Видения

Охота традиционно началась со стрельбищ. А-Цин сначала не хотела участвовать, давая возможность шиди покрасоваться перед сверстниками, но, увидев сидящую на трибуне деву Тан в непосредственной близости от главы Цзян, передумала. Она не была особенно хороша в стрельбе из лука, но на сей раз, не иначе как со злости, ни разу не промахнулась мимо центра мишени. Когда стрельбища закончились, заклинатели направились в лес. Заприметив шиди в разноцветной галдящей толпе учеников разных кланов, она тихонько пошла следом, гадая — обернётся или нет? На миг посетила странная, ребяческая мысль: если она вдруг исчезнет, как скоро Су Лин её хватится? Будет ли искать, будет ли волноваться? Или вовсе не вспомнит до самого окончания охоты? Но шиди всё же обернулся, позвал, размахивая руками, и она подошла, влилась в многоцветную яркую толпу, раскланиваясь и здороваясь со знакомыми, которых оказалось достаточно много: вот старший ученик Бай Лифэн и Ло Чжан, вот знакомые адепты из Гусу и Цинхэ Не, неловко прячущие глаза... В глазах зарябило от разнообразия одежд, украшений, мечей. Ненадолго, совсем на чуть-чуть, цепкие когти, сжимавшие её сердце, разжались. Она не одна, по крайней мере, сейчас, в этот момент и в этом лесу... Новые и старые знакомые расспрашивают о её брате — убийце из Куйчжоу, о новой ученице и сидела ли та уже в комнате с лютым медведем, ну или хотя бы с мышью, о здоровье старшего господина Лю и Оуян Гао, о том, правда ли она превратила адепта Юньмэн Цзян в жабу и о многом, многом другом... — Дева Сюэ, — робко обращается к ней юноша, кажется, из клана Е. — Это правда, что вы хороши в проклятиях? Умеете ли вы снимать чужие? — Каждый случай индивидуален, — с сомнением ответила она. — Нужно смотреть. Но пару раз мне, действительно, удавалось снимать чужие проклятья... Один раз, правда, было ничего серьёзного — не проклятие, а так, сглаз — соседки друг с другом что-то не поделили, а второй — заезжий торговец привёз в город зачарованную шкатулку, оказавшуюся проклятой... А что случилось? Почему вы спрашиваете? Опустив глаза, юноша ответил: — Мой дедушка, глава ордена Е, страдает от непонятного недуга; лекари разводят руками и в один голос твердят, что он вызван тёмным проклятием... Несмотря на плохое самочувствие, он всё же прибыл на Большую охоту, но сейчас, наверное, он отдыхает в шатре... Не могли бы вы... Прошу вас... А-Цин была несколько озадачена, но не стала отказывать и решила ближе к концу Охоты осмотреть главу Е и помочь, если это будет в её силах. Поохотились они прекрасно: Су Лин на этот раз уделял больше внимания нечисти, нежели болтовне, А-Цин не дала себя одурачить иллюзиями: почти четыре десятка не самых маленьких тварей на двоих — неплохой результат. Они уже возвращались к лагерю, когда их нашёл адепт Е. — Дева Сюэ, молодой господин Су, позвольте проводить вас к шатру, дедушка ожидает вас. — Ой! — подорвался Су Лин. — Подождите меня, я сейчас! Я мигом! — Чего это? — проворчала А-Цин. — Ты действительно хочешь, чтобы я сказал? — в тон ей проворчал шиди, который внезапно осознал, что давным-давно выпитый за завтраком чай решил вдруг попроситься наружу. А-Цин скривилась и махнула рукой. Су Лин вернулся довольно скоро, но был чем-то очень взволнован и сам начал торопить их, удивив остальных такой переменой в поведении. В шатёр он не пошёл, а умчался куда-то, пробубнив что-то невразумительное.

