехали. По дороге Джейсон попытался заговорить с Джеймсом, обеспокоено поглядывая на Джеймса. — хочешь что-нибудь рассказать? — что? — раздражение чувствуется в его голосе. — Давай включу радио, — предложил Джейсон, заметив настроение друга. — М-м-м, — промычал Джеймс, погружаясь в звуки музыки. Мелодия словно убаюкивала его, помогая забыть о дневных тревогах. Джейсон, заметив, что другу кажется не нравится музыка, осторожно спросил: — Может, переключить? — Нет-нет, оставь, — слабо махнул рукой Хэтфилд. — Пусть играет. Закрыв глаза, Джеймс позволил себе расслабиться. «Поп-музыка — не совсем то, что я обычно слушаю, — подумал он, — но иногда приятно отвлечься и послушать что-то другое. Интересно, кто это поёт? Кажется, Сандра...»       Ньюстед, поглядывая на друга, не мог сдержать улыбки. Его забавляло, как Джеймс беззвучно подпевает песне, его губы едва заметно шевелятся, а лицо выражает полное умиротворение.       Вокруг простиралась пустынная дорога, лишь изредка пересекаемая полосами дождя. Широкая магистраль уходила вдаль, теряясь в темноте. Ни души вокруг — только они вдвоём и шум дождя за окном.       Наконец, Джейсон притормозил у одинокой заправки. Он старался двигаться тихо, чтобы не разбудить спящего друга. Машина мягко остановилась, и Ньюстед осторожно вышел наружу, оставив Джеймса в полудрёме.       Вскоре шум дождя стих, и Джеймс открыл глаза. В салоне было тихо, только мерный стук капель о крышу нарушал покой. Оглядевшись, он заметил, что Джейсон исчез. Вокруг не было ни души — лишь одинокая заправка и бескрайняя степь под нависающим небом.       Решив размяться, Джеймс вышел из машины. Свежий воздух приятно холодил разгорячённое лицо, играя с прядями светлых волос. Прислонившись к тёплому боку автомобиля, он наблюдал за приближающимся Джейсоном. Ньюстед, заметив друга, широко улыбнулся и ускорил шаг. — Как самочувствие? — спросил он, поравнявшись с Джеймсом. — Нормально, только голова немного побаливает, — ответил Хэтфилд, машинально поправляя выбившуюся прядь за ухо. — Может, вернёшься в машину? — заботливо предложил Джейсон. — Нет, так лучше, — покачал головой Джеймс. — Свежий воздух помогает. — Тогда сходи в магазин, — Джейсон отошёл к бензоколонке. — Я пока заправлюсь.       Кивнув, Джеймс направился к магазину, наблюдая, как Ньюстед возится у колонки. Вечерний ветер трепал полы его куртки, а капли дождя поблёскивали в тусклом свете фонарей.       Дверь магазина распахнулась с мелодичным звоном колокольчиков, привлекая внимание продавца. Внутри царила пустота, лишь яркие лампы слепили глаза после полумрака улицы. Джеймс медленно двинулся вдоль прилавков, выбирая необходимые вещи. В его руках оказались бутылка воды и пара энергетических батончиков. У кассы он прихватил свежий журнал. — Извините, у вас есть таблетки от головной боли? — спросил он, обращаясь к продавцу. Молодой парень за прилавком окинул его скептическим взглядом. — Дружище, мы не аптека, — ответил он, пробивая покупки. — С вас 3,06. Джеймс, покопавшись в кармане, извлёк купюры. — У меня только 12,22, — произнёс он, протягивая деньги. Продавец вздохнул, закатив глаза. — Да вы, наверное, шутите...       Мелкий дождь начал накрапывать, наполняя воздух запахом влажной земли. Джеймс, вдохнув свежий воздух, спустился со ступенек, но тут же столкнулся с женщиной. — Ох! — воскликнул он, роняя покупки. Его руки метнулись поднимать упавшие вещи. — Поосторожнее надо быть, — произнесла женщина, отступая назад. — Простите, — извинился Джеймс, поднимая вещи.       Перед ним стояла пожилая темнокожая женщина — невысокая, с седыми волосами и множеством браслетов на руках. Её карие глаза, казалось, хранили в себе целую историю. — Не заметил? — рассмеялась она хриплым, немного надтреснутым голосом.       