Восходящая на трон

Вещи в кибане собирают молча, видя настрой госпожи, Минхо не решается спросить уверена ли та в своих действиях. Внутри распирает желание все-таки уточнить о том, правда ли нужно возвращаться в дворец или лучше сбежать подальше? Вдруг это все глупая ловушка Хвана, чтобы заманить принцессу обратно домой? Изначально, Ли хотел просто взять Дохву и унести настолько далеко, чтобы никто и никогда не смог их найти. Хотел, чтобы его любимая девушка радовалась мелочам и не была обременена тяготами короны. Но затем понял, что мыслит слишком эгоистично. В конечном счете, она будущая королева и вправе сама решать о том, что ей следует делать. Поэтому рыцарь просто помогает ей собирать вещи и запрягать коней. Суни, Дуни и Дори в размерах значительно выросли, из-за этого перевозить их в отдельном кармашке в седле стало неудобно. Уведомить об этом принцессу сейчас он считает неуместным, поэтому из очередного узелка делает сумку, на дно насыпает немного корма и кладет трех непоседливых котов туда. Выезжают из Западного графства они в сопровождении военных Хенджина и самого принца. Ли едет наравне с девушкой, как и Хван, что мило беседует с ней, интересуясь путешествием, продолжительностью ровно в год. Минхо ревность съедает, но он старается не показывать это. Только изредка бросает сердитые и холодные взгляды на принца чужого королевства, и по-детски перетягивает все внимание Дохвы глупыми вопросами. Замечает, что брюнетка улыбается натянуто, по глазам видит, что ее тревожит состояние отца, поэтому старается всячески отвлечь от тех тем, на которые наоборот наталкивает Хван, взывая к совести. Эскорт даже отдает ей в руки Суни, потому что коты решают размять коготки и через сумку и слои одежды неприятно впиваются в кожу. Ближе к ночи делают остановку и разбивают лагерь. Ставят большие палатки и тратят на это уйму времени, хотя Дохва и Ли утверждают, что могли бы еще провести в пути несколько часов. Минхо только усмехается, видя, как Хенджин разминает тело. Оно затекло от непривычки и даже болело. В спине гулом отдавалась тяжелая дорога, а ноги были рады почувствовать под собой землю. Эскорт медленно подходит к оглядывающейся принцессе и что-то шепчет на ухо, берет коней под уздцы и уводит вглубь лагеря, туда, где должна быть палатка госпожи. Он прибивает два колышка в землю и завязывает поводья. Затем помогает другим рыцарям с королевской палаткой для брюнетки и зовет ее вовнутрь. - Вы уверены в своем желании вернуться? – Наконец решается задать этот вопрос Ли, а Дохва глаза на землю опускает. Она проходит к спальному месту, непривычно подготовленному в стиле знати, и садится на него, хлопая по месту рядом. Минхо не спешит к ней идти. Думает пару секунд о том, что его госпожа прекрасна как в маленьком заброшенном и полуразваленном домике, так и в окружении богатств. А затем подходит и присаживается рядом с ней. Девушка молча укладывается на колени рыцаря и прикрывает глаза, наслаждаясь минутой успокоения. - Спой мне что-нибудь. – Тихо просит она, а Ли воспоминания прошибают. Точно так же она приходила к нему, когда была чем-то огорчена или взволнована. В детстве его тембр расслаблял, заставлял почувствовать себя в сказочном мире, ведь, по ее мнению, у парней априори не бывает такого голоса. И Минхо поет. Он напевает песню, сочиненную еще несколько лет назад, под названием «나지막이». Поет шепотом, сокращая длинные и протяжные моменты, успокаивающе гладит по голове и спине, и прекращает только тогда, когда слышит тихое сопение госпожи на его коленях. Всю ночь он любуется Дохвой, слабо улыбается, когда брюнетка во сне мило морщит носик. Ли понимает, что в замке такую спокойную ее он вряд ли когда-либо увидит. А когда та все же станет королевой, то будет еще более вымотана, нежели сейчас. Он прикрывает глаза и представляет, как избавляет ее от этой ноши, и они вместе живут в какой-нибудь деревушке. Он работает на кузне, а она – занимается любимым делом – ухаживает за лошадьми. По выходным они выезжают на поле и устраивают там пикник или гонки, а затем у них появляются дети, которых оба любят до луны и обратно. Но все идет совершенно не по плану и утром, под гомон других рыцарей он просыпается. Проклинает их за то, что такие громкие и замечает, что