Пропорция уязвимости

      Брезгливо откинув носком дорогих туфель металлическую банку, Хёнджин достал из кармана пальто сигареты и, элегантно зажав между тонкими пальцами, закурил. Его красивые пухлые губы сделали затяжку, он тут же выпустил дым, запрокидывая голову. Выбившиеся из маленького хвостика волосы опали обратно назад.              То, как Хван курил, было почти искусством.              Быстро накинув на голову капюшон, скрывая яркие волосы, что могли легко его выдать, и надев на лицо черную тканевую маску, он запахнул пальто и двинулся вдоль по оживленной улице.              Он пробирался сквозь людей, выбиваясь из толпы. Его огненно-красные волосы, дорогая одежда, красивое лицо — ничто не вязалось с не самым благополучным районом Сеула. Благо, все это было плотно прикрыто тканью, иначе толпа растерзала бы его прямо тут.              Маскировка была необходима. Благодаря ей на него никто не оборачивался. Люди словно смотрели сквозь парня. Это то, что на самом деле было ему нужно. Отдых от узнаваемости.              Хёнджин с нескрываемым пренебрежением просачивался сквозь поток куда-то спешащих людей. Ему были противны они и их низменные дела. Семья? Ужасно скучная работа? Дом?              Из всего этого у Хвана был только дом. Если огромный съемный пентхаус, в котором он проводил от силы два месяц в год, можно было назвать домом.              Впрочем, мирские проблемы никогда не волновали юношу. Если в этой жизни его вообще волновало хоть что-то, кроме него самого.              Он обреченно вздохнул, и потушив сигарету, забрел в переулок где яркая неоновая вывеска зазывала в сомнительный бар.       

