Метафоры

Прошло уже пару недель с того момента, как Минхо начал работать в кофейне. К удивлению Арин, Ли всё схватывал буквально на лету, словно когда-то уже был бариста. На подобные комментарии о своих успехах, он отвечал что-то вроде «если только в прошлой жизни» и довольно улыбался. По этой причине с его обучением, а в последствии и с экзаменом, который проводила владелица кафе Юри, проблем не возникло в принципе. Сама Юри буквально влюбилась в нового работника, не уставая благодарить Арин за прекрасно подобранную кандидатуру. – Я уже чувствую, как у нас перед входом из-за него толпа девушек собирается, – шептала в подсобке начальница, – он не только красавчик, так еще и руки откуда надо отрастил, а это вообще редкость. У Минхо и правда за такой короткий срок уже успели появиться свои поклонницы. Некоторые посетительницы теперь дожидались пока Арин отойдет от кассы, чтобы заказать кофе именно у него. Мун на подобные действия начинала злиться, а когда увидела номер, оставленный на салфетке с красным поцелуем и просьбой позвонить, даже пожалела, что позвала его на работу. Прекрасно, теперь его будут клеить прямо перед моими глазами. Минхо все знаки внимания воспринимал с какой-то безобидной усмешкой и лёгким смущением, явно не ожидая на себя такой бурной реакции. А когда ему подмигнул парень, совсем стушевался и вместо латте приготовил эспрессо. Трудно было не признать, что в рубашке с закатанными по локоть рукавами и в коричневом фартуке он выглядел действительно очень привлекательно. Арин нравилось, что теперь, работая за одним прилавком, они проводили много времени вместе, в свободные минуты обсуждая новинки фильмов, события из жизни и даже нелепые истории своих неудач. Последнее почему-то именно ему рассказывать было даже не стыдно. Может всё потому, что на одну с её стороны, он мог поделиться двумя своими. В какой-то из дней Мун поняла, что работа рядом с ним стала всё меньше напоминать работу. Они часто прогуливались вдвоём после закрытия кофейни по тихим улицам, сворачивая во дворы подальше от шума. Перед выходом каждый раз готовили друг другу экспериментальный кофе и брали с собой, чтобы согреваться на морозе, а потом выбирали тот, что оказался хуже. В этом споре почти всегда выигрывала Арин. Какую бы безумную смесь из сиропов не мешал для неё Минхо, кофе в любом случае почему-то оставался вкусным. Возможно, ей просто казалось, но иногда она ловила на себе его взгляды, которые нельзя было списать на «обычные». В разговоре он иногда зависал, засматриваясь в её глаза или следя за движением губ. Наверное, она делала тоже самое, потому что свой интерес к нему скрывать было действительно сложно. Минхо ей нравился. Даже слишком. Сейчас, лёжа в кровати и вспоминая такой красивый кофейный оттенок его глаз, она думала, что скорее всего влюбилась в Ли, как только первый раз в них посмотрела. Минхо мило щурился и вытягивал губы в полоску при попытке сдержать смех, когда попадался странный клиент и Арин тихо бесилась, отвернувшись, чтобы приготовить заказ. Хлопал по плечу и словами по типу «хочешь я подкараулю его на тёмной улице и напугаю до полусмерти», вызывал улыбку, после чего всё сразу становилось несерьёзным. Он часто приносил на работу свои любимые пудинги в количестве двух штук и запрещал к ним притрагиваться, говоря, что это только для него, но через какое-то время протягивал ей вместе с чайной ложкой. И улыбался так хитро и красиво, что хотелось поставить на паузу и рассмотреть эту мимику дольше обычного. Иногда он был очень задумчивым и выполнял свои движения на каком-то автоматическом режиме, оживая только к вечеру, не проронив за день больше трёх слов. Но даже в этом состоянии он ей нравился. Мун в тайне наслаждалась, смотря на то, как он бездушно комкал салфетки с оставленными на них номерами от посетительниц и отправлял их в урну. Она замечала, как некоторые пытались добиться его внимания несколько раз, но каждый был безуспешен. Минхо смешно и громко удивлялся, вскидывая брови вверх и округляя губы, когда узнавал, что Арин не смотрела один из его любимых фильмов или не слышала очень известную, по его мнению, песню. А после виновато улыбался, когда она называла своих фаворитов и что-то из этого ему было незнакомо. В какой-то момент она словила себя на мысли, что смотрит на него уже не так, как в те дни, когда в кофейне он был только в качестве посетителя или как всего пару дней назад. Что пытается найти причину своей грусти к концу воскресенья и понимает, что дело вовсе не в начале рабочей неделе на завтрашний день, а в том, что за эти выходные его не было рядом. Арин как могла пыталась подавить расцветающую всё ярче с каждым днём влюблённость, вспоминая данное себе обещание – заново отстроиться после Ёнсу и не бросаться в новые отношения. Но даже если позволить себе вздохнуть, не запрещать намеренно… О том, чтобы признаться Минхо в своей симпатии или начать флиртовать с ним не было и речи. Она боялась услышать отказ или, например, узнать, что у него уже есть чувства к кому-то. Это положило бы конец любой надежде. Поэтому позиция «не делать ничего со своей тягой к Ли Минхо» была наверняка глупой, но точно не такой болезненной. Ведь мучаться от невысказанных чувств вроде как проще, чем от разбитого сердца. Мун надеялась только на то, что однажды Минхо сделает шаг первым. А пока она только безуспешно пыталась заснуть, борясь в неравной схватке с очередным приступом бессонницы из-за нахлынувших мыслей и представляя его рядом.