Дохва уже бодрствует, все также лежа на нем и любуясь красивым личиком эскорта. Затем они умываются и кормят животных, пока Хван и его рыцари сворачивают лагерь, а ближе к одиннадцати утра выезжают в столицу. В этот раз едут быстрее, Дохва даже дает команду перейти на галоп: солнце беспощадно жалит в головы, а горячий воздух неприятно обжигает легкие. В столицу въезжают ближе к вечеру. Хенджин распускает своих рыцарей на отдых, а сам, сопровождая принцессу и ее эскорта движется в замок. Он сам останавливается у королевского дворца и заходит во внутрь, где лицо сразу же обдает прохлада от белого мрамора, остужающего здание. Ли едет прямиком в рыцарское общежитие, где примет душ и подготовится ко встрече со своим наставником и сопроводит девушку к родителям. А сама же принцесса на Громе отправилась в свой дворец. Завидев ее прислуга засуетилась, гувернантка, узнав в девушке свою подопечную, на несколько секунд остановилась, протерла глаза, чтобы проверить не показалось ли ей, и бросилась обнимать Дохву, что-то неразборчиво и быстро приговаривая. Затем взяла ее за руку и потащила на верх в ванну. Служанки с неимоверной скоростью набрали горячую воду и посадили туда принцессу. Чужие прикосновения к телу и волосам вновь показались непривычными, но такими родными. В конце процедур ее обтирают полотенцем и сушат волосы. Наряжают в белое платье, обшитое золотыми нитками, на ноги дают обуть каблуки и Дохва вновь вспоминает какого это – ходить при дворце в таких нарядах. Волосы оставляют распущенными, только тщательно расчесывают, чтобы те казались гладкими, и спускают по витиеватой лестнице вниз, где ее уже ждет карета. - Ты как? – Спрашивает брюнетка, поднимаясь по ступенькам в коляску и замечая там рыцаря. - Скажу так: по головке меня не погладили, но и нагоняй не дали. – Пожал плечами Минхо, а затем откинулся на спинку сидения. – Вы выглядите просто бесподобно. Давно я Вас такой не видел. – Улыбается Ли, а девушка замечает на эскорте обычную тренировочную одежду. - Видеть тебя в этих тряпках тоже непривычно. Ханбок тебе шел больше. – Дохва замечает ухмыляющегося эскорта, который сдерживается, чтобы не съязвить и лишь слабо закатывает глаза. Карета движется по брусчатке и ее пассажиров слегка трясет. Снаружи слышится цокот копыт коней по дороге и громкие команды кучера, сопровождающиеся ударами хлыста и ржанием лошадей. Замедляется и останавливается повозка только у ступеней королевского дворца. Извозчик спускается со своего сидения и открывает дверь кареты, подавая руку Дохве, чтобы спуститься. У замка неизменно стоит караул, который при виде принцессы вежливо склоняет головы и пропускают брюнетку и ее эскорта ко входу, где уже мельтешит, нарезая круги, королева. Она обращает внимание на звонкий топот от каблуков, поворачивает голову и застывает на месте. К ней с высоко поднятой головой, расправленными плечами и ровной спиной идет ее дочь. Подходит почти в плотную и низко кланяется, выказывая уважение, а по щекам матери скатывается одинокая слеза. - Я так переживала, что мы тебя никогда не найдем. – Женщина игнорирует все правила этикета и вместо ожидаемой Дохвой пощечины, крепко обнимает. Брюнетка проделывает тоже самое, успокаивающе гладя маму по спине. - Простите, что сбежала и не предупредила Вас, матушка. – Она отстраняет женщину за плечи и утирает ее слезы большим пальцем. – Я слышала, что случилось с отцом. Могу ли я навестить его? Королева быстро кивает и подает знак дворецкому предупредить Его Величество, пока сама рассказывает Дохве, что же изменилось за время ее отсутствия, безустанно тараторя. Они проходят по светлым коридорам, полы которых выложены белым мрамором, колоны, выступающие из стен, уходили в высокий потолок, который был освещен несколькими люстрами к ряду. Дойдя до конца коридора, семья с прислугой поднялись по витиеватой лестнице на второй этаж, где располагались многочисленные комнаты, начиная от кабинетов для переговоров, личными кабинетами главы и заканчивая спальнями для членов королевской семьи. Все двери были массивные, выполненные из дуба, с вырезанными витиеватыми узорами и с тонким слоем позолоты. У одной из таких дверей останавливаются, дают охране знак открыть ее и когда приказ выполнен заходят внутрь. Дохва