Ценная находка

      Спустя три месяца       Остров Хайман. Австралия.       Хайман по праву считался самым шикарным из островов Австралии. Утопающий в зелени и ярких красках, он манил молодожёнов всего мира, желающих получить незабываемые эмоции в один из самых важных дней своей жизни, и был очень популярен в качестве выбора места для бракосочетания. Райские птицы, завораживающая природа, обитатели морских глубин, белые коралловые рифы и песчаные пляжи — всё это поражало воображение даже самых искушённых гостей.       На вершине горы, с которой открывались удивительные виды, находилась небольшая церковь «Stella Maris Chapel». Именно там и проходила самая необычная свадебная церемония из тех, которые помнил преподобный Моррисон.       Он возглавлял местную церковь без малого пятнадцать лет. Медийные личности, кинозвёзды, дети политиков — кого он только не соединял в священном союзе на долгие годы. Он искренне переживал за каждую пару и печалился, если впоследствии в прессе появлялось упоминание о разводах тех, кого он сочетал браком.       Сколько же помпезных, ярких и грандиозных свадеб ему удалось повидать. Но на сегодняшней церемонии, помимо самих молодых, присутствовали только родители невесты. Привыкший к обилию знаменитостей и роскошным празднествам с огромным количеством приглашённых преподобный был явно удивлён подобному раскладу. Однако весьма эффектный зеленоглазый жених и красавица-невеста с пышными кудрявыми волосами не выглядели ни капли опечаленными скромностью своей свадебной церемонии.       Молодожёны просто светились от счастья. Их клятвы явно не писались свадебными распорядителями, не отдавали приторностью и искусственностью. Они были произнесены от чистого сердца, простыми, понятными словами, но звучали настолько проникновенно и искренне, что преподобный Моррисон с трудом удержался, чтобы не смахнуть непрошеную слезу.       Он, повидавший немало влюблённых на своём веку, чувствовал какую-то особую магию, окутывающую пару этих простых, вовсе не знаменитых людей — по крайней мере, они показались ему именно таковыми. Да и их фамилий он никогда раньше не слышал и не встречал в прессе.       Однако преподобный был уверен, что именно этот союз будет действительно вечным, будто бы он был скреплён ещё до него, на небесах, кем-то, кто был явно выше его по званию. Эти молодые люди не просто любили друг друга, их связывало что-то гораздо более глубокое.       Когда счастливый жених наконец поцеловал невесту, скрепляя брак, преподобный умиротворённо вздохнул, искренне радуясь за влюблённых. Моррисон не сомневался, что из всех молодых пар именно эти двое навсегда останутся в его памяти, ведь от них буквально веяло настоящим волшебством.

***

      Гарри и Гермиона провели целую неделю на острове Хайман, наслаждаясь пением райских птиц, шумом прибоя и, конечно же, друг другом. Следующей точкой их так называемого свадебного путешествия стала Англия. Там они устроили вечеринку для старых друзей и даже посетили Хогвартс, где прекрасно провели время в компании Минервы МакГонагалл и Хагрида. Последний принял решение уйти с преподавательской должности и собирался в очередное путешествие на своём корабле.       — Я к вам в Австралию загляну как-нибудь, — подмигивал он своими маленькими хитрыми глазками. — В Запретном лесу как раз не хватает шестилапых кенгуру.       Гермиона рассмеялась, а Гарри лишь закатил глаза. Хагрид был неисправим. Хотя сейчас контрабандные дела школьного лесничего Гарри вовсе не интересовали. Он, к величайшему сожалению Кингсли, не ожидавшего подобного расклада, так и не вернулся тогда из своего бессрочного отпуска. Таким образом британский Аврорат лишился одного из самых талантливых сотрудников.

