«Сайно, скинь нюдсы…»

Система Акаша — необычайно сложное, слабо изученное и трудновоспроизводимое техническое достижение Великой Властительницы Руккхадеваты, — была очень любима студентами Академии Сумеру. Во-первых, через Акашу можно было легко получить доступ к любой из тысяч книг Дома Даэны — всего-то за долю секунды, со всеми переизданиями, без фактических ошибок! Во-вторых, особо рисковые (и богатые) студенты могли использовать капсулы знаний, чтобы закачивать любое количество информации прямо к себе в мозг — настоящее спасение перед сложным экзаменом. В-третьих, даже без капсул знаний в Акаше можно было быстро получить ответ на любой интересующий вопрос, и не опозориться в научной дискуссии. Но четвёртым — по порядку, но не по значимости, — достоинством Акаши для студентов Академии была возможность общаться телепатически. Зажал пальцем кнопочку на терминале, выбрал имя адресата — интересующего тебя носителя другого терминала, — и подсказал ему ответы на тест. Или обругал строгого учителя. Или поделился своими впечатлениями от бюста впереди сидящей одногруппницы. Посылать можно было как текстовые сообщения, так и звуковые воспоминания, так и мыслеобразы — фотографии. В общем, плюсов — миллион. Был, однако, в Спантамаде один студент, у которого Акаша не вызывала такого же бурного восторга, как у его однокашников. Смуглый невысокий парень, уткнувшись в какой-нибудь учебник по элементальной магии, нет-нет да и выпутывал из белоснежных волос слетевший изумрудный наушник, и гасил зеленое лазерное изображение ариземы трехлистной, изогнутой в форме сердечка. Сайно порой носил свой терминал неплотно, как бы до конца не надевая на ухо, потому что постоянный галдеж чужих мысленных голосов неизменно раздражал его к концу очередной пары. Юноша мог бы и не подключаться к общему мыслепотоку (или, как говорят студенты, «к стриму»), но он был старостой группы — вдруг пропустил бы какую-нибудь важную организационную информацию? К тому же, очень многие студенты задавали ему вопросы: вопросы в основном про «домашку», которую задавали две недели назад, или же про то, как оформлять очередную «лабу» (лабораторную работу) по элементальным реакциям. «Стрим». «Лаба». «Препод». «Физа». «Пикча». «Скам». Иначе говоря, сокращения и сленг, которые вплелись в речь студентов так же крепко, как потоки энергии джняны в их мысли. Ведь скорость передачи мысленного импульса требовала и скорости словесного изъяснения, а потому без лингвистических нововведений не обошлось. Не то что бы Сайно был слишком старомодным, или отсталым от жизни «динозавром» (так называли не только вымерших рептилий, но и старых наставников, не желавших признавать Акашу и прочие технические достижения). Скорее, он просто привык к благозвучной академической речи. Сайно нравилось, как его лучший друг Тигнари грамотно объясняет ему физиологию растений (пресловутую «физу», обязательную для студентов Амурты и Спантамада), и как певуче-красиво звучат из его уст латинизмы. Также молодой человек замечал за собой, что ему было по душе подслушивать разговоры студентов Хараватата. Вот, где царила настоящая красота слова. К сожалению, Хараватат и Спантамад располагались в противоположных крылах Академии — лишь на общепотоковые лекции по элементальной магии нет-нет да и заглядывал молчаливый высокий студент в берете с черной эмблемой. Это был аль-Хайтам — общепризнанный гений, которому позволяли учиться параллельно на всех даршанах. Но, как уже говорилось — он был молчалив. Вечно сидел в своих огромных наушниках (от крошечного-то терминала устаешь, а тут!), уткнувшись в книгу и занавесив лицо пепельной челкой. Впрочем, этим они с Сайно были похожи. И если аль-Хайтам все же брался говорить о чем-то, у Сайно это не вызывало нервного сужения вертикальных зрачков. «Пусть живет», — думал будущий генерал махаматра, когда их взгляды вдруг пересекались в тот момент, когда каждый отрывался от своей книги. Сайно — от «Физиологии артерий земли», а аль-Хайтам — от «Философских воззрений на проблемы языка», или от чего-то в этом роде. Нет, данная история развернется не вокруг этих двоих. Хотя, однажды одна студентка из Хараватата, которая