К чёрту звёзды

Ты беззаботного ребёнка рука, а я крапива И пусть льётся слёз невинных река, зато красиво Багровеют поцелуев следы под плач мотивы Распускаются ожогов цветы © Северный ветер — Green Apelsin На лужайке у ворот Хогвартса собралась разномастная толпа учащихся, почти на каждом вместо привычной форменной мантии сегодня была повседневная одежда, что могло означать лишь одно: выходные. Из стайки пёстрых и громких, словно птахи, студентов выделялся лишь один: стоящий поодаль худой пятикурсник с длинными чёрными волосами. В отличие от остальных, он почему-то не потрудился сменить обычную школьную форму на более неформальный наряд, даже несмотря на свободный от учёбы день, а потому был одет в великоватую, явно не новую мантию с гербом Слизерина на груди. Его ещё по-юношески тонкие и длинные пальцы сжимали листок бумаги, на котором аккуратным убористым почерком был составлен какой-то список, с которым он сверялся, сосредоточенно склонившись над своими записями так, что пряди его волос почти полностью заслоняли бледное лицо, оставляя видимым лишь кончик длинного носа. Вдруг у самых ворот послышалось громкое рычание мотора, столь чуждое магическому миру. Многие ученики, происходившие из исключительно магических семей, не на шутку перепугались, когда здоровенный мотоцикл опустился с небес и приземлился прямо перед школьными воротами. А вот одиноко стоящий парень даже бровью не повёл в ответ на это представление, ведь его отец был магглом, и он прекрасно знал, что такое мотоциклы. Впрочем, вскоре гомон и суета вокруг стали настолько невыносимыми, что и дальше спокойно сверяться со списком необходимых ингредиентов стало попросту невозможно. Отвлёкшись, он вскинул голову и устремил взгляд своих необычных чёрных глаз в сторону ворот, недовольно нахмурившись от того, что кому-то взбрело в голову притащить к школе это рокочущее, исторгающее выхлопные газы металлическое чудовище. Северус не любил магглов и их технику. Всё маггловское, включая его собственного отца, казалось юноше безвкусным, уродливым и грубым. Лишь в магии он видел настоящую красоту. По крайней мере так он думал ровно до тех пор, пока не подошёл к воротам вслед за другими студентами. Ему стало любопытно посмотреть на того, кто стал причиной всего этого бедлама, устроенного прямо перед первым в этом году походом в Хогсмид. Поспешно спрятав список в висящую на плече сумку, Снейп поднял голову и замер, внезапно поражённый увиденным в самое сердце. Восседающий на мотоцикле нарушитель спокойствия оказался никем иным, как Сириусом Блэком, прибывшим на учёбу спустя целую неделю после начала занятий. По-хорошему, увидев его, Северусу следовало бы испытать ужасное разочарование, так как совсем недавно на праздничном ужине в честь первого сентября он страшно радовался тому, что не заметил Блэка за гриффиндорским столом. Он даже успел понадеяться, что проклятого подпевалу Джеймса Поттера наконец-то отчислили и теперь у него станет хотя бы одной проблемой меньше. Но чего Снейп никак не ожидал, так это того, что Сириус так сильно возмужает за летние каникулы. Откровенно говоря, гриффиндорец и раньше имел весьма выигрышную внешность, но ещё в прошлом году он выглядел совершенным мальчишкой, а сам Снейп не испытывал к своему школьному недругу совершенно никакого интереса, стараясь вообще лишний раз не смотреть в сторону Мародёров, чтобы не провоцировать их. Теперь же… то ли Северус внезапно утратил страх и осторожность к восемнадцати годам, то ли Блэк действительно так сильно повзрослел за считанные месяцы, раздавшись в плечах и окрепнув под благодатными лучами летнего солнца, но взгляд чёрных глаз оказался надёжно прикован к нему. Лицо Сириуса утратило детскую припухлость, посуровело, а ещё он отрастил копну вьющихся тёмных волос, которые теперь собирал в эффектный конский хвост. Затянутый в потёртые джинсы и кожаную куртку с металлическими клёпками, сидящий верхом на огромном рокочущем мотоцикле, Блэк