***

– Ты сегодня выглядишь крайне тоскливо, – констатировал Ли из-за спины Арин, когда за последним на сегодня посетителем захлопнулась дверь. – Я не хотела, чтобы это было заметно, видимо, не получилось… – девушка вздохнула, снимая с себя фартук и собираясь домой. – Что-то произошло? – Если честно, даже говорить об этом смешно, так что не обращай внимания, – Мун повернулась лицом к нему и устало улыбнулась. – Я как всегда внимательно слушаю, – парень поставил локоть на столешницу и подпёр рукой голову, показывая, что готов к разговору, – служба поддержки Ли Минхо на связи. Арин задумалась стоит ли посвящать его в такое личное, но рассудив, что эта информация не несёт ничего, кроме раздражения решила, что хочет рассказать ему о случившимся сегодня днём. Тот наверняка как обычно кинет на всё это забавный комментарий, они просто посмеются и её отпустит. – Написал мой бывший. Порадовался, что я до сих пор никого себе не нашла. Откуда Ёнсу узнал этот факт, Арин до сих пор не могла понять и это слишком раздражало, а ещё пугало. Хотелось найти информатора своего бывшего и засунуть что-то раскалённое ему в задницу. – А ты сильно его задела, раз он продолжает написывать, – задумчиво протянул Минхо, растягивая губы в улыбке. – Сказал, что я только этого и заслуживаю после того, что его бросила и теперь пойму каково быть одной. – Самонадеянно... Хм, давай я буду звонить ему каждый вечер и дышать в трубку? – хищно оскалился Ли. – Откуда у тебя эти замашки маньяка? – Мун прыснула, услышав очередную странность, от чего печаль немного отступила. – Да и вообще, номер не определился, поэтому не получится. – Как жаль, – Минхо надул губы, – было бы весело. Арин слабо усмехнулась себе под нос и направилась в сторону подсобки, чтобы собрать вещи и переодеться, но остановилась на полпути: – Но знаешь, в этом он прав. Мне и правда очень часто бывает одиноко, – не смотря на Ли и не дожидаясь ответа, она скрылась за дверью. Наедине с самой собой захотелось плакать или пробить кулаком стену. Сегодняшний день Мун провела в своих мыслях после присланных с ещё одного неизвестного номера сообщений. Она старалась держаться как могла. Улыбалась, кажется, шире обычного, но наверняка это было больше похоже на оскал. Во-первых, ей было страшно от того, что Ёнсу по-настоящему начинает её преследовать. Он любил добиваться своего и всегда быть первым. Откуда-то узнал о её личной жизни, нашёл новый номер чтобы снова отправить ей пару «ласковых». Арин боялась, что однажды он зайдёт в эту кофейню и конечности занемеют. Боялась, что включится она из прошлого. Та, которая не умела давать отпор, вовремя находя нужные слова. Стоит ли успокаивать себя тем, что рядом теперь есть Минхо? Но он никто ей и не сможет защитить её везде. Девушка поняла, что больше всего сейчас хочет закрыться в своей квартирке на пять замков и забыться в каком-то романтическом сериале укутавшись в одеяло, чтобы не думать обо всём этом. Мун вышла из подсобки, когда Ли заканчивал со своими делами. Он развернулся к ней, держа в руках два бумажных стакана: – Я приготовил твой любимый американо и теперь у тебя нет возможности отказаться выпить его пока мы гуляем, – Минхо весь светился, – я не тот, кто даст тебе умереть от одиночества. Обойдёшься. Арин смотрела на его довольное лицо и понимала, что её планы прямо сейчас должны пойти к чёрту. Она не смогла бы отказаться от его предложения даже если бы смертельно устала. От слов Ли грудную клетку оплело чем-то мягким и тёплым, это чувство заставило раздражение раствориться, нарисовав на губах улыбку. – Ты ведь