Фейковый парень

      У Криса было два основных недостатка. Во-первых, он ненавидит одежду, во-вторых, он жутко любопытен, но пытается скрыть это. Поэтому его любопытство иногда принимает странные виды вплоть до шантажа и угроз. В этот раз обошлось без крайностей. Крис просто загрузился в их машину, выгнал с одного кресла Сынмина, чтобы сесть ближе к Феликсу и Минхо. Стоило машине тронуться, как Крис развернулся к ним и многозначительно произнес:       — Ита-а-ак…       Минхо сидел ближе к нему, а Феликс усиленно делал вид, что за окном ну очень интересные пейзажи.       — Мне даже интересно, как ты задашь вопрос, — самодовольно произнес Минхо. — Потому что иначе я буду до самого агентства делать вид, что ничего не понимаю.       — Не беси меня! Вы встречаетесь?       — Да, — просто ответил Минхо.       Крис так и замер с открытым ртом, а где-то на переднем сиденье закашлялся Сынмин.       — И… давно? — осторожно уточнил Крис.       Минхо демонстративно разблокировал экран телефона и, задумчиво смотря на время, ответил:       — Не уверен… думаю, меньше суток. Ликси, ты не помнишь, во сколько согласился?       Феликс тихо засмеялся: все же умение превращать все в балаган у них общее на восьмерых.       — Не знаю… ближе к вечеру, по-моему. А ты что, не запомнил? Как ты мог? Еще клялся, что всю жизнь любил!       Минхо обернулся к нему с наигранным сожалением на лице:       — Прости, любимый! Что хочешь в качестве извинений?       — Так! — гаркнул Крис. — Я с вами серьезно разговариваю!       Сынмин с Чонином спереди уже хрюкали от смеха, а Крис буравил их тяжелым взглядом.       — Так и мы серьезны, — ответил Минхо.       Он усиленно делал вид, что он тут самый милый, добрый и правдивый… в общем, бесил Криса еще больше.       — Так вы встречаетесь или нет?       Теперь уже даже Феликс закатил глаза и проворчал:       — Он же сказал тебе: да! Что непонятного?       — И с чего это вы приняли такое решение? Да еще так внезапно? — допытывался Крис.       Феликс с Минхо переглянулись. Это они как-то не обсуждали. Но смешок Сынмина помог Минхо найти виноватого.       — Да вот из-за его шуточек, — кивнул в сторону младших он. — Подумал, это знак, что хватит скрывать свои чувства, нужно перехватить Феликса, пока кто другой не увел.       Он говорил немного наигранно, отчего нельзя было наверняка понять, шутит он или говорит серьезно. Это заметно раздражало Криса.       — В смысле, хватит скрывать свои чувства?       Минхо раздраженно цокнул. Наигранная веселость с него спала, и он уже с явной угрозой в голосе проговорил:       — Ну что ты пристал? Тебе зачем эта информация? Мы встречаемся. Это ничего существенно не меняет, даже для агентства. Я даже буду по-прежнему изображать неземную любовь к Джисону — Феликс мне разрешил.       Крис сердито засопел:       — В смысле, ничего не меняет? Феликс еще после прошлого «ничего не меняет» явно не отошел, раз решил встречаться с тобой!       — Эй! — возмутился Феликс. — А когда я Лили позвал, ты сказал, что правильное делаю! Что давно пора отвлечься. Вот, отвлекаюсь.       Феликс вообще-то не планировал врать Крису — обычно от старшего он секретов не имел. Но его слова слишком задели: Феликса все чаще раздражало, что с ним все носятся, как с тяжелобольным. Кроме того, какая разница, с кем он отвлекается, с Лили или с Минхо? Пусть даже с Минхо он не отвлекается, а злорадно бесит бывшего?       — Потому что я переживаю о тебе, — спокойно ответил Крис, и Феликсу резко стало стыдно.       Зато Минхо спокойно произнес:       — Вот даже обидно… Ты давно меня знаешь, неужели думаешь, что я бы поступил с Феликсом так же, как Хенджин?       Крис недовольно дернул плечом и пробурчал:       — Когда они начинали встречаться, я и про Хенджина ничего подобного подумать не мог. И что в итоге? Три дня узнавал о состоянии этого впечатлительного чуда по телефону.       Феликс обиженно надул губы: ну начинается.       — Хочу напомнить, что я это впечатлительное чудо утешал и кормил, — парировал Минхо.       Феликс уже всерьез рассердился: старшие в такие моменты его действительно раздражали. Ну да, его легко довести до слез и обидеть, но это же не повод держать его в пузыре и ограждать от всех подозрительных элементов, как пятилетнего ребенка? Поэтому он наклонился вперед и сердито произнес:       — Если вы сейчас же не перестанете вести себя так, будто меня здесь нет, то чудо обидится уже на вас обоих.       