выглядел, как настоящая рок-звезда. Северус невольно залюбовался им, сам не понимая, от чего вдруг оказался не в состоянии оторвать взгляда от того, кто задирал его с самого первого дня в Хогвартсе. А Сириус, словно почувствовав на себе его взгляд, вдруг бросил красоваться перед облепившими его девчонками и посмотрел прямо на Снейпа. — Что рот открыл, Нюниус? — белозубо осклабившись, обратился к нему Блэк, укладываясь грудью и локтями на руль своего мотоцикла. Низ его белой футболки, которая торчала из-под короткой кожанки, слегка задрался от этого движения, и Северус на мгновение забыл, как дышать, когда заметил оголившийся участок тронутой лёгким загаром кожи на его животе. Отовсюду раздавались смешки, но слизеринец их словно не слышал, он смотрел только на Блэка, в его лучащееся озорством лицо. — Что, завидуешь? — продолжал Сириус, похлопывая мотоцикл по баку, — Небось, впервые видишь такого красавца. Тут Снейп наконец очнулся от наваждения и привычно нахмурился, слегка поджав губы и подняв руку, чтобы убрать прядь тяжёлых чёрных волос за ухо. Блэк же от чего-то очень внимательно проследил взглядом за этим его жестом. — Вообще-то я много раз видел такие мотоциклы, видел и получше. Если тебе интересно, Блэк, то это Бонневиль Т120. Но ты, наверное, и сам знаешь его модель, если интересуешься мотоциклами, верно? — невозмутимо отозвался Северус, после чего обошёл столпившихся студентов и Сириуса с его мотоциклом и направился по дороге в Хогсмид. Ему необходимо было успеть попасть в магазин с ингредиентами для зелий пораньше, а потому он решил не дожидаться остальных, тем более, что своё разрешение на посещение деревушки он передал профессору Слизнорту ещё за завтраком. Проходя мимо Блэка, Снейп краем глаза заметил, как тот приоткрыл рот и проводил его удивлённым взглядом. Бестолковое выражение его лица заставило губы Северуса дрогнуть, а отойдя подальше, он и вовсе заулыбался, не в силах сдержать нахлынувшие на него эмоции.

***

Уже начинало смеркаться, когда Снейп наконец-то вернулся из Хогсмида. Времени до отбоя оставалось ещё предостаточно, а вот ужин он, увы, пропустил. Но перспектива лечь спать на голодный желудок не слишком огорчала слизеринца, ведь эта жертва в его глазах выглядела более чем оправданной. Сегодня он задержался в деревне ради того, чтобы помочь с сортировкой ингредиентов владелице зельеварческой лавки миссис Пиппин. Работа была монотонной и скучной, ведь Северус мог бы справиться и с куда более сложными заданиями в том, что касалось зелий, однако взамен ему разрешили бесплатно набрать себе пусть не слишком ценных, но часто используемых ингредиентов, чему юноша был несказанно рад. Денег, которые ему дала с собой в школу мать, всё равно было удручающе мало, а потому Снейп использовал любую возможность для того, чтобы сэкономить. Ещё одним плюсом столь позднего возвращения из Хогсмида было то, что по пути ему практически не попадалось других студентов. Идти по пустынной, присыпанной опадающими листьями дороге к Хогвартсу было приятно. Кругом царила тишина, высокие окна замка отражали багрянец заката и буквально горели в полумраке, словно многочисленные глаза притаившегося чёрного зверя, вцепившегося когтями в скалы под собой и ощетинившегося многочисленными башенками. Приблизившись к воротам, ведущим на территорию школы, Северус на мгновение остановился и задрал голову, чтобы в очередной раз полюбоваться этим захватывающим дух зрелищем. Иногда ему казалось, что он просто не сможет заставить себя покинуть это место после того, как закончит обучение и получит свой диплом. Потом, правда, вспоминались бесконечные издевательства Поттера и его компании, и едва начавший зарождаться тёплый сгусток света в груди стремительно тускнел… но никогда не гас окончательно. Снейп любил Хогвартс, любил, как воплощение всего волшебного в его жизни, а потому даже Мародёры не могли полностью отбить у него искреннее желание возвращаться в школу снова и снова. — А