походит ближе к кровати, на которой лежит седой дряхлый старик и не признает в нем своего отца. Считает, что это все глупая шутка и такого просто не могло произойти. Мужчина, что только год назад с легкостью запрыгивал на коня и давал отпор в рыцарских поединках самым сильным военным страны, лежит на шелковой подушке и трясется от холода под теплым одеялом. - Ваше Величество. – Произносит она, низко кланяясь и подходя к кровати мужчины. Тот слабо улыбается и из последних сил бьет по месту на кровати рядом, приглашая присесть. - Ты вернулась, никчемная девчонка. – Шутит он и жадно облизывает сухие от болезни губы. – Мать так переживала за твое отсутствие, мы подняли всех королевских военных, а ты сбежала со своим эскортом непонятно куда. - Я была в путешествии по нашему королевству, отец. Надо же мне знать, как обстоят дела в стране, которой я буду править. – Говорит она стальным голосом, а мужчина лишь усмехается. - Ты не изменилась за год отсутствия, дочка. И я теперь не в праве судить тебя – будущую королеву. Но у меня есть только одно желание – увидеть, как ты занимаешь мое место. Большего я не смею просить. – Из последних сил он принимает сидячее положение и берет ладонь Дохвы в свою. – Прости меня за то, что я сказал в последнюю нашу встречу, дочка. Принцесса на это лишь усмехается. Она не верит, что ее отец, властный и жесткий король мог так изменится за время болезни. Люди же не меняются на старости лет. Она не верит ни единому его слову, только кивает и требует, чтобы коронацию назначили как можно раньше. Выполнить последнюю волю отца она сможет точно. Затем целует тыльную сторону ладони, что год назад так звонко и с размаха ударила ее по лицу, и выходит из комнаты, тут же отдавая приказ слугам снять с нее мерки для церемонии и начать подготовку. На следующий день вся прислуга мельтешит по территории королевского двора и замка. Украшает его фонарями и полотнами. Королевские кухарки выбирают блюда вместе с дворецким и пишут большой список продуктов, который стоит заказать. А швеи снимают мерки и консультируются с будущей королевой о том, каким она видит свое платье. Генерал рассказывает о положении дел, как в стране, так и за ее границами и девушка старается не упустить ни грамма важной информации. Времени на встречу с эскортом совершенно нет. Он старается быть в зоне видимости, но возможности подойти и перекинуться парой слов или хотя бы обнять и отстраниться от всей этой суеты, тоже нет. Поздно вечером, вернувшись в свой замок после консультации с отцом и встречей со знатными родами, Дохва скидывает обувь на пороге. Она не обращает внимание на чужое присутствие и достает шпильки из прически, растрепывая волосы и запуская в них пальцы, осторожно массируя. Брюнетка смывает макияж с тазиком теплой воды на туалетном столике и откидывается на спинку стула. И только теперь видит в отражении зеркала знакомое и любимое лицо. - Давно ты тут ждешь меня? – Интересуется она, рассматривая сидящего на ее кровати эскорта. Минхо откидывается на кровать и кладет ногу на ногу. - Это моя работа, Ваше Высочество, всегда ждать Вас. – Он рассматривает розовый балдахин, щурясь от того, насколько безвкусным он кажется. - Я так устала. – Тянет принцесса, потягиваясь на стуле, а рыцарь наконец поднимается на ноги. Он подходит к ней, берет на руки, словно та пушинка и переносит на кровать, укладывая на свои колени, как маленького ребенка. - Вы сегодня забыли поесть. – Замечает он, а Дохва расслабляется, слушая биение чужого сердца. – Я попросил служанку принести перекусить сюда. – Продолжает Ли, а когда замолкает, слышит, что девушка уже заснула. – Вы так устали, хотя еще и не королева. Что же будет дальше, Ваше Высочество? – Шепчет парень и аккуратно целует ее в макушку. Он снова поднимает ее на руки и несет к подушкам. Только собирается уложить на кровать и отойти, как замечает, что девушка крепко сжала его одежду в своих кулачках. Понимает, что если постарается отцепить, то разбудит, поэтому просто ложится рядом, а когда служанка заходит с подносом еды, прикладывает указательный палец к губам, веля быть тише. Спустя какое-то время засыпает и сам. На следующее утро Дохва просыпается от шума в собственной комнате. Оглядывается по сторонам и не замечает