Гнилые яблоки.

Темнота. Запах перегоревшей лампочки. И невыносимая вонь. Воняют опустошённые бутылки из под алкоголя. Вся квартира, или маленькая комната, потомучто назвать это квартирой можно было с натяжкой, стоит в страшном бардаке. На большее денег нет. В углу на небольшой койке, забившись в который, сидел подогнав под себя коленки маленький Антон. Если бы он умел хорошо считать, наверное смог определить сколько дней в запое уже находится его мать. Один единственный свитер, изъеденный молью, грел плохо. Поэтому маленькое тело била крупная дрожь. На его босых ногах не было ни носков, не штанов, кроме давно изношенных трусов. А желудок так измотался, что даже перестал урчать. Это чувство. Такое необъяснимое в словах и неописуемое в тексте. Сначала кажится, что тебе перекрыли дыхательные пути. Словно сбросили с самого высокого этажа. Растоптали. А низкий потолок приближается, силясь расплющить. Дышишь часто часто. Хватаешь изо-всех сил ртом воздух. Но он словно ускользает через щели меж зубов. А потом пустота. Становится всё равно. И когда кто-то зовёт тебя по имени и просит о чём-то, срываешься. Хочешь убить его. Кричишь что есть мочи. Ненавидешь в этот миг всё живое и неживое. И себя в том числе. Жить совершенно не хочется. Антон часто слышал разговоры соседей за спиной, когда спускался по ступенькам в школу; — Бедный мальчик. — И за что ему мать такая? — А вы его не жалейте! Яблоко от яблони недалеко падает. Ещё неизвестно, кто из него вырастет. — Да ну их! Давайте о хорошем! — Я вот квартиру купила.. Антон становился печальным, когда слышал как их обсуждают соседи. Но позже он познает злость, когда поймёт, что конкретно означали те слова. Из глаз беззвучно лились слёзы. Антон тихо шмыгал носом, утирая те рукавом, который до ниток пропитался вонью помещения. Спрятав лицо в коленках, он пообещал самому себе и всему миру; — Я никогда не стану как мама! *** — Ну вот как умудрилась? Вопросил я, дивясь "везению" пациентки. Сегодня ко мне на приём снова записалась Дарья. Предчувствуя что-то нехорошее, у меня заболела нога. Не с того не с сего! И когда увидел её лодыжку, то понял вероисповедание некоторых примет. — Мне на ногу утюг упал, — объяснилась та — Одежду когда гладила. Я оторвал взгляд от воспалённого ушиба и перевёл его на лицо школьницы; — Утюг? Ты что, с больной ногой домашними делами занималась? Нет! Какая умница: вместо того чтобы отдыхать, раззадоривала травмированную ногу! Ей же выдали больничный лист на две недели! — Ну дела сами себя не сделают, — ответила девушка, пожав плечами. — Кто это так сказал? Ты? — Мама. Ну и мама! — Она что, не любит тебя? Как можно осторожнее задал вопрос, чувствуя, что лезу не в своё дело. Действительно: чего это я со школьниками попусту болтаю вместо работы?! — Говорит что да, — безразлично отвечает Даша, отводя взгляд в сторону. Затем возвращает его обратно к моему лицу, когда сажусь рядом, приступая к диагностике. На какое-то короткое мгновение поднимаю на неё глаза: утренние лучи плавно ложатся ей на лицо, освещая очертания скул и форму губ. Искорки танцуют в её глазах, переливаясь мириадами оттенков. — Какой же он без маски? Испытываю лёгкое замешательство. Оттого, что слышал её голос. Ведь она не открывала рта! — Вы так аккуратно всё делаете, — говорит Даша, вымученно улыбаясь — Мне совершенно не больно. Ага. Не больно ей. Как же! Заканчивая осмотр, записываю результат в медицинскую карту пациентки. Блин, теперь уже не всё так радужно: кожа лодыжки потемнела, а сам сустав распух сильнее. Придётся отправить на рентген и возможно обратиться к хирургу... Я буквально слышу, как она сглатывает. — Не бойся, — спешу успокоить — Пока ничего не ясно. Но уверен - дело поправимо. Только больше не влипай в истории. Улыбаюсь за собственной маской. Она словно видит и улыбается в ответ. — Можешь снять её? Вдруг произносит Даша, наклонив голову в бок. Кого? Маску? Девушка кивает. В то время как сам испытываю сильное смятение. — Не могу, — даю строгий ответ, перелистывая страницу — Микробы и инфекция летают всюду. А я - врач. И должен постоянно носить её, чтобы не заразиться самому и других. Даша пристально смотрит на меня какое-то время. Потом отводит взгляд за окно. Я-же, отчего то нервничаю. Потом неожиданно для себя самого выпаливаю; — Можешь дать номер своего телефона? Чтобы всегда был мой контакт, если вдруг что. Конечно я не специалист высшего уровня, но базовые знания имеются. *** После рентгена мне выявили серьёзный перелом. Антон Павлович оперировал меня не один. Подробностей конечно не помню, ведь мне ввели наркоз, так как необходимо было разрезать кожный покров. Теперь у меня на том месте имелся ушитый шрам. После операции меня на пару дней положили в больницу. Моя палата распологалась на втором этаже в том же здании. На удивление я чувствовала себя не так плохо в этих стенах. Потомучто на протяжении этих двух дней ко мне заходил Антон Павлович, осведомиться о самочувствии. Когда он находился рядом, то я ощущала спокойствие и комфорт. Мы были словно родственные души. С ним я могла поболтать о проблемах в школе. Хоть он и давал избитые советы, но в отличии от других, был искренен. К сожалению он по прежнему носил маску. Но я уверена, что за ней скрывается красивое лицо. *** — Ой! В палату чуть ли не вбежала статная женщина средних лет: её аккуратное каре слегка растрепалось при спешке, она была в пальто, которое судя по всему забыла сдать в гардероб. И опустив взгляд ниже, немного обомлел: на длинных стройных ногах красовались сапоги с высокими шпильками. И как она только ногу не свернула, когда её дочка получила травму в кроссовках? — Чего не дано - того не дано, — снова услышал я непроизносимый голос Даши. Я стоял возле её кровати, засунув руки в карманы рабочих брюк. Когда она сказала эти слова, то опять-таки не открыла своего рта. Лишь кинула немой взгляд в мою сторону. Мне вот интересно: я схожу с ума, или действительно читаю её мысли? — Вот как смогла сорвалась с работы! Начала взволнованно тараторить женщина., — Как она? Всё хорошо прошло? — Вполне, — ответил ей с натяжкой, вглядываясь в родственницу. На вид среднестатическая женщина. Ведёт себя соответствующе. И выглядит прилично. Ну, по крайней мере это мои личные рассуждения. Не знаю, может опытный психолог смог бы выявить что-то сверх такое. Обменявшись с Алёной Андреевной ещё парой слов, покинул палату, направившись за приставленным к Даше врачом.