***

Су Лин решил, что отошёл достаточно далеко, чтобы не смущать окружающих и уже потянулся к завязкам на штанах, как вдруг услышал голоса. Досадливо цыкнув про себя, он оправил верхние одеяния и решил было отойти в другую сторону, как услышал знакомое имя и сосредоточился, прислушиваясь. — Проклятый Незнайка! — сипел один, кашляя. — Как оказалось, не такой уж он и Незнайка, господин, — отвечал ему второй. — Согласитесь, эта подстава была не лишена изящества, а как ловко он избавился от Му Чжо... — Эта дура ничего не может сделать нормально! Мне что, самому за неё в постель к нему прыгать?! — Может, он предпочитает мужчин? Хотя нет — были у него наложницы, и не жаловались... Может, вкусы его поменялись... Найдем юношу посимпатичнее, пусть построит ему глазки... — Я, кажется, знаю... — выдержав паузу, сказал сиплый. — На прошлой охоте был пацан, которому Незнайка уделял много внимания... Тот, что прибыл с белоглазой ведьмой. Кажется, он звал его в Орден... — И что? Как его убедить помогать нам? — Он ученик тёмного заклинателя. Подставим его, прижучим, никуда не денется, вызнает, что надо..Кхе... На таких, как он, смотрят исподлобья... — Господин, убийца за это нас живьём поджарит, если докопается... — Идиот! Кха.. Кха... Что он сделает нам из своего захолустья? Он сидит там, как собака на привязи! — А его даочжан? — Этот слепец? Не смеши... А вот белоглазой ведьмы я бы опасался... Разговор перешёл на другие темы, а потом заклинатели и вовсе ушли вглубь леса. Су Лин, похолодевший от ужаса, не решился за ними следовать. Вернувшись к молодому господину Е и шицзе, он вообще забыл, зачем ходил и куда они собирались — у него была одна мысль: найти и предупредить главу Не...

***

В шатре, кроме главы Е — пожилого заклинателя с седой бородой, обнаружился и Саньду-шэншоу, который тихо что-то обсуждал с ним. Глава Е полулежал на низкой кровати, откинувшись на подушки, видимо, охота утомила его, пусть он и не сражался. Увидев их, глава Цзян встал. Они раскланялись и А-Цин села на освободившееся место подле главы Е. — Господин Е, лекари не находили на теле проклятых меток? — Нет, дева, если бы всё было так просто... — Даже под волосами? Глава Е призадумался. Под волосами лекари не смотрели. Он покачал головой и позволил расплести себе причёску: как и ожидалось, на затылке обнаружилось подозрительное тёмное пятно... — Значит, это действительно проклятье? — взволнованно спросил адепт Е. — Вы можете что-то сделать с этим? А-Цин кивнула. Коснувшись ладонью головы старика, она прикрыла глаза, и удивлённые заклинатели увидели, как на её руке проявляется тёмная проклятая метка! Девушка пошатнулась. Глава Цзян и адепт Е кинулись было вперёд, чтобы поддержать её, но она уже выпрямилась, сверкнув красными искрами в глазах, а руку с меткой будто объяло тёмное пламя... Мгновение — и рука стала снова чиста и бела, будто ничего и не было! — Поразительно! — прошептал глава Е. — Я чувствую себя намного лучше... С меня словно сняли толстую тяжёлую шкуру, что не давала дышать... Какое облегчение! Все тёмные заклинатели такое могут? Как мне отблагодарить вас, дева Сюэ? — Забрать себе чужое проклятье может каждый, — ответила А-Цин, — но вот избавиться от него... Глава Е. Проклятье больше не забирает ваши силы, но вам все ещё необходимо лечение, чтобы укрепить организм и восстановить утраченное. К сожалению, я должна огорчить вас: проклятье было наложено кем-то из ваших родственников. Будьте осторожны... — Неужели кто-то из своих пытается избавиться от вас, глава Е? — напряжённо хмурясь, сказал Цзян Ваньинь. — Если так, то дело очень серьёзно. Дева Сюэ, вы можете сказать, кто наложил проклятье, если встретите этого человека? — Возможно, — с сомнением ответила она. — В таком случае, я прошу вас навестить клан Е после охоты в составе моей свиты. Этот орден находится под моим покровительством, и я должен разобраться. — проговорил Саньду-шэншоу и — невиданное дело! — склонил голову. А-Цин повторила его жест. — Я буду рада помочь вам, глава Цзян. Я бы хотела задержаться в Юньмэне ещё на пару дней, если можно, старший ученик Бай Лифэн обещал сводить меня на рынок... — Конечно. — Тогда позвольте отправить сообщение брату... Чтобы он не тревожился. — Разумеется, — ответил за главу Цзян господин Е, и его внук моментально проводил её к небольшому столику, где лежали письменные принадлежности. Написав короткую записку, она сложила журавля и вышла из палатки, чтобы выпустить его в воздух. Саньду-шэншоу последовал за ней. — Я вижу, вы поднаторели в проклятьях в последнее время, дева Сюэ, — заметил он. — Вы очень талантливы. — Су Лин талантливее меня, — вздохнула девушка. — Не прошло и двух лун, как он получил печати и ступил на Тёмный путь, и он уже играючи управляется с мелкой нежитью — то, что мне удаётся с огромным трудом, а вот ему почти не нужно восстанавливаться после этого. Я же мучилась много недель. Зато проклятья ему совершенно не даются, а вот мне — легко. Слышали, какое прозвище мне дали? Глава Цзян усмехнулся. — Слышал. Вам, наверное обидно. — Ничуть, — пожала плечами она, провожая глазами удаляющуюся белую точку в небе. — В детстве меня обзывали и похлеще... Или вот взять, к примеру, вашего брата — иногда кажется, что он может приказывать мертвецам движением бровей. Ни у кого так не выходит, у Ян-гэ тоже. Зато вот заклинания и магические татуировки — это его... — Выходит, у каждого из вас свой талант? — Выходит, что так.

