36. Доверие
16 октября 2023 г., 10:00
Ляньфан Цзюнь как всегда был доброжелателен и почтенен.
Он с особой теплотой приветствовал Лань Сиченя, заглядывая тому чуть ли не в рот и поддакивая на каждое слово главы клана Лань.
Лин Жудина он долго рассматривал как невиданный экспонат, отчего у темного заклинателя было ощущение, что его препарируют словно лягушку.
Цзян Чен удостоился дежурного приветствия и любопытства о положении дел в ордене.
Мо Сюаньюй идти на аудиенцию отказался наотрез, предпочтя сразу отправиться в покои, что ему выделили и лечь отдыхать.
Ванцзы следил за главой ордена Ланлинь Цзинь из-под опущенных ресниц, изображая всем своим видом усталость. Раньше он не замечал фальши, что звучала в его добрых словах. Ему и до этого казалось отношение ко всем слишком приторным, а уж когда был жив отец Гуанъяо и вовсе доходило до абсурда. Он принимал любое издевательство с улыбкой, умудряясь при этом не забывать о нуждах других. Но это вряд ли была та самая доброта, скорее врожденная феноменальная память. Гусулановец помнил как во время Аннигиляции Не Миндзюэ хвалил своего тогдашнего помощника Мэн Яо за его память способную запоминать не только стихи, но любые мелкие детали и с огромной точностью карты с расположением на них войск.
Именно по этой причине оправдания помощника о том, что он нечаянно убил одного из военачальников ордена Не на того не возымели действия. Он как никто другой знал, что его помощник никогда не совершит такого поступка, только не этот расчетливый и хитрый человек. Тогда-то глава Не и начал задумываться о том, каким образом он познакомился со своим помощником и приблизил его. Он понимал, что тот ни разу не предпринимал попыток измены или предательства, но уже сам факт, что добился он этого хитростью и обманом, заставляло презирать Мэн Яо.
***
— Значит, вы говорите, что нашли тело в городе И? — переспросил Гуанъяо, свой взор при этом он не отводил от своего старшего названого брата. — Да, Ляньфан Цзюнь, — подтвердил Жудин. Глава ордена Гусу Лань с удивлением взирал на него, — Извините, Цзэу Цзюнь, что не сказал ранее, у меня совсем выпало из головы в связи с последними событиями, — пояснил темный заклинатель. — Мгм, — неоднозначно хмыкнул Лань Сичень, — О чем еще вы не успели мне сообщить, господин Лин? — Об этом, — Жудин вытащил из-за пазухи 4 мешочка-цянькунь. — Что это? — удивился глава ордена Цзинь. — Тут, — темный заклинатель поднял один мешочек и ставя его на столик перед собой, — Та самая демоническая рука, что мы обнаружили в деревне Мо. Тут, — он поставил второй мешочек на стол, — Ноги, их мы обнаружили на горе Хуанцзан. В этом мешочке, — на столе появился третий мешочек, — Вторая рука, ее мы нашли в поместье Чан, в одной из могил. Ну и наконец здесь, — на стол встал последний мешочек, — Находится человеческий торс без рук, ног и головы. И я могу с уверенностью сказать, что все эти конечности были отсечены от этого торса. — И кому же принадлежит это тело? — поинтересовался Гуанъяо. — Этого я не могу знать, без головы невозможно опознать, потому как душа была также разделена. Но человек при жизни был очень высок, имел превосходные боевые навыки, если судить по состоянию его мышц. Превосходный воин. Вы знаете кого-то с такими данными? — невинно поинтересовался Жудин, неотрывно смотря в глаза Цзинь Гуанъяо. — Не Миндзюэ, — подал голос Цзян Чен и все испуганно повернулись к нему. И только темный заклинатель не сводил взгляда с главы Цзинь. Его порадовала реакция того на предположение юнмэновца. Лицо Великого заклинателя вытянулось, глаза широко раскрылись и он подался вперед. Но это все длилось буквально несколько мгновений, но Жудин все увидел и все понял. Лань Сичень в свою очередь не сводил взгляда со своего спутника, кроме того момента, когда Цзян Чен сделал свое ужасающее предположение. Гусулановец не мог понять, почему от него скрыли факт обнаружения всех частей. Ладно фиг с ними с торсом, тут он мог понять, после признания Сюаньюя темный заклинатель был не в себе. Но ноги и вторая рука. Первые он нашел еще будучи в компании с ним и скрыл. В груди кольнуло острием обиды. Сичень поджал губы. Только вот сам, Жудин, похоже не чувствовал ни капли угрызения совести.***
