So fate decreed.

«У судьбы нет причин без причины сводить посторонних.» Неделя прошла довольно быстро. На улице наступила настоящая осень. Листья быстро пожелтели, чаще шли дожди. Температура воздуха значительно стала ниже, заставив учеников быстрее перейти к теплой одежде. В этом вся Англия. Роуз очень скучала по отцу. Как только с Сириуса Блэка были сняты все обвинения, он начал делать все, чтобы очистить свою фамилию. Он приводил в порядок все дела, возобновил все связи, стал ходить на собрания чистокровных семей также, как делал это его отец. Нет, он почти не изменился, но времени стало куда меньше. Рассказывать отцу об Эдриане слизеринка не спешила. Она сама не понимала, почему скрывает. Может в глубине души была надежда на то, что Пьюси вернётся и сможет добиться её вновь? Отец долго не мог принять Эдриана. Он всё твердил дочери о том, что этот человек совсем ей не подходит, что с ним она будет несчастна. Пьюси был очень спокойным, но до жути самовлюблённым. Чем-то напоминал Розе Люциуса Малфоя. В детстве девушка наблюдала за отношениями Нарциссы и Люциуса. Ей стало казаться, что именно такими и должны быть отношения, но она совсем не замечала того, как несчастна была её тётя. Защищённая, богата, но уже не та Нарцисса Блэк, что была раньше. Роуз сидела на подоконнике в своей гостиной, наблюдая за тем, как тренируются в такую погоду гриффиндорцы. Они никогда не обращали внимания на погоду, когда речь шла о подготовке к матчу со слизеринцами. Особенно сейчас, когда слизеринцы ликовали, стали себе позволять намного больше, чем им было позволено до назначения старост. Особенно много себе позволяли ученики 6 курса. Роуз это напоминало время до войны. Вечная борьба между факультетами даже забавляла её. В её руках был блокнот, в который она записывала свои идеи. Разве можно было быть старостой и не внести свои изменения в школьную жизнь? Конечно, вносить изменения было запрещено, но разве Блэк это волновало? Теодор стал вести себя примерно также, как и раньше. Только теперь он избегал Розу. Они редко пересекались в гостиной, а когда проводили время все вместе, то ей так и не удавалось поймать его взгляд на себе. В голове было лишь то, что Нотт всё же послушал её. Теперь он будет держаться от девушки подальше, лишь бы не испортить отношения с Гринграсс. Но что-то Розали это совсем не тешило. Было сложно признаться себе в том, что Теодор Нотт чем-то её заинтересовал. Каждый день ей приходилось наблюдать за тем, как Гринграсс вешается на Нотта, заметно навязывается, но Нотт не отвечал ей на это, даже изредка кривился, когда та в очередной раз трогала его волосы или щёки. Кажется, он не сильно то был в восторге, когда кто-то касался его волос или лица. Но Розали старательно пыталась избавиться от мыслей о Нотте. Она хорошо усвоила урок и отныне её сердце закрыто. Тот вечер, в который она познала боль от предательства, заставил её снять розовые очки. Роза спрятала за ухо прядь волос, которая всё время мешала ей. Порой она завидовала Паркинсон и её каре. У Пэнси всегда была красивая укладка, волосы не мешали и их не приходилось собирать. Но Роуз слишком любила свои волосы, чтобы обрезать их. Тучи затянулись сильнее и началась гроза. Молния громко ударила по дереву недалеко от поля для квиддича. В этот момент дверь в гостиную открылась. Роза спрыгнула с подоконника и посмотрела на вошедшего. Теодор с насквозь промокшими волосами и одеждой, не глядя на старосту, пошёл в свою комнату. Он был явно не в духе. За парнем сразу же вошла блондинка. Дафна бросила на Блэк недовольный взгляд, затем вошла в его спальню. Ей не удалось ничего услышать. Наверняка кто-то из них наложил заглушку. Сидеть в гостиной стало бессмысленно, потому, оставив блокнот в своей спальне, Розали пошла в Большой зал, где её уже ждала Паркинсон. За эту неделю им удалось немного наладить общение, вернуть прежние разговоры. Это случилось благодаря тому, что вся их компания практически каждый вечер собиралась в башне старост. Эта башня стала для них своего рода укрытием от любопытных взглядов учеников. Но по крайней мере, здесь не было журналистов. Девушки разговаривали про последнюю неделю, попивая сидр. На улице вновь ударила молния и Блэк подумала о Теодоре. — Ты не знаешь, что с Ноттом? , — Вдруг поинтересовалась Роза. — Ноттом? , — Приподняла бровь Пэнси. — А что с ним? Роуз провела языком по сухим губам, пытаясь подобрать верные слова. — Тебе не кажется, что между ним и Дафной что-то не так? — С каких пор тебя интересует личная жизнь Тео? , — Странно улыбнулась Паркинсон. Её глаза округлились. — Боже, избавь меня от этого, Пэнси. Ты знаешь, какая я любопытная. Спрашиваю лишь из любопытства, — Отмахивается Блэк. — Ну-ну, — Хитро улыбнулась Пэнси. Роза вопросительно посмотрела на подругу. — Так ты что-нибудь знаешь? Пэнси приблизилась ближе к Розали, будто бы хотела поведать ей о какой-нибудь страшной тайне. Роуз двинула голову вперёд, в готовности слушать. — Слышала от Гарри, что брак не совсем по воле Нотта. Мистеру Нотту нужен этот брак. Гринграсс влюблена в Тео ещё с третьего курса. Думаю её отец пошёл на эту сделку с Ноттами ради Дафны. — Почти шепотом рассказала слизеринка, а затем отстранилась. — Нотт не из тех, кого легко к чему-то принудить, ты же знаешь. — Не поверила Розали. — Ох, милая, общалась бы ты с Тео также близко, как и мы все, ты бы знала о том, какие у него отношения с отцом. Астарот Нотт не тот, кому стоит перечить. — С какой-то грустью во взгляде ответила Пэнси. Роуз заставили задуматься слова подруги. И правда, весьма логично, что Теодор слушает отца. Ей не