Пропорция уязвимости

      Кими нервно, уже в третий раз, поправила на идеально выглаженном платье несуществующие складки. Она, смеясь, покружилась у зеркала, создавая вихрь из белых тканей. Ее волосы идеально лежали в низком пучке, на голове сияла тиара, украшенная самыми настоящими бриллиантами. Ее глаза слезились от счастья и волнения, она промокнула их платком, не желая портить нежный макияж, что так отличался от ее повседневных образов.              Цхай разрывало от радости, ей не терпелось выйти к алтарю под руку с отцом, заглянуть в глаза любимого Хёнджина, и, наконец, стать его законной женой.              В другом помещении торжественного зала, где состоялось бракосочетание, сидел сам Хван. Он даже не притронулся к полной пачке сигарет, что лежала в кармане отпаренного черного смокинга. Отодвинул от себя даже излюбленный виски, налитый в стеклянный графин с красивой крышкой.              Рэпер просто сидел, разглядывая сквозь распахнутые настежь окна, как велись приготовления к свадьбе. Его свадьбе. Он усмехнулся, нервно хватаясь за заколотые на затылке волосы, портя прическу, что ему создали стилисты по наказанию Кими. Певец никогда настолько не прилизывал волосы, так туго собирая их. Это в очередной раз доказывало, что ни одна единая душа здесь не разделяла его боли, никому не было разницы до его желаний, даже таким малейших, как его же собственные волосы.              Зеркало, насмехаясь, показало ему его вид: бледная-бледная кожа, осунувшаяся осанка, болезненно-красные глаза и сухие, потрескавшиеся губы. Его дорогущий брендовый костюм от Армани был словно насмешкой, хоть и сидел идеально на все еще подтянутом мужском теле.              — «Должен ли я это делать?» — раз в сотый спрашивал себя Хёнджин, когда все же налил в стакан горячительный напиток. И когда опустошил его. Продолжал спрашивать, когда на ватных ногах шел на улицу. Этот вопрос раз за разом прокручивался в его голове, когда Цхай вышла к нему вся такая праздничная в этом нелепом свадебном платье.              Она светилась счастьем, улыбаясь от уха до уха. Ее отец незаметно для всех пихнул Хвана в бок, как бы говоря: —«Без выходок.»              Хван моргал, стараясь смотреть куда угодно, кроме как на свою почти жену, чтобы унять головокружение и тошноту.              — «Неужели это все происходит со мной?» —подумалось ему.              Артист обернулся на собравшихся людей. Среди абсолютно неизвестных ему лиц, он отчаянно искал одну единственную знакомую темную макушку, что так одновременно желал, но и не хотел видеть прямо сейчас в этом месте. Сердце сжалось, когда он уже несколько раз оглядел всех присутствующих, не находя среди них Лею.              — Да! — уверенное «Да» просочилось в его сознание, вытаскивая из глубины мыслей. Теперь все уставились на него, ожидая логичного ответа, но рэпер молчал, заставляя напрячься всех.              — Да.              —…Объявляю вас мужем и женой! — наконец закончил свою речь пожилой священник. Хёнджину передали подушечку с кольцами, он взял их, дрожащими руками надевая сначала на себя, потом на Кими.              — Думаю, мне полагается мой поцелуй, да, муженек? — теперь уже Хван, облизнула накрашенные персиковым блеском губы и потянулась к парню.              — «Зря выпил только один стакан виски.» — пронеслось у него в мыслях.              — Милый? Хочешь поцеловать меня?              — Хочу выпить. Официант, виски!              