***

       2005 год. Канберра. Австралия. Волшебный квартал.       Осень в этом году выдалась непривычно дождливой. Тучи плотно покрывали небо, вдалеке слышались раскаты грома, а дождь потихоньку накрапывал, скатываясь каплями по стёклам. Такая погода напоминала Гарри о Британии, и он, лениво откинувшись в своём кожаном офисном кресле, устремил взгляд в окно. Скучал ли он по туманному Альбиону? Разве что совсем немного и крайне редко. Жизнь закружила его на новом континенте стремительно и резко. Он был слишком занят, чтобы предаваться скуке. Да и непозволительно счастлив.       У Гарри никогда не было дома — такого, где его ждали и любили. Родственники, у которых он вырос, терпеть его не могли. Крестный погиб раньше, чем они с Гарри успели действительно сблизиться, а родителей он вообще не помнил. Британия всегда слишком многого хотела от него и слишком мало давала взамен.       Решение покинуть родину далось ему легче, чем он ожидал. Иногда, чтобы окончательно избавиться от демонов прошлого, нужно исчезнуть оттуда, где о них всё напоминало. Он оставил в Англии часть себя — ту неопытную, искалеченную войной, измученную ночными кошмарами, страхами одиночества и полностью запутавшуюся. Бесстрашный аврор снаружи и маленький напуганный мальчик внутри. Одному Мерлину известно как столь несочетаемые стороны могли соединяться в одной натуре.       Австралия… Здесь герой магической Британии перевернул свою жизнь на сто восемьдесят градусов. Он обрёл покой, нашёл любовь, усмирил собственных демонов и, наконец, перестал винить себя за то, что сделал недостаточно.       Гарри решил, что раз Гермиона всегда следовала за ним, бросаясь в омут с головой, рискуя жизнью, отказываясь от семьи, то теперь пришла его очередь возвращать долг. Он мог бы уговорить подругу, а ныне уже любимую жену, вернуться в Англию. Кингсли принял бы их двоих с распростёртыми объятиями, но Гарри даже не стал пытаться.       Она слишком много отдала ему в своё время и заслужила жить той упорядоченной жизнью, которую создавала все эти годы. Рядом с родителями. Грейнджеры обосновались в Австралии и не стремились к переменам или новым переездам. Гарри же не хотел становиться тем типом, который свалился как снег на голову и снова украл у них дочь. После всего пережитого они явно заслужили возможность видеть её чаще, чем пару раз в год.       Гарри не знал, чем будет заниматься на новом континенте. Рассматривал вариант перевода в австралийский Аврорат, даже переговорил с мистером Сандерсом, который с радостью готов был принять его на работу. Однако в последний момент Гарри передумал.       Некоторые мосты требовали сожжения. Как-то ночью Гермиона проснулась от собственного крика вся в слезах, чем невероятно его напугала. Она долго плакала на его плече, а потом сообщила, что до сих пор иногда видит сны, где он ранен или мёртв. Где его захватывают в плен Пожиратели или на него нападает Нагайна, где Хагрид выносит его бездыханное тело из Запретного леса. Она пережила и преодолела все свои страхи, кроме одного — смерти Гарри.       Аврорат — место, где его жизни всегда будет что-то угрожать. И как бы Гермиона ни храбрилась, ни убеждала себя, что не имеет права решать за Гарри и вмешиваться в выбор его профессии, у неё по лицу читалось, как она ненавидит всё это.       И Гарри решился. Идея открыть собственное детективное агентство родилась внезапно. Гарри не сильно нуждался в деньгах и просто раздумывал, чем бы себя занять. Навыков для подобной деятельности у него было предостаточно. Финансов для покупки помещения и открытия собственного офиса прямо в центре магического квартала Канберры — тоже. Тем более, после продажи лишнего имущества в Англии.       Вначале приходилось заниматься сущей ерундой, типа выслеживания неверных жён или мужей, однако со временем он приобретал всё большую известность и в практике стали появляться интересные дела. Даже местное Министерство пару раз обращалось к нему по поводу поиска некоторых артефактов и выявления фактов коррупции. Не всегда всё доверяли внутренним службам и сотрудникам.       Первое время они с Гермионой проживали в её маленькой квартирке в центре Канберры. Для наслаждения друг другом после длительной разлуки им и не требовались королевские дворцы. Кухня, где они иногда вместе готовили, но чаще заказывали доставку еды. Уютная гостиная, где Гермиона любила работать вечерами, а Гарри больше всего любил ей мешать и отвлекать поцелуями. Ну и любимое место в доме — спальня, из которой они иногда не выходили сутками.       