приходилось слышать про их отношения с Теодором внутри семьи, но слухи о том, какой жестокий Нотт-старший доходили и до неё. Теодор стал последним, кто подружился с Гарри Поттером. Мальчик не был заинтересован ни в ком. Был сам по себе, не заводил друзей, никого к себе не подпускал, превзошёл в учебе многих на своём курсе. Он будто был тем, кого хотел воспитать Астарот. Но с такой жизнью младший Нотт очень скоро начал ломаться, а его отцу это совсем не понравилось. После зимних каникул он вернулся с побоями на теле. Многие на его месте после такого стремятся стать лучше, доказывают другим, что они чего-то стоят, но только не Теодор Нотт. В тот вечер его встретили Гарри, Блейз и Драко. Парни протянули ему руку, а затем заметили множественные синяки на руках. С того дня и началась их дружба. Эта четвёрка была везде вместе, а рядом с ними всегда были две девушки. — Интересно получается, правда? — Прервала Пэнси долгое молчание. Роуз моргнула и, непонимающим взглядом уставилась на подругу. — Ты о чём? — Мы все дружим долгих 7 лет, но за эти 7 лет, вы с Тео так и не нашли общий язык. Розали невесело улыбнулась. — Мы и не пытались, Пэнс. Вы то были знакомы с младенчества, вам было проще. — И то верно. — Согласилась слизеринка. Её внимание вдруг перешло на парня, вошедшего в Большой Зал. Роуз задумчиво смотрела на свои руки, всё ещё обдумывая слова Паркинсон. — Пэнси, всё в силе? Голос рядом заставил Блэк поднять глаза. Это был мускулистый парень с прической как у Малфоя на первом курсе. Зализанные черные волосы, крупное телосложение, грубый голос и белоснежная улыбка. Юноша был хорошо знаком Розали, но за лето он очень изменился. Она застыла в удивлении, а затем вдруг выгнула правую бровь, кидая взгляды то на парня, то на подругу. Пэнси обольстительно улыбнулась, пару раз хлопнула глазками и ответила. — Всё в силе, Юджин. Завтра после занятий жди меня возле гостиной Слизерина. — Чудно. Тогда до завтра, принцесса. — Подмигнул парень на последок. Затем он обратил свой взгляд на Розали. Она весь разговор пилила его взглядом. — Хорошего вечера, Блэк — И тебе, Эверневер. — С наигранной любезностью ответила брюнетка. Как только Юджин ушёл, Роуз в недоумении уставилась на Пэнси. У девушки никогда не было проблем с парнями, но давала ли она им шанс? Нет, никогда. Все её мысли всегда были с Поттером, её сердце всегда было с Поттером, но избранный кажется не находил времени на отношения. Пэнси помотала головой, мол что такое? Роуз сдвинула брови, приоткрыв рот, а затем начала странно размахивать руками перед свои лицом. Паркинсон издала смешок. — Мерлин, Роуз, твоя мимика меня убивает. — Убивает? Это ты меня убиваешь! Что это было? Что стало с Эверневером? Это что Кен на минималках? — Затараторила она., вызвав ещё больший смех у Пэнси. — Что такое «кен» и как это связано с Юджином? — Это маггловская кукла, Пэнс! И он копия этой куклы, только с черными волосами. Салазар, что с ним стало? Где тот мелкий когтевранский задира? — Он стал обояшкой, правда? — Заиграла бровями Персефона, ещё больше взбесив Роуз. — Слава Мерлину, что Забини этого не видел, он бы смеялся весь вечер. — Не стоит парням пока говорить, я сама скажу. — Разве есть о чем говорить? — Ну.кажется. что малышу Юджину я не безразлична. Паркинсон выдохнула, безразлично посмотрев на стол, за которым сейчас сел когтевранец. — Но я, к сожалению, не могу дать ему того, чего он хочет. Розали хотела ответить, но вдруг заметила высокую фигуру, что мелькнула у входа в Большой Зал. Девушка сузила глаза. Это был Теодор. Что-то в её голове щелкнуло и она тут же поднялась со своего места, поспешив догнать второго старосту. Паркинсон пару раз прокричала её имя, прежде, чем Блэк покинула Зал. Роза остановилась посреди коридора, осмотревшись по сторонам. Заметив, как фигура Нотта скрылась у выхода из Замка, Роуз тут же пошла за ним. Что было в её голове в этот момент? Желание узнать почему он её избегает. Это было неприятно, странно, неожиданно. Она шла за ним до самого чёрного озера. Слизеринец был одет в черную мантию, которая закрыла всё его тело. Его походка была уверенной, не слишком быстрой. На улице уже стемнело, дул холодный ветер, который заставил тело Роуз покрыться мурашками. Дождь прекратился, а черные тучи разошлись, перестав закрывать звёзды. Она не сильно то была тепло одета, даже не подумала, что Нотту вдруг захочется прогуляться к черному озеру ночью. Дойдя до огромной ивы около озера, Теодор резко остановился. Конечно, он знал, что Блэк идёт за ним, но от этого становилось ещё интереснее. Роза остановилась, смотря в его спину. — На тебе нет мантии невидимки, Блэк. — Вдруг проговорил его низкий голос. Девушка не собиралась оправдываться. Вздернув нос, выпрямив плечи, она решительно двинулась к нему. — Тебя не учили, что стоять к девушкам спиной не прилично? — Возмутилась брюнетка, прежде, чем встать у него перед глазами. Теодор ухмыльнулся, склонив голову на бок. — А тебя не учили, что преследовать людей незаконно? — Глупости, с чего ты взял, что я тебя преследую? Нотт фыркнул, помотав головой. Роза стояла перед ним в большом розовом свитере, под которым было тонкое, белое платье, больше похожее на пеньюар. На её ногах были полупрозрачные белые гольфы и черные туфельки на небольшой платформе. — Может я пришла искупаться. — Добавила Блэк. Парень нахмурился, скорчил такое лицо, будто она сказала какую-то глупость. — Искупаться? Ты меня за идиота держишь? Тебе вдруг захотелось искупаться ночью, в холод, да ещё и в черном озере? Не смеши меня. Она улыбнулась, принимая это как вызов, а затем повернулась