рядом Минхо, значит, тот успел покинуть ее до рассвета, потому что солнечные лучи только начали пробиваться через горизонт. Горничные уже раскладывают церемониальную одежду и подготавливают все для макияжа и прически. Затем собираются разбудить госпожу, но замечают, что та уже осматривается по сторонам. День коронации у нее начинается с самого восхода солнца. Принцесса принимает ванну, делает все процедуры и доверяет себя целиком и полностью в руки профессионалов. Ее красят, заплетают волосы в низкий пучок и надевают тяжелое длинное платье красного цвета. Полюбоваться у зеркала и рассмотреть себя возможности нет – нянечка сразу же тянет ее к королеве слушать речь для народа и клятву. Ко времени церемонии, когда обычный люд уже занял свои места под балконом королевского дворца, а придворные выстроились в главном зале в ровные ряды, в зависимости от ранга, Дохве еще несколько раз поправляют макияж и прическу, и лишь потом нянечка позволяет ей войти вовнутрь. Охрана в парадных мундирах и мечом в ножнах, раскрывает большие дубовые двери. Свет из панорамных окон на секунду слепит девушку, но она продолжает улыбаться и достойно себя нести. Она делает первый шаг, переступая порог, и тут же слышит бурные овации в ее честь. Идет и смотрит вперед, пока удивленные и восхищенные лица смотрят на нее. А сама она замечает лишь свою мать, которая руки сложила на животе, вкладывая ладонь в ладонь, и улыбается своему ребенку. Женщина в пышном темно-синем платье подходит к ступеням и протягивает дочери руку. Дохва только взгляд опускает и вкладывает свою ладонь в ее, поднимается по ступенькам. Где-то в углу громко начинает играть спокойная мелодия, а главный королевский советник снимает корону с матери и надевает на дочь, именуя главой государства. Раздаются громкие аплодисменты и только теперь брюнетка позволяет себе с ухмылкой оглядеть всех присутствующих. А когда все затихает, берет слово. - Я благодарна всем вам за то, что посетили нас в столь важный день. И хочу пообещать, что буду править с этого дня ничем не хуже, чем мой отец. Буду отдавать государству всю себя и служить его народу верой и правдой. – Она слегка склоняет голову, а советник рядом громко чествует «Да здравствует Королева!» После коронации выходит на балкон, где приветливо машет рукой своим подданным, тихо про себя отмечает, что это не они служат ей, а она – им. Любуется тем, как встречает ее народ, громкими овациями и криками, с надеждой в глазах, что с этой правительницей жизнь станет лучше. И Дохва видит это, уверяя себя и желая доказать всем, что именно так и будет. Когда же она, наконец, заходит обратно в зал, к ней спешит королевский советник. Оповещает, что знатные дамы и господа уже ждут встречи с ней в ее кабинете, поэтому она следует за мужчиной по длинным коридорам. Ее кабинет оказывается светлым и просторным. Выполненным в нежных коричневых тонах, совершенно не режущих глаз. У стен стоят шкаф, ломящиеся от изобилия книг на полках. В центре стоит большой и, вероятно, тяжелый деревянный стол с кипой бумаг – будущие приказы, которые новая глава должна успеть подписать. Громоздкий стул с бархатным сиденьем, прямо за ним панорамные двери ведущие на белоснежный мраморный балкон, выходящий прямо в королевский сад – самое успокаивающее место в королевстве. Дохва медленно проходит вовнутрь, проводит кончиками пальцев по длинному столу и присаживается на место, отведенное королеве. Брюнетка осматривает рабочий стол, перекладывает кисти и чернила в удобное для нее место и убирает документы в ящик. Не следует, чтобы лишний раз их видели чужие пары глаз. А затем кивает советнику приглашать принца Хвана. По традициям королевства, именно жених или муж должен был поздравить восходящую на трон королеву первым. - Поздравляю с новым статусом, Ваше Величество. – Произносит он с улыбкой и делает легкий поклон. Девушка слабо ему кивает, поднимается с места и пересаживается на другой стул, поставленный у «Т»-образного стола с двух сторон. Как бы намекая, что между ними нет слишком большой дистанции. Хенджин присаживается напротив. – Хочу сказать, что сегодня Вы выглядели безупречно. Ваш вид, Ваши слова и то, как Вы себя несли... Вспоминая то, как Вас приняли на бале в честь совершеннолетия, после