Поженимся?

Утро. Пчëлкин курит у окна уже не первую сигарету. С окна задувает снег, белые пятнашки, быстро тают в тëплой комнате. На улице темно, ну а что, спрашивается, хотели, декабрь месяц, всëтаки. — Пчëл... Ты как? — со скрипом поднявшись с кровати, Кос оказывается, за спиной Вити. — Не знаю... Плохо. — Родной... — Космос за плечи его обнимает, целует ушки, обещает не бросать. — Я... Я... Я люблю тебя Холодный воздух продолжал пробираться из форточки, раздражать жутко продолжал. Кухня потихоньку заполняется табачным,  вперемешку с ледяным, запахом зимы. Утро сулит что-то хорошее, приятное, наверное то, что они живых - это и есть хорошее. Скоро нужно явиться в офис, но дорога туда кажется страшной, плохой. Когда они начинали, конечно знали, знали о риске, о преградах, о том что всë не так гладко, как хотелось бы. Но вот то что их буквально поставят "на колени", об этом и задумываться было некогда. — Родной, ты сказал что-нибудь Саше? — встряхивая Пчëлкины волосы, Космос параллельно закрыл форточку. — Что я сказал? — О нас, ты что-то говорил? — с долей иронии говорит Кос. — нет… — Витя ожидал продолжения, он и словом не обмолвился, и что от него хочет Холмогоров, совершенно не ясно. — Ладно, оставь… — коротко бросил Кос уходя вглубь комнат.

***

Машина размеренно катится по той дороге, которой они возвращались вчера вечером. Снег падает хлопьями и моментально тает на лобовом стекле. Город проснулся, люди бегут по проспектам, едут в переполненных трамваях, троллейбусах. Территория офиса застелена плотной белой пеленой. Оставляя большую петлю колëс Космос наконец-то паркуется.

***

Мужчины проходят по тëмному коридору. Каждый шаг, сопровождается едва заметным эхом. Деревянный паркет, точно повторял форму туфель, что исчезали едва появляясь. — Доброе утро, Космос Юрьевич. — Из-за угла послышалось цоканье каблуков. Люда всегда ходила на работу «при параде». Огромные каблуки, лëгкое покачивание бëдер, обтянутых тонкой тканью юбки, которому, казалось, она где-то училась. Не навязчивые взгляды, и частый контакт, то принося поднос с кофе заденет руку Космоса, то "нечаянно" упадëт ему в руки в дверях. Это не могло не раздражать Витю, он терпеть не мог подобного рода выходки, не раз закатывал скандалы дома. Но в чëм виноват Холмогоров? Не он же к ней липнет. — Здравствуйте, Виктор Павлович. — к Пчëлкину, же она испытывала, какие-то мерзкие ощущения, то ли от того случая в офисе Артура, то ли она чувствовала, что он завязан в любовных отношениях с мужчиной, но то, что это может быть Космос, даже в голову прийти не могло. «Как он умел казаться новым, Шутя невинность изумлять, Пугать отчаяньем готовым, Приятной лестью забавлять, Ловить минуту умиленья, Невинных лет предубежденья Умом и страстью побеждать, Невольной ласки ожидать, Молить и требовать признанья, Подслушать сердца первый звук, Преследовать любовь, и вдруг Добиться тайного свиданья... И после ей наедине Давать уроки в тишине!» Витя всегда ей казался, каким-то смазливым, он не был похож на бабника, многие люди верили в то что он, просто, коллекционирует девушек как трофеи, в то, что ему нравится постоянная смена обстановки. Он танцевал, и чуть ли не целовался в засос, на людях, с каждой, кто вешалась ему на шею. Девушки любили Пчëлкина, голубые глаза, копна светлых густых волос, чувство стиля, дорогие шмотки, да, Пчëла спускал кучу бабок на брендовое шмотьë. Им нравились его сильные руки, как крепко они сжимали талию, в танце, каждой новой партнëрши. Во многом казалось, что он лучше, любых зарубежных актёров, чьи плакаты висели почти в каждой девчачий комнате. Он нравился девушкам от девятнадцати до двадцати пяти, ну, а что говорить о подростках, узнав о существовании порно-касет, -дисков, а того хуже насмотревшись их, каждая мечтала, не просто оказаться у него в постели, а именно так как актрисы в этих фильмах, и каждая верила в сказку, что после этой ночи, он заберëт еë и они будут жить долго и счастливо. Но когда-то, Витя верил в подобную сказку, что когда-нибудь он будет лежать в одной постели с Космосом, и сможет назвать его "любимым", а в ответ получит лишь тихое мой" и поцелуй. Она сбылась. — Александр Николаевич, там Космос Юрьевич и Виктор Павлович. — Люда, необязательно мне докладывать о переходе моих друзей. Сделай нам кофе, займись наконец делом. — Поняла. — обиженно она вышла из кабинета. — Парни, у меня хорошие новости... — закурил Саша. — я наладил поставки... — Не хило. Обещал, сделал. — Витька отъискал где-то в серванте коньяк. — Ну, а у вас есть, для меня хорошие новости. — ухмылялся он. — Какие? — Космос понимал о чём говорит Белов, но он отказывался в это верить. Сашка отобрал у Пчëлы бутылку, пить с горла неприлично. Он вытащил стаканы, разливая горячительную смесь, Саша делал вид, что ничего такого, но в комнате повисла неловкая пауза. Мужчина подвинул вперëд два бокала. Забирая третий, он вернулся в кресло, — Свадьбу когда играем? Пчëлкин подавился, содержимым бокала. А Кос, что Кос, тот даже не пил. — Какую свадьбу? Ты о чëм? Кос, о чëм он? — Витя метался из угла в угол. — Да, я бы сам был не против знать. Опять по своему сделал? — Космос повысил голос, стены тонкие, значит их было неплохо слышно. — Не отри. Сядь. — приказал Саша. — И прекратите держать меня за идиота. По вам видно, как бы вы не скрывали. Конспираторы хреновы. — он мигом опустошил содержимое стакана. — Саш.... Не злись, я понимаю тебе может быть противно от нас, но мы же... Саша? — Виля пытался как-то оправдаться, что-то сказать. Он прервался, заметят Белова протирающего лицо руками, он явно был разочарован. — Саш, э ты чего? — Кос сел на край стола рядом. — Чë я не так сделал? Вот что? Почему, вы решили что я бы не понял, почему? Ребят. — Саш, ну это же, как-то не нормально. — Пчëла сел на пол, кладя голову на колени к другу. — Прекрати. Пчëл, Кос мы же братья. — перебирая светлые волосы, бормотал Сашка.