Назад в прошлое

1993 г.

      Джейсон осторожно постучал в дверь номера Джеймса, но ответа не последовало. — Джеймс, ты там? — он приложил ухо к двери, но слышал лишь мёртвую тишину. — Я войду?       Не дождавшись ответа, Ньюстед повернул ручку — дверь приоткрылась с тихим скрипом, пропуская полоску света из коридора в полутёмную комнату. Джейсон застыл на пороге, вглядываясь в помещение.       В номере никого не было. Он прошёл вглубь комнаты, осматривая каждый угол. Вещи Джеймса лежали на своих местах — одежда на стуле, сумка у входа, но самого вокалиста словно след простыл.       Озадаченный, Джейсон опустился на неубранную кровать. В его руке были таблетки, которые он собирался отдать другу — мужчина положил их на тумбочку. «Куда же ты делся?» — пронеслось в мыслях Ньюстеда. Ситуация становилась всё более странной и тревожной.

1983 г.

      «Что я здесь делаю?» — эта мысль крутилась в голове Джеймса, словно заезженная пластинка. «Вместо того чтобы искать ответы, я репетирую в какой-то студии с давно забытым составом». Его рука непроизвольно разжалась, выпуская гриф гитары. «Мне нужно что-то предпринять, нельзя просто игнорировать происходящее», — думал он, снимая гитару. «Там, в настоящем, меня, наверное, уже ищут». Блондин направился к выходу, но его остановил голос Клиффа: — Эй, чувак, ты куда?       Джеймс замер у самой двери, его пальцы застыли на дверной ручке. «А что, если я умер?» — промелькнула пугающая мысль. Он всё же открыл дверь. — Я скоро вернусь, — произнёс он, пытаясь собраться с мыслями. — Сначала нужно уйти отсюда, а потом решить, куда идти дальше. — Но ты даже не сыграл! Столько времени прошло! — возмутился Дэйв. — С тобой точно что-то не так.       Рыжий подошёл ближе и развернул Джеймса к себе. Хэтфилд поднял на него взгляд, но в глазах не было ни капли эмоций — лишь пустота. — Я же сказал, скоро вернусь, — спокойно ответил блондин, освобождаясь от крепкой хватки Дэйва. Дэйв отступил, позволяя ему уйти, и Джеймс стремительно выбежал из студии на улицу. — Его словно подменили, — пробормотал Дэйв, глядя вслед удаляющейся фигуре.       Погода менялась стремительно: небо затянуло тучами, стало холодно и промозгло. Джеймс шагал по тротуару мимо безликих домов, погружённый в свои мысли: «Куда же мне теперь идти?»       Внезапно усилившийся ветер принёс первые капли дождя. Хэтфилд поднял голову к свинцовому небу, встречаясь взглядом с грозными тучами. «Почему каждый раз, когда в моей жизни творится полный абсурд, погода обязательно портится? Прямо как тогда, у той заправки...» — пронеслось в голове.       Он ускорил шаг, а потом и вовсе перешёл на бег. Бежал, не разбирая дороги, пока в лёгких не закончился воздух. С каждым воспоминанием гром гремел всё яростнее, а молнии рассекали небо всё чаще.       Очередной ослепительный разряд молнии заставил мир перед глазами поплыть. В сознании возникали лица знакомых людей, слышались их голоса. «Это не моё время! Я не должен здесь находиться!» — прокричал Джеймс, добежав до перекрёстка.       Перед ним стояла та самая темнокожая женщина. Она неподвижно застыла, глядя прямо на него. Джеймс нахмурился, пытаясь разглядеть её черты. Ноги словно сами понесли его к ней — чем ближе он подходил, тем отчётливее становилось её лицо. «Это она!» — в памяти вспыхнуло воспоминание о старушке с заправки. — Это ты! — Джеймс подбежал к ней и схватил за плечи. — Это ты всё устроила!       Хэтфилд перешёл на крик, но женщина лишь спокойно смотрела на него. Медленно подняв ладонь перед его лицом, она произнесла: — Не кричи, — и Джеймс мгновенно замолчал. — Я знала, что ты придёшь. Её тихая улыбка только ещё больше взбесила его. — Верни меня обратно! — потребовал он. Но женщина продолжала невозмутимо смотреть в его пылающие гневом глаза. — Это уже невозможно, — произнесла она, отходя от Джеймса в сторону парка. — Как это понимать? — растерянно захлопал ресницами парень, следуя за ней. — Я не смогу вернуться домой? Она покачала головой, устремив взгляд на бушующее море, разбивающееся о камни. — Пожалуйста, скажите мне, — он схватил её за руку и развернул к себе, — почему? Джеймс перешёл на дрожащий шёпот, слёзы навернулись на глаза. — Оу, бедный юноша, — она нежно погладила его по волосам. — Твоё будущее начало меняться, и тебе нельзя возвращаться домой.       Хэтфилд отступил назад, словно в сердце ему вонзили нож. Запустив руку в волосы, он тяжело задышал. — Но что же мне теперь делать? — закрыв лицо ладонью, он не мог больше выносить эту правду. — Видишь ли, — женщина взяла его под руку, и они вышли на небольшую аллею, — я встретила тебя на той заправке не просто так. Ты не любил своё время, и это мучило тебя. Но, сопротивляясь правде, ты врал себе и делал вид, что тебя всё устраивает. Джеймс молчал. Она говорила правду, и он не мог этого отрицать. — Поэтому я отправила тебя сюда, — наконец женщина встретилась с ним взглядом. — Что я должен делать? — спросил он. — Ты должен изменить своё прошлое, — она отпустила его руку и встала перед ним, внимательно всматриваясь в глаза. — Что именно? — Джеймс прошептал это сдавленно, не в силах поверить. — Всё, что хочешь. Всё, что тебе нужно, — женщина улыбнулась, словно глядя на маленького, несмышлёного мальчика. — Но если мне понадобится ваша помощь... Где.., где я смогу вас найти? — в отчаянии спросил Джеймс. — Я живу здесь, — женщина указала рукой в сторону своего дома. — Не тяни, твоё время идёт. С этими словами она развернулась и направилась к своему жилищу. Джеймс неотрывно следил за тем, как она поднимается по ступенькам и исчезает за дверью. «Какой-то абсурд...» — схватившись за голову, он зажмурил глаза. «Но этот абсурд реален, и я нахожусь в самом его эпицентре». Джеймс пытался осмыслить всё сказанное этой загадочной женщиной.       Повернув голову в сторону дома старушки, он заметил её силуэт в окне — она продолжала внимательно наблюдать за ним. «Придётся адаптироваться к этому времени... Боже», — мысли путались в голове.       Неопределённо махнув рукой, парень побрёл дальше по дороге. Его пустой взгляд был устремлён в асфальт, а в голове крутились слова незнакомки: «Измени своё прошлое». Что это значило? И как он мог это сделать? Вопросы без ответов терзали его сознание, пока он шагал вперёд, всё глубже погружаясь в эту временную аномалию.