Вашей спорной речи, я рад, что Вы добились восхождения сами. Надеюсь, что теперь Ваш путь будет легок и менее тернист. - Спасибо, Хенджин. Приятно слышать такие добрые слова от ближайшего друга государства. Кстати, как Вам оно? Слышала от служанок, что Вы много где побывали в поисках меня. – Интересуется Дохва, но принц ответить не успевает. Дверь без стука отворяется и в кабинет широкими шагами входит запыхавшийся эскорт. - Ваше Величество, Королю стало хуже. Он хочет увидеть Вас. – Минхо с надеждой в глазах смотрит на брюнетку, а у той биение сердца в ушах зазвенело слишком громко, но надо было собраться. Она на секунду прячет лицо в ладонях и Ли даже кажется, что она вот-вот расплачется. Только девушка ком в горле уже проглотила. Дохва встает с места, извиняется перед Хваном и быстрыми шагами, иногда переходящими на бег, спешит к спальне своего отца. Стражники при виде нее дверь открывают сразу же. Она заходит без поклона, видит сидящую на кровати мать, что держит короля за руку и роняет слезы, а на постели совсем обессиленное тело отца. - Присядь. – Почти шепчет он, освобождая ладонь и показывая ею на стул. Нынешняя королева поступает так, как просят. - Я слышала, что Вам стало хуже. - Ты верно подметила. Я держался на этом свете только ради того, чтобы увидеть твою коронацию. Ты выглядела счастливой и гордой, уверенной и непоколебимой. Такой и должна быть королева. – Также тихо продолжает он, а по его лицу стекает скупая мужская слеза. – Не жди, что твой путь будет легким. Он будет еще более тернистым, чем для глав мужского пола. Но ты же именно этого и хотела? Добилась своего, несмотря ни на что. Не доверяй знати, они только в лицо будут мило улыбаться и выполнять все твои поручения. Власть меняет людей, делает их подлее, так что не меняйся ты и не попадай на удочки к таким испорченным людям. – Мужчина протягивает дрожащую руку к Дохве. Та сразу же берет ее и обхватывает двумя своими ладонями. – Как же ты выросла, дочка… - Последнее, на что у него хватает сил. Затем его глаза закрываются, а хватка слабеет. Тихий выдох вырывается из его уст, а вдоха дальше не следует. И больше не последует. Король мертв. Дохва отпускает его руку, укладывая рядом с телом, встает на ватных ногах и неотрывно смотрит на отца. Рядом слышится громкая истерика матери, она кричит, что не может все так быть и что не может он ее оставить одну в этом мире. Но он оставил. И все это понимают. Брюнетка низко кланяется покойному королю и выходит в зал, где несколько часов назад прошла ее коронация. Следом за ней мельтешит и королевский советник. Он утирает скупую мужскую слезу и удивляется, почему «папина дочка» совершенно не реагирует на его уход. Даже не замечает, как у нее дрожат руки, а блестящая пелена перед глазами мешает разобрать дорогу. Но Королева не выражает никаких эмоций. Еще в детстве почивший король научил ее одной истине: «Принцессы не плачут». Поэтому ей остается лишь сглотнуть тяжелый ком, резко перевести взгляд в потолок и подумать не о сложном времени для семьи, а о сложном времени для государства. Дверь в огромный зал отворяется, выстроившись по две стороны, ее ждут вельможи. На лице расцветает непринужденная улыбка, голова тут же взлетает вверх, а широкие шаги, звоном каблуков, отражаются от стен. Она совершенно не помнит, что говорила ей знать, как поздравляла и выказывала свое почтение. Не помнит, как покинула зал и что говорила всем с улыбкой на лице. Не помнит, как по окончанию их встречи, советник оповестил всех о смерти короля. И совершенно не осознает, как оказалась в своей новой комнате. Сознание приходит только в объятиях Минхо. Когда можно себе позволить слезы, прижавшись к сильной груди. Когда можно плакать навзрыд, в голос, не боясь, что кто-то услышит. Когда крепкие руки гладят по спине, а мягкий голос шепчет на ухо о том, что она молодец, ведь так долго держалась и не подала виду. Не замечает даже то, когда рыцарь успевает ее раздеть и уложить на кровать, укрывая теплым одеялом, ведь девушку то морозило, то бросало в жар. - Пожалуйста, спой мне. – Тихо просит она, когда слез совсем не осталось, лежа на коленях у Ли. Тот медленно перебирает ее волосы, освобождая от тяжелой прически и начинает шепотом напевать песню. Их песню.