Sorry, I love you

Комичность ситуации доводила до абсурда. Именно перекати-поле идеально бы вписалось в открывающуюся перед глазами картину.

***

Сердца, будто почувствовав друг друга, начали ускорять все процессы в организме и производить новые нитки, чтобы наконец объединиться и завязать друг другу намного крепче узлы, не забывая залечивать старые, разодранные в кровь раны. Горло будто пересохло, Джисон вообще забыл, как разговаривать, зато зрение начало работать прекрасно. Он, наконец, увидел перед собой человека, который символизировал комфорт в его жизни. Сердце начало бешено биться и о нитках перестало заботиться, поняв, что его хозяину они сейчас не нужны, он сам со всем справиться. Своими руками соберёт сердце хёна и будет бережно хранить в своих руках. Он больше никогда его не отпустит. — Хён… — голос хрипел, слова продолжали стучать в ротовую полость и никак не могли выбраться наружу. На большее Джисона не хватило. Минхо молчал, перед ним стоял его личный млечный путь, его проводник в далёкие недосягаемые вселенные. Как будто никуда и не уходил, сердце Минхо же перестало вовсе биться и улетело далеко в стратосферу. Оно перестало функционировать от страха того, что Джисон предложит всё забыть и начать всё сначала. — Хён, выслушай меня, пожалуйста, — голос перестал окончательно слушаться Джисона и теперь перешёл на еле слышимый шёпот. Слова рвались теперь уже из сердца, намеревались спасти свою вторую половинку, которую уже было еле слышно. Минхо продолжал молчать, единственным выходом было — зашить себе рот и подставить руки под своё сердце, которое уже оторвалось от грудной клетки и устроило свободный полёт. Он даже не заметил, когда на глазах появилась предательская пелена, лучше было ослепнуть в эту секунду, нежели показаться Джисону слабым. — Я весь мир положу к твоим ногам, хён. Только не плачь, — сердце Джисона не выдерживало, продолжало вырываться из клетки к своей половинке, нитки были наготове. Неважно, что думает хозяин, сердце явно было не согласно с его ходом мысли. —Просто смотри в мои глаза, как же я тосковал по тебе, душа моя, — наконец подал голос Минхо. Его слова отразились от всех поверхностей и полетели прямо в грудь Джисона, сбивая сердце, нитки разлетелись по всему организму, а само сердце наконец осознало, что хозяин был прав. — Господи, хён, пожалуйста, иди сюда, — теперь уже тело Джисона рвалось к своей половине, руки по привычки открылись, чтобы впустить своего такого маленького, но невероятно сильного хёна, в крепкие объятия и спрятать от всего мира. — Глупый, где же ты раньше был, — Минхо не ждал ни минуты и нырнул в объятия, наконец почувствовав себя, как дома. Он заглянул в глаза и, наконец, встретился, с тем, по чему ужасно скучал весь месяц. Вселенные выстроились в ряд и ждали, когда же их главный зритель вернётся, чтобы показать себя в полной красе. — Хён, я тут, я больше никуда не уйду. Ты не представляешь, как мне было тяжело без тебя, — на выдохе ответил Джисон, крепче сжимая хёна в своих объятиях. — Я чуть не умер без тебя, — забурчал Минхо, уткнувшись носом в шею Джисона, обвивая своими руками его талию. — Ты чего такое говоришь, хён, прости меня, пожалуйста, что не пришёл раньше. Прости, что полюбил тебя и продолжал молчать, — зашептал Джисон на ухо. — Смышлёный, спасибо, что хоть спустя месяц нашёл меня, — улыбнувшись ответил Минхо, поглубже зарываясь в шею Джисона, как в одеяло с головой. — Мне так тебя не хватало, душа моя, — продолжал шептать Минхо, боясь оторваться от Джисона. Сердца старались не терять ни минуты и уже во всю закрепляли новые узелки, обвязывая нитки вокруг себя по несколько раз. Хозяева сами залечат их, но подстраховаться всё же нужно было. — Теперь ты рядом, — зашептал в ответ Джисон, оставив на макушке Минхо поцелуй.