1993 г.

      Джейсон сидел за небольшим кофейным столиком в отеле, рассеянно вертя в руках шоколадку, купленную для Джеймса. Тревожные мысли роились в голове, мешая мыслить ясно, хотя, признаться, думать сейчас совсем не хотелось. Вскоре к нему присоединились Ларс и Кирк. — Джейсон, — Ларс осторожно положил руку ему на плечо и мягко похлопал, — не вини себя в случившемся. — Да ты точно ни при чём, — поддержал Кирк, ободряюще похлопывая друга по спине. — Наверняка он просто развлекается с какой-нибудь девчонкой и скоро вернётся, — предположил Ларс, пытаясь разрядить обстановку. Джейсон лишь покачал головой, не разделяя их оптимизма. — Он сам ушёл, и ты действительно не виноват, слышишь? — Кирк заглянул ему в глаза, его карие глаза излучали искреннюю заботу. В этот момент в кофейню вошёл продюсер группы. Его взгляд быстро обежал помещение. — Джеймс всё ещё не появился? — он бросил взгляд на наручные часы. — Чёрт возьми, куда он запропастился? Обратившись к музыкантам, он не получил от них внятного ответа. — Кто из вас видел его последним? — настаивал продюсер. — Я, — тихо отозвался Джейсон. — И что он делал? — Пошёл в свой номер. Продюсер раздражённо покачал головой и вышел на улицу. — Боже мой, ведут себя как дети! А ведь уже взрослые люди! — донёсся его возмущённый голос с улицы.       Ларс незаметно толкнул Кирка локтем и кивнул в сторону выхода. Хэмметт медленно поднялся, бросил сочувственный взгляд на Джейсона и последовал за Ларсом.       Джейсон запустил пальцы в волосы и, тяжело вздохнув, уронил голову на стол, погружаясь в тревожные мысли о пропавшем друге.