согласна? Хотя, чего я спрашиваю, конечно пойдем. Я не позволю тебе уйти в таком настроении домой, а то буду потом слушать как ты рыдаешь всю ночь, не высплюсь ещё. – Ты что-то слышал?! – округлив глаза, испуганно спросила Мун, подскакивая на месте. Она разом вспомнила все случаи, когда могла бы плакать дома. – Да нет конечно, это шутка, не напрягайся ты так, – парень подошёл ближе, вручая ей стакан с кофе. – Да ну тебя, Ли Минхо! – надув губы, Арин ударила кулачком его в плечо, почувствовав сильные мышцы под рубашкой. В голове промелькнула мысль о том, что ей очень хотелось бы увидеть Минхо без неё. В заснеженном парке рядом с кафе почти не было народа. Мимо них прошла парочка, о чём-то тихо переговариваясь, какой-то человек вдалеке выгуливал собаку, а в остальном только зимняя тишина. Они шли рядом, иногда случайно соприкасаясь плечами, отпивая горячий кофе и хрустя снегом под ногами. Минхо рассказывал какие-то смешные истории о себе, по всей видимости, твёрдо решив поднять настроение Арин на нужный уровень. Получалось у него отлично, потому что тембр голоса Ли успокаивал, а его манера повествования и мимика заставляла смеяться. Оказалось, что одно из любимых развлечений Минхо, кроме конечно же танцев, чтение. Он рассказал, как за период книжного запоя, который однажды у него случился, собрал у себя дома целую библиотеку и теперь делился впечатлениями от любимых произведений, сожалея о том, что сейчас так мало времени пропадать в новых историях. Арин было приятно узнать, что их вкусы совпадали – оба любили драму, что-то тяжёлое и глубокое. Когда после последней страницы можно ещё долго сидеть и смотреть в одну точку, переживая в себе целый спектр эмоций. В этот вечер Мун первый раз кому-то призналась, что пишет книгу и что та почти закончена. У Минхо на эту информацию округлились глаза, а брови спрятались где-то очень высоко под чёлкой. Первое, что он сделал – это попросил поделиться рукописью с ним. Растерявшись до невозможности от такой реакции, Арин ответила, что наверняка эта книга, как и вся остальная её писанина отправится по уже привычному маршруту – в стол. – Но, если это твоя мечта и всё практически законченно, почему ты не хочешь отправить её издательствам? Это же так просто, тебе почти ничего не стоит это сделать! – он всё не успокаивался и теперь вызывал смущённую улыбку размахивая руками в полном удивлении. – Я боюсь получить отказ. Такое может навсегда лишить меня желания писа́ть, – девушка отпила кофе, что приятно согревало руки. – Рин, ты же понимаешь, что этого может не случиться? Так же как ты предполагаешь худший исход, можно сказать, что ты станешь следующей Джоан Роулинг или же женским воплощением Кинга. Я просто не знаю, что ты пишешь, так что… – он усмехнулся, смотря себе под ноги. – Ничего настолько же крутого, поверь. Просто это всё пусть и моя мечта, но она вроде как слишком далеко. Писательство всегда было для меня игрой, хобби, я даже не рассчитывала, что кто-то это увидит и захочет дочитать до последней страницы… А ты сейчас говоришь о реальной возможности напечататься и это звучит так невозможно для меня… – Когда-то я точно так же не мог представить, что стану хореографом, ведь это просто приятное увлечение, но как видишь, всё произошло. – Напомню тебе о том, что сейчас ты бариста, – Арин подавила лёгкий смешок, поворачиваясь к Минхо и ловя смятение на его лице, довольная тем, что наконец-то смогла над ним подшутить. – Эй, это не отменяет того, что у меня получилось воплотить свою мечту! – Минхо посмотрел на неё преувеличенно-возмущённым взглядом и надул губы, как будто его