на пятках, пойдя прямо к озеру. Теодор с интересом наблюдал за действиями этой безумной. Роуз первым делом сняла туфли, осторожно поставив их недалеко от берега. Затем дело дошло до свитера, который она с лёгкостью сняла, испортив свою укладку. Девушка осталась в белом тонком платьице, сквозь которое было видно её соски, ставшие от холода, но Теодор этого не увидел. Его глазам была открыта лишь её спина, изгибы её талии, округлые бедра. Нотт глубоко вдохнул через нос, а затем сглотнул слюну, от чего его кадык характерно дёрнулся. Теодор сделал несколько шагов к ней. — Что ты творишь? Ты знаешь, что ночью в озере нельзя плавать. — Это ещё почему? — Громко спросила она, снимая с себя гольфы. Теодор не мог ответить на этот вопрос. Когда-то на первом курсе об этом упоминала Макгонагалл, но ему было это не интересно. Юноша как зачарованный смотрел на то, как слизеринка не спеша входит в холодную воду. Сегодня было полнолуние. Луна освещала озеро, отражаясь в нём. Где-то далеко выли волки и оборотни. Роуз проскрипела зубами, оказавшись чуть глубже в холодной воде. Она не умела плавать, но твердила себе, что зайдет лишь до груди, окунется и выйдет из озера. Её колени начинали дрожать и было сложно унять эту дрожь. И вот она уже по пояс в воде. Блэк Ухмыльнулась. Её нельзя недооценивать. Теодор стоял недалеко от озера. Луна освещала теперь ещё и тело девушки, выглядело это волшебно. Но его всё тревожили слова декана Гриффиндора. Что происходит с озером ночью? Роуз шла всё дальше, и дальше. И вот, вода была уже ей по шею. В глазах некий страх, дыхание дрожало. Она знала, что он смотрит, знала, что никуда не ушёл. От этого её губы невольно растягивались в улыбке. — Блэк, выходи из воды, у меня плохое предчувствие. Роза медленно повернулась, Нотт стоял уже у самого берега. Слизеринка открыла рот, чтобы ответить, как вдруг оказалась под водой. Быстро, не издав ни одного звука. Его глаза в испуге округлились. Он осмотрелся по сторонам, а затем прокричал. — Блэк, это не смешно, вылезай! Я уже понял, что ты не преследовала меня. Но ответа не было. На месте, где мгновение назад стояла Розали показались пузырьки. Теодор тяжело задышал, а затем не обдумывая, стал снимать с себя мантию. Под мантией на нем была белая рубашка и черные брюки. Он не стал тратить время на то, чтобы их снять и побежал в воду. Как только юноша туда вошёл, то перестал чувство почву, лишь вода. Благо, он умел хорошо плавать. Раскрыв глаза, Теодор увидел как бьется в воде Роуз, пытаясь добраться до верха. Он подплыл ближе, обхватил одной рукой её талию, после чего стал плыть наверх. Как только они выплыли, Роуз стала кашлять, испуганно озираясь по сторонам. Теодор тяжело дышал, крепче держа ту за талию. Слизеринка крепко схватилась руками за его плечи, оставляя ногтями следы. В один момент её просто потянуло вниз, стало очень глубоко. Страх и паника сделали своё, все попытки выбраться были безуспешными. Он не спешил плыть к берегу, а ей больше не было страшно утонуть. Оба молчали, тяжело дышали. В один момент молчание стало таким давящим и тяжёлым, что хотелось кричать. А главное, с каждой секундой этого молчания, ей всё больше хотелось прикоснуться к его губам, с которых до сих пор стекала вода. Розали провела взглядом по его лицу, остановившись на карих глазах, в которых отражалась луна. Как же красивы были эти глаза. В этот же момент Нотт смотрел в её глаза. И он вновь околдован. Парень провёл взглядом по её губам, затем снова вернулся к глазам. В голове он уже целовал её, крепко прижимая к себе. Оба думают об одном, и оба считают это неправильным. К черту это. Блэк сдается первая и впивается в его губы. Долго ответа ждать не пришлось, ибо его желание было таким же большим. Их языки тут же сплелись, послышался непроизвольный стон Розы. Такой страстный, долгий поцелуй на почве адреналина пробудили в её животе стадо бабочек. Возбуждение накрыло их с головой и кажется не собиралось отпускать. Нотт почувствовал дно под водой и осмелился прижать её к себе. Тонкое платье сейчас было полностью промокшим, и казалось, будто его и нет вовсе. Его руки оказались на её бедрах, но он боялся делать лишних движений, дабы не испугать Розу. Хотя, признаться честно, Нотт сам себя пугал. Её руки легли ему на затылок, требуя углубить поцелуй. Такой напор удивлял слизеринца, но думать об этом совсем не хотелось. Через пару минут они молча вышли к берегу. Штаны Тео намокли, от чего в них стало довольно тесно. Парень шел чуть позади, смотря на мокрое тело девушки. На то, как прилипло к ней это платье. Роуз, добравшись до берега, выжала свои волосы. Руки дрожали, всё тело дрожало. Теодор накинул на её мокрое тело свою мантию, поднял её вещи, и они в такой же тишине пошли в свою гостиную. Уже в дортуаре, перед тем, как разойтись по комнатам, Блэк спросила. — Ты же понимаешь, что всё это выброс адреналина? — Разумеется. — Ухмыльнулся Тео. Роза поспешила скрыться у себя в спальне. Она упала в постель, глухо простонав. Ей казалось, что она поступает также, как девушка, оказавшиеся в постели Пьюси. Если Теодор не испытывает чувств к Дафне, может и Эдриан столько лет обманывал её? Мысли перемешались, думать о чем-то другом было крайне трудно. Или ты думаешь про Эдриана, что так ужасно поступил с тобой, или же о руках Теодора у себя на заднице. Выбор пал на Нотта. Что он себе думает, и к чему это приведет? О чём он думал, когда касался изгибов её талии, бедер, когда их языки сплелись воедино? Она сняла его мантию и повесила на стул, дабы она чуть подсохла. Роуз приняла ванную в раздумьях, а затем смогла уснуть.