1983 г.

      Люди равнодушно проходили мимо Джеймса, словно он был бесплотным призраком, ищущим успокоения в этом мире. Ветер неистово раскачивал ветви деревьев, а проезжающие мимо машины поднимали клубы дорожной пыли. «Стоит ли что-то менять?» — эта мысль терзала его сознание. Джеймс опустился на лавочку и запрокинул голову к небу. Одинокая слеза скатилась по его щеке, оставляя солёный след. «Почему?» — беззвучно шептали его губы. — Извините, молодой человек, — раздался вдруг старческий голос.       Джеймс быстро стёр влагу с лица и увидел перед собой пожилого мужчину с громоздкими коробками в руках. — Не поможете донести их до дома? — старик неловко улыбнулся, протягивая ему ношу дрожащими руками.       После секундного колебания Джеймс поднялся и взял коробки. Неожиданная тяжесть едва не заставила его потерять равновесие. — Ой, не предупредил — они тяжёлые, — извиняющимся тоном произнёс старик, прихрамывая вперёд. Половину пути они шли в молчании, пока старик не решился нарушить тишину: — Что это вы в такую погоду на улице? — он прищурился, вглядываясь в лицо молодого человека. — Не знаю, — тяжело вздохнул Джеймс, не любивший бесед с незнакомцами. — Как это «не знаю»? — старик подстроился под его шаг. Джеймс раздражённо закатил глаза. — Просто не знаю. Неожиданный смех старика заставил Джеймса удивлённо обернуться. — Так не бывает, — покачал головой пожилой мужчина, внимательно глядя на юношу. — Что с вами случилось? В его проницательном взгляде отразилось искреннее участие. — Ничего, — резко отвернулся Джеймс, не желая делиться своей болью с незнакомцем. — Расскажите, может, легче станет, — настаивал старик, замечая тоску в глазах молодого человека.       Хэтфилд замер в нерешительности. Делиться своими переживаниями? Нет, это не в его правилах. Всю жизнь он хранил свои проблемы за печатями, боясь, что кто-то увидит его настоящего, не того, кем он хотел казаться окружающим. — Ну... — наконец повернулся он к старику. — Я потерял всё. — Что-то действительно важное для тебя? — мягко уточнил пожилой мужчина.       Джеймс погрузился в тяжёлые мысли. Его привычная жизнь рушилась на глазах, всё, что он создавал годами, исчезало словно мираж. — Да... можно и так сказать, — тихо ответил он. — Хм, знаешь, теряя что-то, мы всегда обретаем новое. В моей жизни тоже было немало потерь, но жизнь продолжается, — философски заметил старик. Хэтфилд промолчал, погружённый в свои мысли. Они продолжили путь в тишине. — Вот и мой дом, — старик указал на небольшое, повидавшее виды строение. Несмотря на скромный внешний вид, ухоженный газон вокруг дома говорил о заботливом хозяине. Джеймс аккуратно сложил коробки у двери и уже собирался уйти. — Не хотите зайти? — старик гостеприимно распахнул дверь. — Нет, мне нужно идти, — поспешно отказался Джеймс, спускаясь по ступенькам. — Постой-ка! — старик быстро скрылся в доме.       Джеймс замер у крыльца. Через минуту пожилой мужчина вернулся, протягивая ему сочное, румяное яблоко. — Держи. Спасибо за помощь. Джеймс с удивлением принял подарок, разглядывая спелый плод. — Спасибо, — искренне поблагодарил он.       Старик улыбнулся, провожая взглядом молодого человека, который вскоре растворился среди других домов, унося с собой и этот короткий, но значимый разговор. Позже.       Джеймс стоял у моста, вцепившись в холодные перила. Его взгляд был устремлён вниз, в тёмную бездну. Странное, щемящее чувство разливалось в груди, словно душа рвалась наружу. Сердце билось неровно, болезненно, а в голове крутились обрывки воспоминаний, которые ускользали, словно песок сквозь пальцы. — Чёрт! — вырвалось у него сквозь стиснутые зубы. — Я забываю...       Страх холодной змеёй пробрался в душу. Джеймс издал короткий, истерический смешок, который тут же оборвался. — Забываю... — повторил он уже тихо, с тоской глядя на алый закат. «Изменить прошлое...» — эта мысль эхом отозвалась в сознании. Джеймс отступил от перил и, погружённый в свои мысли, неторопливо направился в сторону студии.