Спустя полгода на соседней улице с Грейнджерами выставили на продажу небольшой, но удивительно уютный коттедж, окружённый зеленой изгородью и аккуратными фонариками. Родители Гермионы случайно сообщили эту новость за семейным обедом на выходных, и решение было принято незамедлительно.       Дом действительно был идеальным. Несколько спален, которые в случае необходимости можно будет переоборудовать в детские, кабинет, светлая кухня с огромными окнами и гостиная с настоящим камином — что было в Австралии редкостью. А уж от сада и Гарри, вполне равнодушный к цветам после тётки Петуньи, пришёл в восторг. Зона барбекю, маленькая беседка и даже аккуратный искусственный прудик…       Так Поттеры стали обладателями нового семейного гнёздышка. Зарегистрировали дом в Министерстве в качестве волшебного жилища, сделали небольшой ремонт и поселились за городом. Благо, трансгрессия позволяла легко добираться куда угодно без временных задержек.       Выгоднее всех в текущей ситуации пристроился Живоглот. Он, будучи на свободном выгуле, теперь имел два места, где его холили, лелеяли и кормили бесконечное число раз на зависть всем соседским котам. Тем более, этот лохматый двуногий, которого выбрала хозяйка, нравился Живоглоту гораздо больше прежнего — любителя мерзких крыс. Живоглот до сих пор вспоминал Рона с отвращением и искренне считал, что тот просто позорит всех рыжих существ. Лучше бы белобрысым уродился, как тот дистрофичный слизняк из хогвартсовских подземелий.       Раскат грома вывел Гарри из задумчивости. Вечерело. Сегодня он порядком задержался на работе. Он убрал документы в ящик стола и уже собирался было встать, как снаружи офиса раздался хлопок трансгрессии — такой его натренированный слух ни с чем не мог спутать. Кого это принесло к нему, ведь рабочий день давно закончен?       Гарри быстро схватился за палочку и сверлил взглядом медленно открывающуюся дверь.       — Гермиона? — удивился он, видя, как жена входит в помещение, стуча ярко-красными туфельками на тонком каблуке. Иссиня-чёрное платье облегало точёную фигуру подобно перчатке, и Гарри понял, что она уже побывала дома и переоделась. — Я забыл какую-то памятную дату?       Гарри силился вспомнить, что же сегодня за день, но ничего не получалось. Дни рождения и годовщины он выучил, тогда в честь чего Гермиона такая нарядная?       — Привет, — улыбнулась она, подошла совсем близко и, наклонившись, поцеловала его. — Хотела пригласить тебя на ужин. — Я заказала столик у Келли.       Гарри, наблюдая, как она присаживается на край его стола, напрягся ещё больше. Он определённо что-то упустил. Да как так-то?       — У тебя вид, будто ты увидел воскресшего Волан-де-Морта, — усмехнулась Гермиона, взяв его руку в свою.       — Ты в миллион раз красивее, — Гарри поместил их сцепленные пальцы на её бедро и принялся аккуратно поглаживать его через тонкую ткань вечернего платья. — Всё-таки, что за повод?       — Ну… — Гермиона хитро закусила нижнюю губу. — Отметим начало ремонта.       — Да мы же недавно закончили его! Гермиона, я начинаю волноваться. Что происходит? Если я что-то забыл…       Она приложила палец свободной руки к его губам, останавливая словесный поток. И снова улыбнулась.       — Ничего ты не забыл, Гарри. Просто… — она вдруг встала и сексуально повертелась перед ним, демонстрируя шикарные изгибы, — скоро я вряд ли влезу в подобное платье. И одну из комнат всё-таки придётся переделать в детскую.       — Что?! — его мысли не успевали за словами.       — Да… Я беременна. Так что совсем скоро превращусь в толстую, ворчливую женщину, которая будет посылать тебя за звёздами с неба посреди ночи. И будет макать маринованные огурцы в шоколадную пасту, — рассмеялась она, наблюдая, как вытягивается в удивлении его лицо.       — Ух! Мерлин, это прекрасно! — наконец-то пришедший в себя Гарри вскочил на ноги и крепко обнял её. — О звёздах, солёных огурцах и шоколаде можешь не волноваться — достанем. Но… но как? Ты же принимала зелье?       Он чуть отстранился и заглянул в её глаза, хитро улыбаясь и в тайне радуясь, что зелье дало сбой. Им и вдвоём с Гермионой было невообразимо хорошо, но малыш… Они, определённо, были готовы к этому.       — Сама ума не приложу, как так вышло, — пожала она плечами. — Я только сегодня поняла, что у меня задержка. Купила обычный маггловский тест, а когда он показал две полоски, мигом рванула в клинику. Анализы не обнаружили в моей крови никаких зелий, хотя я точно его принимала. Более того, варила сама, так что в качестве уверена.       — Ты целый день решала такую интересную загадку и даже не прислала Патронуса?       — Мне хотелось сказать лично, чтобы увидеть твоё лицо. Это незабываемо, мистер Поттер.       Гарри счастливо рассмеялся, а потом поцеловал её.