***

Слизеринцы первые попали на занятие с новым преподавателем. Каждому из них не терпелось узнать, что же они будут изучать, чем будут заниматься, и каким окажется новый преподаватель. Почему-то многие ассоциировали колдопсихологию с прорицанием. Ученики считали, что преподаватель окажется такой же сумасшедшей как Трелони. Они стояли около кабинета, ожидая пока и впустят. Забини был как всегда в хорошем расположении духа. Он был бодр, улыбчив, всё время приставал к друзьям. Розали наблюдала за ним, слегка приподняв брови. — Пэнс, что с ним? Паркинсон повернулась к Блейзу, а затем усмехнулась. — Ах, малыш Блейзи узнал, что преподаватель старше него всего-то на 15 лет. Роуз с улыбкой помотала головой. — Забини не меняется. — Ну а ты? Куда ты вчера убежала от меня? Паркинсон сузила глаза, смотря на подругу своим фирменным взглядом. Этот взгляд дал понять ей, что бежать некуда. — Увидела знакомого, нужно было кое-что спросить. — Глупая отговорка, Роузи. Я пошла тогда за тобой и спросила о тебе у мальчика с третьего курса. Он конечно едва не потерял сознание от того, что я с ним заговорила, едва ли что-то мне ответил, но я узнала, что ты побежала за Тео. — Салазар, да от тебя совсем не скрыться! , — Посмеялась Блэк. — Я жду, Роза. Её голос был полон строгости. В голове Розали было множество продуманных версий, но не одна из них не смогла бы убедить Паркинсон. — Между нами с Ноттом в последнее время кое-что происходит. — Как можно деликатно начала брюнетка. Она не успела договорить, как кабинет открылся. Из него вышла уже знакомая Розали женщина. Глаза Блэк округлились, дыхание участилось. Глория со спокойной улыбкой встречала каждого слизеринца, по очереди впуская всех в кабинет. Забини улыбался во все зубы. Он остановился напротив Глории, взяв её за руку. — Рад учиться у вас, мисс…? — Андерс. — Мило улыбнулась блондинка. — Мисс Андерс. Мулат легко коснулся губами тыльной стороны её ладони, а затем поднял свой игривый взгляд. Глория забрала свою руку. — Прошу всех войти! Роза входила последняя, и всё, что она успела спросить, так это: « — Что вы здесь делаете, Глория?» Женщина не ответила, а лишь быстрее подтолкнула её в кабинет. Ученики с интересом осматривали кабинет, но Розе с Ноттом это было не интересно, ведь им удалось побывать здесь раньше всех остальных. Их взгляды встретились. Смущение накрыло её, заставив щеки порозоветь, но взгляд она не отвела. Тео ухмыльнулся, а затем первый отвёл взгляд. — Прошу всех присесть на кресла! — На эти мешки? — Скривилась Дафна. — Садитесь, пожалуйста, — Спокойно ответила Глория, сев на своё кресло. Роуз заняла место в первом ряду, а рядом с ней села Пэнси, Забини и Драко. Позади сел Теодор вместе с Гарри, позже туда села и Гринграсс. Все ученики удобно устроились, оценивающе глядя на Глорию. Женщина сложила руки в замок точно также, как это делала Макгонагалл. — Что ж, я рада приветствовать вас в этом году. Я Глория Андерс, можно просто Глория. В этом году мы будем встречаться с вами не так часто, но у меня есть дополнительные сеансы для тех, кому нужна помощь. — Сеансы? — Переспросил Грегори. — Верно. — Тебе, Грегори, очень даже полезно. — С издёвкой проговорил Теодор. — Заткнись, Нотт. — Прорычал Гойл. — Так, так! Спокойнее. — Глория в успокоительном жесте подняла руки. Гойла не любили с тех пор, как открылось на чьей стороне была его семья. Они до конца войны были верны Тёмному Лорду. Сейчас Гойлы заключены в Азкабане. Их сын остался с престарелой бабушкой, которая всё время бредила. Многие слизеринцы потеряли родителей. Отцу Дафны повезло лишь из-за его нейтралитета во всём этом, а вот Люциусу Малфою приходилось сложно. Его не сразу оправдали, почти никто не верил в невиновность пожирателя. — Сегодня Я хочу провести некий эксперимент. Довольно грустно, что директор не дал согласие на то, чтобы два факультета были вместе у меня на занятии. Я думаю, это было бы куда интереснее. — И закончилось бы мордобоем. — Усмехнулся Забини. Глория осмотрела каждого ученика, остановившись на Теодоре. Она сузила глаза, будто придумывала какой-то план. Роуз не переставала смотреть на своего психолога. Ей было интересно, почему Андерс не поделилась с ней такой новостью. — Хочу, чтобы вы поработали в парах. Но пары я выберу сама. Женщина поднялась с кресла, начав осматривать всех. Она создавала странные пары, будто бы знала, что те не слишком то и ладят. Лишь пару из них были по настоящему готовы работать с друг другом. Пэнси поставили в пару с Гарри, Гойла с Дафной, Драко с Блейзом, и вот очередь дошла до них. Роуз заметила едва заметную улыбку на лице Глории. — Тео и Роза, сядьте поближе друг к другу. — Расплылась в улыбке психолог. Нотт ухмыльнулся, мол «так и знал», затем пересел на кресло возле Роуз. Она растерянно посмотрела ему в глаза. Перед глазами была вчерашняя ночь, всё никак не выходящая у неё из головы. Тео будто прочитав её мысли, нахально улыбнулся. — Поттер, что тебе нравится в Пэнси? Какие у неё есть особенности или привычки? Гарри незаметно сглотнул, посмотрел в тёмные, блестящие глаза Персефоны. Он не считал нужным говорить об этом при всех, потому всё никак не мог собраться. — Расслабьтесь. Представьте, что никого помимо вас здесь нет. Глория махнула палочкой. Для других ничего не изменилось, но для Гарри и Пэнси все исчезли. Поттер вздохнул. — Я не уверен, что у меня получится. — Гарри, вы столько лет дружите, столько прошли вместе. Неужели, тебе так трудно сказать что-то хорошее о Пэнси? Паркинсон отвела обиженный взгляд в сторону. От Поттера другого ожидать не стоило. Он слишком закрыт, чтобы говорить о подобном. — Мне нравится, как она злится. Паркинсон удивлённо вскинула