действительно это задело. – И вообще-то я собираюсь вернуться к своей профессии! Мун смеялась куда-то в свой шарф, одновременно согреваясь и умиляясь его реакции. Этот человек за короткое время мастерски превратил её уныние во что-то весёлое просто находясь рядом, просто говоря какие-то слова и не делая ничего особенного. Всё потому, что сам был особенным. – Ты обязана попробовать, – Минхо вдруг остановил её на месте, придержав за плечо и развернув к себе лицом. – Пообещай мне хотя бы подумать над этим, – не отпуская руки, он заглянул в глаза. – Хорошо, я обещаю подумать, – Арин мягко улыбнулась, чтобы разбавить ту серьёзность, с которой он подошёл к вопросу. – Отлично, – уголки губ Ли приподнялись, как только он услышал нужный ответ, – так ты пришлешь мне свою книгу когда допишешь? – Мне будет стыдно. – Стыдно может быть, если ты сейчас затащишь меня в вооон те заросли и изнасилуешь, хотя, возможно, я даже буду не против, – Ли указал пальцем в направлении заваленного снегом кустарника и игриво поднял брови, почти сразу фыркнув от смеха. – Минхо, ты извращенец! – Арин рассмеялась, толкнув его в плечо, – пошли домой, я замёрзла. Пошли домой. Эта фраза сладко осела у девушки на языке. Хотелось бы говорить так, имея ввиду что-то общее, а не две отдельные квартиры на разных этажах. – Я буду ждать, – Ли ответил всё ещё улыбаясь, имея ввиду то ли кусты то ли книгу. Они вышли из парка и вновь оказались на шумной улице. Несмотря на поздний вечер, народ бежал по своим делам, громко смеялся, заворачивал в магазины и бродил по кафе. Арин, наблюдая за этой жизнью и слегка заворожённая моментом, вдруг почувствовала, как Минхо взял её за предплечье и с заговорщицким видом потянул в направлении стеклянной двери, на которой неоном светилось «PHOTO». – Ты что, решил перед сном заглянуть в фотобудку? И часто ты увлекаешься подобным? – Арин так удивилась его порыву, что не знала в какую сторону думать. И чего вдруг его дёрнуло сюда идти? Фотографироваться она не любила, считая, что у неё исключительная способность хреново получаться на любом снимке. Поэтому его действия сейчас вызвали лёгкий испуг. – Это займёт всего две минуты, просто доверься мне, – Минхо усадил её на крохотный диванчик перед камерой и расположился рядом. – Просто смотри туда и улыбайся, – светясь широкой улыбкой, он надел ей на голову розовые кошачьи ушки. Поняв, что отказываться уже поздно, да и не слишком вроде бы хочется, Арин решила отпустить ситуацию. Наверное, она могла бы согласиться на многое, главное продлить момент нахождения рядом с ним. Они сидели очень рядом, соприкасаясь коленками и плечами, отчего у неё слегка спирало дыхание, а волнение бурлило в центре груди. Взяв в руки маленький пульт, Ли сделал несколько кадров. Арин сразу же закрыла глаза, состроив смешную рожицу. Так она не будет волноваться, что опять не получилась на фотографии красивой, лучше уж просто смешной. Мун никак не могла понять, что именно затеял Минхо, но решила, что будет следовать плану в его голове. Даже приятно, что теперь у неё будет парочка фотографий с ним. Вдруг почувствовав у своей щеки тёплое дыхание, она повернулась и в этот же момент её ослепила ещё одна вспышка. Лицо Ли вдруг оказалось совсем рядом, до его губ оставалось буквально пару сантиметров. У Арин последний раз в груди громко стукнуло сердце, а потом резко замолкло. Так же как внезапно из головы пропали все мысли и звуки. Ли растянул губы в улыбке словно Чеширский кот и молчал. Мун за те секунды, что он находился так критически близко и смотрел куда-то в неё своими глазами кофейного