***

      Я отпила свой мартини с тоником, грустно помешав размякшую на дне апельсинку. Мозг быстро провел между нами аллегорию. Странно, что после четырех бокалов он вообще мог бы вспомнить что такое «аллегория».              — Литературный прием, характеризующийся…              — Любишь литературу? — присел рядом симпатичный брюнет в дешевом свитере. Словно от этого места можно было ожидать контингента получше.              Ничего не ответив, я вновь отпила из своего напитка. А олух рядом видимо решил, что мы начали диалог.              — Я Бэкхён, а ты? — добродушно улыбнувшись, он протянул руку.              Парень не выглядел угрожающим, но и доверия не вызывал. Словом, в этот вечер знакомиться ни с кем я не хотела. Выбор пал на этот бар только потому, что рядом живет подруга, а пить в центре слишком дорого.              — А я откушу тебе член, малыш. Отойди уже, а.              Он усмехнулся и грубо задвинув стул, отошел. Что-то пробубнил под нос, но я уже не слушала. Внимание привлекла ярко-красная макушка. Безумно красивый парень, которого я не заметила из-за спины неудавшегося пикапера.              Облизнув губы, я усмехнулась. Его присутствие подняло мне настроение, потому что он очень выделялся на фоне этого жуткого места. Не решаясь заговорить или хотя бы еще раз взглянуть на него, я допила наконец мартини, оставила на столе чаевые и удалилась в уборную.              Хёнджин проводил силуэт девушки незаинтересованным взглядом.              В туалете таких заведений всегда была особая атмосфера: приглушенная клубная музыка, неоновый свет, заляпанные зеркала и сломанные кабинки из которых работала лишь одна и оттуда раздавались неприличные звуки.              В омерзении я скривила губы и принялась мыть руки, слегка ополоснув для свежести лицо холодной водой; я пригладила непослушные волосы и улыбнулась своему отражению.              — Выглядишь не так плохо для человека, которого только что уволили, — сказала я самой себе, стараясь не обращать внимания на ставшие более громкими стоны и удары об соседнюю кабинку.              Вздохнув, подкрасила губы и вышла из дымного помещения, оставляя пару наедине.              Но не успела я пройти и метра по тесному коридору к залу бара, как мою руку грубо и резко дернули. Я упала на чьи-то колени, ощущая под собой тепло кожи. Машинально на инстинктах попыталась встать, но сильная рука зажала мои за спиной, а другая поглаживала щеку.              Леденящий страх прошелся по организму. Желудок свело спазмом отвращения. Ладони, которые крепко держали сзади — вспотели.              — Может все же познакомимся? Пятница, вечер, ты тут одна, пташка, думала я не уловил твои скрытые сигналы?              — А, это ты, мудила, — я старалась сохранить самообладание, придав голосу уверенности, не выдавая свой дикий страх, что уже растекся по венам, сковывая мышцы.              — Ух, меня заводит когда девушки такие строптивые. Ну же, поиграй со мной еще, котенок.              Повторять дважды не нужно было. Я вкладывая в это все отвращение и ненависть к подробным индивидам, плюнула прямо ему в лицо.              Он озверел за долю секунды. Ладонь обожгла щеку ударом, тело повалилось на пол. Но на этом он не остановился. Взяв за волосы, заставил смотреть на себя. Даже в полумраке коридора можно было рассмотреть, как свирепо пылали его маленькие поросячьи глазки.              — Сука, это не то, что я хотел. Раз ты такая и твоему ротику так скучно, что насчет того, чтобы…              — Я же уже сказала, откушу, — приходя в себя ответила я. Нужно было соображать немедленно. В этом жутком одиноким коридоре надеяться на чье-либо спасение было бессмысленно.              Он рассмеялся и сильнее стянул мои волосы. Затылок болел.              Когда послышался звук металла от расстегивающейся бляшки его ремня, я наконец собрала волю в кулак и замахнувшись, наотмашь, даже не целясь, ударила его по лицу. Естественно, этого было недостаточно, чтобы вырубить его, но вполне хватило, чтобы он впал в замешательство.              И пока мистер дешевый синтетический свитер держался за нос, оценивая степень ущерба, я поднялась и быстро побежала на свет, к бару, туда, где побольше людей и шанса затеряться среди толпы, чтобы незаметно покинуть это заведение без преследования.              Уже на выходе к танцполу я заметила того красноволосого. Он стоял мирно подпирая стенку, руки его покоились в карманах, глаза были блаженно прикрыты, но отсюда он сто процентов слышал и даже видел происходящую картину. Но ничего даже не попытался предпринять.              — Мог хотя бы притвориться, что хотел помочь, Ариэль, — грубо бросила я, проходя мимо, даже не удостоив его взглядом. Вся симпатия к нему испарилась. Я собственно и не ожидала сказочного спасения. Он не прекрасный принц, больше похож на главного злодея. А это не сказка. Всего лишь мерзкий бар в закоулках окраины Сеула.              — Как раз хотел вмешаться, Флаундер, — парировал он, улыбаясь. — Но ты и сама неплохо справилась. Молодец.              Юноша поравнялся со мной, идя в том же направлении. Я вздохнула, стараясь унять дрожь в руках и скрыть от людей вокруг тревогу от пережитого. Адреналин все еще бурлил в крови, а выпитый алкоголь туманил рассудок. Все ощущалось слишком нереальным. То ли от шока, то ли от четырех мартини.              — Не боишься, что он снова тебя найдет? — потягивая из своей трубочки, спросил рыжий.              Мы расположились за столиком, вдали от бара и шумного танцпола. Еще десять минут назад я мечтала поскорее сбежать из плена этого липкого заведения, но теперь решила позволить себе забыться еще на чуть-чуть, прежде чем снова погрузиться в серые будни. Все же не каждый день удается так выбраться в бар. И даже мерзкое существо в дешевом свитере не должно было испортить эту пятницу.              Она была обречена на провал с самого начала.              — Не боюсь. Тут много людей.              Он усмехнулся, не скрывая того, как открыто насмехался надо мной.              — Что не так? — я скривила губы.              — Надеешься на людей, что они помогут? Какая простая наивность. Даже восхищает, — он вальяжно раскинулся на потертом белом диване и только сейчас, в дыму от дешевых сигарет и в свете светодиодных ламп, я вдруг узнала в нем кого-то.              Сузив глаза присмотрелась, но мысль ускользнула из пьяного сознания.              — Но ты же хотел помочь, — вдруг ответила я.              — Я наблюдал. Мне было интересно как долго мушка продержится на паутинке, избегая липких лап паука.              — Фу, до чего неприятное сравнение, — я хотела откинуться на спинку дивана так же как он, но сомнительные пятна на искусственной коже заставили скривиться от их вида и я прокашлялась, садясь ровно. Терять бдительность было нельзя.              — Истина, как она есть, — он подозвал официанта, что-то шепча ему. Через пять минут нам принесли ярко-синие шоты. — Угощайся, тебе нужно немного расслабиться.              — Спасибо, думаю мне уже хватит, — я постаралась мило улыбнуться, но поспешила встать и уйти, потому что от одного паука попадать через минуту в паутину к другому явно не хотелось.              — Уже уходишь? Как жаль, — драматично произнес он, поджимая губы. Харизмы этому парню было не занимать.              — Ты кажешься знакомым. Мы раньше не встречались? — решила напоследок спросить я.              Он заливисто рассмеялся.              — Еще бы я не казался тебе знакомым. Меня все знают, если дома есть интернет или телевизор.              Я непонимающе выгнула бровь.              — Хван Хёнджин. Поп-звезда.