Ноги темный заклинатель обнаружил совершенно случайно. После поимки демонической головы все занялись осмотром членов клана Яо, а затем ждали прибытия гусулановец, для очистки от темной ци горы. В это самое время Жудин решил прогуляться. Ноги сами повели его, а скорее всего темная ци. Он вышел на поляну, где был насыпан холм земли. Сначала он никого не увидел, но услышал чье-то бормотание. Обогнув холм, он обнаружил женщину. Она сидела у его подножия и играла в детские игрушки, что-то бормоча себе под нос. Завидев заклинателя она не испугалась, положила игрушки на верхушку холма и отползла от него. Жудин подошел ближе. Холм был насыпан не менее десяти лет назад, сам он был еще рыхлым, но густо зарос травой и цветами. Игрушки тоже выглядели не новыми и судя потому, что они не заросли травой, женщина регулярно приходила и игралась с ними. Из этого заклинатель сделал вывод, что скорее всего этот холм был могилой ребенка или детей женщины. Посмотрев еще раз на игрушки, он заметил следы потревоженной травы. Кто-то аккуратно снимал верхнюю часть с дерном. Заклинатель решил проверить и потянулся к холму. Женщина с диким криком бросилась на него, вскочила на спину и зубами вцепилась в его шею. Жудин активировал заклинание оглушения и ударил им женщину по голове. Та застонала и рухнула на землю без сознания. Заклинатель цыкнул, рукой проверяя степень раны, на руках были следы крови. Заклинанием сняв часть земли с холма он обнаружил останки нескольких человек. Обследовав их он понял, что умерли они довольно давно, но не подверглись разложению из-за воздействия на трупы темной ци. Более тщательное обследование выявило, что и эти трупы были расчленены. Кроме этого был обнаружен труп к которому пришили ноги, которые не подходили ни одному из трупов и судя по всему душа человека, которому они принадлежали была разделена. Так Жудин предположил, что они могут принадлежать тому же, кому и демоническая рука. Брату он решил не рассказывать о находке, чтобы тот не поделился информацией с Цзинь Гуанъяо. Просить же его прямо об этом он так же не собирался, брат не должен догадываться, что Великого заклинателя подозревают. Как бы тяжело не было, но молчать пришлось.***
Руку в поместье Чан обнаружил Вэнь Нин. Точнее он уловил ту же ци ненависти, что и у демонической руки. Это случилось после того как он пришел в себя, в один из вечером, когда они с Жудином обсуждали его пленение. Будучи лютым мертвецом, Вэнь Нин, отлично чувствовал темную ци, ее особенности. Он рассказал, что она меняется в зависимости от того, с кем она взаимодействовала, так как принимает в себя особенности этого человека или существа. Грубо говоря, Призрачный генерал, мог различать темную ци, словно пес запахи. Он и заметил, что ощущал подобную ци уже ранее. Жудин поручил ему найти источник и разузнать о нем. Вэнь Нин вернулся через пару дней и притащил с собой руку, сообщив что нашел ее в поместье Чан. Оказывается простые слуги были похоронены в могилах и у нескольких из них были следы расчленения и последующего сшивания конечностей, как у трупов на горе Хуанцзан. Чтобы не тащить целый труп, лютый мертвец оторвал только нужную руку.***
Торс Жудин нашел в гробу зарытом под местом где стоял гроб с телом Сяо Синченя. Он почувствовал ци ненависти, исходящую от торса, еще когда обнаружили даосца. Никому не сказав, он дождался пока того унесут для сожжения и последующего захоронения. И когда все были заняты похоронами вернулся. Ему не составило труда ни раскопать гроб, ни тем более открыть его. Тело было буквально пропитано той же мощной ци ненависти, что и демоническая рука. К счастью оно не могло двигаться и потому почти не представляло опасности, но заклинатель все равно запечатал его и спрятал в мешочек.***
— Не говорите ерунды, глава Цзян, — возмутился Гуанъяо, — Это никак не может быть Чифэн Цзюнь. Он умер уже давно. Такие мысли кощунственны и вызывают ужас, — Великий заклинатель изобразил страх. — Простите Ляньфан Цзюнь, — Цзян Чен виновато склонил голову, — Но это первое пришло в голову, я и правда не знаю никого более подходящего под это описание. — А мне кажется предположение главы Цзян очень даже верным, — заметил Жудин, отхлебывая чай. — Господин Лин! — воскликнул Лань Сичень. — Почему нет? — Жудин повернулся к брату, — Вы помните сколько силы было у демонической руки? Такое возможно только если создатель ее был сильнейшим темным заклинателем, а мы все знаем, что после смерти Вэй Усяня таких не было. Или же, человек при жизни был сильно обижен и пылал гневом. А мы все знаем, какой смертью умер глава Не. Поэтому я не исключаю возможности, что все части тела принадлежат усопшему главе ордена Цинхэ Не, Чифэн Цзюню. Более того, я уверен в этом. — А я вот слышал, будто вы, господин Лин, тоже сильный заклинатель, идущий по темному пути и более того, являетесь единственным учеником Старейшины Илин, — Жудин заскрипел зубами и сжал кулаки под столиком, сдерживая гнев. — Вы мне льстите, — процедил сквозь зубы темный заклинатель, растягивая губы в притворной улыбке. — Неужели, — протянул с усмешкой Гуанъяо, — Уничтожить поле Заточения мертвецов не каждому под силу, а вы сделали это дважды. — Мгм, — Жудин хмыкнул усмехаясь, — Вы следите за моей персоной, мне приятно. — Как же иначе, — усмехался в ответ глава ордена Цзинь, — Такой персонаж, как вы, заслуживает особого внимания.***