цвета, попрощалась с возможностью хоть как-то понять, что вообще здесь происходит. Или же наоборот, всё стало слишком понятно? Послышался звук печати фотографий и Минхо отстранился чтобы забрать их. Он взглянул на результат и с довольным видом протянул снимки Мун. На чёрно-белых кадрах Арин улыбалась смешно сморщившись, а парень рядом делал вид, что собирается поцеловать, находясь очень близко, прямо у её щеки. Всё выглядело действительно правдоподобно. Они были похожи на влюблённую парочку, собравшуюся запечатлеть свой конфетно-букетный. На следующей фотографии они уже смотрели друг на друга, она удивлена, а он, как всегда, с фирменной улыбкой на лице, почти коснулся её кончика носа своим. – Твой бывший взбесится, когда это увидит, не благодари, – констатировал Минхо, пока она, не отрываясь изучала фотографии, которые хотелось бы распечатать огромным баннером и повесить дома на стену. – То есть ты за этим меня сюда притащил? – Арин стало слегка печально от его слов. Она подняла голову и заглянула в лицо напротив ища там ответ. – Не совсем. Сначала решил, что будет просто забавно, а потом подумал, что если он следит за твоим аккаунтом, то пусть увидит тебя с кем-то, – он поднялся и отодвинув штору, вышел из кабинки. – Теперь пошли домой. Обещаю, больше никуда не потащу. Мун усмехнулась и вышла следом. – Ты иногда слишком непредсказуемый, в курсе? – Стараюсь, – ещё одно хитрое выражение лица авторства Ли Минхо.

***

Арин дописала книгу за следующую неделю, потонув в потоке вдохновения и не вылезая буквально никуда из дома кроме кафе. Ли только расстроенно вздыхал и картинно закатывал глаза, когда она отказывалась прогуляться с ним после работы, объясняя это усталостью. Девушке не хотелось рассказывать в чём дело пока она не поставит точку в последней главе. Возможно, ей просто очень хотелось удивить Минхо этим фактом. Возможно хотелось, чтобы в ожидании он не задавал ей каждый день вопрос «ну что?», пусть это внимание и было бы приятным. Сейчас сидя перед экраном ноутбука, она уже в двадцатый раз пробегала глазами текст на предмет нестыковок и ошибок. То ли взгляд замылился, то ли год бесконечной работы над рукописью сделал свое дело, но всё выглядело так как нужно. Руки Мун тряслись от переполняющих её эмоций. Неужели это правда всё? Столько бессонных ночей, поведенных в мыслях о сюжете, столько полностью удалённых глав в порывах самобичевания, и вот теперь она смотрела на страницы документа, исписанные компьютерным шрифтом. Сейчас Мун взрывалась внутри то ли от восторга, то ли от опустошения. Минхо просил показать. Эта мысль возникла в голове и Арин поняла, что должна это сделать как бы ей не было стыдно, ведь только он был причиной внезапно нахлынувшего вдохновения, ворвавшись в её пресную жизнь с ноги. Со своей улыбкой, которая превращала его глаза в полумесяцы, едким юмором и такой ценной поддержкой, которую ей никто и никогда не дарил. Прямо в этот же момент она осознала, что как будто всё ради него. Эта законченная книга, улыбка сквозь слёзы на лице, желание идти на работу в самый ужасный день недели – понедельник, в самую противную погоду. Всё ради того, чтобы снова ощутить рядом такое нужное присутствие его в своей жизни. Так как она может не поделиться с ним этим? Девушка нажала «Enter» и документ с текстом теперь светился отправленным сообщением. Минута и оно оказалось прочитанным. Мун поняла, что лицо начало гореть, а ладони вспотели. В ответ от Минхо пришло короткое: «Начинаю прямо сейчас!» Успокаивал только один факт – завтра выходной и она его не увидит, иначе точно сгорела бы от смущения.