брови, вернув свой взгляд на него. — Её нос смешно шевелится, а уши краснеют. Также у неё есть стержень, который всегда помогал нам держать себя в руках. Она была сильной, когда все хотели уже сдаться. Слизеринка наклонила голову на бок, с большим интересом глядя ему в глаза. Он сглотнул слюну, а затем продолжил. — Она красиво играет на фортепиано и у неё красивые глаза. — Уже более неловко добавил он. Гарри не решился продолжать. — Я закончил. Они услышали голос Глории. — Пэнси, что ты можешь сказать о Гарри? Паркинсон хитро улыбнулась, всматриваясь в глаза друга. — У него огромное самомнение, но он не эгоистичен. Для него важно, чтобы его близкие были в безопасности, сам он готов умереть за это. Гарри саркастичен, закрыт. Поттер нахмурил брови. — Но он всегда будет рядом, когда это нужно. За это я его и ценю. Персефона говорила об этом с тёплой улыбкой на лице. Ей не всегда удавалось сохранять тот самый стержень, о котором говорил слизеринец. Бывали моменты, когда она ломалась. Родители были настроены против Гарри, не хотели, чтобы их дочь открыто становилась на его сторону. Отец Паркинсон был с меткой, и понимал, что рано или поздно его дочь погубят. И уж лучше это будет метка, чем смерть. Пэнси сумела сбежать, но родителям пришлось несладко. Слизеринка чувствовала вину перед родителями, подавленность и пустоту. Гарри стал тем, кто помог ей выбраться из этого состояния. Он пообещал, что её родители останутся с ней, дал огромную поддержку. С того момента она поняла, что испытывает к Гарри не просто симпатию. Она навсегда влюблена в Гарри Поттера, в «мальчика, который выжил». — Отлично. Чары были сняты, Поттер отвернулся. Казалось, что он ожидал большего, но Пэнси была собой довольна. — Забини, что ты скажешь о Малфое? Мулат Ухмыльнулся, задорно посмотрев на друга. — Внешне он ничего такой, я бы дал ему пару раз. Кабинет залился смехом, Драко закатил глаза. — Блейз, серьезнее. — Строгим голосом попросила Андерс. — Dio miо. — Помотал головой Забини, схватившись за сердце. — Видит Бог, я без ума от Малфоя. Его волосы цвета платины, вечно недовольное бледное лицо, острые скулы буквально сводят меня с ума, представляете? — Блейз, я же попросила. — Ну зачем же вы перебиваете, мисс Андерс? , — Возмутился мулат. — Про Малфоя можно писать поэмы. Он острый на язык, и совсем забывает о границах, но несмотря на это, Драко отличный хранитель секретов, да и в целом неплохой друг. Если я разочаруюсь в женщинах, а затем решусь убить себя, то этот заносчивый кретин непременно спасёт меня, спасёт любого из нас, ведь он в какой-то степени наша мамочка. — Это правда. — Подтвердила Блэк. Малфой сделал вид, что недоволен, но на деле едва подавлял улыбку. — И не делай вид, что тебе не понравилось. Я знаю, как ты любишь мои сладкие речи, bambino. Блондин отрицательно помотал головой. — Моя очередь! Он не стал ждать ответа Глории. — Забини вечно лезет не в свои дела, а в серьёзных вещах он вечно суёт свои похотливые шутки. При всём этом, Блейз чёртов купидон. — Да, на 4 курсе он едва не свёл меня с Уизли! — Добавил Пайк. Блондин кивнул в сторону однокурсника. — Бедняга еле выжил. — Да бросьте! Отличная была бы пара. — Театрально заныл парень. — Уизли едва не выколола ему глаза вилкой, когда он подошёл к ней в Большом Зале. — Напомнил Гарри. — Милые бранятся — только тешатся. — Что насчёт плюсов этого шута? Он всегда придет к тебе на помощь, где бы ты не был. Малфой с грустной улыбкой вспоминал как уехал прочь из Англии. Он закрылся в старом доме его прадеда. Домик находился на Севере Швеции, около реки Турнеэльвен. Там Драко пытался скрыться от всех проблем, которые преследовали его с самого первого дня дружбы с Гарри. В детстве он немало слышал о «мальчике, который выжил». Когда время пришло ехать в Хогвартс, Люциус приказал сыну найти общий язык с Поттером. Он знал, что Темный Лорд вернётся, а держать Гарри рядом было в его интересах. Но всё обернулось против него. Малфой-младший не стал играть в грязные игры отца. Нарцисса Малфой, полюбив Гарри, как родного сына, выдала все планы своего мужа. После войны его помиловали, но большинство дел стала вести Нарцисса, что было чуждо для чистокровных семей. Женщина становится главой семьи, где же это видано? С тех пор, Драко чувствовал себя намного счастливее. — И он находит выход из любой ситуации. — Добавил блондин. Забини вновь включил актера, начав вытирать невидимые слезы. — Это так трогательно, bambino. Драко закатил глаза, с раздражением ответив. — Уймись, Забини! — Ладно-ладно. — Удовлетворенно улыбнулась Глория. — Я думаю, что суть вы поняли. Через неделю у нас будет занятие. Каждый из вас должен написать что-то хорошее про своего партнёра. — А что если я не смогу ничего написать? — Спросил Грегори. — Тебе стоит напрячь свою тупую башку и написать что-то о Дафне. — Ответил Малфой вместо Глории. — Верно, нехорошо обижать девушек. — Забини пару раз цокнул языком. Гринграсс явно была недовольна своим партнёром. В идеале ей бы хотелось быть в паре с Ноттом. Между ними не было никакой близости, они редко говорили о чем-то важном, и сам Нотт ни во что её не ставил. Сейчас он сидел возле Розали, и новоиспечённые друзья взглядов друг от друга не отводили. Нотт был расслаблен, улыбчивым. С Дафной он никогда не был таким. Эта картина заставила блондинку проскрипеть зубами от злости. — Что ж, — Пересела Андерс за стол. — Урок окончен, вы свободны. Ученики стали быстро собираться, дабы заняться своими делами. Их отпустили раньше, а это было редкостью в Хогвартсе. Когда Роуз собиралась идти, Глория её остановила. — Розали, останьтесь пожалуйста. Блэк остановилась, покорно подойдя к столу