я уж думал, что ты настолько осмелел, что решил зависнуть в Хогсмиде до самого утра, наплевав на комендантский час, — раздался где-то совсем рядом знакомый насмешливый голос. Лицо Северуса тут же утратило расслабленное, слегка мечтательное выражение. Подобравшись и уронив на землю тяжёлую сумку, он резко развернулся в ту сторону, откуда доносился голос, и молниеносно вскинул палочку. Слизеринец ожидал, что его немедленно атакуют, однако в ответ густая тень возле каменной ограды Хогвартса лишь сипловато рассмеялась и отсалютовала ему огоньком тлеющего кончика сигареты. Ещё мгновение спустя от неё отделился человеческий силуэт, который вышел под свет фонаря и оказался Сириусом Блэком. — Тихо-тихо, Снейп, я не хочу неприятностей, видишь? — проговорил гриффиндорец, поднимая руки вверх в примирительном жесте и показывая оппоненту, что в его пальцах нет палочки, лишь дымящаяся сигарета. — Какого дьявола тебе нужно, Блэк? — мрачно спросил Северус, стараясь, чтобы его голос звучал твёрдо и не дрожал. Однако его взгляд всё равно затравленно шарил по сторонам, словно выискивая притаившихся в засаде Мародёров. — Эй, Снейп, расслабься. Я пришёл с миром. Можешь не искать остальных, я здесь один. Сказав это, Сириус медленно опустил руки, подошёл воротам и прислонился спиной к одному из каменных столбов, украшенных статуями крылатых вепрей. — Я вообще не собирался тебя беспокоить, просто курил вон там у ограды, — он указал рукой с зажатой в пальцах сигаретой в сторону тёмного угла между каменной стеной и раскидистой старой елью, откуда так внезапно показался минутой ранее, — но ты уже несколько минут просто стоишь здесь и пялишься на замок, так что мне показалось невежливым просто молча наблюдать за тобой, вот и вышел поздороваться, — добавил он, одарив Снейпа обаятельной ухмылкой. Слизеринец в ответ лишь иронично выгнул бровь и хмыкнул, всем своим видом показывая то, насколько он верит в «вежливость» Сириуса. — Надо же, спустя столько лет Сириус Блэк всё-таки вспомнил о хороших манерах? Я бы удивился столь поразительным переменам, но что-то слабо верится, — протянул Северус, но палочку всё-таки опустил, логично рассудив, что нарываться на драку в отсутствие веских причин было себе дороже. Кроме того, Блэк и вправду ни разу не нападал на него в одиночку, инициатором и зачинщиком травли всегда становился Поттер. Если подумать, то они вообще впервые разговаривали с Сириусом один на один… ситуация была настолько непривычной, что Снейп даже слегка растерялся, не зная, как воспринимать поведение одного из Мародёров и как реагировать на его улыбки и ужимки. — Что поделать, я полон сюрпризов, — беззаботно отозвался на его шпильку Блэк, пожав плечами. Северус ещё пару секунд напряжённо смотрел в его сторону, словно ожидая, что парень всё же решит броситься на него, стоит лишь ему отвернуться, однако Сириус, казалось, совершенно потерял к нему интерес и теперь молча смотрел куда-то вверх. Решив не искушать судьбу, Снейп мрачно сунул палочку обратно во внутренний карман мантии и наклонился за своей сумкой, собираясь поскорее убраться подальше от курящего гриффиндорца и вернуться в замок. — Присоединишься? — внезапно окликнул его Блэк. Едва взявшийся за лямку сумки слизеринец поднял взгляд на его голос и уставился на протянутую ему сигарету. Сириус Блэк предлагал ему покурить вместе с ним? Это что, шутка какая-то? Или очередная западня? Сириус не сдержал смешка, глядя на суровое, настороженное выражение лица своего школьного недруга. Впрочем, недругом-то Снейпа решил сделать Джеймс, а не он. Была ли это ревность из-за того, что тот дружил с Эванс ещё до поступления в Хогвартс или Сохатому просто не понравился длинноносый тощий мальчишка-слизеринец, Бродяга толком не знал, да и не задумывался раньше. Снейп был врагом Джеймса, а значит и его врагом, но… он ведь не предаст их дружбу лишь тем, что разочек поболтает с Нюниусом и угостит того сигаретой? К тому же потом можно будет