***

      Июнь 2006. Канберра. Австралия.       Мэтти Поттер появился на свет рано утром, о чём шумно оповестил целый этаж магического госпиталя.       Услышав крик, сидевший в коридоре Гарри тут же вскочил на ноги, но ему в локоть мёртвой хваткой вцепился Хагрид. Школьный лесничий действительно приплыл в Австралию за шестилапыми кенгуру и заодно навестил своих старых друзей. Гарри с Гермионой с радостью пригласили его к себе. Они весело болтали о школьных временах, распивая чай, но тут у Гермионы начались схватки. Таким образом вечерние посиделки переросли в бессонную ночь в больнице, где Гарри, похоже, оставил нервов ещё больше, чем его беременная супруга.       — Да погодь ты, куда летишь-то? — бурчал Хагрид. — Не мешай колдомедикам дело своё делать… Авось не первый раз роды принимают.       — Но Гермиона…       — Да чё Гермиона? Всё будет хорошо с твоей Гермионой… Подумаешь, одного волшебника родить… Это ж тебе не шишуга какая-нибудь… вот та шестерых-восьмерых щенят за раз понести может… и ничего…       — Хагрид! Мы говорим о моей жене, а не какой-то там…       — Т-ш-ш, — полувеликан приложил палец к губам, видя, что на них уже обращают внимание снующий туда-сюда медперсонал. — Дык мы не шибко-то отличаемся от зверушек, разве что… — видя каким взглядом наградил его Гарри, лесничий замялся. — Ох, и зря я это сказал… Ой, зря…       К счастью для Хагрида, именно в этот момент из палаты Гермионы вышла медсестра в лимонной мантии и приветливо улыбнулась.       — Мистер Поттер?       — Да, это я!       — Поздравляю, у вас сын. Можете войти и поздороваться. Только не кричите.       — Ну вот же ж… — махнул ему вослед Хагрид. — Привет Гермионе передавай. Я вам это… в следующий раз подарочек привезу… для малыша. И чур я крёстным буду! — Гарри мотнул головой на автомате и поспешил за колдоведьмой.       Хагрид достал из кармана рубахи носовой платок. Слёзы счастья лились у него по лицу. Нужно было возвращаться на корабль, в порту лучше не светиться слишком долго, но он обязательно приплывёт сюда снова — крестника надо будет почаще навещать. Лесник смачно высморкался и направился к лестницам.

