Чёрное сердце, голубые глаза

Авто остановилось недалеко от скопления людей и груды металла. Арсений вылез и, накинув на себя капюшон ветровки, быстро направился к месту аварии. Мигающие огоньки от машин иногда слепили, от чего приходилось щуриться. Вокруг туда-сюда бегали спасатели и ходили представители закона. Дождь так и не прекращался. Мужчина спрятал трясущиеся руки в карманы и уверенно направился к карете скорой помощи, что стояла неподалеку. Арсений обогнул служебную машину и замер на месте с широко открытыми глазами. Из искорёженной иномарки аккуратно вынимали тело девушки.       Это все напоминало ему съемки какого-нибудь сериала, но только не его жизнь. Арсений отказывался верить во всю реальность происходящего. Ника для него — это лучик света. Она была единственной, кто от него еще не отвернулся. Она старалась помочь, старалась вытащить его из всего этого кошмара. Он уже привык к тому, что она всегда рядом. Привык, что в случае чего, ему есть куда идти. Возможно до него еще не дошло, но на подсознательном уровне он знал, что, по сути, Арсений жил ради нее, или даже благодаря ей. Сколько раз девушка забирала у него ножи, петли и пневматическое оружие? Попов уже и не вспомнит. Не то, чтобы он намеренно хотел покончить с жизнью, просто иногда он находился будто в состоянии аффекта, не отдавал отчет своим действиям, мыслям. И в такие минуты он был очень опасен. И для себя, и для окружающих. Он нашел в ней отдушину, и если ее не станет, Арсений перестанет сдерживать себя, перестанет сопротивляться своим мыслям.       Мужчина поджал губы и тут же подлетел к двум медикам, которые укладывали бессознательное тело на носилки. В некоторых местах одежда пропиталась кровью, а пара конечностей находилась в неестественном положении. На лицо он взглянуть не решился. Не смотря на то, что Попов убийца со стажем, ему было жутко. Просто потому что это был не кто-то, кого он поймал на улице и притащил к себе. Это был на данный момент его самый родной и близкий человек.       Арсений чуть поморщился от холодка, что пробежался по коже, и сразу начал расспрашивать обо всем, что уже было известно. Однако, его быстро перехватил один из полицейских, вынуждая отойти в сторону. Мужчина в форме стал задавать какие-то вопросы, на которые Арсений старался ответить очень-очень быстро. Мало того, что он не знал выживет ли Ника после такого, так ему еще и приходиться разговаривать с представителем закона. Попов не мог стоять на месте спокойно, он то и дело переминался с ноги на ногу и сжимал руки в кулаках до белых костяшек. Все-таки подсознательный страх перед полицейским был, но сам мужчина, который наконец перестал расспрашивать Арсения, списал такое взволнованное поведение на аварию, что было вполне логично.       — Так она жива? — сглотнув ком в горле, поинтересовался Арсений и попытался выглянуть из-за полицейского и высмотреть врачей.       — Да, но состояние крайне тяжелое. Вообще, лучше поинтересуйтесь у работников скорой, они должны вам все равно сказать адрес реанимации, куда повезут пострадавшую. — Мужчина отошел от него, сев с машину, чтобы совсем не промокнуть.       Получив адрес от водителя скорой, Арсений ринулся к своей машине. Он ужасно нервничал, переживал. Казалось, вот-вот, и его сердце вырвалось бы из грудной клетки, сломав к чертям все ребра. Трясущиеся руки сильнее вжались в руль, а их обладатель вдавливал педаль газа в пол, покусывав губы. Стрелка на спидометре уже достигла отметки в сто десять километров в час и стремительно двигалась дальше. Как бы и ему с такими скоростями при ливне не повторить судьбу Ники.       Одна рука вцепилась в руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев, а вторая нащупала чудо техники на втором сиденье и быстро тыкнула по нужной иконки номера.              Гудки.              — Черт! Возьми грёбаный телефон! — Он уже сорвался на крик, но глаз с дороги не сводил. Дворники работали в бешеном режиме, смахивая большие дождевые капли с лобового стекла. В скором времени из телефона послышалось тихое и сонное «да?». — Крис, Ника в аварию попала, — голос немного дрожал из-за переполняющего волнения.       — Что?       Девушка услышала грохот, будто Арсений по ту сторону линии выронил телефон из рук, а после — скрип тормозов.       — Адрес больницы сейчас вышлю, — получила она в ответ после недолгого ожидания, а за ним последовали частые гудки.       Рыжеволосая девушка вскочила с кровати, натянула на себя первое, что попалось под руку и выбежала из квартиры. У нее тряслись руки, но Кристина старалась не поддаваться панике. Тонкие пальчики набрали номер такси, девушка продиктовала уже полученный адрес оператору и стала ожидать машину.