преподавателя. Они проследили за тем, чтобы все покинули кабинет, прежде, чем начать свой разговор. — Почему вы не сказали о том, что станете новым преподавателем в школе? — С нотками обиды спросила Блэк. — Я не посчитала это нужным. — Прекратили вы наши сеансы именно из-за новой работы? — Догадалась она. В течении недели Роза получила два письма от своего колдопсихолога, в которых шла речь о том, что им стоит отменить сеансы. Розали отнеслась с пониманием, но ей было не ясно, почему Глория вдруг перестала понимать её у себя. — Верно. Роуз шумно выдохнула через нос. — Я надеюсь вы сохраните в тайне то, что я была вашим клиентом? — Это между нами, Розали. — Успокоила её Глория. Блэк кивнула, уже намереваясь уйти. — Тот факт, что я теперь ваш преподаватель никак не повлияет на наши сеансы. Если хотите, мы их продолжим. — В этом нет нужды. — Холодно ответила Роуз. Андерс виновато посмотрела на слизеринку. — Мне жаль, если я вас огорчила. Но тем не менее, вы можете мне доверять, Роза. Вы же хотите поделиться чем-то, не так ли? Глория уж слишком хорошо выучила Розу. Конечно, ей хотелось хоть с кем-то поделиться. Держать в себе было трудно, она даже едва не рассказала Паркинсон обо всём. Девушка упала на кресло, устало откинув голову назад. — Мы стали старостами с ним, я этого совсем не ожидала. Ко всему этому, Нотт вызывает во мне довольно смешанные чувства и я пытаюсь их успокоить, но у меня с детства проблемы с эмоциями. — Вот как. Смешанные чувства? — С неподдельным интересом посмотрела на неё Глория. — Да! Меня будто притягивает к нему, но с другой стороны мне хочется как можно скорее сбежать от этого всего. — Сила притяжения. Судьба не раз вас сводит вместе, Роза. — Усмехнулась блондинка, положив подбородок на скрещенные руки. — Мерлин, что за глупости, Глория? Вам бы подружиться с Трелони, вышли бы отличными подругами. — Фыркнула Роза. — Трелони пусть и выглядит сумасшедшей, но говорит разумные вещи, Розали. — Разумные вещи, конечно. — С ухмылкой произнесла слизеринка. — Считайте меня такой же сумасшедшей, но я верю в судьбу. — Верить в судьбу — значит не верить в себя. Глория улыбнулась. Роуз Нахмурилась. — Чего вы улыбаетесь? — Есть люди, которые подарены нам судьбой. Их обычно начинают замечать или вовсе только встречать в период, когда всё плохо. Вам изменил любимый человек, мир показалось рухнул, вы стали меняться, становится закрытой, менее весёлой. Вам кажется, что все мужчины будут с вами так поступать и вы клянетесь себе больше не доверять им. Но вот судьба решила пошутить. Она дарит вам мужчину, способного вызывать в вас ряд различных эмоций. Вас начинает тянуть к нему, ведь людей всегда тянет к тем, кто дарит им свет. — Похоже, судьба шутит крайне неостроумно. Тон Розали был совсем недовольным, даже злым. — Теодор последний человек в моей жизни, который смог бы мне помочь. Он даже не в моём вкусе! — Вы уже пробовали себя в отношениях с парнем, который был в вашем вкусе, и он предал вас. — Спасибо, что напомнили, а то я, знаете ли, забылась в этих бесценных эмоциях, которые дарит мне Тео. — Приторно сладко ответила брюнетка. — Признайте, что вы уже не так угрюмы, как были до возвращения в школу. Возвращение в школу было бы обычным, если бы не та ночь, не так ли? Роза не хотела признавать это, но Глория была права. — Но вместе с этими эмоциями, я чувствую чувство вины перед Гринграсс, ведь я поступаю также, как та девка, спавшая с Пьюси добрых два месяца. — Роуз сказала это с невероятной злостью на себя. Глория поднялась со стула, сев рядом с Блэк. — Вы знаете, что этот брак может быть по принуждению семьи мистера Нотта, знаете, что он не испытывает чувств к Дафне, но боитесь поверить в это, ведь тогда вы бы задумались о том, любил ли вас ваш бывший парень. — Я уже задумывалась об этом. — Честно призналась Роуз, взглянув в глаза своего психолога. Её взгляд всегда был таким чистым, успокаивающим. — Но этого парня больше нет в вашей жизни. Забудьте о нём, и попробуйте вернуться к прежней жизни. Что бы сделала Розали год назад, не будь у неё Эдриана? — Вы спрашиваете так, будто знали меня год назад и уже знаете ответ. Глория загадочно отвела взгляд. — Может и знала. Розали Нахмурилась. — Что? — Ступайте, Роуз. И поменяйте своё мнение о Трелони. Андерс сдержанно улыбнулась, затем поднялась с кресла. Блэк взяла сумку и поспешила догнать друзей. Ребята ждали её возле «их дерева». Как обычно друзья расселись вокруг него, начиная свою дискуссию. — Андерс совсем не вписывается в наш преподавательский коллектив, — Начал Малфой. — Да уж, Снейп должно быть понемногу с ума сходит, — Сделал вывод Гарри, — Когда вы видели его в последний раз? — Незадолго до нашего с Блэк назначения в старосты. — Ответил Тео, умостившись возле Розали. Слизеринка едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. — Может он завёл себе подружку? Видел к нему какая-то мадам часто бегает. — Заиграл бровями мулат. Гарри Хмыкнул. — Сомневаюсь. — Но Глория ещё та штучка. Вы видели как она на меня смотрела? , — с неким воодушевлением спрашивал Блейз. — В её глазах было написано что — Что ты придурок. — Перебил Нотт. — Как не красиво, mio caro amico. — Возмутился Забини. — Нет, правда. Я видел её взгляд, когда ты принялся целовать ей руки. В нём буквально читалось «О Боги, спасите меня от этого ловеласа.» — Думаете нужно переключиться на дам помладше? — Да, пожалуйста. А то ещё подсадишь Люциуса. — А что? У меня есть все шансы. Такого родства с Малфоем мне и не хватало. Забини кокетливо закинул руки блондина, а тот грубо снял их. — Смотри, чтобы я твоего нового отчима не подсадил. Твоя мать ещё та штучка. — Принялся шутить в ответ Драко. — Уймитесь, парни, все