***

             За некоторое время до этого:              — Ббоки, милый, я все еще не верю, что это ты. Самый настоящий ты, — я ласково проводила по веснушкам на его лице пальцами, так, как делала это в детстве. Мягко, почти невесомо. Феликс морщился, кривя нос. Реагируя, как маленький котенок.              — Я, прекрасная Лея, я тут, с тобою, — когда я сжала его лицо ладонями, он накрыл их своими, заглядывая своими пронзительными глазами в мои. Свет закатного солнца отражался в его карих глазах, даря мне небывалое спокойствие и потерянное давно-давно счастье.              Мне казалось, что Ли остался где-то далеко в моем прошлом, в том старом здании пансионата и на страницах общих фотографий из школьного альбома.              Но вот он настоящий, не фотокарточка, а живой Ликси, что откопал в моем сердце те ощущения, что, как я думала, я разучилась испытывать.              — Как ты, солнце? — наконец полушепотом спросил он, прерывая тишину и отпуская мои руки только для того, чтобы обнять меня. В его касаниях не было ничего лишнего.              — Вроде как хорошо… — я замялась не зная говорить ли правду о том, что моя жизнь превратилась в сущий хаос, или улыбаясь, соврать о том, что в порядке, но Ликс опередил меня, считывая по лицу мое смятение:              — Только не ври мне, ты же знаешь, я не люблю, когда ты скрываешь от меня свои настоящие эмоции, — ожидая, что я скажу ему что-то вперекор, он добавил: — И не было между нами этих долгих лет, ты все так же моя милая прекрасная Лея, моя лучшая подруга.              Моя нижняя губа дрогнула от его обращений ко мне, как давно никто так ласково со мной не общался.              — Я не хотел вызвать твоих слез, родная, — засмеялся Ли, утягивая меня в очередные удушающие объятия.              Мы сидели в том же кафе, где встретились днем ранее. Ли сказал, что работает шеф-поваром в соседнем ресторане, тоже в этом же здании. Он пообещал накормить меня там, но сегодня у него был выходной и мы могли просто спокойно поговорить, обсуждая все, что накопилось у обоих за столько лет порознь.              — Прошу, скажи мне, почему ты не звонил мне? Почему не искал? Почему оставил меня одну в том ужасном месте и пропал… — отчаянно задавала я вопрос за вопросом, видя, как с каждым словом солнечная улыбка на лице моего друга гаснет. Вселенское чувство вины читалось в его глазах.              — Лея, — он взял меня за руку, поглаживая большим пальцем. — Ты же помнишь какие у меня родители…              Отчаяние и грусть промелькнули в его голосе, сердце сжалось от вида такого Феликса. Я сдавленно кивнула в ответ на его вопрос.              — Так вот, ты еще наверное помнишь, что мои родители… недолюбливали нашу школу и всех, с кем я там общался. Им не нравилось, как якобы плохо влияло на меня окружение там. И они приняли решение забрать меня оттуда. Сначала я договорился с мамой, что сохраню общение только с тобой, но позже выяснилось, что мне даже не оставили времени с тобой попрощаться. Я не хотел говорить тебе заранее, чтобы ты не грустила, а когда настал день отъезда, мама попросту обманула меня, забирая оттуда в спешке. Так у меня не сохранилось ни твоего номера, ничего.              — Ох, Ликси, я не знала…              Что-то привлекло его внимание позади меня, Ли скривил губы, вглядываясь куда-то.              — Что там такое? — только я хотела обернуться, как он удержал меня за руку, приковывая к месту. Феликс выглядел очень озадаченным. Он пригнулся и жестом указал мне сделать так же.              — Не понимаю…              — Тш-ш, там парень позади нас, он проделал дырки в газете и пытается за нами подглядывать, во-первых, кто вообще покупает и читает газеты сейчас, а во-вторых, он что, совсем глупый?              — Парень? Следит за нами? — одна мысль родилась в сознании и я дернулась, освобождаясь от рук Феликса, оборачиваясь назад. — Хёнджин!              Я разочарованно выдохнула. Тот самый «шпион», понимая, что оказался замеченным, отбросил газету, виновато смотря на меня. Им оказался мой сосед Чонин. На нем была рабочая форма и я вспомнила, что он тоже работал в этом здании. Какое «неожиданное» совпадение.              — Ян! — поднялась с места, садясь за его столик и выхватывая меню, которым он пытался прикрыть лицо. — Я же вижу, что это ты. Что ты делаешь вообще?              — Это, между прочим, я должен спрашивать у тебя! Тебе сейчас небезопасно тут находиться, ты ведь знаешь, что произошло с хозяином Чо? И этот парень… он выглядит подозрительным, вот я и решил за тобой приглядеть, чтобы если что спасти тебя!              Я хлопнула себя по лбу.              — Чонин, рассказывай, — парень занервничал, прикусывая губу, все эмоции всегда было легко прочитать по его лицу. — Чонин!              — Ладно, сдаюсь, — он невинно почесал затылок, одаривая меня своей фирменной улыбкой. — Это твой новый дружок попросил меня за тобой присмотреть.              — Кто?              — Ким Сынмин, стоматолог, работающий на одном этаже со мной. Мы пересеклись с ним утром в лифте, он сказал, что ему нужно отъехать по делам, а ты весь день будешь тут. Не то чтобы он прямо дал указания следить за тобой, просто сказал приглядеть в его отсутствие. А я наткнулся на вас здесь…              — Стой, ты сказал он просил приглядеть? Он знает, что мы знакомы? — я задумалась о том, говорила ли ему о соседстве с Яном.              — Все хорошо? — низкий голос Феликса заставил Чонина вздрогнуть от неожиданности. Часто дети в школе разбегались, слыша в первый раз такой тембр Ли, я всегда смеялась с этого, потому что это никак не вязалась с его настоящей милой натурой.              — Да, Ликси, знакомься, это мой сосед и хороший приятель, врач Ян Чонин, это Ли Феликс, шеф-повар в ресторане здесь.              Когда юноши пожали друг другу руки, мы все сели за один стол.              — Извини, я принял тебя за маньяка… — Ян неловко причесал волосы, отворачиваясь от удивленного взгляда моего друга детства.              — Обещаю не обижаться, если ты расскажешь почему? — посмеиваясь сказал Ликс, приобнимая меня одной рукой, ловя недовольный этим лисий взгляд Чонина.              — Да вообще не было причин так думать, просто у моей соседки наконец нормальный кавалер, я хотел посмотреть поближе, а то ведь она мне так ничего нормально и не рассказывает, — Ян надул губы. Ему было на что обижаться. Я редко сплетничала с ним, или общалась по душам, хотя знала и видела как он тянулся ко мне.              Ёнбок аж подавился своим милк-шейком, услышав это.              — Нет-нет, мы вообще-то друзья детства, — поспешила разъяснить ситуацию я, но Яна было не остановить.              — Друзья детства — это всегда хорошая тропа для развития отношений, да и ты, Феликс, выглядишь явно получше того загадочного Хёнджина.              Я замахала руками, чтобы Чонин остановился, но было уже поздно.              — Хёнджин? — Ли сделал задумчивый вид, словно пытался что-то вспомнить. — Кто такой Хёнджин?              Я раскрыла рот в тщетной попытке придумать что объяснить, но этого делать не пришлось, потому что большая ладонь легла на мое плечо, привлекая внимание:              — Очередная встреча, госпожа Кан, — я обернулась, встречаясь с широкой улыбкой. Чонин и Феликс явно напряглись, готовые в любой момент защитить меня, когда Со сказал: — Раз уж вы здесь, я покажу вам улики и мы переговорим.              Мне стало так приятно, что как минимум двое мужчин были на моей стороне, готовые всегда встать на мою защиту и помочь. Но детектив мне зла точно не желал, поэтому я сказала:              — Все в порядке, это детектив Со, мне нужно с ним пообщаться, я вам все позже расскажу, — тепло улыбнулась Яну и обняла на прощание Ликса.              Недоверие проскользнуло в их взглядах, но они не стали ничего говорить.              — Итак, Кан, рассказываю вкратце что и как, а потом мы с вами уже начнём активные действия, хорошо? — Со достал из дипломата папку с бумагами, раскладывая их на столе. — Убили некого господина Чо, он заведовал зданием. Судебно-медицинская экспертиза заключила, что смерть была насильственная, но мы с вами это уже знаем. Его убили холодным оружием. Скорее всего ножом для вскрытия писем, его как раз и не оказалось на столе жертвы. Вот, ознакомьтесь с фотографиями.              Чанбин пододвинул мне папку, но резко накрыл ее рукой.              — Спешу вас предупредить, что кадры не самые приятные.              