***

Минхо как обычно уже ждал Арин на улице у дома перед тем, как вместе отправиться на работу. – Рин, не смей прятать эту книгу от человечества, оно этого не заслуживает! – он выпалил эту фразу с горящими глазами сразу как её увидел, вместо стандартного приветствия. Мун посмотрела на него с недоверием, сразу рассчитывая на то, что тот просто шутит: – Если это очередной подкол, я тебя убью. – Разве по моим синякам под глазами не видно, что я не спал две ночи, потому что не мог оторваться? – Это правда? – на ходу Мун старалась найти на лице парня намёк на издёвку, но выглядел он совершенно искренне, а синяки под глазами были действительно выдающиеся. – Какая ты подозрительная… Правда, конечно. Щеки начало щипать не то от мороза, не то от дикой радости, что ему понравилось. Но в это всё ещё было сложно поверить. Может таким образом он пытается её подбодрить? – Если это не шутка, то мне очень приятно. Честно. – Клянусь всеми богами, – Ли положил руку на сердце и выпрямился в спине. Арин прыснула от его вида. Минхо такой Минхо. – Ты обещала подумать над тем, чтобы отправить рукопись в издательства. – Я все еще думаю… Она и правда не знала готова ли решиться на такой шаг. Размышляя об этом, Арин начинала чувствовать слишком реальным тот текст, что родился в её голове, обрёл форму и теперь словно начинал жить сам по себе. Ей было сложно оторвать его от себя, пустить в вольное плавание, представить на бумажных страницах в руках незнакомых людей. Они могли бы читать её книгу за завтраком, в аэропорту, на диване под пледом. Это действительно может случиться? Так просто оставить этот текст всего лишь в виде документа в папке на ноутбуке. Так просто и так привычно. Она подумает. – Я куплю первый экземпляр в свою библиотеку, теперь я твой поклонник. Было ли что-то приятнее в её жизни, чем эти слова? – Привет! – Юри встретила слишком радостной улыбкой для этого серого утра, как только Ли и Мун зашли в кофейню. Обычно она заглядывала сюда в начале рабочей недели, спрашивала, как дела, забирала документы, необходимые для заказа новой партии кофе и остальных продуктов, и испарялась на несколько дней, общаясь только посредством переписки. – У меня для вас новость. Арин напряглась. Последней такой «новостью» стал разговор о переезде заведения в другой район в более просторное помещение, что тогда сразу же повергло Мун в шоковое состояние. Здесь ей нравилось буквально всё, начиная от локации, до уютного аутентичного интерьера. Ездить с утра на метро на работу, находящуюся далеко от дома, совершенно не хотелось. Поэтому, когда от этой идеи отказалась и сама Юри, девушка мысленно отправила благодарности всем святым. – В пятницу мы с вами идём отмечать годовщину существования этого кафе в новый клуб. О нём гудят все соцсети, говорят там безумно вкусные коктейли и крутые диджеи. Я уже забронировала столик, отказываться запрещено! Ладно. Всё не так уж страшно.

***

Клуб находился на оживленной улице, где уже вовсю бурлила ночная пятничная жизнь. Сюда реками стекался народ, после распределяясь по многочисленным заведениям с громкой и не очень музыкой. У входа собралась длинная очередь красиво одетых людей и ряд шикарных припаркованных машин. Новые места словно мёд ос, всегда притягивали завсегдатаев тусовок и этот недавно открывшийся клуб не стал исключением. Мун была почти уверена, что желающих попасть сюда было больше, чем воздуха внутри. Они с Минхо добрались до точки назначения вместе после работы на такси. Подъезжая и окидывая взглядом пафосную обстановку, Арин подумала, что лучше бы провела этот вечер в горячей ванной, перекочевав после в уютную кровать. В таких местах ей всегда становилось неудобно от того, что всё вокруг словно кричало о том уровне, которому она не соответствовала. Брендовые наряды здесь были чуть ли не на каждом. Девушкам на шпильках с сумками за очень приличную сумму и в очень неприличных одеждах помогали выходить из Maserati и Ferrari уверенные в себе парни из состоятельных семей. Конечно, были здесь и люди попроще, ничем не отличающиеся от них с Минхо, но у Арин складывалось такое ощущение, словно сегодня здесь собралась вся золотая молодёжь Сеула. К великому сожалению, Юри отказы по поводу сегодняшнего мероприятия принципиально не принимала, с милой улыбкой угрожая тем, что в таком случае заставит целый месяц работать их в ободках с кроличьими ушами. Минхо на это громко ужаснулся и