повеселить остальных живописным рассказом о том, как нелепо Снейп давился дымом и кашлял до слёз. Наверняка ведь этот зубрила совершенно не умел курить. Сириус уже было решил, что слизеринец струсит и сбежит, предварительно вновь послав его ко всем чертям, однако Снейп снова удивил его. Выпрямившись и откинув волосы с лица, тот вдруг с вызовом вскинул подбородок и сделал пару уверенных шагов к гриффиндорцу. — Присоединюсь, — отозвался Северус с таким видом, словно Блэк брал его на слабо, — только если дашь новую сигарету. Не собираюсь обсасывать то, что успело побывать у тебя во рту. Сказав это, Снейп окинул протянутую ему наполовину скуренную сигарету брезгливым взглядом и выжидающе скрестил руки на груди. Сириус довольно осклабился, с трудом удержавшись от того, чтобы ответить какой-нибудь сальной шуточкой про «обсасывание», и ловко выудил из кармана кожанки начатую пачку маггловских сигарет. — Прошу, Ваше капризное Величество, — шутливо раскланялся он, протягивая пачку Снейпу. Тот едва заметно усмехнулся, пользуясь тем, что Сириус не мог видеть его лица, и не без удовольствия окинул взглядом склонившегося перед ним гриффиндорца. Разумеется, Северус понимал, что это были лишь обычные мародёрские кривляния, но всё же… всё же. — Высочество, — поправил его Снейп, благосклонно кивнув и выудив из предложенной пачки сигарету. Сириус не понял, почему слизеринец поправил его с обращением, и даже свёл красивые тёмные брови в мучительной работе мысли, но затем мотнул головой, решив, что это лишь очередная причуда и без того странного Нюниуса. Не успел Блэк предложить огоньку, как Северус сбросил с плеча сумку, пристроив её на траве неподалёку, прислонился к ограде рядом с ним и, зажав сигарету губами, привычным жестом прикурил от кончика своей волшебной палочки. Гриффиндорец словно зачарованный наблюдал за тем, как Снейп с наслаждением делает первую затяжку и выпускает дым, слегка приоткрыв рот. От этого зрелища почему-то перехватило дыхание… он раньше и не замечал какие у Северуса губы: чётко очерченные, узкие, но красиво изогнутые, с чуть приподнятыми уголками. Этот рот был словно создан для того, чтобы исторгать из себя язвительные замечания и кривиться от иронии или недовольства. И эта глубокая морщинка на лбу между бровями… несмотря на то, что они оба ещё совсем недавно были мальчишками, Снейп уже успел обзавестись этой примечательной особенностью. Из-за этой морщины он всегда казался слегка угрюмым. — Так ты, оказывается, умеешь курить! — Сириус присвистнул. — Да ещё и маггловские сигареты. Ай-ай, что бы сказал профессор Слизнорт… — хохотнул он, стараясь скрыть свои истинные эмоции за более привычным поддразниванием и клоунадой. — Что он и не ожидал ничего иного от нищего полукровки из Коукворта, — фыркнул слизеринец, опустив взгляд на тлеющую сигарету в своей руке. Взгляд его был странным, нечитаемым, но Блэку от чего-то показалось, что в этот момент его собеседник был погружён в какие-то свои, не слишком радостные мысли. Оранжевый огонёк сигареты отражался в глазах Снейпа, от чего начинало казаться, будто где-то в глубине этих холодных чёрных провалов тлеют, выбрасывая снопы искр, самые настоящие угли. — Ну, а что же ты, Блэк, — внезапно прервал молчание Северус, вновь затянувшись и взглянув на парня, — мальчик из богатой чистокровной семьи и вдруг маггловские игрушки вроде этих шмоток, мотоцикла и сигарет… ещё и в школу заявился на неделю позже положенного. У тебя что, запоздалая фаза подросткового бунта, что ли? Слова Снейпа больно кольнули самолюбие, и Сириус тут же мысленно дал себе пощёчину за то, что стоял и как дурак рассматривал какие-то там огоньки в глазах этого язвительного и вечно мрачного паршивца. — А ты не оборзел, Нюнчик? Давно по сопливому носу не получал? — с угрозой в голосе поинтересовался Блэк, затушив окурок о стену и щелчком пальцев отправив его в полёт под ближайшую ель. Его красивые светло-серые глаза нехорошо сузились, но слизеринца