Я кивнула, готовая к тому, что увижу там. Открыла папку, сглатывая ком. Мужчина средних лет, был запечатлен в кресле за своим столом. Его горло было перерезано, сложно было сказать как: по горизонтали или ему просто вонзили что-то в артерию, заставив истечь кровью. Гримаса животного ужаса застыла на его лице, словно на какой-то жуткой картине художника с явными нарушениями психики.              Я сморщилась, поеживаясь от мурашек, в холле, где мы расположились стояла духота, но мне стало холодно. Одной рукой прикрыв папку, я отдала ее детективу.              — Камеры наблюдения никого в ту ночь постороннего не зафиксировали. Все сотрудники прошли мимо них и ушли домой; отпечатков тоже оставлено не было. Сам Чо задержался в своем кабинете в ту ночь, а раз убийца спокойно прошел к нему без шума — они либо были знакомы, либо он знал, что его могут убить и молчал по той или иной причине. Его могли просто шантажировать семьей либо чем-то еще.              — А раз он так хорошо знал все камеры и не попался на них, то…              — То скорее всего это один из сотрудников здания, да и мотив на лицо: высокая арендная плата, плохое обращение к сотрудникам и так далее. Да, все так.              Я нахмурилась, пытаясь уместить все это в голове.              — Я уже начал работать с возможными подозреваемыми. Один из них, как ты понимаешь, все еще Хван Хёнджин. И кому-то из моего начальства он очень не нравится, поэтому просят особенно тщательно проверить именно твоего дружка.              Я ответила ему тяжелым вздохом.              — Нужно съездить к нему на работу, но как ты понимаешь, если я заявлюсь туда средь бела дня, размахивая полицейским удостоверением, то мне мало кто расскажет все как есть. А вот если ты…              — Я поняла, — какая-то часть меня кричала о том, что так нельзя и Хёнджин все еще многое значит для меня, но я все же добавила: — Кстати, детектив, в пятницу я приглашена на его свадьбу. Кажется, это идеальный момент узнать у него что-либо.              Может я просто нашла причину все-таки заявиться на эту свадьбу? А может я хотела насолить Хвану? Может хотелось увидеть его снова, но не признаваться себе что это не просто по работе.              Чувства к нему окончательно привели меня в тупик.              — Так это же отлично, Кан. Обязательно все разузнайте там.       

***

      Я бежала вверх по ступенькам на каблуках, ругая себя за опоздание. Церемония и официальная часть судя по всему уже закончились, и гости с молодоженами просто веселились, празднуя свадьбу. Сынмин ожидал меня внутри, хорошо, что я отдала ему пригласительный, попросив упомянуть, что он мой плюс один, чтобы его пустили.              Сама я задержалась по очень важному делу и теперь неслась как сумасшедшая. Сердце бешено колотилось, от бега и волнения. Я хотела поскорее выполнить задуманное и сбежать отсюда. Я пришла сюда точно не праздновать свадьбу госпожи и господина Хван.              — Дамочка, поосторожнее, — услышала я, когда чуть не споткнулась о погнувшийся уголок ковра в холле. Каблук застрял в торчавшем ворсе и я пошатнулась, грозясь остаться без одной туфельки.              — Помог бы, — сказала я, присаживаясь на корточки, чтобы освободиться.              — Лея?!              Я подняла взгляд, сталкиваясь с прищуром темных завораживающих карих глаз. На мгновение я забыла все, вообще все: зачем пришла, что делала, даже что шпилька стала заложницей ковра. Поэтому я встала, так и не высвободив ее. Сделав шаг, я начала падать. Но сильные теплые руки подхватили меня, не давая стукнуться о пол.              Платье задралось и я почувствовала как Хван аккуратно подцепил его край, оттягивая вниз, спасая от конфуза уже во второй раз за минуту.              — Хёнджин.              Я обмякла, не двигаясь и не отрывая взгляд от его лица, поочередно смотря то на губы, то в глаза. Его присутствие так влияло на меня, что я забыла все обиды, все, что должна была сделать этим вечером. Меня тянуло к нему невероятной силой. Тем более ему так шел его черный костюм, что я застыла в его объятиях, закусывая губу от глупости ситуации.              — «Я в ловушке его глаз.» — подумалось мне.              — Сбежим отсюда, принцесса?