положила глаз на аль-Хайтама, эстетически оценила молчаливое, строгое, тихое взаимодействие этих молчунов, и однажды загрузила в Акашу текстовый файл с комментарием «зацените пж фанфик по Сайтамам» («оцените, пожалуйста, вымышленную художественную историю о двух студентах нашей Академии, отношения которых я субъективно признаю потенциально возможными, и выскажите свое мнение»). Главные герои этой истории не смогли по достоинству оценить высокий слог сочинительницы, поскольку Сайно в момент загрузки опуса отдыхал от Акаши, а аль-Хайтам и вовсе не включал свой терминал никогда. Поэтому обошлось без культурного шока. Сайно был ответственным, серьезным и упорным молодым человеком, подававшим большие надежды. Он на постоянной основе дежурил в добровольческом отряде студентов (по сути, это были будущие матры), исполнял в своей группе обязанности старосты и учился едва ли не лучше всех на Спантамаде. Он не был гением, как аль-Хайтам — просто привык упорно трудиться. А еще, как образцовый активист и ревнитель порядка, метил в правоохранительные органы Академии. Никто не ожидал, что такой «правильный», ничем не примечательный с виду мальчик однажды столкнется с весьма скабрезным флиртом от полной своей противоположности. *** Лиза Минчи. Тоже лучшая ученица Спантамада, но отнюдь не упорно трудящаяся. Скорее, интеллектуальный баловень генетики, готовый составить достойную конкуренцию аль-Хайтаму. Расслабленная, с легким отношением к учебе и к жизни, без прикрас абсолютно ленивая девушка с незаурядными способностями к магии. Знания для нее — удовольствие, но отнюдь не культ, как для большинства студентов (да и состоявшихся мудрецов) Академии. Представим, что Лиза — это одна переменная уравнения. Прибавим к этой переменной теплый майский денек в преддверии сессии, когда учиться не хочется совсем, а уж сидеть на скучной лекции вместо прогулки по залитой солнцем улице Сокровищ — тем более. И получим лень в квадрате. Лень, разнеженность, сонливую истому, а оттого и желание приумножить привычную игривость и желание пофлиртовать. *** Травянисто-зеленые глаза юной колдуньи скучающе блуждали по душному амфитеатру аудитории, пока головы в изумрудно-зеленых беретах устало клонились над партами под усыпляющий голос старого преподавателя. Сквозь плотные бархатные занавески, отделявшие юношей и девушек от кипучей уличной жизни Сумеру, пробивались лучи без пяти минут летнего солнца, в которых грустно плавали воздушные пылинки. Мондштадтка не без печали отметила про себя, что она скучает по одуванчикам. Атмосфера располагала не к постиганию радиометрических методов анализа элементальных реакций, а как минимум к крепкому здоровому сну. Подперев одной рукой щеку, Лиза взялась выискивать взглядом кого-нибудь самого скромного из одногруппников, чтобы через Акашу послать ему забавное или бесстыдное сообщение, а потом понаблюдать за реакцией. Благо, выбор предоставлялся широкий — лекция была общепотоковая. Хитрый ее взор довольно скоро остановился на выпирающих из-под изумрудной формы острых лопатках и на белоснежных волосах Сайно, который сутулился над тетрадью и что-то старательно писал. «М-м… будущий матра», — с растущим интересом отметила про себя девушка, — «что ж, посмотрим, насколько он невозмутимый, хи-хи» Тихонько отложив пишущий стержень на сгиб желтого пергамента, обаятельная ведьмочка заправила за ушко прядь слегка вьющихся русых волос, и прижала кончик пальца к кнопочке передатчика. Перед глазами развернулось изумрудно-зеленое поле выбора адресата, видимое только ей. ВЫБРАТЬ АДРЕСАТА: Джамаля Исмайыл-кызы Мадина ♥♥♥ пишите, всем отвечу~~ Сайно Заур Мамед Ибрагим Спантамад-312-подгруппа Шахнозахон ТОЛЬКО ТЕКСТОВЫЕ ПОЖАЛУЙСТА Наведя взгляд на нужное имя, Лиза мысленно скомандовала открыть частное окно с чатом. Затем вызвала контекстное меню, которое предлагало варианты записи сообщений. Девушка выбрала «аудиозапись мыслей» В диалоговом поле с Сайно замигал маленький микрофончик — пошла запись. Лиза, не раздумывая, коротко, ясно, но при этом весьма кокетливым мысленным голоском произнесла: «Сайно, это Лиза. Будь добр, скинь нюдсы…» И быстро отключилась от чата.