мы знаем, что Патриция Забини души во мне не чает. — Самодовольно улыбнулся Нотт. Он взъерошил свои волосы и перевел взгляд на Розу. — Передо мной слишком трудно устоять. Роуз приоткрыла рот от такого нахальства. Тео осторожно притронулся до её подбородка, закрыв ей рот. Этого никто не видел, ведь они сидели с краю, рядом ними была лишь Пэнси, но слизеринка была повернута лицом к Забини, сидящему рядом с ней. Глаза Блэк округлились, а сердце обуял страх. Что если это видели? Но Нотту кажется было всё равно на это. — Были бы твои кудри длиннее, я бы с удовольствием на них повесился. — Усмехнулся Поттер. — Боюсь, мой милый друг, ты и в этом случае останешься живым. Такова твоя судьба. От слова «судьба» Розали едва не передёрнуло. Она поднялась с места. — Я пойду в Большой зал, уже должен быть звон колоколов. — К чему такая спешка? Вместе пойдем. — Не поняла Паркинсон. — Я пройдусь одна. — Натянуто улыбнулась Роуз, а затем, развернувшись на пятках, ушла в сторону школы. Друзья провели её настороженным взглядом, просидев молча до того момента, пока её фигура не скрылись за стенами замка. — Я должно быть задавал уже этот вопрос, но что с нашей милой Роузи? — Первым заговорил мулат. — Может она скучает по Пьюси. Это первый год в школе без него. — Поделился своей догадкой Гарри. В мыслях Нотта проскочила мысль «И надеюсь начало её жизни без него». Раньше брюнет весьма безразлично относился к их паре. Эдриан никогда ему не нравился, водить с ним дружбу он также не пытался. Когда стало известно об их отношениях с Роуз, он лишь без особого энтузиазма поздравил Блэк, но отношение к нему так и не изменилось. Благо, что он не путался у них под ногами, и Розали никогда не брала его на дружеские посиделки. Сейчас он ему стал ещё более противен, а мысли о том, что он спал с Блэк выводили из себя. — Она совсем о нём не говорит, да и в целом меньше времени проводит с нами. — Ответила Паркинсон, задумчиво глядя перед собой. — Может они в ссоре? — Спросил Драко у Пэнси с таким взглядом, будто бы она знала намного больше, чем они. Персефона повернулась к Малфою, раздражённо помотав головой. — Откуда мне знать, Малфой? — Она совсем ничего не рассказывает? — Вскинул бровь блондин. — Очевидно, что нет, молчала бы я сейчас по-твоему? — Зарычала черноволосая, отвернувшись от друга. — Остынь, Пэнси. — Забини положил руку ей на плечо, слегка сжав в успокоительном жесте. Нотт весь разговор напряжённо молчал. Тяжело было сидеть здесь, понимая, что знаешь намного больше, чем самые близкие люди Розы. Никто не удивился его молчанию, ведь откуда ему знать что-либо о Роуз. Забини же имел только догадки. Конечно же, он знал, что Блэк провела ночь с Теодором, что говорит о том, что отношений между ней и Пьюси должно быть уже нет нет. Розали была слишком верной, чтобы изменить возлюбленному. Всё это время слизеринец всё никак не мог поймать Нотта, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз. Оставались лишь догадки.

***

Дафна вышла из кабинета колдопсихолога последней. Блондинка, заметив, что Розали осталась, решила подслушать. Любопытство никогда не красило аристократок, но Дафна уж сильно заинтересовалась Розой. Блэк никогда не была незаметной. Внимание парней всегда было на трёх девушках факультета: Пэнси Паркинсон, Дафна Гринграсс и Розали Блэк. Три девушки с абсолютно разными характерами. Дафна несколько лет была в числе друзей Гарри Поттера, но со временем потеряла расположение слизеринца, показав, свой чёрствый характер. С тех пор у неё была неприязнь к Паркинсон и Блэк, так как именно они были рядом с «колдовской четверкой». Гринграсс была очень красивой. У неё было ярко выраженные аристократические черты, её походка была грациозной, а тело изящным. Но только вот, парни в окружении девушки чаще всего не видели ничего дальше её бёдер. Помимо красоты девушка обладала шикарными манерами, говорила на нескольких языках и была искусна в зельеварении. С временем Дафна стала пользоваться лишь своим телом, не желая показывать другого. Её внимание было приковано к Теодору Нотту уж пару добрых лет. Поцелуй Малфоя удалось заполучить ещё на 3 курсе, Забини был готов переспать с ней в любой удобный момент, а Поттер чаще всего вовсе не интересовался девушками. Если говорить о Теодоре, то он редко заводил с кем-то отношения. Конечно он спал с девушками, и об этом знала каждая, но личность этих дам не знал никто. Нотт был бунтарем, чрезмерно эмоциональным, часто затевал драки, приходил с разбитыми костяшками в школу. Никто не знал, где он был и с кем. Парень был ещё тем весельчаком, часто глупо шутил, доводя до смеха весь факультет. Многие девушки по нему тайно воздыхали, но он этим не пользовался. Тео никогда не тешился своими «достижениями» перед друзьями, не унижал девушек и не позволял болтать о его связях с ними. Гринграсс могла сказать, что влюблена в него. Поэтому она унижается каждый раз, когда Теодор её игнорирует, поэтому надавила на отца, чтобы тот заставил Астарота Нотта устроить им помолвку, а после свадьбу. Она знала, что в скором Тео обязательно сдастся и она получит своё. Но тут его внимание стала привлекать Розали Блэк. Девушка, с который он имел много сходств в характере, но с которой он был другим. Она никак не могла ожидать, что их общение начнется, ведь столько лет Розали была ему не интересна, столько лет она крутила романы с другими, а затем начала серьёзные отношения с Пьюси. В этом году что-то явно случилось, и ей было интересно узнать что это. Ей так и не удалось ничего услышать. Видимо Глория наложила постоянную заглушку на свой кабинет. Дверь открывать стало страшно. Дафна ни с чем ушла к своей сестре. Вместе они