***

— Он идёт! — Ларс прильнул к окну, наблюдая за приближающимся Джеймсом. Как только Хэтфилд переступил порог студии, его встретил шквал недовольства. — Ты что, с ума сошёл?! — Дэйв подлетел к нему и вцепился в плечи, яростно встряхивая. — Решил нас подставить?! — Дэйв, успокойся! — Клифф попытался оттащить разъярённого рыжего от Джеймса. — Нет, не успокоюсь! — Мастейн вырвался из хватки Клиффа. — Посмотри на него! Он никогда так безответственно не относился к подготовке концерта!       Джеймс неожиданно для себя улыбнулся. Давно он не слышал этих возмущённых криков Дэйва — почти соскучился по этой привычной картине. — Чего ты ухмыляешься?! — Дэйв с силой толкнул Джеймса в грудь. Хэтфилд пошатнулся, но тут же ответил тем же. Между ними завязалась потасовка. — Парни, вы что, с ума посходили?! — Ларс пытался разнять дерущихся, но они не замечали ничего вокруг, ослеплённые гневом. — Всё, хватит! — Клифф мощным движением развёл их в стороны. — Успокойтесь немедленно! — У меня были дела! — огрызнулся Джеймс, поправляя одежду. Дэйв лишь сверкнул глазами и презрительно фыркнул.       Напряжение между музыкантами не рассеивалось вплоть до самого выхода на сцену. В автобусе они обменивались лишь короткими, язвительными репликами, а Клиффу приходилось сидеть между ними, как буфером.       Джеймс сполз по сиденью, наблюдая за Дэйвом. Рыжий что-то сосредоточенно писал на листке бумаги, время от времени бросая взгляды в окно. «Изменить его отношение будет явно непросто», — подумал Джеймс, закрывая глаза и погружаясь в дремоту. Хэтфилд резко очнулся, когда его за плечо кто-то внезапно схватил. Это был Клифф. — Не проспи всю дорогу, иначе будешь сонным на концерте — с лёгкой улыбкой сказал Клифф, не отрываясь от газеты. Джеймс уставился на него, не в силах вымолвить ни слова. Клифф отложил газету и посмотрел на него. — Мы скоро приедем, так что постарайся больше не засыпать, — он снова улыбнулся.       Оставшиеся минуты до выхода на сцену слились в размытое пятно. Джеймс вновь ощутил знакомое волнение, когда вышел на сцену перед небольшой, но восторженной толпой фанатов. Это приятное предвкушение выступления вновь наполнило его существо. /после концерта/       Джеймс застыл перед зеркалом в уборной, не в силах оторвать взгляд от своего отражения. В нём было что-то неуловимо чужое, и в то же время — до боли знакомое. — Кто ты?.. — прошептал он, приближаясь к зеркалу так близко, что мог разглядеть каждую морщинку на своём лице. Его глаза — те самые глаза, которые он так давно не видел такими ясными и живыми. — Джеймс, пошли пить! — в дверь уборной просунулась голова Ларса с огромной кружкой пива в руке.       В баре царил хаос: шумная толпа, смех, разговоры на повышенных тонах, сигаретный дым, витающий в воздухе густым туманом. Запах перегара смешивался с ароматом алкоголя, создавая удушливую атмосферу. — Держи! — Ларс сунул ему в руки кружку, и Джеймс уставился на тёмную жидкость, плескавшуюся внутри. Никакого желания пить не было — только пустота и странное чувство дежавю. — В чём дело? — Ларс повис на его плече. — Пей же!       Хэтфилд выдавил улыбку и осторожно снял руку друга. Внутри нарастало тревожное предчувствие — что-то было не так, что-то надвигалось. Остальные веселились, не замечая того напряжения, которое сковывало его тело.       Среди танцующих и кричащих фигур его взгляд выхватил знакомое лицо — такое родное, такое близкое. «Джейсон...» — мысленно произнёс он, чувствуя, как холодеет спина.