***

Глава Не обнаружился неторопливо шагающим по лесу недалеко от шатров в окружении нескольких заклинателей в темно-серых одеждах. Ах, если бы он был один! Су Лин побоялся звать его на виду у всех: вдруг у людей, которых он подслушал, есть сообщники, и они сейчас здесь и что-то заподозрят? Не Хуайсан шел, обмахиваясь любимым веером и наслаждаясь свежим прохладным воздухом и щебетом птиц. Адепты следовали на почтительном расстоянии, тихо переговариваясь. Он приветливо кивнул шедшему ему навстречу Су Лину, думая, как бы узнать у него, не сменил ли его наставник гнев на милость, как вдруг из-за кустов выскочила огромная олютевшая рысь и вцепилась ему в рукав! Глава Не истерически заорал, от души треснув мёртвое животное по морде веером, чувствуя, как подозрительно деликатно сжимаются на его руке зубы, лишь слегка царапая кожу, следом заорали его адепты, выхватывая мечи и кидаясь на помощь, но Су Лин оказался быстрее — выхватил талисман, тотчас парализуя нечисть, и разрубил её мечом надвое. — О, мой храбрый спаситель! — почти ультразвуком взвыл глава Не, кидаясь ему на грудь с объятьями и отмечая красноватый блеск его глаз, и тихо прошипел на ухо: — что-то случилось? — Глава Не, позвольте осмотреть вас — вы можете быть ранены! — заполошно крикнул в ответ Су Лин и согласно моргнул. Не Хуайсан подмигнул, показывая, что понял. — О, нет!!! — взвыл он ещё громче, да так, что подошедших адептов Не чуть не снесло звуковой волной. — Я ранен! Я смертельно ранен!!! Моя рука! О-о-о-о!!! Демонова тварь прокусила её насквозь, не иначе, как же больно! Су Лин! Помоги же мне... Я умираю... — и он обмяк на руках юноши, закатив глаза. Тот был слегка сбит с толку, но судя по реакции адептов, такое поведение главы Не было в порядке вещей. Су Лин оттащил его в сторону и усадил, прислонив спиной к дереву, и принялся обмахивать его чудом даже не треснувшим веером. — Принесите воды главе Не! — строго прикрикнул он, не зная, как отвадить неловко топчущихся заклинателей, — Я помогу ему обработать рану... — Говори, — одними губами молвил Не Хуайсан, едва те скрылись из виду. — Простите, глава Не, мне нужно было поговорить с вами, не вызывая подозрений, — прошептал юноша, закатывая рукав на пострадавшей руке. К счастью, на ней была лишь пара царапин — неглубоких, но неприятно кровоточащих. Он достал цянькунь и принялся сноровисто выкладывать из него мази и порошки. — Не тяни, — прошипел глава. — Эти идиоты сейчас вернутся... Су Лин как мог быстро и кратко изложил услышанное, осознав, что никуда ему не деться от интриг клана Не, несмотря на все слова учителя. Хуже — он вляпался по самые уши! Послышались торопливые шаги и стук: возвращались адепты, неся воду в бамбуковых сосудах. — Молодец, — одними губами шепнул ему глава, — будем подыгрывать... Су Лин под страдальческие стоны Не Хуайсана промыл, обработал и забинтовал рану. От его глаз не укрылись легкие гримасы презрения, которыми одаривали заклинатели своего главу. Действительно — или они идиоты, или Не Хуайсан такой