Джеймс выдавил неловкую улыбку, озираясь по сторонам, словно ища спасения от этого странного разговора. — Ох, как же ты устал... Что-то тяжёлое гложет твою душу, — произнесла она, с сочувствием глядя на него. Её рука мягко коснулась его ладони. — Тебя что-то держит, ты тоскуешь по кому-то? — Эм... — Джеймс осторожно высвободил свою руку и машинально вытер её о штанину. — Вернётся... — загадочно произнесла женщина, отступая в сторону. Хэтфилд, чувствуя себя растерянным, направился к машине, постоянно оглядываясь назад.       Женщина была одета в длинное синее платье, украшенное бусами из разноцветных камней. Множество браслетов позвякивали на её руках при каждом движении. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил подошедший Джейсон. Джеймс обернулся, встречаясь с внимательным взглядом друга. — Да-да, — он снова оглянулся назад, — всё в порядке. — Ну ладно, как скажешь, — Ньюстед посмотрел туда, куда смотрел Джеймс, и нахмурился — там никого не было. — Кстати, вот... — Джеймс протянул другу шоколадку, отворачиваясь в сторону. — За что? — усмехнулся Джейсон. Хэтфилд повернулся и вложил сладость в руки друга. — Просто так, — ответил он и, не дожидаясь ответа, сел в машину.       Ньюстед, улыбаясь, убрал шоколадку в карман и последовал за ним. В салоне повисло лёгкое напряжение, нарушаемое лишь шумом дождя за окном.       В салоне автомобиля Джейсон не мог не заметить, как изменилось выражение лица Джеймса — тот выглядел ещё более растерянным и подавленным. — Джеймс, тебе нужно успокоиться, — мягко произнёс Ньюстед, бросая взгляд на друга. — То, что произошло на концерте, не стоит таких переживаний... Хэтфилд резко повернулся к нему, в его глазах читалось непонимание. — Да, может, ты и допустил пару ошибок, но фанаты всё равно остались в восторге! — Джейсон попытался улыбнуться ободряюще. — Не стоит так переживать... Джеймс молча смотрел на Ньюстеда, его взгляд становился всё более тяжёлым. — Заткнись, — тихо, но твёрдо произнёс он, отворачиваясь к окну.       Спустя несколько минут пути сквозь пустынные пейзажи они наконец въехали в город. Джеймс с явным облегчением выдохнул, словно оказавшись в более знакомой обстановке. У входа в отель Джеймс наконец обратился к Джейсону: — У тебя есть таблетки от головы? Ньюстед на мгновение задумался. — Нет, но могу съездить в аптеку, — предложил он. — Да, пожалуйста, — Джеймс торопливо вошёл в здание, оставив друга искать аптеку.       В пустом холле отеля его шаги отдавались гулким эхом, а в голове всё ещё крутились события этого странного вечера.       В номере было тепло и сухо. Джеймс бросил ключи на пол, вяло прошёлся по комнате и без сил рухнул на кровать. Навязчивые мысли терзали его сознание, не давая покоя. Последствия алкоголя давали о себе знать — голова всё ещё болела и кружилась.       Он потянулся за бутылкой воды, но та оказалась у самого выхода номера. Преодолевая слабость, Джеймс поднялся с кровати и, пошатываясь, направился к ней. Опустившись на пол, он жадно припал к горлышку, опустошая бутылку до последней капли. «Боже мой...» — мысль о том, что придётся снова тащиться к кровати, казалась невыносимой. — Да ладно, — пробормотал он, с трудом поднимаясь и волоча ноги обратно.       Изнеможение окончательно овладело им, и Джеймс быстро погрузился в сон, мечтая лишь об одном — чтобы новый день наступил как можно скорее и принёс с собой облегчение. 12:20       Солнечные лучи пробивались сквозь тюль, наполняя комнату тёплым светом. Откуда-то снизу донёсся голос Ларса: — Джеймс!       