выбрал для себя перспективу пару часов провести в шумном потном заведении, его такая возможность привлекала определённо больше. Арин была полностью солидарна с ним в этом вопросе. В целом девушка не считала себя интровертом в полном смысле этого слова, и ничего не имела против тусовок, просто настрой сейчас был не тот – усталость за рабочую неделю давала о себе знать. Но делать нечего, нужно было выполнить поставленную начальством задачу – «отметить годовщину успешной работы кафе», а завтра спокойно отдохнуть. По такому поводу им обоим пришлось сегодня брать с собой в кофейню подходящую одежду, а после переодеваться в подсобке, чтобы соответствовать дресс-коду. Минхо для этого случая выбрал полностью чёрный образ. Сейчас он был одет в зауженные брюки и заправленную в них свободную шёлковую рубашку с V-образным вырезом, открывающим вид на грудь и ключицы. Арин и до этого дня готова была поклясться, что Ли один из самых красивых людей, что она видела, но сегодня… Сегодня он выглядел сногсшибательно. Его волосы были уложены, чувствовался запах дорогого парфюма, в ухе поблескивала удлиненная серебряная сережка. Весь его вид заставлял сердце Мун трепетать даже просто от того, что такого Минхо она никогда не видела. Ей приходилось иногда с усилием отводить взгляд, иначе он точно выдал бы с головой. Арин тоже была в чёрном, как и большинство дней в году – этот цвет был её любимым. Проведя в муках долгое время у шкафа и пытаясь найти хоть что-то подходящее случаю, она в итоге остановилась на платье, обрывающемся на середине бедра и плотно облегающее фигуру. Оно держалось на изящных тонких лямках из камней и надежде Мун на то, что в этом она должна покорить Минхо. Платье было неудобным и непривычно коротким, а желание понравиться настолько сильное, что эстетика в этот раз победила комфорт. Сегодня Арин после долгих метаний решила признаться Ли, что он ей нравится и будь что будет. Именно поэтому руки сейчас слегка дрожали, выдавая волнение, а на его реплики вырывались иногда неуместные нервные смешки. Сейчас Мун больше всего на свете боялась не конца света с зомби апокалипсисом и страшной эпидемией, а не получить в ответ взаимности. При этом становилось хуже от перспективы и дальше находиться с ним в таких отношениях. Жизненно важным стало получить хоть какую-то конкретику. По началу влечение к Минхо казалось чем-то вроде вируса гриппа, как накатило, так и отпустит. Он был в её вкусе начиная от внешности, заканчивая общением (проще сказать вообще всем), поэтому у неё уверенно сносило крышу всё дальше день за днём. Но даже при этом Арин не собиралась принимать таких решительных действий, никогда и никому за всю свою жизнь, не признаваясь в чувствах. Потому что было до жути страшно. Она думала о том, что если он не сделает первый шаг, то она постарается этим переболеть, смириться и воспринимать его как хорошего друга. Но всё оказалось сложнее. К Минхо тянуло магнитом. К нему постоянно хотелось прикоснуться, хотя бы случайно, посмотреть в глаза дольше обычного, сказав этим больше. В какой-то из дней Арин поняла, что находиться просто рядом стало слишком тяжело. Её переклинивало даже с той картины как он устав к вечеру разминал свою шею. Положив руку себе на затылок, Минхо наклонял голову в разные стороны, иногда запрокидывая и показывая острый кадык. В такие моменты Арин пыталась не зависать на нём взглядом, но иногда увлекалась и быстро отводила глаза, когда понимала, что Ли уже повернулся в её сторону. Мун нравился тембр его голоса, нравился его заливистый смех выше на несколько тонов, нравилось, как он кривит губы, когда чем-то недоволен. Из-за своей симпатии она часто пребывала в смятении не понимая, как правильно себя вести. Может стоит показать ему свою заинтересованность или нужно наоборот быть более холодной? Что послужило бы катализатором? Что вообще ей теперь делать со всем этим в конце концов?! Как работать с Ли после её признания, Арин ещё не решила, но, наверное, можно попытаться сделать вид, что ничего не произошло. Зачем ты зашёл в эту кофейню, Ли Минхо? Напротив нашей есть ещё одна, почему ты выбрал именно эту… – Рин, эй, ты уснула там что ли? – перед носом промелькнула чья-то ладонь, из-за чего девушка вздрогнула от неожиданности. Мун поняла, что зависла в своих мыслях на какое-то время и потеряла связь с реальностью. Оказывается, они уже приехали, и машина стоит на месте. – А, да, прости, я