Лин Жудин сидел за столиком в покоях, что ему выделили, покручивая чашку с остывшим чаем, он вспоминал разговор на недавней аудиенции. Если судить по поведению Гуанъяо, он не только понял, что его раскрыли, но и сам раскрыл маскировку темного заклинателя. Что ж, это было ожидаемо и даже запланировано. Их с Хуайсаном план состоял в том, чтобы вывести из равновесия нынешнего главу ордена Ланлин Цзинь. Именно в таком состоянии он начнет совершать ошибки, которые можно будет повернуть против него. Не Хуайсан и Жудин были уверены, что Гуанъяо вряд ли действует сам, скорее всего он нашел того, кто играет роль главного злодея, а сам как байи цзайсян, руководит всем процессом из тени. Поэтому сперва надо вычислить этого «главного», чтобы вычеркнуть его из схемы. Ну, а затем уже выкурить и настоящего главного. Еще он думал о последней части тела, голове. Он знал, что она хранится где-то в башне Золотого карпа и скорее всего в покоях главы. Об этом ему «рассказала» демоническая рука, указав направление прямо на башню. А если быть точнее, в тайной комнате. Такие были в каждом ордене. Место, где главы хранили наиболее ценные вещи: драгоценности, редкие свитки, артефакты и свои грязные секреты, конечно. Само собой такая есть и Гуанъяо. Вопрос в том, как ее найти. Вход в комнату находится скорее всего в личных покоях Великого заклинателя. Дело за малым — попасть в эти покои. Идея как это сделать у темного заклинателя конечно же имелась, но ему необходим помощник. И не простой, а тот кому он мог бы доверить свою жизнь. «Ох, как не вовремя Сюаньюй сделал свое признание», — думал Жудин. Брата попросить он не мог, ибо во-первых он сейчас скорее всего в обиде на него и сперва потребует объяснений, на которые времени у него нет. А во-вторых, он опять же потребует рассказать цель Ванцзы, а когда узнает, начнет отговаривать и выбеливать своего названого брата. Темный заклинатель прекрасно знал, как сильно Лань Сичень был привязан к своим двум названым братьям. Великая троица, так их называли в мире заклинателей. И это действительно так. Молодой, сильный и амбициозный глава ордена Цинхэ Не — Чифэн Цзюнь — Не Миндзюэ. Не уступающий ему благородный, добрый и при этом не менее сильный, глава ордена Гусу Лань — Цзэу Цзюнь — Лань Сичень. Младший же брат, хоть и не был главой, но именно он положил конец Аннигиляции, убив Вэнь Жоханя — Ляньфан Цзюнь — Мэн Яо, или как сейчас его зовут, Цзинь Гуанъяо. Жудин ухмыльнулся, как же, положил конец, убил. Все что он сделал, по предательски ударил в спину своего хозяина. После того, как тысячи заклинателей положили свои головы перед этим дворцом главы ордена Цишань Вэнь. И после того, как Вэй Ин уничтожил пятитысячную армию неприятеля. Лжецы, притворщики. Гнев снова начал подниматься с глубин, куда был с таким трудом спрятан и прижат нежеланием портить репутацию своего ордена. Размышления прервал стук в дверь. Темный заклинатель удивился. Время уже было позднее, колокол об отбое уже прозвенел. Кто бы мог быть. Стук не прекращался. Он был тихий, но настойчивый. Молясь, чтобы это не оказался брат и уж тем более не бывший ученик, Жудин подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял ухмыляющийся Цзян Чен. Не дожидаясь приглашения, он прошел в покои мимо Жудина и уселся за столик на циновку. — А я тут тебе чаю горячего принес, — произнес гость, вытаскивая чайник из-за спины и чашку для себя из-за пазухи, — Чего встал, давай присаживайся. — Мгм, — раздраженно хмыкнул Жудин, закрывая дверь и усаживаясь напротив главы Цзян, — Чем обязан? — А ты хитрый, — усмехнулся гость, наливая чай себе в чашку, — Ладно от меня скрыл факт нахождения частей тела, так ты еще и от брата скрыл, ха, — гость отхлебнул чай, — Хотя оно и понятно, он бы обязательно растрезвонил все своему «братцу» а-Яо… — Зачем вы тут, глава Цзян? — снова спросил Жудин, наливая чай и себе, пододвигая к гостю блюдо с цукатами. — О, благодарю, — Цзян Чен подхватил цукат и отправил в рот, с наслаждением жуя, — Очень вкусно, — хозяин покоев продолжал вопросительно смотреть на гостя, — Ладно-ладно, — махнул рукой гость, — Хочу знать, что мы будем дальше делать? — А вам так не терпится вернуться в Юнмэн? — усмехнулся Жудин. — Это не так, — серьезно и твердо опроверг предположение глава Цзян, — Я хочу знать правду… Как умер отец моего племянника, не напрасно ли моя сестра отдала жизнь за Усяня и имею ли я право ненавидеть его дальше… — И ты мне веришь? — так же серьезно спросил Жудин. — Верю. Тебе верю, — ответил Цзян Чен, смотря при этом прямо в глаза Жудина.