его перформанс, похоже, не впечатлил. — О, а ты привык к восторженным вздохам и пустым похвалам в свой адрес? Прости, но я не разговариваю на «идиотском», — с издёвкой протянул Северус, а затем добавил уже серьёзнее: — Я лишь пытался поддержать разговор, Блэк, вероятно, напрасно. И да, по правде сказать, я не получал по носу целую неделю с тех пор, как вернулся в Хогвартс. Очевидно, нападать втроём на одного для вашей компашки чересчур рискованно. Но я уверен, что теперь, когда ты наконец соизволил вернуться в школу и вас опять четверо, Поттер снова осмелеет и всё вернётся на круги своя. Ядовито хмыкнув, слизеринец затушил и убрал окурок в карман, а затем резко оттолкнулся от каменной ограды и сделал шаг в сторону своей сумки. — Спасибо за сигарету. — Стой, — внезапно сказал Сириус, схватив Снейпа за руку чуть выше локтя и развернув к себе. Северус тут же весь напрягся, словно натянутая струна. Хотел было вывернуться из крепкой хватки и достать из кармана палочку, но выражение лица и взгляд гриффиндорца остановили его. За совершенно очевидным раздражением он внезапно для самого себя различил грусть и тревогу, и сразу понял, что неосознанно наступил Блэку на больную мозоль. Впрочем, жалеть своего школьного задиру Снейп настроен не был, а потому после краткой заминки ощерился и прошипел: — Лучше пусти меня, Блэк, не то я… — Слушай, извини, Снейп, ладно? Я не собирался вот прям сейчас с тобой собачиться, честно. Я… я вообще-то и правда просто хотел поболтать, — пробормотал Сириус, хмурясь и неловко потирая шею свободной рукой. Снейп от его слов так и замер прямо там, где стоял. Он уже не пытался высвободить руку и лишь ошарашено пялился на Блэка несмотря даже на то, что пальцы этого дурня почти наверняка оставили приличных размеров синяк на его плече. Но подобные мелочи сейчас не имели для слизеринца ровно никакого значения. Сириус Блэк — лучший друг Джеймса-мать-его-Поттера — только что взял и… извинился перед ним? Северус даже моргнул пару раз, стараясь понять, не послышалось ли ему. — Может, скурим ещё по одной? — предложил Сириус примирительным тоном и вопросительно вскинул брови, от чего его взгляд, устремлённый на Снейпа, сразу стал каким-то щенячьим. Северус несколько секунд собирался с мыслями прежде, чем ответить. И что сегодня за день такой странный? Обычно такой острый на язык, он уже во второй раз оказывался лишён дара речи и всё из-за чего? Из-за смазливой рожи Блэка, которому внезапно вздумалось сделать его своим собеседником. Подозревая, что у них снова не выйдет мирного разговора, Снейп всё же молча кивнул, чувствуя себя так, будто соглашался на какую-то сомнительную авантюру, о которой позже пожалеет. — Ну вот и славно, — удовлетворённо улыбнулся Сириус, отпуская слизеринца и выуживая из пачки ещё две сигареты. Спустя минуту они вновь курили, только на этот раз сидя рядом друг с другом на выступе каменной колонны массивных ворот. Блэк то и дело запрокидывал голову и устремлял взгляд куда-то вверх, а Снейп молча поглядывал на его лицо в те моменты, когда гриффиндорец не смотрел в его сторону. Плечо ныло после того, как его так грубо схватили, но Северус нарочно терпел и не поднимал руку, чтобы потереть синяк ладонью, не хотел показывать слабость перед одним из Мародёров. — Куда ты всё время смотришь, Блэк? — наконец спросил слизеринец, нарушая тишину и стряхивая пепел им под ноги. — На звёзды, — просто ответил Сириус, криво улыбнувшись и не отрывая взгляда от уже полностью тёмного небосвода. — Ты знал, что в семье Блэков принято называть детей в честь звёзд? — вдруг спросил гриффиндорец, переведя взгляд на сидящего рядом Снейпа, который теперь тоже всматривался в ночное небо, словно что-то выискивал среди россыпи по-осеннему ярких созвездий. — Да, знаешь, не трудно догадаться, учитывая то, что тебя зовут Сириус, а твоего младшего брата — Регулус, — хмыкнул слизеринец, а затем поднял руку и ткнул пальцем в сторону яркой звезды, расположившейся