Хэтфилд зажмурился от яркого света, с трудом приподнял голову. Солнечные лучи ослепили его. Он распахнул глаза и в изумлении оглядел себя. «Почему я без одежды?» — пронеслось в голове. Он отчётливо помнил, как засыпал одетым.       Вскочив с кровати, он замер, ошарашенно оглядывая комнату. Она выглядела совершенно иначе, не так, как та, в которой он уснул. «Что за чертовщина...» — мысли путались в голове. Комната казалась до боли знакомой.       Перед ним стояло небольшое зеркало в полный рост. Медленно, словно во сне, Джеймс приблизился к нему и замер, не веря своим глазам. В отражении стоял молодой парень. Он инстинктивно прикрыл рот рукой, чтобы не вскрикнуть. — Что за бред?! — прошептал он, не отрывая взгляда от своего молодого отражения. За дверью снова раздался голос Ларса: — Джеймс, просыпайся уже! Хэтфилд метнулся к двери, вслушиваясь в происходящее снаружи. — Я сейчас зайду! — Ларс начал дёргать ручку двери. — Нет, нет, не заходи! — Джеймс вцепился в ручку. — Я сейчас выйду... — Хорошо, мы ждём внизу, — голос Ларса затих, и послышались удаляющиеся шаги.       Джеймс остался стоять у двери, пытаясь осмыслить происходящее. Его разум отказывался принимать реальность отражения в зеркале. Что-то странное происходило с ним этим утром, и он не мог понять, сон это или явь.       Хэтфилд обхватил голову руками и в растерянности опустился на кровать. «Что же теперь делать?» — пронеслось в мыслях. На спинке стула он заметил одежду и, словно очнувшись от оцепенения, быстро начал одеваться.       Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, он замер у лестницы, прислушиваясь к доносящимся снизу звукам. Медленно, шаг за шагом, Джеймс спустился вниз. — Ну наконец-то... — недовольно пробурчал Ларс.       Оказавшись на кухне, Джеймс замер, осматривая помещение. Всё здесь казалось до боли знакомым, словно он видел эту комнату впервые, но память подсказывала обратное. — Чего стоишь, присаживайся, — раздался голос из соседней комнаты.       Джеймс резко обернулся на звук и отступил на шаг назад. Его сердце забилось чаще, дыхание перехватило. — Дэйв... — прошептал он, не в силах скрыть удивление.       Мастейн, заметив его реакцию, лишь усмехнулся и занял место за столом. Его рыжие волосы падали на глаза, когда он поднял взгляд на друга. — Как спалось? — спросил он с лёгкой улыбкой.       Хэтфилд не мог вымолвить ни слова, продолжая неотрывно смотреть на бывшего коллегу. Дэйв, заметив его состояние, повернулся к Ларсу, и они завели разговор.       У Джеймса закружилась голова, к горлу подступил ком. Ноги ослабли, и он тяжело опустился на стул, опершись на стол. — Джеймс... — спокойно позвал Дэйв, привлекая его внимание.       В этот момент время словно остановилось. Перед ним сидел человек, с которым у него было столько непростых моментов в прошлом, человек, чьё присутствие сейчас вызывало бурю эмоций.       Джеймс медленно повернулся к Дэйву, встретившись с его виноватым взглядом. Зрачки Мастейна расширились, выдавая его внутреннее напряжение. — Мне жаль за своё поведение вчера... — тихо произнёс он, опустив голову. Рыжие пряди волос скрыли его лицо.       В памяти Джеймса вспыхнули воспоминания: тот самый день, когда Дэйв уже пытался извиниться на этой самой кухне. После концерта они сильно поссорились, много выпили, но Джеймс так и не смог простить его. Между ними навсегда осталось это болезненное напряжение. — Да ничего страшного, — выпалил Джеймс быстрее, чем успел подумать. Ларс удивлённо округлил глаза, наклонившись над столом. — Эм... — заморгал Дэйв, явно ошарашенный такой реакцией. «Что я несу? Я ведь не прощаю...» — пронеслось в голове у Джеймса. Он закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Эм, да, я прощаю тебя, — повторил он, теперь прямо глядя в глаза Мастейну. — Ладно... — Дэйв бросил ложку на стол и поднялся. — Давайте поторопимся, Клифф ждёт. «Клифф...» — сердце Джеймса пропустило удар. Он вскочил со стула, едва не столкнув Дэйва, и выбежал на улицу. Увидев спину Клиффа, он подбежал ближе, заглядывая ему в глаза с нескрываемой печалью. — Привет, — улыбнулся Бёртон, докуривая сигарету. — Как дела?       