***

      Декабрь 2007. Канберра. Австралия.       Гермиона заподозрила неладное, когда к Рождеству обнаружила, что снова беременна. Мэтти исполнилось всего полтора года, и она, откровенно говоря, не собиралась обзаводиться вторым малышом так скоро. Гермиона тщательно следила за приёмом специального зелья и собиралась в ближайшее время вернуться к работе, но очередной сюрприз сбил все её планы.       Она решительно ничего не понимала. Все, как один, колдомедики утверждали, что впервые сталкиваются с тем, чтобы принимаемое Гермионой зелье давало сбой. Да ещё и дважды.       Гарри же выглядел бессовестно счастливым и уже вовсю мечтал о зеленоглазой дочурке. Даже имя выбрал заранее — Шерри, что в одном из толкований означало «любимая». Называть детей в честь кого-то Гарри с Гермионой не захотели. Новая жизнь, новая судьба, новое имя — пусть пришедшая в этот мир новая душа напишет свою историю с чистого листа.       Шерри родилась в августе и действительно оказалась папиной радостью — зеленоглазая и черноволосая, дико неусидчивая, в чём сильно отличалась от спокойного Мэтти. Единственное, что радовало Гермиону, что летние во всём мире месяцы в Австралии являлись зимними, и не было такой нестерпимой жары. Роды было переносить легче. Да и Гарри во второй раз нервничал уже гораздо меньше.       Когда Шерри исполнилось полгода, их снова навестил Хагрид, который привёз крестнику обещанный подарок — котёнка волшебного оцелота и жмыра. Они с Арабеллой действительно вывели новую породу и неплохо зарабатывали на этом. Животинка оказалась весьма смышлёной и необычайно красивой.       — Ох, и умные твари получилися, — хвалился Хагрид, пока довольный Мэтти почёсывал котёнка за ушком, — ложь за версту чуют. А красивые-то какие… У меня там девчонки в Хогвартсе в очереди за ними стоят… Ну я Арабелле сразу сказал, делай чо хош, но самого лучшего мне давай — крестнику отвезу. Мы его Барни назвали. Он самый сильный из помёта вышел.       Утратив интерес к котёнку, Мэтти тряхнул каштановыми кудрями и забрался к Хагриду на колени, требуя поиграть с ним.       — Надеюсь, он не вырастет величиной с медведя, — ухмыльнулся Гарри, кивнув в сторону нового лохматого члена семьи, оккупировавшего диван в гостиной.       — Не боись, — успокоил Хагрид. — Как Живоглот ваш будет, ну мож чуть поболе…       — Глотик, — повторил Мэтти, — гулять…       В его больших карих глазах читался неподдельный интерес. Любопытный малыш был весь в маму.       — Да, милый, — кивнула Гермиона. — Глотик гуляет. Вечером пойдём к бабушке с дедушкой и навестим его.       — И Хагид подёт? — поинтересовался Мэтти, обнимая великана за бороду.       — Конечно, и Хагрид пойдёт с нами, — подмигнула Гермиона, разливая чай по чашкам.

***

      Если бы не одна случайность, быть бы миссис Поттер снова беременной, но разгадка сбоев зелья упала ей в руки совершенно неожиданно. Уложив детей на обеденный сон, Гермиона решила навести порядок. Парой взмахов палочки она отчистила кухню, отворила окна, чтобы запустить в дом свежий воздух и поднялась в спальню. Сменила постельное бельё, отправила в стирку некоторые вещи и полотенца. И вдруг увидела подозрительное свечение из ящика своей прикроватной тумбы.       Гермиона осторожно заглянула внутрь и едва устояла на ногах. Та самая шкатулка, в которой когда-то давно хранились серьги Шивы оказалась открыта. Артефакт-то она хоть и не сразу, но уничтожила, а вот саму шкатулку оставила — жаль было испепелять подобную красоту. Корпус шкатулки чуть сдвинулся в сторону, демонстрируя второе дно, где лежала неземной красоты брошь в виде ветви граната. Украшенная рубинами и изумрудами, та светилась так же, как и крышка самой шкатулки.       Гермиона зажала рот рукой и кинулась вниз за книгой мистера Джарамилло, которую когда-то давно забрала из лесной хижины в Колумбии. Страницы зашуршали в её руках с потрясающей быстротой. Вот оно. Точное изображение найденной вещицы. Ветвь граната по некоторым индийским преданиям являлась символом страсти и плодородия.       Конечно! Ни одно зелье по своему воздействию не могло соперничать со столь могущественным артефактом, который просто всё это время находился в её тумбочке. Похоже, когда они извлекли из шкатулки серьги, то как-то активировали брошь. До того момента, пока серьги Шивы находились в шкатулке, брошь не работала — это точно. Ведь они столько раз занимались с Гарри сексом, что у неё могло быть уже пятеро детей. А вот стоило удалить один артефакт, второй обрёл силу. Или же они заряжали его своей энергией через злополучную шкатулку.       Гермиона поклялась, что обязательно изучит данный феномен подробнее, но всё-таки решила передать находку в Отдел тайн. Она обожала Гарри и своих детей, но перспектива почти непрерывно ходить беременной её не особо прельщала.       — Может испытаем судьбу ещё разок? — расхохотался Гарри, когда вечером она сообщила ему о своих догадках. — А то я так и не увидел, как ты макаешь маринованные огурцы в шоколадную пасту.       Что первая, что вторая беременность у Гермионы действительно проходила довольно гладко, без всяких описываемых в литературе странностей.       — Не боишься, что дойдёт до просьбы достать звезду? — поддела его супруга.       — Да я готов положить к твоим ногам весь небосвод, если понадобится, — томно произнёс Гарри, осторожно притягивая Гермиону к себе на колени, и накрыл губами её рот.