чуть в стороне от пояса Ориона, — А вот и ты, верно? Ох, Блэк, я бы удивился такому самолюбованию с твоей стороны, но уж слишком это на тебя похоже. Конечно, до Поттера в этом плане тебе ещё далеко, но… — Да вовсе я не занимался самолюбованием! Просто думал… — Осторожнее, так и перенапрячься можно с непривычки. — Снейп! Северус не выдержал и улыбнулся, издав низкий короткий смешок. Заметив это, Сириус моментально расслабился и тоже улыбнулся, весело фыркнув. Они сделали ещё по затяжке в наступившей тишине, а Снейпу внезапно показалось, что Блэк хотел что-то сказать, но никак не знал с чего начать. Его можно было понять, в конце концов раньше они никогда вот так просто не болтали, да ещё и один на один. Кругом всегда было слишком много чужих глаз и ушей… и Поттера. — У тебя… какие-то проблемы дома? — осторожно поинтересовался Снейп, догадавшись, что внезапная вспышка агрессии, вызванная его словами про семью Блэка, не была случайной. — Нет у меня больше никакого дома, Нюниус… — выдохнул Сириус вместе с дымом, вновь нахмурившись и, словно в обиде, отвернувшись от сияющих в небе звёзд, — моя дражайшая матушка выжгла меня с семейного гобелена этим летом. Северус на мгновение замер, скосив взгляд на гриффиндорца, и поджал губы. Он так и знал, что произошло что-то весьма неприятное. Что сказать, чутьё. Будучи сыном Тобиаса Снейпа, он не понаслышке знал, что такое проблемы в семье, о которых не хотелось лишний раз вспоминать и, тем более, упоминать о них в разговоре с кем-либо. Однако это понимание породило скорее больше вопросов, нежели ответов в его голове. Почему Блэк решил поделиться этим именно с ним? Разве у него не было толпы поклонников на разных факультетах, да ещё и трех верных друзей до кучи? И если с фанатами Сириуса всё было более-менее понятно: те, очевидно, попросту не были достаточно близки для таких откровений, то почему не поговорить о терзающих душу вещах с кем-то из Мародёров? Помолчав немного, Снейп затушил догоревшую до фильтра сигарету и скрестил руки на груди, зябко поёжившись от осенней прохлады. — Я так понимаю, что вернуться домой ты теперь не можешь? — спросил он и, дождавшись утвердительного кивка от Сириуса, задал ещё один интересующий его вопрос: — И где же, в таком случае, ты провёл это лето? — Родители Джеймса разрешили мне пожить у них до конца обучения в Хоге, — отозвался Блэк, и по его тону сразу стало очевидно, что этот факт радовал его совсем не так сильно, как можно было предположить, глядя на их с Поттером дружбу со стороны. Что ж, по крайней мере теперь Северусу стало предельно ясно от чего гриффиндорец не захотел обсуждать свои тревоги с лучшим другом. Джеймс был тем ещё заносчивым ублюдком, чересчур избалованным собственными престарелыми родителями. Видимо, Блэк боялся, что если он не проявит достаточно радости по поводу своего вынужденного переезда, Поттер сочтёт это личным оскорблением. Снейп не без удивления в очередной раз осознал, что прекрасно понимает Сириуса. Как бы не было ему самому туго в доме Тобиаса, но ни он, ни его мать ни разу не просили кого-то из знакомых приютить их, тем более на столь продолжительное время. Должно быть гордость Блэка сильно страдала из-за такой вынужденной зависимости от хорошего расположения четы Поттеров. — Сочувствую. Не могу представить что-то ужаснее, чем жить под одной крышей с Поттером, да ещё и быть у него в долгу, — вздохнул Северус, пожав плечами. — Нет-нет, Джеймс отличный друг и у нас с ним много общих интересов, кроме того с ним супер-весело! Но просто… ты не понимаешь, — тут же начал оправдываться Сириус, но слизеринец упреждающе вскинул руку открытой ладонью к нему и медленно моргнул, покачав головой. — Я понимаю, поверь. Они снова замолчали. Сириус вопросительно и слегка недоверчиво смотрел на Снейпа, а тот опустил взгляд вниз и нахмурился, крепче обхватив себя руками. Сам не зная почему, слизеринец хотел как-то помочь Блэку, утешить того, показать ему, что он не