Кто готов тебя лю(у)бить

                                                                               И на моих губах сладкие буквы ее имени

Если это сон, прошу, Боже,

не буди меня

Буквы - Guf; NEMIGA

Бурые тучи освободили луну, теперь дорогу до дома освещали яркие блики в лужах от дождя. Холодный ветер задувал под рубашку, вызывая неприятные судороги по всему телу. Уткнувшись носом в сложенные крестом на груди руки, Фукудзава шаг за шагом отдалялся от больницы. От этого дня остался неприятный, переворачивающий все внутри осадок, он не знал, как ему поступить дальше. Просить прощения у Мори не хотелось, тут не за что было извиняться, поэтому погрузившись лишь в свои мысли, Юкичи шел в неизвестном ему направлении. В этом районе он еще никогда не был. Обшарпанные дома, отваливающаяся штукатурка, сплошные дыры на дорогах и ни одного фонаря, который хоть как-то мог обезопасить от падения в ямы. Постоянно спотыкаясь, он продолжал идти. Ему было без разницы куда, хоть на край света, но подальше от больницы. Немного придя в себя, Юкичи поднял голову, чтобы осмотреться. Перед ним красовался безмолвный пустырь, после которого шел густой лес. Кроны и стволы деревьев смыкались в непроходимые заросли. Создавалось такое впечатление, будто единственный, кто мог бы зайти туда - это бушующий ветер. Слева от Фукудзавы, в двух минутах ходьбы, находился круглосуточный ларек. Обычно там ошивались местные пьяницы, но сегодня там было пусто и тихо. Может недавняя гроза смогла спугнуть постояльцев. Парень понял, что идти ему больше некуда, телефон сел, поэтому возможности заказать такси у него не было, местность он эту не знал, из-за чего не смог бы выбраться отсюда самостоятельно. Немного набравшись решимости, Юкичи пошел в сторону ларька. В нем сидела миловидная старушка лет шестидесяти. Подперев лицо ладонями, женщина тихо посапывала в унисон ветру. Она напоминала барашка из-за кудрявых седых волос и маленького курносого носа. Фукудзава слегка постучал в открытое окно и женщина мигом очнулась.       – Ох ты, батюшки. Напугал меня, засранец, чего тебе? – Старушка от неожиданности покачнулась на стуле, поправила волосы и принялась разглядывать Юкичи.       – Простите за то, что потревожил ваш сон, но не могли бы вы помочь вызвать мне такси? Мой телефон сел, к тому же я не знаю, где именно я нахожусь. Прошу вас, помогите, – буквально умаляя женщину, сказал парень.       – Знаю, знаю я таких. Сначала такси, потом телефон отбираете и убегаете. Я не первый год на этой земле, молодой человек, поэтому давай, шуруй отсюда! – Злобно запричитала старушка. Фукудзава насупился. Разве он похож на того, кто так может сделать? Его это задело.       – Да нет же, вы меня не совсем правильно поняли. Я только из больницы, немного заблудился, хотите, я могу купить у вас что-нибудь или оставить денег в залог?       – Слушай, мальчик, я столько пьяниц в своей жизни видела, они похлеще тебя умеют языками трепать, если хочешь что-то купить - покупай. Но такси я вызывать тебе не собираюсь. – Дерзость и прямолинейность старушки начала не на шутку раздражать Юкичи. В общежитие каким-то образом попасть надо было, поэтому он не придумал ничего лучше, чем слегка запугнуть ее. Резким движением вперед, он запрыгнул на подоконник и пролез внутрь через окошко. Женщина начала колотить того руками, крича ему, чтобы он убирался оттуда, но Юкичи не отставал. Глаза Фукудзавы налились красным, зрачок неустанно расширялся, а кулаки то и дело хотели ударить кого-то. Схватив ее телефон с верхней полки, которая располагалась со стороны парня, и положив его в руку старушке, он наклонился к ее уху и прошептал.       – Я по-хорошему сначала попросил, закажите мне такси, пожалуйста. Руки женщины тряслись, когда та нажимала кнопки. Юкичи чувствовал, что он перешагнул черту дозволенного, но усталость, которая окружала его весь день и события прошедшего дня могли вылиться только в нескончаемую агрессию. Ее хотелось выплеснуть куда-то, обычно в такие дни он изнурял себя силовыми тренировками, чтобы хоть как-то снять стресс, но, к сожалению, первым попавшимся человеком оказалась именно бедная старушка. Он не хотел переходить к крайним мерам, мог бы спокойно уйти, поискать помощь в другом месте, но ему и вправду было тяжело совладать со своими эмоциями. Он будто потерял контроль над ситуацией и своим разумом на некоторое время. Женщина тихо спросила адрес Юкичи и заказала тому такси. Фукудзава выскочил через окно обратно на улицу, искренне попросил прощения за свое поведение и поблагодарил старушку, прикупив большое количество сладостей из ларька. Он понимал, что обычная покупка не убавит вину за его проступок, но ничего, кроме как извинений, он больше дать не мог. Через некоторое время подъехала машина черного цвета, стекла были затонированы, поэтому разглядеть водителя не удавалось. Попрощавшись и еще раз извинившись перед старушкой, Юкичи заполз в такси.       – Доброй ночи, – перегородка между сиденьем водителя и пассажира распахнулась. – Общежитие на северной стороне, правильно? На Фукудзаву смотрел взрослый мужчина довольно крупных размеров, лицо было невозможно рассмотреть, единственная отличительная черта, которая выделялась на физиономии этого человека - это большой шрам.       – Да, все верно, – Юкичи аккуратно закрыл дверь и одобрительно кивнул головой. Путь занимал тридцать минут. Тридцать минут полной тишины и переглядок между водителем через стекло заднего вида… В машине не было ни музыки, ни разговоров о жизни, как это происходит обычно. Только гулкий рев мотора, который издавался все сильнее, когда водитель давил на газ по пустым трассам города. В автомобиле пахло довольно приятно, возможно это был какой-то освежитель воздуха или наоборот, духи самого водителя. Кожаный салон неприятно поскрипывал при каждом движении, нарушая тишину.       – Будете? – Рука водителя протянулась к Юкичи, отдавая ему небольшую коробочку с жевательным мармеладом разных цветов. – Это моя жена сама делает, говорит мне, чтобы я съел все, пока работаю, но сами понимаете, такое количество сладкого плохо влияет на здоровье.       – Нет, спасибо большое… У меня аллергия на сладкое, – никакой аллергии, конечно же, не было. Он не хотел расстраивать водителя своим отказом, поэтому пришлось соврать.       – Как пожелаете, – рука вернулась на свое место. После этого они продолжили свой путь снова в тишине. Фукудзаву начали посещать мысли о том, почему он именно так повел себя с той старушкой. Почему так набросился на нее, он никогда так бурно не реагировал на отказы людей, какими бы эти люди не были. Всегда решал все тихо и мирно, а сейчас… Что-то явно в нем переключилось, после встречи с Мори. Что бы с ним случилось, если бы он не припугнул ту старушку… Но сейчас больше всего его волновали мысли об Огае. Почему он стал так дорог ему за эти два дня, почему его лицо кажется таким знакомым и родным. Почему его так влечет к Мори? Юкичи размышлял о том, как бы он смог ответить на вопрос “ что ему нужно” от Огая. Разрушающей волной вопросы перекатывались и сминались в голове, он не мог найти подходящий ответ ни на один из них. Почему Юкичи было больно, когда Мори не посмотрел в его сторону, когда тот уходил? Что его вообще сподвигло ринуться к нему в эту чертову больницу… О чем с ним говорить завтра, если они пересекутся. Неожиданно поток мыслей закончился, когда автомобиль резко затормозил.       – Приехали, – голова водителя снова повернулась назад, – всего доброго. Юкичи охватил страх, лицо, которое смотрело на него оказалось не просто знакомым, а по-настоящему ужасающим. Это был тот самый человек, который гнался за Мори в тот вечер, когда они с Коё шли из бара домой. Фукудзава пытался не показывать страх, он с осторожностью поблагодарил водителя и вышел из авто. Ноги слегка тряслись, а кулаки были крепко зажаты, когда Юкичи подходил к входной двери. Он еще раз обернулся назад, чтобы снова посмотреть на водителя. Оперевшись на дверь, на него смотрели, внимательно разглядывая заходившего в помещение парня.       – Слушай, парень, – сказал человек, закрывая дверь машины и закуривая сигарету, – ты случайно не знаешь такого высокого темноволосого паренька, Огай его зовут. Мне кажется, что я вас видел вместе около университета. Глаза Юкичи заметно забегали, он явно не ожидал такого вопроса.       – Нет, простите, вы, должно быть, ошиблись… А зачем он вам?       – Да так, торчит он нашему боссу кое-что, но тебя это ебать не должно, – сигарета в руках водителя дотлела, – ладно, бывай. Если встретишь такого, то дай знать. На асфальт упала небольшая карточка с инициалами и номером телефона.       – Звони, – человек захлопнул за собой дверь автомобиля и резким поворотом руля выехал с парковки общежития. Фукудзава медленно подошел к бумажке и поднял ее.              “Центральное агентство KD3”       – КD3? Что за хрень?.. – Юкичи еще раз осмотрел бумажку со всех сторон, сложил ее пополам и положил в передний карман штанов, – завтра разберусь. Светловолосый резко перескочил порог и закрыл за собой стеклянную дверь. Водитель не на шутку испугал Фукудзаву. Поднявшись к своей комнате и зайдя в нее, он тихо выдохнул, спустившись по внутренней стороне двери на пол. Уткнувшись головой в колени, Юкичи успокоился. *** Желтый свет от лампы продолжал наполнять комнату. Мори пытался отойти от неожиданной встречи. Сидя на кровати и перебирая все возможные варианты исхода сегодняшней ситуации, он не мог понять, как ему выбраться из этого непонятного круговорота событий, которые происходят вокруг него. Как всегда сбежать? Он уже слишком долго бегает ото всех проблем, пора заканчивать. Остается только разобраться со всем раз и навсегда, но как?..       – Он добрался до дома?.. – Тихо произнес Огай, – стоит ли мне позвонить и узнать? Схватив свой телефон с прикроватной тумбочки, он начал искать номер Фукудзавы.       – Блять, я балбес, – номера, конечно же, не оказалось, – может написать Коё и спросить?.. Нет, плохая идея, все-таки гордость у меня есть. Он отбросил телефон на другой конец кровати и, сложив руки крестом на груди, оперся на спинку. От каждого резкого движения, у Мори неистово болело место ушиба. Было такое ощущение, что если он как-то неправильно мотнет головой не в ту сторону, то содержимое черепушки вывалится наружу. Он нажал кнопку для вызова медсестры и когда та пришла, попросил самое сильное обезболивающее, чтобы уснуть. Сна не было ни в одном глазу, его продолжали терзать мысли о происходящем, ему все больше и больше с каждой секундой хотелось сбежать куда-нибудь далеко от проблем, где его никто не найдет, где будут новые люди, которые никогда его не узнают. Он бы хотел раствориться между людьми в мегаполисе. Но пока что ему оставалось только прятаться за собственной тенью и маской непробиваемого человека. Он устал. Снова хочет забыться, как делал это год, а то и меньше, назад. Ему снова нужны спасающие разноцветные таблетки, чтобы отдохнуть от навалившихся проблем, но Мори пообещал самому себе, что больше никогда к этому не вернется, он обещал Коё, что будет жить с чистым рассудком. И самое важное, он пообещал маме, что будет сильным несмотря ни на что. Его грели эти обещания, они подталкивали Огая к разумным мыслям и действиям, но сейчас… Сейчас ситуация изменилась, она выше его сил и терпения. Ходить по краю очень сложно, один толчок не в ту сторону и ты уже на дне, из которого выбраться почти невозможно, нужно долгими годами приходить в себя и брать свою жизнь в руки снова. Он бы мог попросить о помощи, но Мори потратил слишком много времени на то, чтобы быть в глазах других сильм человеком, который сам справляется со своими проблемами. Он слишком долго прятался за масками, чтобы дать где-то слабину. Работая на двух работах без выходных, Огай забывал о многом, они отвлекали его на какое-то время, но когда тот снова приходил в общежитие и оставался один на один с собой, то воспоминания и мысли захватывали его в большой капкан, из которого выбраться было сложно. Как и сейчас, сидя в полной тишине, в одиночной палате при блеклом желтом освещении, он снова погрузился в пустоту переживаний. К счастью, таблетки подействовали достаточно быстро, поэтому Мори вырубился и проспал до самого часа выписки из больницы.       – Ну и чего ты тут разлегся, давай, подъем. Тебя уже все преподы из универа ищут, – в палату влетела Коё. – Мне медсестру позвать, чтобы тебе адреналина вкололи? Огай неохотно продрал глаза из-за визгов девушки и что-то бормоча себе под нос, перелег на другой бок. Коё схватила угол одеяла и стянула его на пол.       – Подъем, кому говорят, у тебя выписка через десять минут, я тебе оплачивать тут дальнейшее пребывание не собираюсь. Теперь парень окончательно проснулся, прохлада, которая задувала в открытую форточку помогла быстро встать и собраться. Поблагодарив весь медперсонал, который ухаживал за Огаем за этот промежуток времени, они вышли из больницы и заказали такси до общежития.       – Как ты себя чувствуешь, лучше? – Поинтересовалась девушка.       – Ну как тебе сказать… Вчера особо отдохнуть не удалось, кто-то разболтал о моем нахождении в больнице… – Мори косо посмотрел на Коё, – и тот кому разболтали пришел без предупреждения, навел суеты в больнице и вторгся в мое личное пространство! Как думаешь, как я себя чувствую?... Девушка старалась не смотреть в глаза парня, ей было немного стыдно за то, что она разболтала все Фукудзаве, но он сам не оставил ей выбора, потому что накинулся посреди лекции.       – Прости меня, я думала, что все будет нормально…       – Забудь, – Огай отвернулся от Коё и закурил сигарету, – погода сегодня хорошая. А, и почему ты не на парах?       – Сегодня воскресенье, дурень. Ты ударом головой все мозги отбил? И вправду, было воскресенье, почему-то большинство воспоминаний вылетело из головы. Он не мог вспомнить, что он делал неделю назад и когда его следующая смена на работе. Какая последняя лекция в университете была… Мори почти ничего не мог вспомнить, кроме вчерашнего дня. Лица людей ему казались знакомыми, но отдаленными, будто вот-вот и он поймает хотя бы одно воспоминание, которое как-то связано с этим человеком, но попытки были тщетны. Ему не казалось это странным, он уже ощущал что-то подобное, когда напивался до отключки, а на следующий день ничего не помнил. Огай подумал, что возможно, на него сейчас так действует снотворное, которое ему дали, думал, что возможно он еще не отошел от него…       – Мори, ты будешь завтра в универе? Про тебя вчера спрашивали. Появись хотя бы на одной паре завтра, чтобы тебя не отчислили. – Коё перебила поток мыслей, которые заполнили голову. – А… Пары, точно, а во сколько начало? – Точно голову отбил, как обычно, начало в девять. – Понял, спасибо… – Машина такси подъехала ко входу больницы. – Поехали? Спросил парень и открыл дверь авто. Запрыгнув на заднее сидение, они помчались в общежитие. *** Проснувшись на полу возле двери, Фукудзава не чувствовал обе руки. Неприятные, ломящие ощущения по всему телу и продутая поясница из-за холодного воздуха, который просачивался через дверную щель, сильно ударили по общему состоянию Юкичи. События прошлого дня все никак не давали покоя. Лучшим решением, которое сейчас мог принять парень – это принять горячий душ. Так он и сделал. Обжигающая вода смогла разогреть его, поясницу немного отпустило, а отек от валяния на полу спал. Теперь Юкичи чувствовал себя жизнеспособным человеком. Переодевшись в чистую одежду, он совсем забыл про карточку, которую ему дали вчера. Фукудзава приготовил себе сытный завтрак и взяв с собой верхнюю куртку отправился на пробежку. Солнце уже давно взошло, улицы начали разогреваться, поэтому находиться на свежем воздухе было приятно. Юкичи обычно бегал по саду, который располагался на территории общежития. Сад был довольно крупных размеров, большое количество пешеходных дорожек и разных видов растений. Когда на улице становилось совсем жарко, то для таких дней внутри общежития находился бассейн. Пожалуй, Юкичи выбрал самое комфортное место для проживания, хоть цены и были заоблачными, но раз родители согласились за все платить, то почему бы и нет. Единственное, что его смущало, так это отсутствие забора вокруг территории общежития, из-за этого очень часто там происходили какие-то пьяные разборки. Хотя может эти разборки и устраивали сами постояльцы, он особо не вникал в подробности общажной жизни. Вернувшись обратно в комнату после пробежки, Юкичи снова принял душ и сел за домашнее задание для завтрашних лекций. *** Доехав до своего общежития, Мори и Коё разбрелись по своим комнатам. Огай дошел до своей кровати под тяжелым взглядом своего сожителя.       – Где ты был? – Прозвучало с другой стороны комнаты.       – В больнице, я посплю немного, не шуми, – темноволосый улегся на кровать в обуви и закрылся от света одеялом. Сосед только фыркнул и пожал плечами, продолжая заниматься своими делами.       – Ты знал, что завтра зачет по профильному предмету? Ответа не последовало. Из-под тяжелого покрывала выглядывала только бритая макушка с бинтами.       – Боже, – тихо произнес тот, – не мешаю. Комната снова погрузилась в тишину. Было слышно только тихий лязг кнопок клавиатуры и черчение карандаша по бумаге. Дело шло к глубокой ночи, а Мори, проспав часов девять, уже бодрствовал. Его сосед уже давно дрых в куче бумаг и конспектов, поэтому не слышал шагов Огая. Темноволосый добрался до ванной комнаты и закрыл на защелку дверь. Подойдя к зеркалу и облокотившись о раковину, он начал рассматривать свое отражение в зеркале. Посмотрел на кучу из бинтов и ваты на своей голове и аккуратно снял ее. Небрежно сбритый затылок сильно выделялся на фоне густой растительности.       – Агх, блять, надо принять душ, – тихо произнес Огай и легким рывком снял с себя футболку. Он настроил приятную температуру воды и зашел в душ с головой. Рану раздирающе щипало, но смыть с себя пот и остатки заживляющей мази надо было, поэтому, терпя неприятные ощущения, Огай сделал воду еще горячее и сел на пол.       – Черт, только не это… Из-за горячей воды кровь по телу начала циркулировать быстрее, мурашки пробежались поглощающей волной, когда Мори дотронулся до головки подушечками пальцев. Двигая руку все ниже, создавая ритмичные движения, он прикрыл рукой рот, чтобы сосед не услышал стоны. Вода продолжала литься на затылок Огая, сбивающие его болезненные ощущения сливались с удовольствием. Они создавали пугающие, невообразимо сладкие эмоции. Боль уходила каждый раз, когда парень ускорял темп, но стоило ему немного расслабиться, он снова чувствовал неприятное колющее чувство. Воздуха уже не хватало, обжигающий пар от горячей воды бил в нос, Огай хватал остатки кислорода ртом, пытаясь продышаться. Он чувствовал, что совсем близко к разрядке, ноги начала сводить судорога, а в животе появлялись непонятные ощущения, будто что-то неистово чесалось внутри.       – Блять, не могу закончить… – Простонал через зубы парень. Закрыв глаза, он начал перебирать в голове все видео с порнушкой, которые посмотрел, но ничего не помогало. Огай сдавил член немного сильнее, чтобы сосредоточиться. Мурашки снова пробежали по телу, но уже не от удовольствия, а от воспоминания… Странное воспоминание о дождливом дне вдруг взяло вверх над другими, Мори начал чувствовать горячее дыхание около уха и нежную, но крепкую хватку рук вокруг его талии. Ноги снова задрожали, а дыхание замерло, вот он, долгожданный конец. Огай резко открыл глаза, чтобы убедиться, что никого рядом не было. Ощущения, которые он испытал перед тем как кончить очень смутили его. Он не понимал, почему именно в этот момент это воспоминание всплыло у него в голове и было настолько реалистичным. Будто кто-то и вправду сидел рядом с ним и тихо дышал около щеки, загребая в свои объятия.       – Твою мать, – парень встал с пола, еще раз зашел под воду, чтобы ополоснуть себя и быстро вылетел из душа. Прошло два часа с того момента, как Огай вышел из ванной комнаты, но неприятные ощущения продолжали терзать его. Сидя комочком около стены на кровати, он продолжал думать о том, что это было…