В машине повисла недолгая тишина, нарушаемая хихиканьем Чонина с Сынмином. Судя по всему, те до сих пор не катаются по полу только потому, что пристегнуты. Крис, обеспокоенно посмотрев на Феликса, все же улыбнулся:       — Он же твой парень, на него тоже обижаться будешь?       Феликс растерялся — он все пытался найти логику в этом вопросе, но ее вроде не было. И тут не выдержал Чонин:       — На него он будет обижаться меньше, потому что на гейской стороне есть печеньки!       И они с Сынмином заржали в голос, а Феликс прислонился лбом к переднему сиденью: в этом дурдоме вообще серьезно говорить невозможно.       До студии ехать недалеко, поэтому сказать что-либо еще Крис не успел. Младшие, загибаясь от хохота, вывалились из машины. У входа традиционно дежурили фанаты, но, как всегда, немного, просто наблюдали со стороны, не подходя ближе — можно получить штраф. Но из-за их присутствия все поспешно забежали внутрь. Уже в гулком коридоре, за ограждающими дверьми, Чанбин бочком подошел к Крису.       — Ну что? — спросил он.       — Встречаются, — недовольно буркнул Крис и за пару шагов обогнал Чанбина.       Чанбин прямо на ходу обернулся к Феликсу и Минхо, которые шли в самом конце. Он уже открыл рот, чтобы что-то спросить, но его прервал Минхо:       — Если хочешь узнать, чем мы занимаемся по ночам, то лучше спроси у Сынмина: у него интереснее рассказывать получается.       Феликс снова засмеялся, но внезапно вся их группа была вынуждена остановиться из-за резкого затормозившего Хенджина.       — Что? Вы серьезно?!       Крис, кажется, развернулся прямо в прыжке, схватил Хенджина и чуть ли не волоком потащил в сторону лифтов:       — Не здесь же, придурок!       Феликс как-то интуитивно схватил Минхо за предплечье — он испугался. Не того, что Хенджин может сказать, а скорее… за него? Выглядел он так, будто сейчас накинется на них — как-то уж слишком ненормально… Этот сумасшедший взгляд, судя по всему, заметили вообще все, кто шел позади. Потому что пока Крис тащил Хенджина к лифтам, все застыли на месте в некотором оцепенении.       Минхо приобнял Феликса за плечи и тоже подтолкнул к лифтам.       — Если не хотите через пятнадцать минут читать новости о нашем скором распаде, то двигайтесь. В этой стекляшке нас, вообще-то, неплохо видно.       Это было не совсем так — все стекла в здании с зеркальным отражением, зато в холл первого этажа прорваться можно, некоторым фанатам это удавалось. Однако слышать разговоры — это уже из области маловероятного: ближе ко входу играла музыка, а от поста охраны они отошли уже достаточно далеко, да и разговаривали первое время тихо, не называя имен и точной причины разговора. И все же… мало ли. Лучше действительно отойти туда, где их никто посторонний гарантировано не сможет увидеть и услышать.       Подниматься в одном лифте с Хенджином они, разумеется, не стали. К счастью, Чанбин помогал Крису, поэтому во второй лифт загрузились впятером: ровно тем составом, каким почти неделю назад обсуждали эту сомнительную авантюру. Все молчали и думали о своем, и только Джисон сиял как солнышко в ясном небе. Его хорошее настроение по-своему раздражало, но ехать им было недолго, поэтому выразить свое недовольство Феликс не успел.       А едва они вышли из лифта, как на них практически налетел Хенджин. Он вырвал руку из захвата Криса и едко спросил, обращаясь к Феликсу:       — Ты это специально, чтобы позлить меня?       Феликс стыдливо опустил голову, не зная, что сказать. Но ленивый голос Минхо заставил его вздрогнуть:       — Мир не крутится вокруг тебя, Джинни. Не обязательно начинать отношения исключительно ради того, чтобы тебя… позлить.       — И с чего бы вам начинать встречаться спустя столько лет? — с явной злостью продолжил Хенджин.       — А почему нет? — ответил уже Феликс.       Он вдруг вспомнил, как ему было стыдно и неловко перед Лили. Почему его бывший парень должен решать, с кем он может встречаться?       — Еще скажи, что любишь его, — высокомерно усмехнулся Хенджин.       — Пока нет, — пожал плечами Феликс и улыбнулся: — Но я всегда был влюбчивым.       Злость придала ему смелости — он подцепил Минхо под руку, обошел опешившего Хенджина и направился к раздевалкам. Внутри все клокотало: и страх, и злость, и черт-знает-что-еще. Минхо с улыбкой косился в его сторону, но молчал. Кажется, убедить Хенджина в том, что они встречаются — неплохой выход из ситуации. Не самый честный, однозначно несмешной… но иначе Феликс просто не представляет, как жить дальше. Не может же он всю жизнь оглядываться на бывшего парня?