одинок в своих проблемах, но открываться в ответ было слишком страшно и рискованно. Что если его доброта потом выйдет ему боком? Что если то личное, чем он собирался поделиться с гриффиндорцем, станет известно остальным Мародёрам? Поттер получит новую пищу для обидных прозвищ, очередной повод для нового витка травли… да что уж там, они его тогда и вовсе со свету сживут. — Ты умеешь хранить секреты, Блэк? — наконец спросил Северус, подняв серьёзный, даже слегка суровый взгляд на парня. Тот непонимающе моргнул и заинтересованно вытянул шею, чуть наклонив голову вбок. Ну точь-в-точь любопытный щенок. — Конечно, а почему ты спрашиваешь, Нюниус? — Во-первых, будь добр не называть меня так хотя бы пока мы общаемся один на один, — поморщился Снейп, — тебе ведь сейчас нет нужды выслуживаться перед Поттером, верно? Здесь нет никого, кроме нас двоих. А во-вторых, давай договоримся, что всё сказанное здесь и сейчас останется строго между нами, хорошо? Сириус хотел было снова взбрыкнуть, Снейп даже в полумраке заметил, как гневно раздулись его ноздри, но любопытство, очевидно, было сильнее, а потому парень заставил себя успокоиться и со вздохом опустил свои красивые широкие плечи, согласно кивнув. — Хорошо, торжественно клянусь, что не стану болтать о том, что здесь обсуждалось. — Слово гриффиндорца? — не удержался от язвительной ухмылки Северус. — Слово гриффиндорца! — с совершенно серьёзным выражением лица отозвался Блэк, чем заставил Снейпа удивлённо вскинуть бровь. — Что ж… я лишь хотел сказать, что ты не одинок в том, что касается хреновой семьи. И пусть ты мой враг, но я не могу испытывать злорадство по поводу твоей ситуации с родными. Вероятно потому, что моя семья также далека от идеала… и я прекрасно понимаю, что значит с нетерпением ждать конца каникул, чтобы получить возможность снова сбежать из дома сюда, в Хогвартс. Видишь ли, когда ты спросил меня насколько давно я не получал по носу, то я, признаться, даже слегка задумался. Ты ведь имел ввиду те разы, когда мой нос оказывался разбитым тобой или Поттером? Не в упрёк вам будет сказано, но даже ваша бесконечная травля не идёт ни в какое сравнение с теми чёртовыми месяцами, которые я вынужден проводить дома. В пересчёте на сломанные носы получается, что в Хоге мне ломали нос ну… раза три за все годы обучения, а вот дома — три раза за лето, — Северус невесело усмехнулся и развёл руками, — ну да это ничего, ведь я давно научился варить заживляющее зелье и пользоваться заклинанием Эпискей. Свет фонаря над воротами едва добивал до них, но даже в его неверном свете Снейп не мог не заметить, как Сириус внезапно стушевался от его слов, а после и вовсе залился внезапным румянцем. Слизеринец не хотел думать о том, что за эмоции вызвали у парня такую реакцию, и наделся лишь на то, что это не была постыдная жалость. — В общем, — решил подытожить этот душевный эксгибиционизм Снейп, — даже если сейчас ты оказался в неприятном и зависимом положении, тебе следует помнить о том, что всё это не будет длиться вечно. Ты закончишь Хогвартс, поступишь в какую-нибудь академию авроров при Министерстве, где тебе назначат стипендию на время обучения и поселят в общежитие вместе с такими же весёлыми и отбитыми на голову ребятами, как ты сам. Ты станешь взрослым, будешь сам себе хозяин и больше не придётся ни терпеть издевательства дома, ни искать благосклонности родителей Поттера, чтобы выжить и не оказаться на улице. Ну, чем не план, Блэк? А когда станешь самым молодым и привлекательным главным аврором в истории, сможешь вдоволь посмеяться над своей сумасбродной матушкой, которая по неосмотрительности выжгла с гобелена твой портрет и обрекла себя на унылую одинокую старость. Сириус слушал его, то и дело недоверчиво фыркая и качая головой, но когда Снейп принялся так красочно описывать его «блистательное будущее», заодно приятно пройдясь и по Вальбурге Блэк, он изумлённо округлил глаза и внезапно от души расхохотался, вспугнув целую