пошли прогуляться недалеко от замка и заметили легендарную шестерку, о которой ещё напишут в книгах. Гринграсс недовольно фыркнула, увидя, что Нотт сидит рядом с Розали. Астория — младшая сестра Дафны, заметила недовольство сестры. Блондинка с любопытством посмотрела на учеников, сидящих под деревом. Среди них был Теодор. Тори расплылась в улыбке. — Ты что ревнуешь Теодора к Блэк? — Я не понимаю причину твоей улыбки, Тори. — Грубо ответила сестре Гринграсс. Астория всегда была добрее Дафны. Она была ангелом в их семье, всегда получала всю любовь от родителей. От этого у Дафны часто были приступы ревности. Тем не менее, отец Гринграсс всегда любил дочерей одинаково. Просто старшая дочь была для него намного требовательнее и черствее. — Даф, они же с детства знакомы. Неудивительно, что сидят рядом. — Тори, ты слишком наивная, — Скривилась Дафна. — Они никогда не общались. За столько лет Блэк даже не знала ничего о его семье. На званых ужинах Нарциссы Малфой она едва протянула ему руку для знакомства. В случае Блэк, противоположности притягиваются, а похожие люди для неё остаются никем. — Твои переживания напрасны, Дафна. У Блэк давно серьезные отношения, а Нотт обручён с тобой. — Верно, только вот Нотт относится к этому так, будто он не обручён, а обречён. — Разочарованно выдохнула она. Астория настолько редко видит сестру такой расстроенной, что стало даже неловко. Блондинка нежно коснулась её плеча, сочувственно посмотрев на сестру. — Так может лучше его отпустить? — Осторожно спросила Гринграсс-младшая. — Что за глупости? — Разозлилась в миг Дафна. От её тона Тори дёрнулась. Девушка скинула руку младшей сестры с себя и поспешила прочь оттуда. Утром Роуз с отличным настроением приводила себя в порядок. За окном снова шёл дождь, но Роуз это нисколько не беспокоило. Такая погода ей была по душе. Ей нравилось бегать под дождем с отцом, весело смеясь. Сегодня ей захотелось начать утро не с завтрака. У неё была идея, чтобы старосты девочек и мальчиков имели возможность не носить формы. Разумеется, они бы не носили джинсы или спортивные штаны, но смогли бы избежать этого чёрно-белого цвета в форме. К тому же, староста должна выделяться. Надев на себя, темно-зелёную юбку выше колен, облегающий топ в черно-зелёную клетку без бретелек, а сверху пиджак на пару оттенков светлее юбки, Роза принялась за свои волосы. Она накрутила локоны, а затем надела ожерелье с небольшими зелёными изумрудами. На свой пиджак она прикрепила значок слизерина, а на ноги натянула темно-зелёные ботфорты. В таком виде Блэк и отправилась к директору в кабинет. Снейп сидел за своим столом, перебирая какие-то бумаги. Его хмурый взгляд бегал с одной строки на другую. В кабинете как всегда без предупреждения появилась юная мисс Блэк. Она бодро вошла в кабинет, держа в руках черную сумку с книгами. Снейп поднял хмурый взгляд на девушку, а затем откинулся на спинку стула. — Мисс Блэк. Ваше появление здесь как всегда эффектно. Пришли просить отстранить вас от должности старосты? — Криво улыбнулся мужчина. — Рада, что вы в настроении, — Саркастически проговорила Блэк. — Как вам мой внешний вид? Розали покружилась несколько раз, подняв руки. Снейп без особого интереса осмотрел её. — Как всегда ярко и вызывающе. — Отлично! Теперь в похожих нарядах я буду ходить всегда! — Радостно ответила Роза, хлопнув в ладони. Снейп в своей манере поднял правую бровь. — Что вы имеете ввиду? — Я бы хотела попросить вас об разрешении на то, чтобы старосты одевались как хотят, лишь бы на них была символика их факультета. Я имею ввиду в то время, когда идут занятия. — Вы подумали о том, что скажут другие ученики? — Растягивал слова директор. — Я прежде никогда не слышала от других возмущения о форме. — Почему же тогда вы так возмущены? — Вы всё равно не поймете, профессор. Их устраивает ходить в чёрно-белом на занятия, а я бы хотела избавиться от сочетания этих двух цветов. Моя жизнь не чёрно-белая, профессор. Нотт скорее всего продолжит носить чёрно-белые костюмы, но я, в свою очередь, хочу носить что-то по типу этого. Розали провела руками по своему пиджаку и с убеждением посмотрела на директора. — Время от времени на мне будет мантия нашего факультета, ведь скоро зима, но сейчас. Дайте мне такую возможность, пожалуйста-а-а. Я ведь последний год в школе. — Чему я несказанно рад. — Ответил Снейп. — Ну что за притворство, профессор? Розали села на стул, что стоял с другой стороны стола директора, — Разве вы не будете скучать по моему оптимизму? — Захлопала глазками брюнетка. — У меня на ваш оптимизм аллергия. Его лицо было каменным, но Роза была уверена, что внутри этого камня хранится множество эмоций, которые он привык скрывать. — Ну так что? Директор ещё несколько мгновений смотрел на старосту, а затем сказал. — Это первое и последнее изменение, которое я вам разрешаю. Розали резко поднялась с места, радостно захлопав в ладони. — Спасибо, директор! Я бы даже обняла вас, но боюсь ваша аллергия вас убьет. Снейп едва ли сдержал улыбку. Розали Блэк с каждым годом удивляла его всё больше. Она напоминала ему покойную Лили Поттер, в которую он был так сильно влюблен. Может именно поэтому ей так много прощалось. — Вы правы. Роуз кивнула, а затем направилась к выходу. Уже возле выхода он сказал. — Мисс Блэк, сделайте мне одолжение. — Что угодно, профессор. — Повернулась она к нему — Не заваливайтесь больше с таким настроением ко мне. — Что угодно, но этого я не исполню. Вы слишком угрюмы, и хоть кто-то должен вас повеселить. Радуйтесь лучше, что это не Забини. Северус улыбнулся краем губ с мыслями «и то правда», прекрасно понимая, что был бы на её месте Блейз Забини — он бы сошел с ума.