1000 причин накуриться

улица встречала приятной атмосферой и свежим воздухом. утренняя прохлада медленно исчезала, уступая привычной жаре. конец сентября ощущался липком, знойным июлем. выходить из подъезда было приятно, особенно когда вместо школы ожидала поездка в торговый центр. нет, денег на всякие глупости по прежнему не было - просто хотелось прогуляться в свой день рождения в ожидании окончания уроков. планы на вечер были по настоящему грандиозные. Камилла неделю выпрашивала деньги у родителей и выведывала, как здесь принято отмечать дни рождения, и вот в заветный день она позвала всех одноклассниц на пиццу после школы. половина согласившихся ушли сразу же после уроков, бросая нелепые «планы поменялись», но несколько всё же потрудились остаться, переходя в соседнее кафе и заказывая странную пиццу - кто то с картошкой, кто то с креветками. извращенцы. первые минут двадцать Камилла честно-честно пыталась с ними разговаривать. принимала участие в разговорах, иногда даже вставляла в свою речь на английском некоторые итальянские слова, которые успела выучить. и правда пыталась понять суть разговора. но с каждой минутой понятного становилось всё меньше, а итальянского языка всё больше. кажется, они обсуждали актёров с нетфликса, не особо беспокоясь о той, кто их собственно собрала. через час именинница окончательно заскучала и ушла на улицу курить. по возвращению она увидела стоящих в дверях одноклассниц, которые бросили что то вроде «спасибо, было очень классно, с днём рождения» и ушли. растаявший торт-мороженое, растекшийся лужей на столе, отлично олицетворял настроение Камиллы. они же не могли просто так взять и уйти через час, да? она вспомнила предыдущий день рождения. тогда рядом были друзья и они до поздна пили, курили, говорили… им было не похуй на неё. собрав торт и выбросив его в мусорку, стоящую у дверей, Камилла вышла и направилась к метро, ожидая от подруги рецензию на очередной гневно-пиздострадальческий стишок в духе «я вас всех ненавижу, идите вы нахуй блять, твари конченые». и правильно. в следующий раз пускай сами свою дрянь с креветками жрут. по дороге домой она думала, что делать с отношениями с одноклассниками. нужно было влиться в коллектив, иначе ожидал пиздец. может, стоило поинтересоваться, что они делают в свободное время? напроситься с ними гулять, слушать еще внимательнее, усерднее учить язык (который никак не получалось понимать на уровне выше привет-у вас не найдется сигареты?-пока) в любом случае, сейчас она была абсолютно одна и абсолютно никому не нужна. странное чувство…будто на грудь наступили ногой и выдавили весь воздух, а вдохнуть обратно не получалось. жгучий вакуум превращал эмоции в физически болезненные ощущения, и душный воздух в вагоне метро ни капли не улучшал ситуацию. казалось, ещё чуть чуть, и на теле появятся стигматы. истерика медленно отступала, не оставляя после себя никаких сил на существование. ноги вяло волочились по острым камням, которые забивались внутрь сквозь дырки в кроссовках и доставляли дополнительный дискомфорт. ну окей, одна. хотя бы дома ждут. может, даже выпить дадут. а с одиночеством, наверное, можно жить. до этого же жила месяц и не жаловалась. переступив порог, Камилла быстро окинула взглядом кухню, которая была вместо коридора (хотелось убить человека, который придумал планировку, при которой с одной стороны от входной двери стоял холодильник, а с другой обеденный стол), и, не обнаружив шариков, хлопушек и торта в лицо, спокойно нагнулась, чтобы снять обувь. – привет. ты почему так рано? «всё таки испортила сюрприз» – они разошлись через полтора часа, я не думала, что они так дни рождения празднуют - на лице выступила гримаса отвращения, но папа её не заметил, так как Камилла всё ещё была наклонена вниз. – ну заходи, отпразднуем нормально. будешь лазанью? расправившись с кроссовками, именинница выпрямилась и отнесла их в шкаф – да, щас только руки помою бабушка (другая, не та, которая хорошая, а эта), внимательно смотрящая по телевизору рекламу каких то немецких журналов с новостями, даже не обернулась на нарастающую возню в комнате. – ты будешь с нами кушать? - папа в недоумении посмотрел на неё – я с вами не разговариваю вместо ожидаемого ощущения загнанного в сердце ножа неприятных слов по телу расплылась приятная волна. самый лучший подарок - один вечер без ненавистной рожи. слава богу. – у твоей внучки день рождения сегодня, а ты её даже не поздравила – ой, а он что, сегодня? прости - последнее слово будто было сказано скорее папе, после чего она повернулась на Камиллу – сколько тебе лет, двенадцать? с днём рождения! «а вот это было обидно.» – пятнадцать, спасибо она обернулась спиной и села за стол. не хотелось больше ничего, только скорее уйти спать и чтобы это закончилось. – я тебе подарок куплю в четверг, можем поехать. что ты хочешь? «чтобы ты перестала прятать от меня печенье» – ботинки. ковыряться в тарелке с натянутой улыбкой получилось не долго. даже сок был на вкус, как разочарование. поэтому она просто ушла спать.