стайку птиц, устроившихся на ночлег в кроне ближайшего дерева. — Ох, Снейп! Ну и картину ты нарисовал, залюбуешься! — всё ещё посмеиваясь отозвался Сириус, держась за живот и бросая весёлые взгляды на невозмутимого слизеринца. Внезапно выражение серых глаз неуловимо изменилось, от чего-то став ужасно озорным. Выпрямившись, он приблизился к настороженно вжавшемуся в ограду Северусу вплотную, а затем навис над ним, опершись локтем о каменную кладку возле его головы. Сердце слизеринца пропустило удар и ухнуло куда-то вниз, когда он увидел над собой красивое лицо Блэка и такую обаятельную, совершенно мальчишескую улыбку. Рука Снейпа сама-собой потянулась к внутреннему карману мантии за палочкой, но Сириус перехватил его узкую длиннопалую ладонь на полпути. — Значит, ты считаешь меня привлекательным? — нагло поинтересовался Блэк, сверху вниз глядя на втянувшего голову в плечи слизеринца, который очень напоминал в этот момент трогательно нахохлившегося грачонка, — Вот уж не думал, что я в твоём вкусе, Нюнчик. — Не называй меня так! — тут же огрызнулся смущённый, застигнутый врасплох Северус. Зря, ох зря он сболтнул про привлекательность… и кто его за язык тянул? Словно та мысль, которая вертелась у него в голове с самого утра, наконец-то вырвалась на волю, стоило лишь немного ослабить бдительность. — Как будто сам не в курсе того, как ты выглядишь. Или тебе мало той горы валентинок, которыми каждый год оказывается усыпано твоё место за гриффиндорским столом? — мрачно добавил Снейп, но похоже, что его выпад оказался полностью проигнорирован. Улыбка Блэка стала лишь шире. — О, не беспокойся, Снейп… всё, что было сказано здесь и сейчас останется в тайне. Я ведь пообещал, помнишь? Слово гриффиндорца, — проговорил Сириус, понизив голос до почти заговорщического шёпота и склонившись ещё ниже. Похоже, что бессовестному Блэку доставляло удовольствие наблюдать неловкость и смущение на бледном лице своей жертвы. Сердце Северуса колотилось, как сумасшедшее, и он лишь надеялся, что гриффиндорец не ощущает его бешенный пульс под своими пальцами, которые так крепко и сладко сейчас сжимали его руку. Молчание затягивалось, а воздух между ними, казалось, внезапно стал ужасно заряженным, почти искрящимся. Снейп чувствовал, что ещё немного и он сделает какую-нибудь глупость. Он собирался было что-то сказать, а взгляд Блэка тут же опустился на его рот, следя за тем, как разомкнулись в нерешительности тонкие губы слизеринца… — Бродяга! Эй, Бродяга! — раздался знакомый голос где-то совсем неподалёку. Сириус тут же отшатнулся от Снейпа с такой резвостью, словно обжёгся, а мгновением позже у ворот показался Люпин. Заметив, что его друг не один, парень перевёл слегка встревоженный взгляд с Блэка на Северуса и обратно. Слизеринцу прекрасно знаком был этот взгляд… Люпин вечно вот так смотрел, стоя в сторонке, пока его друзья издевались над ним и другими неугодными. К чести Люпина, он никогда сам активно не участвовал в организованной Джеймсом травле, но вместе с тем такое молчаливое потакание делало его в глазах Снейпа чертовски жалким. — Всё в порядке?.. Сириус, тебе давно следовало вернуться в замок. Профессор МакГонагалл скоро придёт в общежития с проверкой, — проговорил Ремус, отвлекшись от созерцания притихшего Снейпа. — Да я уже собирался идти, просто решил Нюнчика немного попугать, — с деланным безразличием отозвался Блэк, сунув руки в карманы своей куртки и кивнув в сторону слизеринца. Вся магия и странное напряжение последних минут мигом испарились, стоило Северусу услышать его полные пренебрежения слова. До боли сжав челюсти, он поспешно подобрал свою сумку и обогнул Мародёров, быстрым шагом направившись к замку. Что ж, раз уж они с Блэком договорились держать их разговор в тайне, то, возможно, будет даже лучше, если при своих друзьях он продолжит вести себя с ним так, словно ничего не было. Снейп понимал, что это логично, но от чего-то душу всё равно грызла непонятная обида.