║▌│█║▌│█║▌│█│║▌║█│▌

      Арсений залетел в больницу спустя час катаний по городу и поисков этой реанимации. Мало того, что он упустил карету скорой помощи уже на втором светофоре, потому что та пролетела на красный, так он еще и знать не знал, где эта реанимация находилась. Весь на нервах он подбежал к регистратуре. Арсений быстро и, иногда чуть ли не задыхаясь, рассказал, что попасть в палату к Веронике Сорокиной ему жизненно необходимо, но все равно получил отказ, аргументами которого являлось то, что пациентка пока находилась вообще на неотложной операции.       — Да вашу ж мать! — Арсений ударил кулаком по регистрационному столу, чем напугал медсестру, и отошел, заняв место на протертом металлическом кресле.       На входе появилась девушка с растрепанными рыжими волосами ниже плеч, в чёрной блузке и такого же цвета джинсах. В ее темно-зелёных глазах чётко читался страх. Кристина подбежала к мужчине и кинулась ему в объятия.       — Тихо, солнце мое, тихо, — он поглаживал рукой по мокрым от дождя волосам и вздохнул, оставив на ее виске почти что невесомый поцелуй.       Пытался успокоить хрупкую девушку, а самого бы кто успокоил. Правда, в отличие от Кристины, у него присутствовало желание разнести эту шарашкину контору вместе с фундаментом, на котором она стояла. Прошел примерно час, за который Арсению удалось немного успокоить девушку и привести свое состояние в порядок. Почти в порядок. Время от времени его всего пробирало дрожью, и Арсений вздрагивал.       К ним подошел невысокий человек в белом халате и очках, когда Кристина от усталости и выплаканных слез задремала на плече у Арсения. Сколько оба тут уже сидели — никто из них не знал. Не меньше четырех часов — это уж точно.       — Вы к Сорокиной?       Кристина тут же распахнула глаза и вскочила на ноги, нервно поправив волосы и смахнув вновь выступившие слезы с глаз.       — Д-да. Что с ней? Она как? — кое-как выдавила из себя девушка, обняв себя руками и почувствовав, как Арсений приобнял ее за плечи.       Парень в белом халате поправил очки и оценил способность мужчины с девушкой адекватно воспринимать информацию, которую он должен был сообщить.       — Операция прошла успешно. Из серьезных повреждений: перелом верхней и нижней конечности, — Дмитрий вздохнул. — Правая рука и правое бедро повреждено. Несколько рваных ран, на которые наложили швы, и легкое сотрясение. Пока пациентка находится в коме. Мне жаль. Можете навестить ее завтра в приемные часы.       У обоих внутри что-то обрывается и летит вниз с бешеной скоростью, разбиваясь вдребезги.

║▌│█║▌│█║▌│█│║▌║█│▌

      Антон проснулся от того, что в пороге кто-то копошился. Парень приподнялся на руках и оглянулся, а заметив явно разбитого по виду Арсения, который снимал с себя полностью промокшую ветровку, спрятался под одеяло от греха подальше, притворившись спящим. Убийца, на удивление, прошел мимо своей жертвы, скрывшись в ванной комнате. Парень выдохнул с облегчением, но не успел он устроиться поудобнее, как из ванны послышался грохот. Антона подкинуло, и он неуверенно приподнялся на диванчике, начиная сверлить двери из темного дерева глазами.