Джеймс открывал и закрывал рот, глупо улыбаясь. Сдерживать слёзы становилось невыносимо. Он опустил голову, борясь с желанием обнять старого друга. — Ха-ха, что такое? — Клифф попытался заглянуть ему в лицо, но Джеймс ловко отвернулся. — Да... что-то в глаз попало, — часто заморгал он, не решаясь поднять взгляд, боясь выдать свои эмоции. — Ла-а-адно, — протянул Клифф.       Пока тот отворачивался, Джеймс украдкой поднял голову. Он видел его. Снова мог слышать его смех и голос. «Живой...» — пронеслось в мыслях, и слабая улыбка тронула его губы. Из дома вышли остальные участники группы. — Ну что, где наш автобус? — Ларс вглядывался вдаль, не подозревая о буре эмоций, бушующей внутри его друга.       Автобус подъехал через несколько минут, и остальные участники группы начали подниматься по ступенькам. Джеймс застыл на месте, лихорадочно озираясь по сторонам. «Что я здесь делаю? Мне нужно бежать!» — пронеслось в его голове. Перед ногами лежала сумка, и он машинально посмотрел на неё. «Я не должен быть здесь!» Подняв взгляд на автобус, Джеймс отступил на пару шагов назад. — Эй, Джеймс, ты чего? — из дверей высунулся Ларс. — Давай быстрее! Он махнул рукой и скрылся внутри.       С трудом передвигая ноги, Джеймс поднял сумку и побрёл к автобусу. Усевшись на дальнее сиденье позади всех, он стал наблюдать за происходящим.       Спустя полпути картина предстала перед ним во всей красе: Ларс оживлённо что-то рассказывал, размахивая руками, Дэйв, облокотившись на окно, с усмешкой наблюдал за Ульрихом, а Клифф, погрузившись в чтение, время от времени бросал взгляды на ребят. «Почему всё выглядит настолько реальным?» — Джеймс незаметно ущипнул себя за руку, но боль не помогла проснуться. «Чёрт! Как выбраться отсюда? Это какая-то нелепая, непонятная, странная ситуация!» — Джеймс, что с тобой? — окликнул его Дэйв. Джеймс медленно поднял голову. Ларс прервал свой рассказ и тоже обернулся к нему. — Ничего, — выдавил он кривую улыбку, бросив взгляд на Клиффа, который продолжал читать.       Отвернувшись к окну, Джеймс погрузился в размышления о том, как он оказался здесь. Воспоминания о вчерашнем дне постепенно размывались, оставляя лишь образ тёмного гостиничного номера.       Когда автобус прибыл на место, Джеймс уже успел задремать. Клифф разбудил его, и он сонно открыл глаза, глядя в окно на ясный день.       Выйдя из автобуса вслед за Клиффом, группа направилась к небольшому зданию. Джеймс узнал это место и внутренне содрогнулся: «О чёрт, это та самая студия!» Он с трепетом рассматривал здание, и воспоминания нахлынули волной. — Сегодня нужно хорошо порепетировать, — открывая дверь студии, произнёс Дэйв, пропуская Джеймса вперёд. — Репетировать? У нас будет концерт? — удивлённо повернулся к нему Джеймс, едва не сбив Дэйва с ног. — Ох, да, — ответил Дэйв, крепче перехватывая гитару, которая чуть не выскользнула из рук. — А ты что, забыл? Джеймс не ответил, лишь покачал головой. Ларс занял место за барабанами, выжидающе глядя на Джеймса и Дэйва. — Давай быстрее, Джеймс, — поторопил его Дэйв, направляясь к Ларсу.       Хэтфилд застыл в нерешительности. Рука не поднималась, ноги словно приросли к полу. «Мне придётся выступать?» Он заметил, что все уже ждут только его. «Что ж, ладно», — и сделал шаг к остальным.