превосходный лицедей? Но почему тогда он, Су Лин, зная его всего ничего, видит, что это игра на публику, а они — нет? Может, из-за слов учителя — а он говорил, что Не Хуайсан дурачил весь заклинательский мир много лет, да обдурил самого Цзинь Гуанъяо... Су Лину даже стало обидно за главу Не. Множество сильных заклинателей не видят дальше своего носа, ну или на худой конец — дальше кончика своего меча... Краем уха слушая душераздирающие оханья, он помог главе Не встать и проводил его к шатрам, держа под руку. Тот вполне натурально бледнел и зеленел, стоило ему скосить глаза на окровавленный светло-серый шёлковый рукав. — Третий Старейшина!!! — взвыл Не Хуайсан, когда они подошли-таки к шатру. Старик, стоящий у входа и с кем-то разговаривающий, аж подпрыгнул на месте. — Что с вами, глава Не? — просипел старейшина. Су Лин сжал пальцы на предплечье Не Хуайсана, давая понять, что узнал этот голос. — Кошмар! Охота почти закончена, но кое-где остались недобитые темные твари! Из кустов на меня напала мёртвая рысь и чуть не отгрызла мне руку!!! А эти болваны, — махнул он рукавом в сторону адептов, — от них никакого проку!! Ооо, я думал, умру в тот же миг, и если бы не этот храбрый юноша... — Храбрый юноша краснел и смущался, неловко поддерживая главу под руку, проводя его внутрь шатра и отмечая, как блеснули глаза Третьего Старейшины. — Су Лин! После Охоты ты отправишься со мной в Нечистую Юдоль, и даже не смей отказываться, ты будешь моим самым дорогим гостем, я должен как следует отблагодарить тебя за спасение! Ах, если бы не ты... — и глава Не разрыдался, оседая на подушки. — Конечно, конечно, глава ордена Не, — испуганно залепетал Су Лин, ещё пуще краснея, — только вы не волнуйтесь, выздоравливайте... Мне... Мне нужно написать моим наставникам, чтобы они не волновались обо мне... — Не вопрос! — Не Хуайсан ухватил Третьего Старейшину за полу одежд, — Третий Старейшина! Хорошо позаботьтесь о моём храбром спасителе! — Не беспокойтесь, глава, — поклонился тот, пряча усмешку, — всё будет в лучшем виде. "Я тебя выверну наизнанку и уничтожу, старый осёл", — думал про себя Не Хуайсан, не прекращая, впрочем, выразительно охать и страдальчески кривить брови. — "Только посмей что-то сделать пацану... Ах, Сюэ Ян, отчего ты так упрям? Но я тебя дожму... "

***

Сюэ Ян заковыристо ругнулся, глядя на двух бумажных журавлей на столе. — Даочжан! Они издеваются! Стоило только выпустить их из дому, так они уже нашли приключения себе на задницу! И не только себе! — Что такое? Что они пишут? Дай-ка взглянуть... — Синчэнь взял в руки одно из посланий. А-Цин писала, что останется в ордене Юньмэн Цзян на несколько дней, чтобы помочь главе разобраться с проклятием в вассальном клане и покарать виновных. Второе было от А-Лина, который писал, что вынужден уехать в Нечистую Юдоль, чтобы помочь в одном важном деле главе Не... — Ох, я надеюсь, с ними всё будет хорошо... — Если с ними все будет плохо, я сам их прибью, обоих! — проворчал Сюэ Ян. — Значит, недостаточно хорошо учились...