задумалась. Идём, – открыв дверь со своей стороны, она вышла на улицу, сразу начиная искать глазами Юри. Та обещала ждать их у входа. – Арин, Минхо! – они одновременно повернулись в сторону голоса. Юри стояла у своей машины и уже шла к ним. – А вот и вы! Так круто выглядите, как будто парный образ подбирали, – девушка широко улыбнулась и поиграла бровями. – Пошли внутрь, нас все заждались. – Но тут очередь. Нам, наверное, туда… – Мун показала в сторону конца потока людей у входа. – К счастью, нет. Охранник один из моих знакомых, я уже договорилась. Внутри было слишком шумно, чтобы хоть слово сказать друг другу не переходя на крик, видимо поэтому Юри сразу повела их куда-то дальше через толпу, увлекая в конец огромного помещения. Минхо шёл следом, оглядываясь по сторонам и рассматривая обстановку. Спустя несколько минут они зашли в небольшую приватную комнату, где за столом уже сидели люди и что-то громко обсуждали. Арин узнала контент-менеджера Джису, мужа Юри, третью бариста Арым, что сменяла Мун и Ли, когда у них был выходной. Ещё двоих девушек в этой компании она не видела ни разу, но по всей видимости это были подруги начальницы. Вечер проходил даже веселее, чем Арин ожидала. Все конечно же хвалили Ли за хорошую работу и восхищались количеством оставляемых ему чаевых. Юри не уставала повторять, что ещё один такой Минхо и можно будет открывать вторую кофейню, там тоже от людей не будет отбоя. Арин шуточно обижалась, надувая губы и приговаривая, что, если бы не она, никакого Ли здесь бы вообще не было. – Я тебе должен, можешь попросить что-то сделать для тебя, – в глазах Минхо промелькнули огоньки, он выжидающе посмотрел на Мун. – Обязательно над этим подумаю, хочу воспользоваться твоим предложением по максимуму, – Арин улыбнулась, втягивая коктейль через трубочку. Алкоголь уже немного затуманивал сознание и приятно расслаблял, поэтому сейчас было легче отвечать парню с юмором и подтекстами. Но смотреть прямо в его тёмные глаза и сразу же в них не теряться до сих пор не получалось. – Буду ждать, – Ли поднялся со стула и посмотрел на неё сверху вниз, – я, кажется, видел своего друга по пути сюда, хочу найти его чтобы поздороваться. После этих слов он пропал на пол часа и Арин, сама устав сидеть на одном месте, решила найти Минхо, чтобы обсудить возвращение домой, а заодно размять ноги. Они были здесь уже около трёх часов и за это время Юри успела пару раз потанцевать в шумной толпе со своими подругами. Может быть, и ей стоит немного подвигаться? Песня, что заиграла, когда Мун вышла из приватной комнаты, была невероятно чувственной и красивой. В голове сразу возникла мысль о том, что было бы прекрасно танцевать под неё с Ли. Она могла как будто бы в шутку пригласить его и, возможно, в этот момент рассказать ему о своих чувствах. Так страшно, но… Нужно найти его. Это желание в моменте стало таким простым и понятным, скорее всего благодаря алкоголю, да и какая разница. Прямо сейчас признаться, раскрыть душу и посмотреть в его бесстрастные глаза. Арин почувствовала вес своей тайны – всё это время она придавливала её к полу, тяжелой ношей взгромоздившись на плечи, заставляя прятать взгляды и молчать, хотя легче не становились, становилось только сложнее. Так необходимо и срочно было почувствовать его насмешливый тон рядом или такое милое недовольное бурчание, как глоток воды после двухдневной прогулки по пустыне. Даже несчастные пол часа без него уже превращались в пытку. В таком огромном количестве народа отыскать одного единственного человека выглядело непосильной задачей, но видимо, сегодня Арин везло. Прожектор высветил профиль и каштановую макушку Ли не так далеко от места, где стояла Мун. Она двинулась по направлению к парню, смотря под ноги, проталкиваясь между людей и подбирая идеальные слова, описывающие её чувства. Ты мне нравишься. Ты мне уже давно нравишься. Кажется я… На ходу девушка оторвала взгляд от пола и устремила его вперёд, чтобы сориентироваться в дистанции. Буквально несколько секунд спустя шаг замедлился, а колени перестали сгибаться, окончательно задеревенев. Арин остановилась и замерла, уставившись на картину перед собой. Светомузыка мелькала в глазах разноцветными пятнами, басы ударялись о внутренности и от этого тошнота подкатила к горлу. Хотя возможно и от того, на что Мун сейчас уставилась, не находя в себе силы сделать следующий вдох. Минхо целовала какая-то девушка.